О любви к учителям

      Клубок дыма растворился в воздухе. Девушки, поочерёдно затягиваясь, передавали друг другу сигарету. Привычка так курить, переросла у сестёр ещё с детской делёжки чего-либо.       — Знаешь, Лер, иногда я хочу бросить, — нарушая тишину произнесла блондинка. — Картинки там всякие. Рак, бесплодие, импотенция. Иногда становится жутко.       — Ну… Что-что, а импотенция тебе не грозит. Ты боишься заболеть раком? — брюнетка посмотрела на сестру, чтобы уловить её реакцию: она слабо усмехнулась. — Я не особо понимаю к чему ты клонишь, — пояснила девушка, по-прежнему всматриваясь в её лицо.       — Просто… — пытаясь собраться с мыслями девушка начала щёлкать пальцами. Все в семье знали об этой её привычке, которая зачастую многих бесила. Но не Леру. Девочки были настолько близки, что все привычки друг-друга они попросту игнорировали. — Ты сама знаешь, что моя мама умерла от рака. Что если и я когда-то им заболею? А я ещё и курю… Вроде как это неправильно.       Валерия сделала затяжку и, не смотря на сестру, выпустила дым. Конечно она знает от чего умерла её мама. Она так же и помнит, как девушка не могла найти себе место после того случая. Тяжело вздохнув, Лера всё-таки повернулась к сестре:       — Стася, ты говоришь о том, что это неправильно, но при этом не бросаешь. Может это не страх, а просто ощущение того, что ты делаешь что-то не так? Тебе стыдно, имея здоровое тело курить, в то время, как тётя Арина умерла от рака. Это нормальное чувство… Наверное… Просто, ты должна понять, что не тебе отвечать за чужое здоровье, — она провела по своим волосам рукой, пытаясь откинуть чёлку назад. В отличие от своей сестры-блондинки, которая носит каре, у Леры были тёмные, чуть ли не чёрные, длинные волосы. Это было их почти единственное отличие, кроме цвета глаз. Даже эпизоды в жизни у девушек происходили практически одновременно: родились с разницей в две недели, сделали первые шаги в один день, вместе разбивали коленки и обе сломали руку в один вечер.       — Возможно ты и права, — Стася слабо улыбнулась своим мыслям. — Скоро первое сентября, а это значит, что мы последний год потратим на школу. А ещё, я слышала, что англичанка и математичка уволились, так что, можно сказать, освободились от двух зол сразу…       — Угу, только вот придут другие. Ну, будем надеяться на лучшее. Может хотя бы немного будут полояльнее, — Лера усмехнувшись посмотрела на сестру. Сигарета уже давно затухла, но девочки всё так же сидели на заднем дворе дома. Отцы девочек родные братья и владеют разными бизнесами, начиная от небольшого ресторанчика, заканчивая крупной строительной фирмой. Богатые родители, так что вся жизнь под прицелом фотокамер была обыденностью, но зачастую раздражала.       Из-за того, что у родителей много партнёров и зачастую их проекты рекламируются звездами, о любой провинности девушек сразу же докладывали их отцам. Впрочем, скрываться они научились. Чего только стоит тот случай, когда они пришли с «репетиции» школьного концерта в три часа ночи и при этом одна из них едва волочила ноги.       — У меня предчувствие, что этот год изменит всю мою жизнь, — Стася глубоко вздохнула и закрывала глаза, поднимая голову вверх. Приближающаяся осень давала о себе знать: холодный ветерок обдувал лицо девушки.       — Это одиннадцатый класс, не удивительно. Да и через пару месяцев нам исполнится восемнадцать, — саркастично подметила очевидное Лера, внимательно рассматривая лицо сестры: после смерти матери она очень изменилась. Стала более грустной. Редко улыбалась, практически не смеялась. Девушка пыталась жить дальше, оставляя всё позади, но не получалось. Воспоминания вечно откидывали её назад. Прошло чуть больше двух лет после смерти её мамы. Александр, отец Стаси, так и не смог найти кого-то после случившегося, а сама девушка, так и не вышла с её похорон. И вот сейчас, смотря на неё, Лера видела улыбку на лице, видела, как она беззаботно сидит тут и думает лишь о будущем.       — В принципе, ты права, — блондинка тяжело вздохнула и поднялась с порога дома.

***

      Покинув кабинет директора лицея, мужчина посмотрел на своего друга. Ян сидел на диване и что-то внимательно читал с экрана телефона. Понадобилось несколько секунд, чтобы он смог обратить внимание на Виктора.       — Ну что? Тебя можно поздравить? — мужчина усмехнулся, убирая телефон в карман.       — Думаю да. Теперь мы не только бывшие одноклассники, но и коллеги. Буду преподавать математику у старших классов, — мужчины направились к выходу из здания.       — Как Надя отнеслась к переезду? — Ян немного нахмурился, вспоминая маленькую дочку друга.       — Надя… Да ей в принципе не особо легко. Она малышка ещё совсем, не понимает, что такое смерть, вечно ищет маму… Скоро будет полтора года, как Вероника скончалась, но Надя всё ещё ждёт её возвращения, — Виктор судорожно вздохнул, пытаясь сосредоточить свои мысли на дочери.       — Ты ей говорил? Ну, что она не вернётся, — как можно деликатнее спросил Ян, с осторожностью посматривая в сторону друга.       — Говорил… Но ей пять лет, разве она сможет понять что такое смерть в полной мере? — тяжело усмехнувшись, мужчина сел в машину друга.       Двор частного лицея был очень просторным, многое отличалось от обычной школы. Большое футбольное поле, отдельные площадки для баскетбола и волейбола. Достаточно хорошая парковка для учителей и родителей (или же водителей) детей. Всё это просто кричало о том, что место не для простых людей.       Ян и Виктор знали, что большая часть учеников, это дети богатых родителей, остальные же, это те, кто выиграл конкурсы, кто учатся на отлично и дорожат каждой пятёркой, чтобы не вылететь.       Хорошо ли это? Ни Виктор, ни Ян не могли точно ответить на этот вопрос. Детей, будто бы с детства поделили на категории, у учеников данного лицея намного больше привилегий: здесь работают лучшие учителя, которые помогают зарабатывать им высокие баллы ЕГЭ. Многие учащиеся после выпуска поступают в зарубежные вузы. Уровень обучения здесь намного выше, чем где бы то ни было, как и требования к ученикам и учителям. Но каждый раз, представляя детей богатых родителей у людей складывается образ избалованных подростков.       Правда ли это? Какие они на самом деле? — именно с этими мыслями ехал Ян. Ему было интересно узнать: отличаются ли эти дети от всех остальных? Виктор же был твёрдо уверен, что это те же дети, только с чуть большими возможностями, чем у остальных. Уезжая всё дальше от лицея, они даже не подозревали, как работа тут полностью изменит их жизни.