хей, пацан, подвезти?

Ночной Сеул всегда славился тем, что здесь в это время нереально эстетично. Большие вывески на зданиях не прекращали освещать заместо фонарей, из-за чего тёмный асфальт светился разными цветами. Выглядело это всё красиво. Поэтому Сону и решил прогуляться, не заметив, как ушёл от своего района слишком далеко. Ещё при этом не проверив погоду. Где-то вдалеке громыхнула молния, заставляя парня съёжиться. Двадцати градусная температура резко спустилась ниже пятнадцати, поэтому и простая тонкая кофта, надетая на голое тело, не спасала. Он сел на скамейку, что по счастливому случаю оказалась близко, и достав телефон, с грустью понял, что это проёб. Чёрный экран, несмотря на то, что Ким нажимал на кнопку питания, не включался. Парень не знает даже, сколько сейчас времени, чтобы примерно понимать когда ждать автобус, а когда лучше посидеть и ловить попутку. Но даже второй вариант ему сделать вряд ли удастся. Чёртов дождь начинал потихоньку капать с неба, доставая и до Сону, который уже пару раз проклял себя за невнимательность. Кожа вся покрылась огромными мурашками, и зубы слишком часто стали стучаться друг об друга. К сожалению, в этом месте нет круглосуточных магазинов, поэтому зайти куда-то невозможно. Да и ноги устали от нагрузки, небось все тридцать тысяч шагов прошёл, может и больше. Дождик пока не собирался лить как из ведра, чему Сону неприменно радовался. Быть промокшим — это последнее, что ему хотелось сейчас. И машины, почему-то, за эти пару минут ещё не проезжали, словно всегда бодрствующий город резко уснул. Но когда Сону уже окончательно смирился с тем, что он будет ночевать тут, по дороге начали мелькать фары машин, шумя своими колёсами. Это дало маленькую надежду тому, что найдётся один не спешащий водитель и подбросит хотя бы через три остановки, чтобы идти было не так далеко. Поэтому Сону встал на обочину, стыдясь вытягивать руку, может кто-то да прочитает его мысли. Простояв так минуты две, что тянулись слишком долго, Сону насчитал двадцать машин, что пролетели мимо него. Огонёк в глазах постепенно начал потухать, когда капли дождя стали чаще биться о землю. Всё же ему сегодня не удастся выйти сухим из воды. И когда уже Ким обречённо опустил голову, он услышал звук тормозящей резины, а дальше мужской, добрый голос: — Хей, пацан, подвезти? — на вид молодой парень выглянул через пассажирское окно, ярко улыбаясь. Когда Хисын спокойно ехал после работы, он мечтал лишь о том, как бы побыстрее оказаться в родном доме, принять успокаивающий душ и лечь спать. Но неизвестный силуэт человека, что стоял у дороги, резко изменил планы. Сначала Ли подумал, что это прекрасная девушка заманивает его, чтобы потом забрать душу. Ладно, его фантазия после очередного просмотра первого сезона Сверхъестественного явно разыгралась. Но и проехать мимо милого на вид парня он просто не осмелился. Поэтому заранее открыв окно, он затормозил. Грустный взгляд незнакомца как-то оживился, и еле заметная улыбка показалась на мягком лице, морщась из-за мокрых прядей волос. Парень благодарно кивнул, присаживаясь на пассажирское сиденье. — Куда отвезти тебя? — спрашивает Хисын, попутно давя на педаль газа. Незнакомец пару секунд думает, а потом с улыбкой поворачивается к водителю. — Можно через три остановки высадить, я потом сам дойду, — мило шмыгает носом блондин, поджимая свои губы и отворачиваясь к окну. — Если высадить тебя на третьей остановке, то самое ближайшее место жительства только в десяти минутах ходьбы, а ты явно живёшь дальше. — Хисын и сам не понял, зачем сказал это, возможно у незнакомца есть какие-то дела там, но какие дела могут быть в три часа ночи? Если только не работа, но единственный круглосуточный там магазин — это табачная. Остальные же сейчас закрыты до пяти утра. — А вы сейчас с работы едете? — игнорирует чужие слова Сону. Хисын кивает, пару раз промаргиваясь. Глаза его слипаются, но выпитый недавно кофе вот-вот подействует. — Вы возможно очень сильно устали, вот и прошу высадить вас там, чтобы вы побыстрее добрались до своего дома. — Парень пальцами играется с ремнём безопасности, прижатый к его груди. — Не глупи, через десять минут ливень будет настолько сильный, что тебя просто напросто смоет. По словам синоптиков, дождь закончится к четырём, всего полчаса подождать, нечего бегать в такую погоду, особенно в такой лёгкой одежде. — Хисын бегло осматривает парня полностью, останавливаясь на красных щеках, улыбаясь его реакции. — Меня Сону зовут, — зачем-то говорит он, возможно, чтобы давящую атмосферу сгладить. — Хисын. — Смотря на дорогу, говорит водитель. Сону что-то бубнит по типу: «рад знакомству», и замолкает. Ливень и правда начался нереально сильный, гроза бомбила каждые пару секунд, и что было бы с Кимом, если бы его не взял этот замечательный парень по имени Хисын? Явно не грел бы жопу на сиденье. Третья остановка оказалась за их спиной. — Куда сворачивать? — спрашивает Хисын заранее, и Сону ему отвечает. Капли бились о тонированное стекло машины, скатываясь вниз, будто бы соревнуясь с друг другом. Сону всегда залипал на эту детскую игру. И даже какая-то ностальгия накатилась на него, когда он с родителями в детстве поздно возвращался домой под дожди. Не зная из-за чего, но его губы расплылось в улыбке, и это не осталось не замеченным для Хисына. Они ехали всего какие-то двадцать минут, если считать светофоры, на которых они простояли добрую половину времени. И Сону даже не заметил того, как его взгляд давно переместился на водителя. Его руки, покрытые множеством нитей вен; его бёдра, скрытые за чёрными брюками; его длинную, широкую шею; на приятный глазу нос; в общем на всего его. И когда они в очередной раз остановились, чтобы пропустить на пешеходном пару людей, Хисын повернулся на парня. — Чего, понравился что-ли? — зачем-то решил пошутить он, из-за чего сильно смутил Кима. Сону только и сделал, что отрицательно помотал головой, а Ли мягко засмеялся. Его смех… Он пробивал в Сону тысячи мурашек, а внутри что-то разливалось. — Можете остановить тут? — Ким указывает на обочину под фонарём, и Хисын его слушается. Дождь ещё не прошёл, даже как-то наоборот, кажется только усилился. Но оставаться Сону здесь точно не хотел. — Я пойду, вон там мой дом, всего в пару минутах. — Сону уже отстегнул ремень и потянулся за ручкой, как его резко схватили за локоть. — Ты посмотри какой ливень, даже если ты побежишь, то точно сляжешь на пару недель с простудой. И чего это Хисын так переживает за незнакомого человека. Он ведь только имя знает, возможно даже не настоящее. Сону пожимает плечами, обработав всю информацию. Дождь и правда сильный, и его стопроцентно смоет в Китай, если выйдет сейчас. — Как мне вас отблагодарить? — чёрт, Сону, что ты несёшь? Какой ещё отблагодарить? Это не ты остановил попутку, он сам остановился и предложил. — А как можешь? — Хисын, кажется, выпил слишком много кофеина, ибо то, что он сейчас делает, никак больше не объяснить. Сону тянет слишком долгое «ну», и указательным пальцем чешет подбородок, смотря куда-то в ноги водителю. — А у вас девушка есть? — это точно точка невозврата. — Нет, а что такое? — Хисын выгибает бровь, улыбаясь уголком губ. Лисьи глазки поднимают взгляд вверх, на лицо Ли, и смотрят, смотрят, смотрят… Шум на улице добавляет какой-то романтичной атмосферы, из-за чего у обоих внизу живота сводит. — А что вы имеете насчёт геев? — почти шепчет Сону, облизывая губы. Его мозг точно отключился ещё тогда, когда он решил сесть в эту машину, салон которой приятно пах лесом. — Я их имею. — Хрипит Хисын, отстёгивая ремень безопасности, что не давал свободно вдохнуть. — Имеете, типо, прям имеете? — по глупому задаёт вопрос парень, и Хисын смеётся. Снова таким приятным голосом, из-за чего Киму дышать невозможно, ему хочется коснуться этих губ, что широко расплылись в улыбке, оголяя белоснежные зубы, прям любой стоматолог обзавидуется. — Имею, типо прям имею. — Подтверждает он, после нескольких секунд. — Значит у вас не девушка, а парень? — как-то грустно произносит Сону, наклоняя голову в бок. Хисын сначала хмурится, потом смотрит в лисьи глазки, и переводит взгляд на розовые, на вид невероятно мягкие губы. — Знаешь, по счастливым обстоятельствам, на днях я расстался. — Тогда это точно судьба. Сону быстро снимает кроссовки, оставляя их на коврике, и садится на колени, двигаясь на Хисына, что с азартом смотрит за действиями. Милый Сону сейчас выглядит как хищный лис, готовый наброситься на кролика, вот только, поймав добычу, он не собирается её есть, играясь с ней острыми зубами и когтями. Сону слишком близко, он дышит мятой в чужие губы, не желая прикасаться, наслаждаясь тем, как парень напротив изнывает, ломает брови и проводит влажным языком по своим губам, случайно касаясь губ Сону. — Это точно, что ты имеешь, а не тебя? — задаёт риторический вопрос, потому что он слишком глупый, чтобы отвечать на него. Хисын хватается за руль рукой, которую не знает куда деть, и сжимает так, что пальцы начинают сводить. Его всего начинает сводить с такой силой, что невыносимо приятно. — Сону, давай уже. — Шепчет старший, прикрывая глаза. А Ким этого только и ждал, ждал этой мольбы, от которой член в спортивных штанах дёргается пару раз, чувствуя, как смазка стекает и впитывается в ткань трусов. Он прижимается своими сухими губами к влажным чужим, сминая нежно, а потом добавляя язык, который Хисын впускает в свой рот сразу же. Ли стонет от напора Сону, прижимается своим пахом к чужому, чувствует не малые размеры, и стонет от этого ещё громче, что, кажется, это было слышно и за пределами машины. Но обоим парням плевать, в такую погоду даже бродячие животные не будут гулять, прячась где только есть что-то на подобии крыши. Хисын кусает мягкую губу Сону, когда тот кладёт свою горячую руку на пах, сжимая член с такой силой, что яйца сводили. — Сону… — хрипит парень, — больно. И открывает рот в немом крике, когда Ким оказывается ровно у него перед членом, быстро справившись с пуговицей и молнией, приспустив самостоятельно брюки. Он широким мазком проводит по головке, спрятанной за тонкими трусами, и слышит сверху довольный хрип. Сону целует, кусает, оттягивает зубами ткань, мучает так, как умеет. А Хисыну это нравится. Нравится чувствовать лёгкие прикосновения, заводящие ещё сильнее. У него дыхание сбивается в который раз, сердце бьётся уже где-то в горле, а ладони жалобно потеют. — Сону-Сону-Сону, — словно в бреду мычит сквозь зубы Ли, чувствуя, как трусы наконец съезжают вниз, освобождая жилистую плоть. Глаза открывать страшно, потому что Хисын готов спустить уже прямо сейчас, когда этот чёртов незнакомец ещё даже не коснулся его. Ли сразу вспоминает Сверхъестественное, и это его нисколечко не отпугнуло, даже как-то наоборот — завело сильнее в сто раз от той мысли, что возможно Сону является призраком убийцей, и когда Хисын кончит, то незамедлительно убьёт его. И чёрт, это было бы даже хорошим концом, потому что потом Хисын отпустить Кима ни за что не сможет. Просто потому что его милое лицо въелось в грудную клетку, а лисьи глазки в голову. — Хватит смотреть, Сону, я не могу больше терпеть, — терпение Хисына на исходе, как и желание кончить, когда Сону говорит очередную глупость: — Твой член такой прекрасный, я бы его сожрал. — И берёт сразу во всю длину, утыкаясь носом в маленький пушок волос. И Хисын сжимается, чтобы не излиться прямо сейчас в тугое горло. Это до невозможности прекрасно. Настолько прекрасно ощущать пухлые губы на своём члене, ощущать, как чужая слюна стекает вниз на кожаное сиденье, что хочется просто умереть прямо сейчас. Сону языком работает умело, щекочет головку, водит по венкам, ласкает уретру, и зубками иногда балуется, чтобы Хисына в дрожь бросало. И его бросало настолько сильно, что порой остановиться было невозможно. И вот, когда горячая рука Кима сжала яички, Хисын с рыком кончает на язык парня, который через пару секунд отстранился, всё ещё держа во рту горько-сладкую сперму. — Влажные салфетки в бордачке, выплюнь. — Хисын приподнимается, понимая, насколько сильно затекла его шея и спина, из-за твёрдой двери машины. Сону открывает бордачок, сразу замечая пару пакетиков презервативов, улыбаясь и понимая, что сегодняшняя ночь не закончится простым минетом. Найдя также и пачку салфеток, Сону выплёвывает сперму, оставшиеся остатки во рту без сожаления проглатывая, вытирая другой полностью своё лицо, после кидая пачку Хисыну. — Зайдёшь ко мне на чай? — сладостно просит Сону, пряча маленький пакетик в карман штанов, закрывая бордачок после того, как Ли отдал салфетки. Хисын на вопрос не отвечает, лишь молча берёт ключи от машины, открывая дверь, замечая, что ливень уже закончился, оставаясь мелко моросить. Сону улыбается, обувая ботинки и вылезая следом. — Не боишься, что штраф придёт за неправильную парковку? — Сону смотрит на машину, а Хисын, приобнимая парня, уводит его подальше, говоря сопливые: «с тобой ничего не боюсь». Внутри Кима всё теплеет, хотя на улице очень даже прохладно. Но горячая рука водителя, что так любезно его подбросил, грела гораздо лучше, чем самая тёплая одежда. А Хисын, следуя подсказанному маршруту Сону, не понимает, как вообще случилось такое, что сейчас, заместо уютного родного дома, заходит не в менее уютный чужой дом.