Больница.

***

      Руки. Большие и сильные, снова и снова хватали его за шею, собираясь задушить.       Он вскочил с кровати, и побежал в непонятном ему направлении. Глаза слезились, и дороги, куда он так быстро бежал, было не разглядеть.       — Эй! Остановись! Натаниэль, иди сюда тебе говорят!       Громкие голоса заглушали все остальные звуки, но так просто отдаться в лапы отца он не собирался.       Вот и дверь. Он уже схватился за ручку, забегая внутрь. Запереться было легко, но стуки и крики с той стороны продолжали наводить ужас.       «Просто уйдите уже отсюда. Прекратите преследовать меня. Хватит!»       Он плотно закрыл веки, и хватаясь за уши, чтобы не слышать и не видеть всего этого кошмара.       Именно в этот момент дверь внезапно открылась. Он с ужасом поднял глаза на небольшую группку людей, что ворвалась сюда.       И снова сильные руки схватили его за запястье, пытаясь вывести из комнатки. Конечно, он отбивался, даже кого-то укусил.       — Успокойся, Натаниэль!       Но он продолжал брыкаться и стараться убежать. Резкая небольшая боль в плече. Игла вышла также быстро, как и вошла в плоть.       Глаза начали слипаться, а любые действия становиться непосильными словно из него высосали все силы. Весь мир внезапно поплыл, а потом наступила темнота.

***

      Натаниэль медленно открыл веки, поднимая туловище в сидячее положение и сразу хватаясь за голову.       Внутри черепной коробки всë трещало, как обычно было после довольно внушительной дозы успокоительного.       — О, Нат, уже проснулся?       У его постели стоял стул, на котором и расположилась женщина. У неë были светлые, явно крашенные волосы и очки, которые она надевала когда нужно было что-либо прочесть. На вид лет тридцать, может, чуть меньше или даже больше, но им нельзя было разглашать свой настоящий возраст.       — Нил, Эбби. Я же просил звать меня Нилом.       Она сжала губы, сразу показывая подбородком на стакан воды, стоящий на прикроватной тумбочке, который был предварительно приготовлен ей же, поскольку женщина знала, что после такой ночи у него будет болеть голова.       — Ты же знаешь, Натаниэль, — карие глаза сразу посмотрели на реакцию парня, коя выражалась лишь в том, что он резко дëрнулся, а в плечах появилось напряжение. — Здесь тебе не нужно прятаться.       Нат залпом выпил доверху наполненный водой стакан, вытерев губы тыльной стороной ладони.       — Я и не прячусь. Я просто не хочу, чтобы ты так меня звала, и ты прекрасно это знаешь. Ведь можно же звать людей по прозвищу, или и это здесь запрещено?       Врач тяжело выдохнула, аккуратно снимая очки и расположив их на той же самой тумбе.       — Хорошо, Нил. — Парень улыбнулся. Он всегда знал что она немного слаба в том, чтобы побеждать в спорах. — И не забудь выпить лекарства. — она уже собиралась вставать, как снова устремила свой взгляд прямо на Натаниэля. — Ты должен будешь пойти хотя бы на завтрак и нормально поесть. И не смей пропускать приëм у Бетси.       Парень закатил глаза. Эбигейл Уинфилд – лечащий врач Натаниэля. Поэтому она так волнуется о том, что парень слишком часто просто не ходит в столовую, лишая себя нормального питания.       То, что Нат иногда может пропустить ежедневный часовой приëм с психиатром Бетси Добсон, он хотя бы нормально объяснял.       — Мне просто не нравятся мозгоправы. Нет, я не говорю, что Би плохой человек. Я плохо отношусь только к еë работе.       С этим Эбби всë равно пыталась бороться, напоминая парню об этом, хоть он и специально на них не ходил.       Она вышла, оставляя дверь чуть приоткрытой, как было по правилам. Только одна палата всегда была закрыта, и кто там лежал – было тайной, окутанной мраком для Натаниэля. Хотя, наверное он мог просто спросить об этом своего врача, но решил что ему это не надо.       Нат только встав с кровати вспомнил, что катетер до сих пор был прикреплён к вене на руке. Хотя, эта штука вообще всегда была с ним рядом, но иногда можно было и забыть о еë существовании.       Он взялся за железную палку, к которой крепился пакетик с лекарством. Что же, Натаниэлю не привыкать.       Выкатив его в коридор он сразу направился к кабинету Бетси, чтобы покончить с этим поскорее. Но не пройти мимо стойки дежурного было нельзя, а сегодня этим врачом был Ваймак – довольно крикливый, но всë равно добродушный врач.       — О, Нил.       Парень сразу остановился и повернул голову на знакомый голос. Узнав мужчину Натаниэль подошëл ближе, для более удобного разговора, ведь по коридору сейчас ходило много медсестëр.       Из всех людей, что хоть каким-нибудь образом были связаны с лечением Ната, только Ваймак и Эбби знали, как на самом деле звали парня. Все остальные были посвящены лишь в прозвище, коим являлось "Нил Джостен". Эбигейл, конечно, сопротивлялась, но Ваймак убедил еë, что так Нату будет комфортнее И лучше, так что женщина в итоге согласилась на это. И самому Натаниэлю намного больше оно нравилось, нежели его настоящее имя.       — Ваймак.       Мужчина совершенно не обращал внимания на то, что Нат обращался к нему на "ты", называя фамилию. Ваймак добродушно улыбнулся.       — Что, снова не собираешься идти на завтрак?       Натаниэль решил промолчать, показывая, что мужчина полностью прав. Он чуть покачал головой, через столешницу пододвигая к Нату кружку чая и блюдечко печенья.       — Нет. Я не буду.       Но мужчина упорно снова пододвинул это всë обратно.       — Я не спрашивал, будешь ты или нет. Ешь давай. — парень с неохотой глотнул чая, начиная поедать под него печенье. — Ты хоть помнишь, что ночью было?       — Не очень.       — Снова всем отделением искали. Ты меня даже цапнул.       Он показал на место между большим и указательным пальцами, заклеенное пластырем. Что же, сейчас извиняться за это не было смысла, поэтому парень просто пожал плечами, доедая последнее печенье с шоколадом.       Натаниэль уже собирался уходить, но внезапно остановился.       — Доктор Ваймак! Пациент с шестой палаты...       Мужчина даже дослушивать медсестру не стал, сразу дëрнувшись с места, в направлении этой самой комнаты.       У Ната в голове сразу задвигались шестерëнки... Шестая... Это и была та самая палата, дверь в которую всегда была закрыта.       Когда парень только здесь оказался, дверь уже была закрыта. Значит тот, кто в ней находится, тут дольше него. Но какая Натаниэлю разница?       Плюнув на это, он направился в кабинет Добсон.       Женщина, как это было всегда, сидела в кресле, напротив которого стоял чëрный журнальный столик, и сразу же стул.       Она подняла на него глаза, сразу видно, немного удивившись его приходу.       — Нил, здравствуй.       Она тут же нацепила свою профессиональную улыбку, взмахом руки показывая, что ему стоит сесть.       Натаниэль послушно подкатил катетер к стулу, сев на него.       — Что, не ожидала, Би?       Бетси на первом же приëме сказала, что он может обращаться к ней как ему будет комфортнее, так что сейчас с этим не было проблем.       — На самом деле, ты не часто заходишь ко мне с самого утра.       Конечно, она хотела сказать, что такого вообще никогда не было.       — Хочу поскорее с этим покончить.       На это она лишь промолчала. Что же, в их распоряжении целый час.       — Горячего шоколада?       Нат закатил глаза. Потому что эта девушка просто поражала его своим упорством. Бетси каждый их сеанс предлагает этот чëртов шоколад, и Натаниэль каждый раз отказывается. Скоро это точно превратится в войну.       — Би, мой ответ неизменен.       Она пожала плечами, немного улыбаясь. Это даже была улыбка с азартом.       — Ну, начнëм?

***

      Этот час наконец-то закончился, и Нат вышел из этого чëртового кабинета. Целый час слушать всякую болтовню Добсон было просто ужасно. Но это надо было не просто слушать, на еë вопросы надо было и отвечать.       Натаниэль буквально выполз от неë, снова встречая Ваймака за стойкой. Только теперь мужчина был немного в плохом расположении духа, об этом говорили как минимум сведëнные к переносице брови.       — Эй, — достаточно тихо позвал парень, тем не менее, чтобы Ваймак смог его услышать. — Что-то случилось?       Он сразу обратил внимание на Натаниэля. На самом деле, не в его полномочиях было рассказывать что-то об одном пациенте – другому, но, видно, выхода у мужчины совсем не было.       — Эндрю... Он опять пригрозил одной медсестре ножом.       Ваймак запустил руку в тëмные волосы, и вид на его татуировку было видно из-за рукава белого халата.       Такой рисунок совсем не подходил врачу, но Нат даже не думал о том, что это было из разряда "ошибка молодости".       — Но, постойте. Откуда у него вообще ножи?       — Нил, ты правда думаешь, что я знаю? Если бы мне было известно, где этот паршивец их прячет, они бы уже давно были у меня.       Теперь пациент с шестой палаты, о котором Натаниэль знал лишь то, что его зовут Эндрю, и у него есть холодное оружие, немного заинтриговал его.

***

      Эндрю лежал на кровати, вперившись взглядом в потолок. Кажется, людей в этой комнате не было уже слишком давно, но он понимал, что скоро придут его братья.       И тут дверь внезапно отворилась. Эндрю кинул лишь один мимолëтный взгляд на незнакомца, что стоял на пороге, а потом снова направил его в белый потолок.       — Можно мне зайти?       Голос незнакомца был немного встревоженным, ведь сейчас ему нельзя было здесь находится, и одна из медсестëр могла увидеть его, и отвести в комнату.       Но об этом Эндрю подумал в самую последнюю очередь. Он спросил, перед тем как пересечь порог этой комнаты. Неужели этот парень достаточно умëн, чтобы понимать, почему Эндрю так недоброжелательно относится ко всем этим врачам?       Теперь взгляд, которым он оглядывал парня был долгим, но совершенно незаинтересованным. Если считать только то, как это выглядело снаружи.       Внутри же парень удивлялся тому, что в этом адском месте был хоть один нормальный человек, что понимает смысл словосочетания "личное пространство".       Он кивнул, всë же давая разрешение на то, чтобы таинственный мальчик, наверное, его возраста, бесшумно вошëл сюда, тихо закрывая дверь за собой.       Одежда на незнакомце выглядела типично, как и у всех пациентов, что лежали здесь: белая длинная футболка, доходящая до колен.       Но вот внешность была уже совершенно не самой обычной: длинные, кудрявые, рыжие волосы, доходящие ему примерно до лопаток, но такие неухоженные, сразу понятно, что расчëсываться он не любит; светлые голубые глаза, что, Эндрю был в этом уверен, могли стать и синими; россыпь почти незаметных веснушек под глазами и на носу.       Он... Довольно симпатичный. Вполне во вкусе Эндрю, если бы тот, конечно, хотел бы себе отношений. Вот только этого никогда не случится.       — Чего пришёл?       Резко и грубо спросил Эндрю, наблюдая за тем, как тот садится на стул напротив, даже не подумав, чтобы сесть к нему на кровать.       Это был ещё один плюс к копилке этого парня.       — Нет особой причины. Просто стало интересно, кто лежит в палате, у которой вечно закрыта дверь. Я редко видел, чтобы медсëстры, и врачи заходили к тебе.       Эндрю не услышал тут вопроса, поэтому просто предпочëл промолчать.       — Как звать?       Его губы застыли в неком противостоянии, но уже через секунду он что-то для себя решил.       — Зови меня Нил.       Конечно, одной этой фразой он наводил на всю свою личность немного тайны, ведь это буквально кричало о том, что Нил не было его настоящим именем.       — Я Эндрю.       Он всем своим видом постарался показать, что его не заинтересовало его настоящее имя. Что он не залез в его мысли, как только появился на этом пороге.       Теперь Нил улыбнулся, и эта улыбка буквально излучала свет. Нет, это не было вечной лыбой, что просто приклеена к лицу его кузена – Ники.       — Я знаю.       И снова интригующая улыбка. Он как будто специально пытался добиться того, чтобы Эндрю обратил внимание на факт существование такого человека здесь.       — И откуда же тебе это известно?       — У нас с Ваймаком достаточно... Хорошие отношения.       Нил продолжал так улыбаться, поэтому Эндрю направил свой взор наверх.       — Теперь можно и мне задать вопрос, если я уже ответил на всё, что тебя интересует?       — Валяй.       — У тебя правда есть ножи?       Такого вопроса он не ожидал. Конечно, он довольно часто доставал лезвия из-под повязок, грозя ими слишком любопытным сестричкам, но он лежит тут достаточно давно, чтобы все знали о том, что он имеет при себе опасное оружие.       Он кивнул, в знак согласия. Голубые глаза немного, совсем чуть-чуть потемнели.       — Как же ты смог их пронести? Меня обчистили на входе, этим, как его, металлоискателем.       Эндрю даже немного удивлённо поднял брови, хотя Нилу это сто процентов было не видно.       Он просто хочет показать, что они похожи, или это правда, что у него нашли все ножи при обыске? Удивлением было уже то, что у него было что-то подобное.       — Тебе сколько лет?       Нил немного проморгался, будто не ожидал такого вопроса.       — Шестнадцать. А тебе?       Он был младше Эндрю всего на два года. Но даже это уже давало парню некие преимущества.       — Восемнадцать. Давно здесь?       Парень теперь выглядел задумчивым, как будто действительно не мог припомнить, сколько уже здесь находится.       — Наверное, месяца два? На самом деле, не помню точный день, когда попал сюда. А ты сколько тут уже лежишь?       Эндрю тоже не мог вспомнить точную дату, когда оказался в этой палате, но события, которые к этому привели, оказались достаточно хорошо отпечатавшимися в его памяти.       Он ведь лишь потом понял, что это не просто больница, в которой лечат лишь внешние повреждения. Также тут и стараются вылечить психические недостатки подростков, при этом психиатрическим диспансером это место назвать нельзя. Это что-то между, поэтому отсюда ты не выходишь, как из психушки, именно потому пролежать здесь можно достаточно долго.       — Кажется, полгода, но тоже не помню точной даты.       И на несколько секунд в помещении стало тихо. Кажется, они оба уже не знали, как продолжить разговор, но тишина, что заполнила пространство, была комфортной для обоих, поэтому никто не собирался жаловаться.       Но ничто хорошее не длится вечно. Дверь распахнулась, да так сильно, что Эндрю знал только одного человека, который делает так, когда зол.       — Эндрю Джозеф Миньярд, если ты хоть пальцем тронул его...       Ваймак удивлëнно уставился на Нила, который просто спокойно сидел на стуле.       — Какое же у вас обо мне плохое мнение сложилось.       Эндрю специально говорил таким тоном, чтобы всем присутствующих было понятно, что это игра. Также там была нотка обвинения.       — Ты сам виноват в том, что о тебе думают плохо, Эндрю. Нил, какого хрена ты здесь забыл?       — Мы... Эм... Разговаривали?       — Но не во время тихого часа, идиот! Иди быстрее к себе, пока Эбби не обнаружила твоей пропажи, а не то она мне все уши прожужжит о том, что я не уследил за тобой.       Перед тем, как встать, Нил быстро посмотрел на Эндрю.       — Я обязан познакомить тебя с девками, они клëвые, так что жди!       И он ушëл, увозя за собой эту неудобную палку.

***

      — Деевки!       Натаниэль зашëл к ним сразу, как только тихий час закончился. Он специально протянул первую гласную.       — Нил? И что же тебя привело? Неужели снова хочешь, чтобы мы тебя заплели?       Элисон сразу подошла ближе, со своей этой фирменной улыбочкой.       — Элис, Нил ведь мог и не за этим прийти.       Проговорила Рене, тоже улыбаясь Нату. Дэн лишь кинула на него взгляд, наверное, просто не зная, что добавить.       Натаниэль задумался, и в итоге, кивнул каким-то своим мыслям.       — Окей, давайте две косички.       — Только этого я и ждала. Давай, усаживайся на полу поудобнее. — Элисон начала вертеть головой Ната, как только он осел между еë ногами. — Как давно ты не расчëсывал волосы? Это ужас, Нил, что же ты будешь делать, когда мы уедем?       Натаниэль даже поник после последней фразы девушки. Они все втроëм выписывались отсюда примерно в одно время – через неделю. Кто-то раньше, на день, кто позже. Но смысл был один, их скоро тут не будет.       — Эй, не тяни так сильно!       Крикнул Нат, пытаясь также уйти от своих мыслей.       — Тут по другому нельзя. Просто ужасные узлы.       В итоге решив превозмогать боль, Натаниэль посмотрел на двух других девушек, что сидели на одной кровати, что была напротив.       — А вы знаете, кто живëт в шестой?       Ему сначала нужно было понять это, чтобы знать, стоит ли приводить их к Эндрю, или всë же не стоит.       Всë-таки, все они появились здесь раньше Ната, так что могли уже и узнать что-то о нëм.       — Ммм... Знакомы с ним немного. Замкнутый в себе социопат, что никому не даëт к себе приблизится и на метр. Тут же нож в действие. В общем, мы прозвали его монстром.       Дэн поморщилась, видимо, вспоминая что-то неприятное. Но ведь Натаниэль сидел рядом с ним, и он показался ему достаточно адекватным. Неужели они просто без разрешения пытались проникнуть в его личное пространство? Тогда это бы многое могло бы объяснить.       Нат решил промолчать. Значит, всë же, отношения у них не сложились, а это приводит к одному факту: он пойдëт к Эндрю один.

***

      Он снова постучал, немного приоткрывая дверь.       — Я могу войти?       Сейчас Эндрю лежал на кровати с книгой, даже не отвлекаясь от неë, когда Нат спросил это.       — Заходи.       Натаниэль вошëл, снова устраиваясь на стуле. Парень всë же скользнул по нему незаинтересованным взглядом, вновь возвращаясь к написанной истории.       — Я подумал, что девочек не стоит сюда звать.       Эндрю даже не посмотрел на него, но было ясно, что он всë прекрасно слышит.       — Так вот почему у тебя теперь на голове это.       Он не назвал чего-то конкретного, но Натаниэлю было понятно, что речь идёт о двух колосках.       — Ага. Так значит, ты уже знаешь Элис, Дэн и Рене?       Эндрю всë-таки отложил книгу, решив, что сможет дочитать еë и после.       — Они здесь дольше, чем я. Думаю, где-то год. Так что да, мы с ними успели познакомиться.       Нат завороженно смотрел на то, как Эндрю говорит больше, чем обычно.       — Дэн сказала, что ты социопат, но я больше чем уверен, что это неправда.       Эндрю уставился на него, но на лице нельзя было прочитать ни одной эмоции, поэтому Натаниэлю оставалось лишь догадываться, о чëм тот думает.       — Я никогда и не говорил, что я социопат.       Это был... Довольно размытый ответ, но Натаниэль чëтко прочитал в этом предложении то, что люди просто не понимают поступков Эндрю, даже не думая о том, что он просто защищает свои границы.       Но тут дверь снова открылась.       — Эндрю, к тебе брат и кузен.       Парень лишь кивнул Ваймаку, и тот, недовольно посмотрев на сидящего тут Ната, сразу снова исчез в дверях.       — Ого. Тебя есть кому навещать. Тогда я, наверное, пойду.       — Можешь остаться, если хочешь.       Эти слова... Натаниэль сел обратно на стул, решив, что если Эндрю так говорит, то ничего плохого не случится.       Буквально через минуту в комнату вошли два человека: один был точной копией Эндрю: со слишком белой кожей, светлыми волосами и почти весь в чëрном.       Второй парень был как будто их полной противоположностью: у него были чëрные кудри, высокий рост, немного смуглая кожа и ослепляющая всë вокруг улыбка.       Нату сразу стало понятно, кто из них был братом Эндрю, а кто кузеном.       — Ну, Эндрю, как ты тут? — высокий парень остановился своими тëмно-кариими глазами на Натаниэле. — А это кто?       На последний вопрос, видимо, Эндрю отвечать не собирался, ровно так же, как и на первый. Поэтому Нат решил сам представиться.       — Я Нил. Если вам будет неудобно, я могу уйти.       Нат тоже дружелюбно улыбнулся.       — Тогда свободен.       Недовольно проговорил другой близнец, скрещивая руки на груди. Эндрю, наконец-то, решил заговорить.       — Заткнись, Аарон. Нахера ты вообще привëл его сюда, Ники?       Вопрос явно был риторический, поэтому никто на него отвечать не стал. Высокий парень лишь поближе подошëл к Натаниэлю, протягивая руку.       — Я Николас, но можно просто Ники. Приятно познакомиться.       Натаниэль с некой осторожностью всë-таки же пожал протянутую парнем ладонь, неловко улыбаясь.       — Да, мне тоже.       — Ух, первый раз вижу, чтобы у Эндрю сидел кто-то из других пациентов.       На это Нат лишь пожал плечами, не посчитав вопросом, хотя скрытый подтекст явно был. "Какие у вас отношения."       Натаниэль кинул взгляд на Эндрю, а потом снова вернул к Ники.       — Я здесь недавно, а Эндрю не против, чтобы я заходил, так что вот так.       Доля правды в этом была, хотя и только доля. Натаниэль был абсолютно не уверен в том, что Эндрю не против его присутствия здесь, хотя он и сам разрешил войти.       — И как же ты попал сюда, Нил?       Этот вопрос Нат как раз ожидал, но только всë равно не знал, что ответить. Эндрю спокойно распознаёт его ложь, а это значит, что потом ему придëтся рассказывать правду.       — Руку сломал, но гипс уже сняли. Сказали, что стоит за мной ещё немного понаблюдать, вот я и здесь.       Это была чистая ложь, выдуманная буквально на ходу, и по тихому смешку Эндрю, который, видимо, услышал только Нат, было понятно, что он это прекрасно понял.       — Понятно. Не голоден?       Ники поднял руку, в которой был пакет, заполненный всякими вкусностями, в основном, шоколадными, единственное, что Натаниэль смог запомнить.

***

      Эндрю разговаривал мало, в целом давая Нилу отвечать на многочисленные вопросы Ники. Парень сразу понял, что то, что Нил сказал о своей причине нахождения здесь – полная чушь.       На самом деле причëска, какую заплели этому парню ему шла, и даже очень. Хотя, Эндрю нравилось любое расположение этих волос.       Даже по лицу и некоторым жестам этого парня было понятно, что он отвечает уклончиво и полуправду, но Хэммик достаточно недальновиден, чтобы заметить это.       Эндрю даже забавляла вся эта ситуация. Ники говорил то, что действительно заставляло Нила покрутить шестерëнки в голове, но это быстро закончилось, перейдя на обсуждение всяких фильмов, и даже Аарон вставлял своë слово.       Наконец-то эти двое ушли, и Нил остался сидеть на стуле, даже после этого. Как будто знал, что Эндрю решит задать вопрос. Парень усмехнулся.       — Ну, и? Как на самом деле ты попал сюда, кролик?       Нил удивлëнно поднял глаза, явно недоумевая с такого странного прозвища, каким Эндрю назвал его.       Но он и сам не мог объяснить, почему ему захотелось его так называть. Просто реакции у него были такими пугливыми, и этот парень вообще выглядел так, как будто в любой момент может убежать, словно трусливый кролик.       В итоге Нил тяжело выдохнул, как будто готовился рассказать что-то слишком личное. Что-то, чего никто не знал.       — Не могу сказать, что мой отец получил бы приз за звание "отец года". Думаю, он уж точно далëк от этого. Мама ушла когда мне только стукнуло десять, и я начал жить с ним. Конечно, он меня бил, но эта тварь зашла и дальше простого насилия. Он начал приводить домой своих "друзей". Наверное, ты и сам догадался, что они там со мной делали за деньги. В общем, мне это надоело и я сбежал. А когда вернулся, он лежал на полу, с простреленной башкой. Не знаю, кто его так, но оружия у нас дома действительно было хоть жопой ешь. Он меня лет с шести обучал, как правильно ножи метать. Потом, конечно, полиция, все дела. Скорее всего, я был в таком ужасном состоянии, что меня даже опрашивать не стали, сразу сюда привезли. Вот я тут второй месяц и живу. Потом, после того как копы в квартире пошарили, обнаружились пакетики. Видимо, из-за этого его и грохнули.       Нил прекратил, и тоже уставился на Эндрю, который теперь видел его в абсолютно другом свете.       — А теперь ты готов назвать мне своë настоящее имя?       Он тяжело выдохнул, собираясь запустить пальцы в волосы, но, видимо, вспомнив, что он не хочет испортить причëску, опустил ладонь на колени.       — Ненавижу его. Даже если скажу, называй меня Нилом, окей?       Эндрю пожал плечами, но парень продолжал молчать, буравя его взглядом, скорее всего, ожидая именно ответа.       — Хорошо.       — Я Натаниэль.       Парень немного сжался, как будто само это слово причиняло ему физически ощутимую боль.       — Ну, оно слишком длинное, Нил.       Лениво произнëс Эндрю, как будто специально показывая этим, что для него нет разницы, как его зовут. Он благодарно улыбнулся.       — Могу теперь и я задать вопрос? — Эндрю лишь кивнул, и на этот раз, Нилу этого хватило. — Не буду спрашивать о том, как и почему ты здесь, надеюсь, сам потом расскажешь. Но раз ты придумал мне прозвище, можно и мне тоже?       Парень даже удивился такому вопросу. Нет, он знал что многих здесь звали сокращëнно, та же Элисон. Но он не думал, что имя из пяти несчастных букв надо будет сокращать, но это было интересно.       — Ну давай. Посмотрим, что ты можешь придумать, кролик.       Он прямо-таки задумался об этом. Активный мыслительный процесс в его голове буквально чувствовался в воздухе.       — Что ты думаешь о Дрю?       Уже через минуту отозвался он. Эндрю тоже задумался, чуть заметно ухмыльнувшись.       — Мне нравится.