Избранная Смертью

После ночных приключений плохо спалось, заснуть удалось только под утро, поэтому громкий крик старосты слишком сильно ударил по ушам невыспавшихся. Как говорится — утро добрым не бывает! За завтраком только мы с Гарри сидели сонные, но повезло только ему — Невилл тактичный мальчик, лезть с ненужными вопросами не стал, лишь изредка беспокоил Гарри, отгоняя от него любопытных детей. Моя же «свита» была куда наглее. — А чего это у тебя круги под глазами? — спросил дотошный Драко. — Выглядишь невыспавшейся, — сочувственно сказал Блэйз. — И куда ты ночью уходила? — подозрительно прищурилась Панси. Только лишь Тео не стал ни о чём спрашивать, но всё равно не сводил заинтересованного взгляда. — Нет мне покоя! — обреченное вздохнула я, закатывая глаза. — Гулять я ходила, с Гарри. Теперь ваша душенька довольна? — То-то он такой пришибленный ходит, — пробормртал внимательный Тео. — «Гарри», — позвала я по тс. — «Чего?» — спросил Гарри. — «А где Герми?» — «В гостиной, собирает рюкзак. Она учебник какой-то забыла.» — «Она хоть позавтракала?» — «Да, минут десять назад.» — Ребята, — позвал нас Драко, — ликуйте, сейчас мы пойдём на самый интересный урок к самому потрясающему учителю — на зельеварение! Я проверила, не чихнул ли при этих словах Снейп. Тот оказался стойким к упоминанию своего имени и оставался невозмутимым. — Мы помним, Драко, — сказала Панси, — ты уже говорил об этом в гостиной и по дороге сюда раз десять. — А то и пятнадцать, — поддакнул Блэйз. — Ладно вам, дайте человеку порадоваться, — сказала я. — Ты кушай, Драко, кушай, не отвлекайся. Драко отвернулся и обиженно засопел. После плотного завтрака мы спустились в подземелье к кабинету. Его нам показали ещё в первый день, как и личные комнаты декана, чтобы мы знали, где его искать, если что. В классе уже сидели слизеринцы и несколько гриффиндорцев. Вскоре подтянулись остальные. Я сидела с Драко, Гарри с Невиллом, Панси с Тео, Гермиона с Блэйзом. На самом деле мы не хотели светить хорошими отношениями, но мест больше не было, так что им пришлось притворяться, что такое соседство им не в радость. Со звонком в класс, как в каноне, ворвался профессор Снейп. Его мантия развивалась, сам он выглядел, будто в в каком-то нуарном фильме. — Вы здесь для того, — начал он, — чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень тонкую и точную науку. Меня поразил его глубокий голос. Атмосфера во время его речи была невероятной — никто не смел издать ни звука, казалось, что и дышали все через раз. И всё же я еле сдержалась, чтобы не начать проговаривать его монолог шёпотом. — Глупое махание волшебной палочной к этой науке не имеет никакого отношения, и потому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки, — продолжил профессор. — Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства... Я могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой смерть. Но всё это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стала болванов, которое обычно приходит на мои уроки. Я чуть не начала аплодировать. У нашего декана явно талант в ораторском искусстве и красноречии. Перекличку я благополучно пропустила, ожидая следующего представления. — Поттер! — совершенно ожидаемо произнес Снейп, — что получится, если я смешаю корень асфоделя с настойкой полыни? Небольшое лирическое отступление: на самом деле это не фраза-подсказка, говорящая о чувствах Снейпа, а просто вопрос, ведь Роулинг на момент написания первой книги ещё не придумала чувства, связывающие Северуса и Лили. И ещё — этот язык цветов используется при создании букетов, и я не думаю, что Снейп его знает. Но совпадение довольно милое. — На сколько я помню, сэр, — отвечал Гарри, — напиток живой смерти? Снейп хмыкнул, что можно было понять по-разному. Он, наверное, был горд тем, что Гарри помнит его уроки на каникулах, насколько я могла судить по его эмоциям, ведь опытный легилимент их немного неумело, но скрывал. Остальным этот хмык мог показаться недовольным. — Уизли! — смена жертвы. — В чём разница между волчьей отравой и клобуком монаха? Рыжий залился краской что-то невнятно пробурчал. — Я не слышу ответ, — угрожающе навис над ним профессор. — Я не знаю, — резко ответил Рон. — Так-так, — сощурился Снейп, — значит ли это, что вы не удосужились даже прочитать учебник? Мистер Малфой, ответьте на вопрос. Драко встал, явно гордый собой. — Никакой, профессор, это одно и то же растение, также известное как аконит. — Плюс балл Слизенину, минус балл Гриффиндору. Поттер, — на этот раз он обращался ко мне. — Если я попрошу вас принести мне безоаровый камень, где вы будете его искать? — В желудке козы, сэр, или у вас в кладовке. — Плюс балл Слизенину. Кто мне скажет, какими свойствами обладает безоар? Гермиона, как и в прошлые разы, сразу же подняла руку. Также подняли руки я, Драко, Гарри и Блэйз. Снейп спросил последнего. — Безоар — это противоядие от большинства ядов, сэр. После того, как Снейп наградил Слизерин ещё одним баллом, мы, вопреки моим ожиданиям, не начали варить зелья. Весь оставшийся урок мы конспектировали сборник ингредиентов и запоминали их внешний вид. Домашним заданием было доделать конспект. На следующием уроке мы начнем, наконец, варить зелья. Следующим уроком был ЗоТИ. Квирелл заикался, понять его было трудно, так что я заняла себя созерцанием его души и ауры. Это было... странно. Попробую описать: вот есть душа. Обыкновенная, серенькая, слегка колышущаяся. А вот есть... нечто, тёмно-серого цвета, хаотично движущееся и будто бы пожирающее душу. Зрелище мерзкое. Ладно, дальше. Аура профессора выглядела обычно: разноцветная, пульсирующая, но какая-то блеклая. И был "паразит", по-другому не назвать: тёмный, яркий, густой ошмëток ауры, пульсирующий где-то сбоку и сосущий энергию. Вероятно, магию, ведь откуда у этого ошмëтка магическое ядро? Также выяснилось, что глаза у меня всё-таки светятся, но днём это не так заметно. После уроков Блэйз не дал нам пойти на обед, заставил делать уроки, а потом смотреть на его сюрприз. Около пяти часов мы все закончили с делами и собрались в холле. Блэйз повёл нас на опушку леса. Сюрпризом оказался пикник, полностью компенсировавший нам обед. За разговорами и обсуждением прошедшего дня мы не заметили, как к нам приблизился нежелательный гость. — Гарри, Мара! Вы, что-ль? — пробасил Хагрид. — Чего это вы тут делаете? Хагрид нагло игнорит всех остальных, слизеринцы отвечали ему молчаливым презрением. Невилл вежливо поздоровался, Гермиона промолчала. Её всё ещё пугал вид полу-великана. — Сидим, — ответил Гарри, — общаемся с друзьями. — Ясно, — Хагрид осмотрел нашу разношëрстную компашку, но ничего по этому поводу не сказал. — А я вас пригласить хотел, это, на чай, к себе. Можете друзей своих взять, ежели они захотят, — неуверенно добавил он. — Ладно, Хагрид, мы придём, — со вздохом ответила я. — Когда? — Дык когда захотите! Только не вечером, вам поздно гулять запрещено. Мы согласно покивали, после чего Хагрид ушёл. — Кстати, я вот что вспомнила, — сказала я. — Уизли, которые близнецы, пробудились. — Чего? — непонимающе переспросил Драко. — Кровь пробудили, вот чего, — пояснил Гарри. — У них есть благословение анки. — Серьёзно?! — воскликнула Панси. — А вы откуда знаете? — Встретились с ними ночью в лесу, — отмахнулась я. — Не суть, я сейчас не об этом. Уизли пробудили кровь, ажто значит, что они больше не предатели крови! — Ты уверена? — с сомнением спросил Блэйз. — Клеймо предателя не просто так ставят. — Да, по крайней мере их ауры почти очищены. А ещё Сишша сказала, что если клеймëнные долгое время находятся рядом с драконами иди гоблинами, клеймо исчезнет. — Ты сейчас на кого-то конкретного намекаешь? — спросила Панси. — На Билла и Чарли Уизли, верно? — догадался Тео. — Да, мы с Гарри хотели попросить близнецов написать им письма и как-нибудь аккуратно спросить про клеймо на них, но ни мы, ни близнецы не знаем, как сформулировать вопрос так, чтобы не показать, что мы слишком много знаем, всё-таки мы слишком маленькие, чтобы знать такие вещи. — Я помогу, — вдруг неожиданно для нас, да и для себя, вызвался Драко. — Да, всё-таки если они лишились клейма, ничего зазорного в общении с ними нет, — спустя какое-то время пояснил он. Письмо писали все вместе. Точнее, писали близнецы под диктовку Драко и подсказки Тео, а я, Гарри, Блэйз, Панси и Невилл стояли в сторонке и смотрели. Гермиона лезла под руки, любопытство было сильнее её. Фред и Джордж на удивление тепло приняли нашу отчасти «змеиную» компанию. Оказалось, им чужды предрассудки, они общались со всеми факультетами. Я проводила улетающего с письмом Натана глазами. Взяли его, поскольку у близнецов совы не было, гаррина Букля сильно выделялась, малфоевский филин был легко узнаваем, а у остальных сов не было - они получали письма и посылки от домашних и никогда не писали первыми. Вот взлетела хогвартская общественная сова со вторым письмом. Ждать ответа придётся долго, всё-таки не в соседний город летят. — Я тут подумал, — задумчиво пробормотал Гарри, — а почему ваши дары не пробудились? Брат обращался к слищеринцам и Невиллу. Те переглянулись. — Ну, в моём роду слабая кровь вымершего вида, — сказал Невилл. — Ни мой папа, ни бабушка, ни её родители так и не смогли пробудить кровь, а так как я слаб магически, на мне и не пытались. — Глупость какая, — прошипел кто-то рядом, — у него все шансы стать сильным магом, если пробудит кровь. Это был гаррин полоз. Эта шипящая вредина сразу после приезда уполз неизвестно куда и на гаррин зов не отзывался (тот самый, который есть у связи «хозяин-фамильяр»). — Ах вот ты где, гад ползучий! — обиженно зашипел Гарри и схватил змея за шею. — А я тебя обыскался! Извёлся весь! Где ты был, позволь спросить?! Герми шарахнулась в сторону, Невилл испуганно замер, слизеринцы недоумëнно покосились, а я не знала, что мне делать — смеяться или тоже кричать. — Я обследовал замок, хозяин, - спокойно сообщил фамильяр, полностью игнорируя злость Поттера. Маисовый полоз по имени Рубер (забавно, по-моему), который и являлся гарриным фамильром, несмотря на пока что небольшие размеры, обладал на редкость противным характером: он был заносчив, самовлюблен, иногда груб. Но всё же у него были и положительные черты: аккуратность и исполнительность. Он был жутким собственником (никак не мог понять, что это он принадлежит брату, а не наоборот, из-за чего мы постоянно ругались) и параноиком (будь Грюм змееустом, они бы сплелись). Так что не удевительно, что первым делом он уполз осматривать территорию, никого не предупредив! — Гарри, ладно тебе, не мучай животное, — успокаивающее залепетала Панси. — Верно, хозяин, послушай девчонку, она дело говорит. — Не называй так мою подругу, — прошипел Гарри, успокаиваясь и чуть разжимая кулак, чтобы дать полоз обвиться вокруг его руки. — Что ты там говорил про пробуждение? — спросила я. — Эй, я не понимаю, что вы там шипите! — воскликнула Гермиона. Она уже подошла ближе, страх змей почти прошёл. — Мара, переводи! — Я говорил, что мальчик может стать сильным магом, если пробудит древнюю кровь, — повторил Рубер. Я послушно переводила. — Ты хочешь сказать, что Невилл сможет пробудить кровь? — переспросил Гарри. — Разумеется! — А почему тогда не получилось у старшего поколения? — Мне почём знать? Я говорю о том, что вижу своими глазами. — А остальные тоже смогут пробудиттся? — Да, все, кроме кудряшки, у неё кровь слабая. Гермиона обиженно засопела. — И что для этого нужно сделать? — Спроси у Сишши, я не эксперт. — Кстати, а где она? — спросила я. — Уже здесь, — услышали мы шипение с другого конца коридора, в котором сидели. Сишша приближалась стремительно, будто чёрная стрела. — Чтобы пробудить кровь, —продолжила она, заползпя на мою руку, — нужен всплеск магии, как с близнецами. — Точно такой же? — спросил Гарри. — Да. — Но почему в тот раз не сработало? — Не знаю, может всплеск слабый был. — А что нужно делать, чтобы получить этот всплеск? Сильные эмоции вызвать не получится. — Вам сейчас достаточно будет пропустить свою магию через каждого из них, она будет активатором. Но это трудный процесс, вы сможете пробудить лишь одного за раз, потом надо будет долго восстанавливаться. — Ну, кто первый? — спросила я после того, как перевела. — Я, я! — закричали слизеринцы. — Может, начнём с Невилла? — предложил Гарри. — Силëнок не хватит, — обломала Сишша. — Сначала увеличте резерв магии, или как волшебники это называют. — А как? — хором спросили мы с братом. — Колдуйте побольше, всего делов. Думаю, если вы пробудете кровь сначала мариных софакультетников, то потом сможете заняться Невиллом. А уже после, может быть, если совместите усилия, то пробу́дите кровь своей магглорождëнной подружки, если её предки, конечно, были волшебниками и имели родовые дары. Гермиона, когда услышала перевод, вся засияла и чуть не запрыгала от счастья. Сейчас она напоминала нашкодивших близнецов, которым сошла шалость с рук. Сами они, кстати, сидели тихонечко на подоконнике, слушали вполхуха и смотрели в карту. Первыми пробудили Драко и Панси. Мы с Гарри положили руки и на лопатки и, руководствуясь указаниями Сишши, выпустили магию из рук, направив в их магические ядра. Вспышка, обещанный всплеск магии и... Вроде бы ничего не изменилось. Как сидели перед нами обычные Драко с Панси, так и сидят. Разве что... Если приглядеться, можно заметить, что они стали немного красивее. Не сказать, что внешность сильно поменялась, нет, наоборот, они остались такими же, как и до пробуждения, но что-то такое, неуловимое, предающее им определённый шарм, появилось. Черты лица Драко как-будто немного вытянулись, стали плавнее. А у Панси — закруглились. Что же за кровь у них пробудилась? — У снежка пробудилась кровь вейл и лунных эльфов, у злюки — тануки, — прошипел Рубер, будто мысли мои прочитал. — Это такие енотовидные собаки-оборотни из японской мифологии. Вредные, но безобидные твари. Я подумала, что это описание хорошо подходит Панси, как бы грубо это не звучало. Самим пробуждать кровь было не столько утомительно, сколько долго и нудно. Спустя неделю мы повторили процесс с Тео и Блэйзом. У первого пробудилась кровь ëтунов¹ и ледяных эльфов, а у второго — гиан². Спустя ещё неделю мы пробудили кровь Невилла. Какого же было наше удивление, когда мы узнали, что Род Лонгботтомов благословили лесные феи и духи (мы ведь с Гарри совершенно об этом забыли, хоть нам и рассказывали Алекс и Виктория, но это было так давно!)! Теперь стало ясно, почему он две недели не говорил нам, что за кровь течёт в его жилах и упорно переводил тему. Кстати, у всех их внешность тоже слегка поменялась — Блэйз стал более женственным, Нотт ещё сильнее побледнел, а Невилл слегка похудел. Жаль, что пробудить Гермиону не получилось. Видимо, это из-за того, что она Новая Кровь, как Лили. Та стала кицунэ, основав свой Род. Когда Гермиона станет совершеннолетней, тоже сможет это сделать, если захочет. Рубена отправили следить ща порядком в замке, чтоб на нервы не действовал. Полозы неядовитые змеи, но общаясь с ним, мы пришли к выводу, что этот особенный, ибо яд выробатывал не хуже Снейпа и общаться с ним было действительно тяжело. В основном он должен был следить за Квиреллом и, разумеется, за коридором на третьем этаже. Это задание было для него лёгким, так как его магической способностью также являлась полная маскировка, как у хамелеона. Что, разумеется, было для него ещё одним поводом для хвастовства. Кстати, интересный факт — Сишша учуяла в Дафне нимфу, то есть старшая Гринграсс (а возможно и младшая), уже пробудила кровь. Так пролетело два месяца. Не успели мы оглянуться, как наступил Хеллоуин.