Flavor

      — Так, а сейчас скажи, что за вкус?       Хёнджин мог чувствовать улыбку Феликса, пока они целовались.       — Клубника.       Блондин почувствовал лёгкий укол в сердце, когда его возлюбленный отстранился.       — Какой детский выбор, — насмехался Феликс, но блеск и бесконечная нежность в его глазах не исчезали.       Хёнджин наслаждался тем, как его любимый делал глоток холодной воды, гибкие пальцы сжимали следующую сигарету, он выпустил лёгкие облачка из неё, и губы в форме сердечка вернулись к его губам, прикусывая их.       Хёнджина никогда не переставало удивлять, как Феликс касался его головы, пока они целовались, его ладошки едва ли могли обхватить половину его лица.       — Мята.       — Не-а.       Ох, этот маленький чертёнок.       — Это блядская мята.       — Не-е-е-ет, — теперь Феликс уже не мог сдерживать смех. — Попробуй ещё раз, тигрёнок.       Их прижатые друг к другу губы стали горячими, в животах заворочалось возбуждение, ноги тесно сплелись друг с другом, каждая клеточка их тел едва-едва вмещала чувство яркого волнения, которое переполняло этих сцепленных голубков, это казалось забавным даже им самим.       Феликс крайне неохотно отстранился.       — Это мята. Я просто не мог перестать тебя целовать, — он улыбался чересчур невинно после того, чем они занимались.       Хёнджин наблюдал за тем, как закатное солнце окрашивало персиковым цветом лицо Феликса.       Он был прекрасным. Что-то внутри него было скрыто от чужих глаз, оно расцветало, оно увядало, времена года сменяли друг друга, но всё это оставалось таким же.       — Тогда не прекращай.       И в этот раз, Хёнджин потянулся первым.