На языке цветов

Расписанные стены-информаторы, шумные логи, неторопливые колясники и Рыжий со своими крысятами. Обычная картина Домовского коридора. Крысиный вожак вальяжно вышагивал у стены, безынтересно смотря на происходящее вокруг. Вообще он вышел из темной и погрязшей в грязи комнаты крысятника, чтобы дойти до Кофейника и выпить там то, что называлось кофе, а на деле являло собой смесь кофейной жижи с какой-то настойкой Табаки. Но его планы изменились, когда среди гула голосов, топота ног и скрежета колёс послышался равномерный деревянный стук трости. Птичий Папа покинул свою обитель и тоже выбрался в оживленный коридор. Рыжий сменил своё направление и подошёл к Стервятнику, который, в отличии от вечно разгильдяйски и не всегда полностью одетого крыса, выглядел достаточно элегантно и опрятно. Чёрная водолазка сидела на нем как влитая, выделяя худобу, а целый ряд цепочек с ключами на шее добавлял некую изюминку. У Рыжего на мгновение сперло дыхание. Слишком уж он любил этот стиль и его обладателя. — Утра, — поздоровался Стервятник и откинул за спину аккуратную косичку. — Доброго, — отозвался Рыжий. — Куда направляешься? — До Кофейника. Не составишь компанию? На лице Крысиного вожака заиграла его фирменная улыбочка. Стервятник согласился, и теперь уже вдвоём они степенно шли на первый этаж. По пути они обсуждали насущные и бытовые вещи, на подобии приближающейся весенней жары и чрезмерного энтузиазма Помпея. Оба не сомневались ни в скорой жаре, ни в скорой смерти Псиного вожака. Что поделать? Уж слишком хорошо они знали Слепого. За этими разговорами друзья дошли до Кофейника. В нем по обыкновению своему было несколько людно, но что удивительно, не было никого из четвёртой и из второй. Рыжий даже подивился своим крысятам. Хотя сделал это опрометчиво и рано, поскольку парочка все-таки прошмыгнула следом за ним в Кофейник и с боязливостью наблюдала за вожаком уже с ближайшего ко входу столика. — Вот прохвосты, — пробурчал себе под нос вожак Крыс и сел рядом со Стервятником на привычные места у импровизированной барной стойки. Птичий вожак взял себе какую-то бурду сомнительного содержания именуемую «Новинкой», а Рыжий как и планировал кофе (аналогично, сомнительного содержания). Пока Кролик замешивал заказанное, Стервятник достал из рюкзака, который Рыжий не приметил сразу, книгу и положил перед соседом. На потрёпанном темно-зелёном переплете красовались золотистые подтершиеся буквы. «Язык цветов». — Небольшой подарок, — пояснил Птичий вожак, принимая чашку. — В честь чего? — удивился Крысиный вожак и тоже забрал чашку. — Просто так. Или я не могу сделать подарок старому другу? Стервятник приподнял бровь и слегка улыбнулся уголком губ. Рыжий посмотрел на книгу и пододвинул к себе. — Конечно можешь. Благодарю. С этими словами крыс обаятельно улыбнулся, обнажая зубы. Стервятник перед ним уже пробовал «Новинку». По его лицу было понятно, что напиток оказался не лучше самой дрянной настойки крысят. Но он все же выпил все. Птичий вожак отличался умением выпивать все, что только можно, да и нельзя тоже. Вредная привычка, заработанная собственными усилиями. В Кофейнике друзья просидели около часа. За это время Рыжий успел отколоть по меньшей мере дюжину пошлейших шуточек, а Стервятник выпить по большей мере половину напитков из меню Кофейника. При всем этом, если спросить кого-то из них о чем они говорили, то вразумительного и конкретного ответа не последует. Их разговор был приятным и легким. Одним из тех, которые запоминаются на долго теплом в груди и расслабленностью атмосферы, но не содержанием беседы. Во время всего разговора Рыжий теребил уголок книги, гладил ее корешок, стучал по ней пальцами и двигал с места на место. Эта книга вызвала в нем неподдельный интерес. Поэтому по возвращению в крысятник Рыжий сразу открыл зелёный переплёт, обнажая слегка пожелтевшие страницы с выцветшими чернилами. На первом же развороте вожак обнаружил засушенный цветок, хотя видно было, что лежал он там сравнительно недолго. Рыжий бегло пролистал книгу из любопытства, что значит этот цветок, и, быстро определив его название, нашёл значение. Лицо его на секунду стало недоуменным. После щеки слегка покраснели, а глаза забегали. На губах была глупая и неуверенная улыбка. Пара бутончиков красного гиацинта.*