Прибереги свои грёзы

      Щербаков — известный человек, комик, о-Господи-Боже-мой-видеоблогер, ведущий. Его знают, почитают и любят за нелепость, юмор, который он преподносит необычным образом и, за некую харизму. Шутки Алексея бывают специфическими, не каждому дано понять, о чём же глаголит этот человек; а иногда, он просто был тупым, и шутки были на уровне: «писька, жопа, член» — зато смешно.       Лёша такой человек, какой на сцене — такой и в жизни. Что не сказать о Сабурове. Персона с хорошим чувством юмора, обаянием, весельчак и компанейский на сцене, а в жизни спокойный и сдержанный, будто с иголочки. Он тоже любитель пошутить на странные темы, в особенности, если рядом Щербаков. Когда они вместе, это больше будет походить на бомбу замедленного действия, где от шуток про совместную дрочку, и до «Я сейчас дам тебе по ебальнику» всего лишь один шаг.       Летняя ночь, накинув пелену бессонницы на город, обволакивала каждую улицу, каждый проспект, серые многоэтажки, парк, небольшой магазинчик за углом, где единственным светом, было два несчастных фонаря неподалёку и вывеска на здании «круглосуточный». Скоро станет совсем темно, загорятся последние фонари, а люди, которые выбрали сегодня кровать, а не выступление «каких-то там» горе-юмористов, мирно сопят в подушку.       Ночной Питер был прекрасен. Кто бы что ни говорил, и как бы ни клеветал этот город за его вечно смутную погоду, за разнобой происходящих на тихих улочках, он всё равно оставался городом мечты, красоты и культуры, где хотелось побывать хотя бы раз. Небо, усыпанное яркими звёздами отдавало спокойствием, в такие моменты хотелось просто стоять на балконе, прикурив сигарету и дышать. Дышать полной грудью, пока не заболят лёгкие; упиваться прохладным ветром и тишиной. И лишь где-то вдали можно услышать сигналку чьей-то машины или смех подростков, решивших, что самое время прогуляться, и, после встретить рассвет, с банкой палёного алкоголя. Или стрекотание сверчков, смешанное с запахом мокрого асфальта. Летние дожди ещё больше придавали яркости мыслям, успокаивая окончательно душу, давая расслабиться и уйти в небытие. Желание остаться в своих мыслях было огромным, но мужчина стоящий на небольшом балконе открыл глаза и тяжело выдохнул опустив голову и оперевшись локтям о бортик лоджии; непослушные волосы сразу попадали вниз, разрушая, пару часов назад сделанную укладку. Сигарета тушится, и брюнет тяжёлой рукой открывает дверцу, входя внутрь помещения. — Нурлан, скоро твоё выступление начнётся, готов? — В дверях показалась милая девочка, невысокого роста, с блондинистыми, длинными волосами и чёрной гарнитурой. Девушка даже не смотрела в сторону комика, она тщательно что-то выискивала в своих бланках. — Да, конечно. — Умиротворённо среагировал Сабуров, и проводил ту взглядом.       Не успев переключиться на свои мысли, его вновь окликают. — Зал, конечно там — заряженный. Я даже не ожидал. — Усмехнулся русый парень проходя вглубь комнаты, откидывая горчичного цвета рубашку на пуфик, оставляя верхнюю часть, только в чёрной футболке. — Ты как? — Да, нормально, как само выступление прошло? — Нурлан наблюдал за действиями своего друга, запихнув руки в карманы брюк. — Просто шик! — Лёша резко повернулся в сторону Сабурова и слегка потупил. — Поправь воротник рубашки. — Моргнув пару раз, он ткнул рукой на горловину своей футболки. — Что не так? — Нурлан попытался исправить что-то, но видимо ничего не выходило, так как в следующие пару секунд слышит недовольное цоканье и чувствует как его руки отталкивают с рубашки. — Здесь немного пепла. Ты опять курил? Обещал бросить. — Щербаков прикусил нижнюю губу стряхивая с воротника пепел и поправляя его самого, следом застёгивая предпоследнюю пуговицу. — Тебе идёт так больше. Как бы по-пидорски это сейчас ни выглядело и звучало. — Он слегка приоткрывает рот.       Алексей внезапно остановился, задумавшись, он медленно переводит взгляд на Нурлана. Они встречаются глазами и почему-то просто стоят. Ничего не говоря и не делая. Просто стоят. В полной тишине, с приглушенным светом. Романтично.       Нурлан дёргается на встречу к лицу Щербакова; но остановился прям перед носом, будто не уверен в своих действиях, но почти сразу утыкается своими губами в губы Алексея, слегка нагнувшись в силу роста. Поцелуй получается нежным, спокойным, как то самое питерское небо. Щербаков пахнет одеколоном, которым его обрызгали ещё час назад, а от Сабурова несёт сигаретами, от которых блевать охота. Как минимум, так казалось самому Лёше. Казах прикрыл глаза, приятно всасываясь сначала в верхнюю губу, а затем медленно переходя на нижнюю. Он отстраняется, слабо оттягивая губу, приоткрывая глаза и видя такую картину: Лёша сжимает грудки на его рубашке, тяжело дышит с открытым ртом и закрытыми зенками. Находясь всё ещё очень близко, Нурлан усмехается, меняет эмоции снова на серьёзные, выпутывается из рук Алексея и выходит из комнаты, попровляя воротник и оставляя Щербакова одного.       Лёша совершенно не понимает, что сейчас произошло. Он этого не хотел. Нет. Совершенно нет. Наверное. Как минимум он не станет отрицать то, что ему понравилось. Но это он должен обсудить с самим Нурланом после выступления. Точно должен.