Гнездо Аиста

Квуля была хорошей лягушкой сколько себя помнила. Не выбегала из болота, когда этого не требовалось, не попадалась мальчишкам, которым только дай повод поймать живое существо. Она была хорошей лягушкой, но это не спасло ее от аиста. Тот поймал ее, когда она сидела на кувшинке, и утащил к себе в гнездо. Прощаясь с жизнью, она вспоминала ее всю, начиная с головастничества. Она ей нравилась, искренне нравилась, и теперь все кончено. Аист куда-то улетел, но это не значит, что у нее остались шансы выжить. Она отсчитывала минуты до своей гибели, слушая свое тревожно стучащее сердце. — Я лечу-у-у-у-у! Я лечу-у-у-у-у-у! — кричал кто-то сверху. Квуля насторожилась, не понимая, кто может так радоваться в тот момент, когда ей так плохо. Она подняла голову и заметила аиста, который держал за лапку другую такую же несчастную, которой не довелось спрятаться, чтобы выжить. Прошло несколько секунд и та тоже упала в гнездо, первым, что увидела Квуля, это ее светящаяся улыбка. Стало на короткий миг так хорошо, что нельзя было подумать о чем-либо другом. — Привет! — сказала радостно эта, другая лягушка, и протянула лапу с перепонками. — Тут, наверное, юг, я права? Квуля пожала лапу и с горечью ответила: — Не знаю, какая это сторона света, но я хочу тебя обрадовать — ты в гнезде аиста, который нас скоро съест. Другая лягушка вдруг растеряла свой радостный настрой, лицо ее вытянулось. Она осмотрелась кругом, а потом выглянула за границу гнезда. Очень высоко. Можно разбиться, если переступить за край. И кругом ни одного водоема. — Что же нам делать?! — воскликнула она. Квуля хмыкнула и поджала губы, говоря таким образом, что она без понятия. Лягушка сжалась и загрустила, понимая, что можно просто смириться: — Меня Квакушка зовут, а тебя? Квуля выдохнула свое имя и уставилась на противоположную стену. Обе сидели какое-то время без движения. Им оставалось только горевать, но Квуля, вспоминая радостный настрой Квакушки вдруг, захотела поговорить. Квакушка уселась рядом с ней, поэтому она вдруг толкнула ее в бок, чтобы узнать, отчего та так радовалась, когда попалась аисту. И Квакушка заговорила, рассказала о родном болоте, о том, как встретила уток, а также о том, что так и не попала на юг, который в рассказах ей почудился раем и еще про то, как над сначала ее слушали лягушата, а потом начали смеяться над ней. Квуля слушала и сочувствовала. В конце рассказа она положила свою перепончатую лапку Квакушке на плечо. Та развернулась к ней со стоящими в глазах слезами, и сердце Квули дрогнуло. Да, ее жизнь ничем не похожа на ту, которую ей описывала Квакушка. Что стоит вечность провести в родном болоте и ни разу не выглянуть наружу? Она искренне обняла Квакушку и прижала ее голову к своей груди. Та плакала так отчаянно и горько, что, наверное, разжалобила даже камень. Сочувствие незнакомой лягушки заставило Квакушку обнять Квулю крепче и понять, что, кажется, на исходе жизни она нашла свою подругу. Того, кто будет ей сопереживать во всех ее горестях. — Ну, не плачь, у тебя хотя бы была мечта. А я всегда дула на воду, — мягко успокаивая Квакушку, произнесла Квуля и смахнула ее слезы. Та посмотрела на нее с благодарностью и чмокнула в щеку. Обе смущенно улыбнулись и почувствовали себя лучше. Дело между тем клонилось к закату, а аист так и не вернулся. Через какое-то время обе услышали тихий разговор, который заставил их вспомнить властителя природы — человека. И через какое-то время тот, поставив лестницу к тому возвышению, где было гнездо, появился сам. Он был в тяжелых очках и рассматривал лягушек с нежностью. С земли слышалось: — Андрей Иванович, вы точно уверены, что Астра в этот раз нас не подвела? Названный по отчеству, с сединой в волосах, радостно прокричал, протягивая руки к лягушкам, а после усаживая их в банку. Те не успели от него бежать. — Нет, Астра — молодец. Нашла два разных экземпляра. Почти уверен, что это амплексус! Я же говорил вам, Платон Семенович, что приручить аиста не так сложно по выстроенной методе. — Ну, что ж… Обе лягушки, сидя в банке, не понимали, что с ними случилось, а разговоры людей для них становились все непонятнее и непонятнее. Квуля схватилась лапкой за Квакушку, также, как и она за нее. Сменялась местность, рядели деревья, в скором времени обе оказались в самом настоящем человеческом доме, в аквариуме со всеми удобствами. Квуля и Квакушка, только оказавшись в воде, стали разговаривать о произошедшем. Но сошлись на том, что их все устраивает. Квуля заметила, что всю свою жизнь боялась хулиганистых мальчишек, а тут оказался почти что дедушка, с таким восторгом рассматривающий земноводных, что нельзя было не успокоиться. Они дальше слушали разговоры двоих людей, которые оказались учеными. И «два особых экземпляра» им нужны были для того, чтобы переправить их в зоопарк аж в другую страну. Квуля все больше путалась, а Квакушка вдруг услышала слово «самолет». — Это же почти как полет, Квуля! Мы снова полетим! — Ну, это ты специалист в этом. Я надеюсь, что мы не потеряем друг друга, — тихо отвечала она. Квакушка так обрадовалась, что подскочила к Квуле и снова обняла ее. — Ничего не бойся. Раз аист ученый, значит, и все остальные тоже ученые. Квуля прикрыла глаза и решила довериться той, кто приворожил ее с первого взгляда. Квакушка ей понравилась больше, чем она могла себе представить. И она ей доверяла. «Зоопарк» звучало не так зловеще, как «съесть живьем».