Счастье

Лёша зарывается пальцами в лохматую шевелюру мужчины с карими глазами. Его волосы мягкие, пушистые. Глаза его прекрасны, в которых можно теряться вечность или обрести себя; его радужка глаз того же цвета, что и крепкий коньяк. Журналист поднимается на локтях, а кровать под ним немного прогибается. Глаза Подоляка смотрят на военного: взгляд проходиться по скулам, доводя до мурашек по коже; после — оглядывает желанные губы, которые часто сливаются в поцелуе с его собственными. Комнату освещают мягкие лучи солнца из сквозного отверстия штор, не открытых до конца. —На завтрак найдется время?— по лицу Михаила расплывается улыбка, очаровавшая Арестовича до искорок под веками. —Найдется, зайчик мой,— Алексей принимает сидячие положения и спускает ноги с кровати, откидывая одеяло, а руками тянется вверх, извиваясь в спине. По его телу пробегает едва заметная дрожь. Подоляк подсаживается к мужчине со спины и обнимает его руками за талию, кладя голову на плечо. Арестович убрал руки мужа и повернулся к Михаилу личиком. Тот улыбался ужасно мило и нежно, глаза его практически светились. Лёша садится поближе, наклоняется к журналисту и затрагивает своими губами его губы, прикрывая глаза. Мишка закрывает глаза, сминая губы в нежном поцелуе, а спустя несколько мгновений и вовсе отстраняется. —Что хочешь на завтрак?—военный поглаживает большим пальцем щеку журналиста и улыбается настолько нежно, насколько это вообще возможно. —Блинчики, — Алексей улыбается и встает с кровати, хватает футболку с пола и натягивает ее на свое тело. Подоляк встает следом и, подмигнув военному, медленно уходит из комнаты в ванную. Миша уже умылся и почистил зубы, когда на кухне раздался громкий и режущий звук. Он вылетает из ванной комнаты и забегает на кухню, где стоит Леша вокруг разбитой посуды. —Прости, я задел рукой ну оно и разбилось, —Арестович виновато опустил взгляд в пол. Подоляк подошел к темноволосому мужчине и взяв его большим и указательным пальцем за подбородок, поднял голову на уровень своих глаз. —Мы сейчас уберем осколки и тогда приготовим блины,— улыбнулся. Лёша лишь многозначительно кивнул и принялся исполнять поручение. Как только мужчины убрали разбитую посуду, Михаил начал готовить завтрак. Алексей обнял журналиста со спины, пробегая подушечками пальцев по торсу кареглазого, заставляя его кожу рассыпаться муравьями; оставляя поцелуи на шее и левом плече. Оба слегка жмурили глаза, ведь кухню освещало яркое утреннее солнце. Миша повернулся к своему любимому и обвил руками его шею, целуя в нос. На его лице— расплывающаяся, нереально красивая улыбка, заставляющая Лешу невольно отвечать взаимностью. Через полчаса на столе стояла тарелка с блинами и две чашки: одна была с кофе для Леши, другая — с соком, предназначена Мишке. Мужчины сидели друг напротив друга, Подоляк держит двумя руками черную чашку с соком и наблюдает за военным, который ест блины с нереальной улыбкой на лице.Вот оно — счастливое счастье.