Неожиданный союзник

Хан пришел в себя. Создание прояснялось постепенно, вместе с ним вспоминались детали. Он помнил драку со Споком, помнил, как почти победил. А дальше все пошло не так, появилась Ухура с фазером, он на миг потерял контроль… Потом все воспоминания сливались в боль, Спок бил его с остервенением, не характерным для вулканца. Мир потемнел, и дальше была пустота. Он осмотрел комнату. Она была похожа на больничную палату, только у выхода стояли два охранника в полном обмундировании и на окнах, похоже, были решетки. В углу палаты висела камера. Он попробовал встать и понял, что связан. Крепкие широкие железные пластины придерживали грудь, руки, ноги, они не давали ни пошевелиться, ни глубоко вдохнуть. Правая рука отзывалась болью в плече — судя по ощущениям, Спок все же ее сломал. Ничего, не впервой. Переломы, как и раны, заживали гораздо быстрее, чем у людей. Через пару дней он будет в порядке. Хан попробовал пластины на прочность. Крепкие, пытаться вырваться, тем более с незажившим переломом, бесполезно. Надо понять, что тут и как, и придумать план. В том, что он сможет выбраться, Хан не сомневался. Дверь открылась, и в палату зашел МакКой. Он с откровенной неприязнью посмотрел на пленника. — О, кто это тут проснулся. С добрым утром! — с сарказмом произнес доктор. Было видно, что после того, что Хан сделал на корабле, Леонард не рад пробуждению пленника. — Только попробуй что-нибудь выкинуть, мигом получишь лошадиную долю транквилизатора, — МакКой выразительно показал пистолет, заряженный усыпляющими патронами. — Мне, между прочим, пришлось здорово попотеть, залатывая дыры на половине команды Энтерпрайза после твоих похождений. Хан пропустил эти фразы мимо ушей. В привычной манере без пауз он произнес: — Зачем я вам, мистер МакКой? Вам было бы гораздо безопаснее заморозить меня или убить, но вы предпочли оставить меня тут и в сознании. Предполагаю все дело в свойствах моей крови, которая спасает чью-то жизнь. — Чертов умник! Да ты тут только благодаря тому, что твоя кровь нужна Кирку. Он между прочим почти погиб, восстанавливая варп-ядро Энтерпрайза, и все из-за тебя! Меня бесит, что придется держать тебя в сознании, ведь когда ты в коме эффективность твоей крови снижается. Так что лежи тут и чувствуй себя лабораторной крысой! МакКой взял гипошприц и набрал порцию крови. Хан внимательно наблюдал за ним. — Где мы? — спросил сверхчеловек, не особо надеясь получить ответ. — В спецкрыле госпиталя Звездного Флота. Только не пытайся выбраться отсюда – все твои действия круглосуточно записываются, а в комнате рядом сидит целый взвод охраны. Живым не выберешься, а материал для исследований мне попортишь! – скривился МакКой. — Значит, будете качать из меня кровь, пока не вылечите своего капитана? Мистер МакКой, а что дальше? Отдадите под суд, отправите в заморозку, или что еще могут сделать люди? И кто теперь капитан Энтерпрайза? — спросил Хан. Собственная судьба мало его интересовала. Но он помнил, кто убил его команду. Спок. Это имя отзывалось в голове жгучей, всепоглощающей ненавистью. Вулканец передал ему торпеды, в которых были его люди, и хладнокровно взорвал их. Сейчас Хан хотел только одного — отомстить тому человеку, который лишил жизни его экипаж. Он помнил всех своих людей, помнил их имена. Он до последнего верил, что сможет спасти их, и не смог... И сейчас кровь каждого из них была на его руках. МакКой похоже увидел, как эти эмоции отразились на лице пленника. Он удивленно отпрянул. — Так, ну-ка лежи смирно. Чертов умник, я нужен тебе — пока я создаю сыворотку для капитана, ты тут, под охраной. После того, как ты снес пол Сан-Франциско, куча народу мечтает тебя убить, и если они доберутся, твоему сверхорганизму не поздоровится — места живого не оставят. А раз пока ты у нас, мы намерены исследовать тебя. Не пропадать же материалу понапрасну, — МакКой сделал выразительную паузу и продолжил: — Ха, в научных кругах ты популярен. Супермен, созданный триста лет назад по никому не известной технологии. — МакКой наклонился и перешел на шепот: — Тут разные институты в очередь встают, чтобы к твоей крови доступ получить. Особенно активна одна дама, которая каким-то образом получила неограниченный доступ ко всем исследованиям. Ох, отдам я тебя ей на растерзание, когда все закончится — живо на органы разберет, или еще что сделает. На этой фразе МакКой демонстративно замолчал и посмотрел на часы, намекая, что пленник все скоро сам узнает. Ждать оставалось недолго. *** Для того, чтобы попасть в отделение госпиталя Звездного Флота, в котором содержали "особенных" пациентов, нужно было подняться на лифте на тридцать первый этаж и миновать два пропускных пункта. Это было особенное место, и только у очень немногих сотрудников госпиталя был туда доступ. Невысокая брюнетка вышла из лифта, приложила пропуск и уверенно улыбнулась охраннику. В голове она все время прокручивала фразу, которая позволяла ей быть спокойной и не привлекать к себе внимания. "Я ученый, я тут работаю", — повторяла про себя девушка. Этот способ работал. Охранник равнодушно посмотрел на посетительницу в классическом сером костюме и уверенно классифицировал ее как еще одну желающую написать диссертацию о ком-нибудь из пациентов отделения. Темные волосы до плеч, обычное лицо почти без макияжа, возраст около тридцати — обычный ученый, ничего интересного. Охранник взглянул на пропуск и уткнулся обратно в монитор — в последнее время в отделении стало подозрительно много посетителей, и это начинало его раздражать. Следующим был пункт досмотра. Нужно было пройти через сканер, определяющий, что сотрудник не несет с собой ничего запрещенного. — Привет, Билли, — улыбнулась девушка охраннику. В голове она продолжала крутить свое заклинание, в которое добавились слова "у меня с собой только папка с бумагами". Она знала, что на мониторе сейчас отображается ее досье, и в очередной раз приказала себе не нервничать — ее досье было подделкой, хоть и очень качественной. Охранник удовлетворенно скользнул глазами по результатам сканирования и кивнул: — Кэролин, добро пожаловать в отделение. Хорошего дня. — Спасибо, — улыбнулась ему девушка. Она накинула халат и проследовала по коридору. Сегодня был важный день. *** МакКой возился с приборами и периодически поглядывал на часы — он знал, что скоро придет та самая его коллега, которая имеет неограниченный доступ к исследованиям. В ее присутствии ему каждый раз становилось не по себе — он не любил людей, имеющих высоких покровителей, а у нее они, похоже, были. Леонарда всегда раздражали люди, которым все в жизни дается легко за счет связей, поэтому он хотел закончить все и уйти до появления коллеги. В коридоре послышался стук каблуков, и через несколько секунд в комнату вошла девушка в белом халате, небрежно накинутом на обычный серый костюм. Хан с интересом посмотрел на нее — она, казалось, повторяла все шаблоны внешнего вида, связанные с учеными, но что-то в ней было не так. — Боунз, как наши пациенты? — требовательно спросила брюнетка. — Кирк все еще в коме, а вот твоего подопытного кролика я разбудил. Не знаю, сколько времени его тут продержат, так что развлекайся. Хан, а вот и наша самая активная дама, Кэролин, ученый-генетик. Она постарается выяснить, как же тебя сделали таким идеальным... — в словах МакКоя явно слышался сарказм. — Кэрол, делай с ним что хочешь, главное постарайся не замучить до смерти — его кровь нужна Кирку, — бросил, уходя, МакКой брюнетке. Девушка с любопытством смотрела на Хана. В ее глазах не было страха, только интерес. Она попросила охранников выйти. Те недовольно пожали плечами и вышли. Кэролин стояла напротив Хана и внимательно изучала его. Она помнила, насколько опасен этот человек, и сейчас слегка нервничала, находясь рядом с ним. Умный, безжалостный, отличный манипулятор... Но он был ей нужен. Девушка в который раз задалась вопросом, получится ли у нее задуманное — слишком много было неизвестных в этом уравнении, слишком многое могло пойти не так. Но к тому, чем обладал этот человек, она стремилась уже очень давно, и нужно было решаться. Она постаралась сделать так, чтобы в ее голос звучал спокойно, и произнесла: — Мистер Сингх, как вы себя чувствуете? Хан внимательно ее изучал. Девушка же выжидающе смотрела на него. Волнение отступило, вместо него пришло осознание того, что она делает подобное уже не в первый раз, и что поводов для беспокойства пока нет. Она продолжила разговор в более привычной ей манере: — Как ваше плечо? Голова не кружится? Этот варвар МакКой крайне любит транквилизаторы, и я уже начала бояться, что это убьет вас. К счастью, ваш организм отреагировал снижением способности к регенерации, и Леонарду пришлось отменить свои препараты. — Все нормально, — равнодушно ответил Хан. Собственное тело его ничуть не беспокоило, а жажда мести поглощала боль от полученных травм. Он уже начал продумывать возможности побега, и чутье подсказывало, что с этой девушкой что-то не так, и она может помочь. Немногословность собеседника начинала раздражать Кэролин. Когда человек говорил мало, она не могла понять состояние собеседника, а читать эмоции людей по лицам не было ее сильной стороной. Но тема, способная вывести Хана на общение, была только одна, поэтому она сразу перешла к делу: — Хорошо. Я возьму немного крови для исследований. Спрашивать разрешения не буду, выбора у вас все равно нет. Она приготовила гипошприц и села рядом. Хан отметил, что в таком положении ее лицо камера не видит. Брюнетка достала из кармана ручку, на первый взгляд совершенно обычную, как будто бы рассеянно покрутила между пальцами... Раздался едва слышный щелчок, Кэролин посмотрела Хану в глаза и произнесла: — А теперь, мистер Сингх, у нас есть 30 секунд, пока прослушка в этой комнате не включится вновь. Я действительно ученый-генетик, но я никак не связана со Звездным Флотом. Я преследую свои собственные интересы, и я готова предложить вам сделку.