Неожиданный союзник

Хан открыл глаза и резко сел. Голова немного закружилась, но тут же прошла. Спать уже не хотелось – видимо, действие снотворного закончилось. Он не знал, сколько проспал, но двигатели все еще не работали, а значит, они недалеко от Трезубца. Он был в уже знакомой камере со стеклянной стеной, через которую был виден большой зал, пост охранника и две точно такие же комнаты по бокам. В одной из них, прислонившись к стене, сидела Кэти. Увидев, что Хан проснулся, девушка улыбнулась и помахала ему рукой. Охранник заметил движение и что-то сказал в коммуникатор, не сводя взгляда со сверхчеловека. Через пару минут в комнату зашел, а точнее вбежал, Кирк. Он выглядел слегка уставшим, но смотрел твердо. Хан подошел к стеклянной перегородке и посмотрел ему в глаза. Он выжидал. – Хан, я знаю, что должен был сообщить раньше, но не мог рисковать. У нас возникли проблемы, кажется на корабле есть предатель. Пока я не могу сказать ничего определенного. И не могу отпустить тебя. – Капитан, у нас с вами была договоренность. Я думал, что вам можно доверять, но вы оказались не лучше, чем ваши коллеги из командования Звездного Флота. Могу предположить, что вам пришлось выбирать, я или корабль, и вы выбрали второе. – Хан, ты все не так понимаешь. Подожди немного, мы разберемся с этим и я все объясню. – Почему я должен вам доверять, мистер Кирк? – Хан почувствовал, как где-то глубоко внутри закипает ярость, сдерживать которую он уже не в силах. – Объясните сейчас, что происходит, мистер Кирк! – на этих словах сверхчеловек резко поднял руку и ударил кулаком по стеклу. Действия мужчины были настолько стремительны, что капитан Энтерпрайза испуганно отпрянул. Толстое закаленное стекло жалобно задрожало, но уцелело. Удар был такой силы, что на разбитых костяшках Хана выступила кровь, и когда тот убрал руку несколько красных пятен остались на стекле. – Я приду и все расскажу позже, – бросил Кирк, выходя из помещения, – просто дай мне доделать то, что нужно. – Мистер Кирк, если командование захочет, оно все равно не сохранит вам корабль, – бросил ему вслед Хан. Кирк проигнорировал это заявление. Он понимал, что Хан будет им манипулировать, и решил свести контакты со своим пленником к минимуму. По крайней мере, пока. Кэти сидела в своей камере и внимательно наблюдала за разыгравшейся сценой. Она посмотрела на Хана и жестом спросила, что дальше. Он поманил ее к себе в ответ. Девушка не стала долго раздумывать. В этой камере не было ничего, что могло было бы ее удержать. Она растворилась в воздухе и через секунду уже стояла у охранника за спиной. Удар по затылку, и сотрудник Энтерпрайза уже лежал без сознания на своем рабочем месте. Он даже не успел понять, что произошло. Еще через пару секунд Кэти материализовалась в камере Хана и села на койку рядом с ним. – И что дальше? В глазах сверхчеловека мелькнула ярость. Он размахнулся и со всей силы ударил по полке, на которой они сидели. Раздался жалобный скрип, и на руке сверхчеловека снова выступила кровь. – Тише, тише, – Кэти взяла его за руку и посмотрела на разбитые костяшки. Раны зарастали на глазах, – так ты делу не поможешь. – Нам надо выбираться на Трезубец. Лететь туда осталось несколько минут. – Я могу перенести нас в шаттл. Или можем повторно захватить мостик. – Да, эти варианты я рассматривал, – Хан сделал паузу, обдумывая план, – Кэти, а ты можешь перенести нас сразу на Трезубец? Кэти подняла глаза на сверхчеловека, и Хан на секунду смог прочитать в них страх. Страх, который, впрочем, тут же исчез. – Нет, не могу, – ответила девушка и отвела взгляд. – В чем проблема? – Хан хорошо умел читать эмоции людей и понял, что Кэти что-то недоговаривает. К тому же, он был инженером. – Если ты можешь преобразовать тело в электромагнитную волну, то космос не будет препятствием. Расстояние не слишком большое, к тому же, если нужно, я могу запустить двигатели и подогнать корабль еще ближе. Девушка повернулась и внимательно посмотрела на Хана. – Если ты хочешь правду, то я боюсь. Космоса. Состоявшая до этого лишь из отдельных фрагментов, теперь мозаика в голове Хана начала постепенно складываться. Девушка испугалась, когда узнала, что корабль заминирован. Если бы заряды взорвались – она бы оказалась в безвоздушном пространстве. Сейчас она чувствовала себя уверенно, зная, что заряды не представляют угрозы. Просто страх, обычный человеческий страх. Их учили, как с этим бороться. Их учили, как управлять обычными людьми для достижения своих целей. Он начал анализировать дальше. Ее страх отступал, когда он был рядом. Можно попробовать. – Кэти, с нами ничего не случится. Я буду рядом. Мы доберемся до Трезубца, заберем криокапсулы и у тебя будет полный доступ ко всем материалам. Я помогу расшифровать их, если потребуется... – Хан... – девушка на минуту задумалась, держа руку на одном из карманов формы и глядя сверхчеловеку в глаза. Через минуту она приняла решение, убрала руку и продолжила, слегка улыбнувшись, но голос ее дрожал. – Я постараюсь. Но если у меня не получится – мы погибнем оба. – У тебя получится. Я знаю, – Хан посмотрел ей в глаза, попытавшись вложить в этот взгляд всю твердость и, вместе с этим, надежду, на которые был сейчас способен. Кэти сделала глубокий вдох. Ее ладони были ледяными, но крепко сжали его руки, и через секунду Хан почувствовал, как все стремительно меняется, как где-то далеко исчезает корпус корабля, и как вокруг них на секунду оказалась пустота. Он почувствовал девушку рядом с собой, почувствовал, как дрожат ее руки, но еще через мгновение вокруг них появились уже знакомые металлические стены, кресла пилотов и панель управления. Хан осмотрелся и понял, что они на Трезубце, в том самом шаттле, из которого стреляли когда-то по мутанту, который плавил мебель и пытался их убить. У них получилось. Руки девушки разжались, и Хану пришлось подхватить ее за талию, чтобы удержать от падения. – Ты в порядке? – Почти. Слишком далеко. Слишком много космоса, – прошептала она. – Но я буду в порядке. Нужно было идти. Капитан Энтерпрайза был неглуп, и наверняка, хватившись их, понял, что Хану нужен Трезубец. Нужно добраться до мостика, чтобы суметь дать ему при необходимости отпор. Хан протянул девушке руку, и она с благодарностью оперлась на нее – идти так было гораздо легче. Последний раз Хан видел Трезубец, когда спешил встретить пристыковавшийся шаттл капитана Кирка. Тогда все системы работали в обычном режиме, коридоры были хорошо освещены, и то тут, то там встречались спящие члены экипажа корабля. Сейчас же коридоры были пустыми и темными – улетая, команда Энтерпрайза перевела корабль в режим сниженного энергопотребления и забрала к себе команду Трезубца. Прошло около десяти часов, но в лучах неярких ламп резервного освещения корабль казался заброшенным очень давно. Впрочем, этого света вполне хватало для того, чтобы спокойно перемещаться по нему. Проходя по коридору, ведущему к лабораториям, Хану вспомнились события, которые чуть было не сорвали его планы. Он прекрасно помнил засаду и двух самонадеянных юнцов, которым попытка побороться с ним стоила жизни. В тусклом свете ламп коридор выглядел еще более зловеще – на полу и стенах все еще остались большие пятна крови, хотя тела уже убрали. Увидев злополучный коридор, Кэти сильнее сжала руку Хана. Напоминание о событиях прошедших часов сил не прибавляло. Сверхчеловек ускорил шаг – он видел места боев гораздо хуже, но напоминание о собственной слабости было ему неприятно. На мостике Трезубца было тихо и темно, как и по всему кораблю. Только индикаторы приборов мигали, да несколько резервных ламп не давали помещению погрузиться во тьму. О том, что когда-то на мостике была схватка, напоминали лишь остатки выломанного кресла и несколько пятен расплавившегося металла на полу. Сверхчеловек усадил Кэти в кресло и занял место капитана. Несколько быстро набранных команд – и освещение заработало, а двигатели начали переходить в обычный режим. Но на полный запуск всех систем требовалось время... *** На Энтерпрайзе действительно обнаружили пропажу пленников. Шаттлы оставались нетронутыми, найти Хана и девушку при сканировании не получалось. Кирк предположил, что они могли каким-то образом покинуть корабль, и было только одно место, куда они могли отправиться – Трезубец. Лететь туда было всего несколько минут. – Корабль прибыл в заданные координаты, – произнес бортовой компьютер, и урчание двигателей смолкло. Прямо перед ними был Трезубец – корабль выделялся впереди огромной неосвещенной громадиной, а его резкие контуры были похожи на очертания горной гряды. – Ухура, постарайся установить с Трезубцем связь. Мистер Сулу, наводите фазеры на двигатели и систему жизнеобеспечения корабля. Мы не дадим Хану уйти. *** Экран внешней связи ожил и на нем появилось лицо капитана Кирка. – Что же, Хан, хороший ход, но тебе не удастся уйти. На то, чтобы запустить двигатели корабля, тебе требуется время, и улететь пока ты не сможешь. Мы уже восстановили систему и навели на вас фазеры, а твоя команда все еще у меня. Сдавайся, выбора у тебя нет. – Нет, капитан. Это у вас нет выбора, – произнес Хан. Он наклонился к камере и теперь, казалось, смотрел прямо в душу всем находящимся на мостике Энтерпрайза. Затем он откинулся в кресле и закрыл глаза. Люди на мостике внимательно вглядывались в лицо сверхчеловека, пытаясь понять, что же тот задумал. Никто не смотрел на капитана Кирка. Джим с удивлением понял, что собственное тело не слушается его. В голове, казалось, помимо собственных мыслей появились какие-то другие, чужие. И эти мысли были жестче, настойчивее, понятнее. Они заполоняли собой все и заставляли тело действовать так, как им нужно. Капитан с удивлением увидел, как набирает команды на панели управления. Первая из них опускала щиты, вторая – блокировала доступ к системе для всех окружающих и отправляла ее в перезагрузку. Где-то на краю сознания он услышал, как бортовой компьютер произнес "щиты отключены", как завыла сирена, сообщающая о внештатной ситуации и запущенной перезагрузке... И увидел, как все взгляды обратились к нему. Он видел лицо склонившегося над ним Спока. "Капитан, что происходит? – спрашивал вулканец. – Капитан, это саботаж, вы будете отстранены!". Джим увидел, как округляются глаза Спока – видимо, что-то нечеловеческое все же промелькнуло в глазах капитана, и так же отстраненно увидел, как его собственный кулак летит в сторону вулканца и встречается с его скулой, прямо там, где все еще зеленеет незажившая ссадина. Следующим он увидел, как вулканец, кажется, потерял самообладание, замахнулся, и дальше была темнота. Хан удовлетворенно открыл глаза. Он всегда старался просчитывать все варианты, и сейчас его связь с капитаном Кирком сыграла свою роль. Трезубец был почти готов к отлету, транспортеры заработали, а Энтерпрайзу на полную перезагрузку потребуется не меньше десяти минут. Ему хватит. Первой была команда активации транспортеров и переноса криокапсул на Трезубец. Убедившись, что все прошло успешно, Хан достал из кармана маленькую черную коробочку. Датчики на ней теперь уже не мигали, корпус был здорово разбит, но она все еще могла внести свой смертоносный вклад. Кирк считал, что корабль разминирован, но это было неправдой – один заряд, о котором Хан не сказал, все еще оставался рядом с системой жизнеобеспечения корабля. Сейчас ничего не мешало взорвать его. Кэти подняла глаза и, казалось, прочитала мысли Хана. – Тебе не обязательно делать это. – Я знаю, – сверхчеловек посмотрел на пульт управления зарядами и отложил его в сторону. – Сейчас нет нужды убивать их. Они всего лишь пешки. У меня больше нет к ним счетов. Хан удовлетворенно посмотрел на монитор и уверенно нажал ручку перевода в варп – сейчас нужно было уйти подальше от кораблей Федерации.