Завтра точно будет лучше, чем вчера

Обжигающе горячий язык хозяйничал во рту светловолосого, он был опьянён этим напором. Был без ума от пышущим уверенностью телом, могучими плечами и сильными руками, охватывающие его за талию, двигающиеся самостоятельно по наитию, но с точным знанием слабых местечек блондина. Он тихо постанывал в поцелуй, ощущая все самые двоякие чувства в чудный миг, рассудок его убеждал остановиться, ибо, "это в корне неправильно!", а сердце же, совершенно, не нуждалось в логических изъяснениях или каких-либо скучных лекциях, оно твёрдо утверждало "поддайся этому сладострастному мигу и упивайся этими медовыми губами, ты же этого желал!". Большую часть своим затуманенным рассудком уже соглашался с сердцем, ведь он действительно испытывал сокровенную симпатию к своему напарнику, которая переросла в форму романтического влечения, но Леон совершенно отказывался в это верить. Ведь первая стадия принятия-отрицание. Собравшись с силами, которые моментально испарились в теле стойкого секретного агента, мужчина прервал столь пылкий и томный поцелуй, полностью уничтожающий выдержку Кеннеди. Ведь несмотря на все испытания феромонами, он не железный, хотя некоторые считают обратное. Эти метания между мыслями, должны были перейти к действиям, посему собравшись с остатками своей мужской гордости и воли, Леон мягко отстранился от страстных губ напротив. Ему жутко хотелось вновь к ним примкнуть, но осознавая, что это повлечёт свои определённые последствия, светловолосый воздерживается. Он тяжко дышит, не поднимая взора на лицо своего искусителя, его бросает в жар и кажется, что снующий противный ветер, вовсе не леденил его тело минутами ранее. В больших крепких руках боевого товарища, он находит душевное равновесие и теплоту, которая мягким пледом окутывает, что расставаться с этим чувством не хочется. Сродни давно позабытому мгновению, что необратимо исчезает. Его оппонент стоял неподвижно, лишь сбитое дыхание выдавало его за живого, руки сцепленные на спине говорили он том, что он не намерен прощаться. За что Леон отчасти благодарен, ведь частью себя он понимает, что этот человек ему глубоко не безразличен и сейчас в это мгновение решаются их дальнейшие отношения. -Леон.. Ответь лишь на один вопрос и мы всё проясним..- низкий и крайне серьёзный голос Криса, заставлял дрожать крупной дрожью, не то от вожделения, не то от ожидания худшего. Сжались ли все органы мужчины? Нет, вовсе нет, он давно не глупый подросток, что верит в бабочки в животе и радужное будущее. Но он как зрелый человек напрягся, что его мышцы тянуло скрученной болью. В его голове метался тысяча и один ответ на неозвученный вопрос, как он хотел ответить? Правдиво и честно или солгать, но уберечь их обоих от печального исхода? Он сам и не определился, это первый момент, когда он, двойной агент метался в своих решениях. Непрофессионально? Однозначно. -Взгляни на меня и ответь,- большая ладонь Редфилда легла на щёку допрашиваемого, его тёплые руки быстро остывали на холоде, но он всё также продолжал греть ими Кеннеди. Его большой палец мягко провёл по скуле блондина, которые в свою очередь, приподнял голову, вглядываясь в тёмно-серые глаза напротив. -Хочешь ли ты уйти отсюда, забыв всё произошедшее или ты хочешь уйти отсюда, запомнив каждое прикосновение, но не желающий чего-то большего..?- вглядываясь в мимику сероглазого, мужчина старался прочитать его эмоции, не желая кормить себя надеждами. Секунда, может две и лишь воющий ветер в закоулках да в улочках прерывал эту грузную тишину. Скотт собирался с мыслями, пытаясь думать здраво, сказать, то что их обоих устроит. Ему казалось, что первый вариант всех устроит, но явно не самого парня, ведь это было ложью. Он желает Криса всеми фибрами своей души, желает его везде и во всех планах, чтобы он был его единственным актёром взрослого кино, а он был бы главным героем, пусть даже самого клишированного сюжета. Лишь немного помолчав, он глубоко вдохнул полную грудью воздуха и ответил. -Я желаю уйти отсюда с памятью об этом моменте и неготовностью сейчас к чему-то большему, Крис.- Читая в глазах напротив надежду и радость, Леон мягко отстраняется от главнокомандующего отряда "Альфа" и садится на своего железного коня. -А ты домой не собираешься?- держа в руке свой шлем, специальный агент оборачивается на стоящего со слегка дурацкой улыбкой командира и призывно хлопает на местечко сзади. -С тобой хоть на край света.- Чуть усмехнувшись, поспешно усаживается мужчина позади водителя. Такой тесный контакт не вызывал особых проблем у Редфилда с Кеннеди, но в данный момент, когда он поздно осознаёт, что у него неоднозначная реакция на аромат альфы рядом. Он просаживается в конфуз. У него никогда прежде не было такого, ибо, обычно феромоны других альф никак не влияли на схожие полы. И он мало верил, что такое вообще возможно. Ведь, да, видовое разнообразие несомненно позволило влиянию одних естественных запахов определённого вида влиять на другой, но чаще это были разнополые особи, то есть с ролью омеги и альфы. Пытаться менее контактировать с светлоглазым в их ситуации невозможно, посему решением всего этого он выбрал меньшее из зол, перестать вдыхать аромат находящегося мужчины посредством шлема. Это самое меньшее, что он может сделать, за исключением ещё того, что его тело начало соответственно реагировать на запах, он был тонким. Можно сказать шёл словно из одного определённого места, но в таком изобилии, что кружило голову похлеще чем от бутылки шампанского, даже две. Это вызвало не только эрекцию, соответственно, но и его зверскую сущность. Начали проявляться длинные клыки и когти, его грудная клетка вздымалась поспешно, вместе с учащённым сердцебиением, а само тело било ознобом. Кеннеди тронулся с места, но понимая, что не всё ладно он глянул через плечо позади себя, осматривая пассажира. Не так долго, лишь на мгновение, чтобы не отвлекаться на дорогу. Он заметил чуть отпрянувшего от него Редфилда, часто дышащего и явно в нездоровом виде. -Всё в порядке, просто давление, поезжай быстрее..- выдавив из себя хоть что-то связное, а не животный рык. Крис молился, чтобы эта железная кобылка, не то что мчалась, а летела. -Я быстро довезу, только держись покрепче.- Устремив взгляд на дорогу его движение, Леон стремительно гнал по редко оживлённым улицам.

***

Их поездочка была действительно быстрой, и командир "Альфа" был крайне признателен своему напарнику. Ведь ещё мгновение или более, он бы не выдержал, его мысли уже конкретно заполонились либо непотребствами и обычной животной тягой, либо мыслью о подавителях. -Прости, Леон, я побегу, очень неважно себя чувствую.- Мужчина быстро снял мотоциклетный шлем, ставя тот на сидение и, буквально, рванул ко входу парадной. Диверсант лишь сиротливо глядел вслед своему напарнику, печально осознавая, что возможно он будет его избегать. Почему-то в его голове был исключительно такой вывод, ибо, после всего произошедшего он бы и сам предпринял попытку побега, а сказанные слова в надежде на развитие, произнесены по расторопности или из-за жалости. Он не терпел ни первого, ни второго, но проникался он только презрением к себе, ведь так оплошать с периодом гона мог только он. Леон был полон отвращения к себе, стыда и доли отчаянья, что так опрометчиво поступил и не может переиграть всё иначе. Он бы желал всё поменять, а лучше сразу бы вколол себе дозу "заглушающих" медикаментов и не сгорал от двух, совершенно, противоположных чувств одновременно. Мужчина склонил голову, снимая защитный атрибут и тяжело выдыхая горячий пар, он прикрыл свои веки, смыкая светлые ресницы вместе. Кеннеди не знал какому из чувств поддаться, рвануть со всей скорости в убежище или в квартиру своему товарищу, прижать того в последний раз к себе и исчезнуть. Если бы его решимость просыпалась только в эгоистичных действиях, он бы стал звездой вечера, совершив ещё один опрометчивый поступок. -Хах.. Было бы забавно..- немного сардонически усмехнулся агент своим неутешительным мыслям. Он не стал долго терзаться угрызениями совести, а решил просто немного расслабиться за стопкой. Мысль о утешение в компании какого-нибудь крепкого виски, радовало парня, ведь это самое радушное и прелестное дуо на сей момент. Но было несладко сейчас не только Скотту, но и его объекту страдания. Его тело словно придавливало к полу, а ноги и руки била крупная дрожь, клыки стали постепенно прорезаться, поэтому во рту значительно уменьшилось места. Зрачки сузились, как под действием запрещённых препаратов, но было это влияние далеко не их, а чужих феромонов. Переставлять ногу за ногой по ступеням, толком уже и не представлялось возможности, но так просто упасть на лестничной площадке он тоже не мог. Посему собрав всю волю в кулак, мужчина скорее дополз до своей квартиры, просто напросто вваливаясь в дверь. Подперев своим грузным телом дверь, Крис снял с себя куртку и задрал свитер с футболкой, маломальски остужая своё горячее тело. Он не мог уже двигаться, поэтому обосновавшись в прихожей и приняв более удобное положение, он тяжело дышал, концентрируясь, чтобы угомонить животную сущность. Сбросив с себя лишь один намокший ботинок и слегка оставляя грязные разводы на полу, он расстегнул ширинку штанов, осознавая, что единственным облегчением может быть мастурбация. Взяв в руки свой эрегированный член, мужчина сжал кольцо у основания, уподобившись животному, рыча и кусая свой ворот. Его тело как раскалённый металл, смертельно завораживающее событие, при котором важно ковать, когда горячо. Разведя свои ноги шире он двигал рукой, ощущая как табун мурашек прокатился по его спине, начиная от щекочущего чувства из поясницы и завершая выстрелом прямо в затылок. Доселе смотревшие в потолок глаза опустились вниз, глядя на всю картину сразу. Затуманенный разум рисовал лишь объект одержимости. Леон. Его светлая чёлка спадала на лобок Редфилда, щекоча, порой захватывая напрягшийся живот. Взгляд этих страстных серых глаз пронизывал всё нутро. Лишь только этот взор, этот миг, полностью выбивал почву из под ног, заставляя излиться ежесекундно, но его воображение играло с ним злую шутку. Голова агента опустилась ниже, насаживаясь горлом на дикий стояк командира отряда "Альфа". Мужчина запрокинул голову, томно простонав, впиваясь своими выпущенными когтями в паркет, нещадно царапая того. Владелец явно будет разочарован и озадачен появлением царапин на полу. Но эти отстранённые мысли были прерваны, так как его напарник не унимался, двигая головой при этом издавая хлюпающе-сёрпающие звуки, не отказывая себе в удовольствии полакомиться воякой. Крис потерял счёт времени, утопая и уже в своих бредовых видениях. Он лишь помнил как Кеннеди бросал свои опошлённые ухмылки и взгляды на мужчину, порой поглаживая своей рукой по животу оппонента. И это был заключительный финал в этом развратном эпосе. Сперма, что вытекала из члена, запачкала руку и штаны. Он взглянул из полу-прикрывших век на разведённую "грязь", он не ощущал стыда, только опустошение, но его гон не был утолён. Он всё ещё жаждал схватить светлую макушку за волосы, задирая голову, чтобы пометить, овладеть и застолбить. Но более-менее здраво, понимая, что максимум чем он сейчас должен овладеть, это дозой подавителей в своём организме. -Ты сведёшь меня с ума..- Прошептав это на пустую и тёмную квартиру, военный поплёлся за препаратами, стараясь выпутаться из грязной одежды по дороге.

***

Утро мягко выражаясь пошло явно не по плану, после "ночного рандеву" мужчина был очень измотан и проспал будильник, только звонок в дверь, поднял его с мягкой постели. Ему было трудно соображать на сонную голову, ощущение, что он не переживал гон прошлой ночью, а закидывал в себя меню напитков из кабака. Вообще он не так тяжело переживал такие периоды, но в этот раз всё было иначе, возможно, это связанно непосредственно с влиянием чужих феромонов. Ведь обычно на его тело не было посторонних влияний, хотя он прошёл как и все остальные в отряде, специальные тренировки, чтобы выработать некоторый иммунитет к феромонам омег, но важно заметить омег. Трезвон противного звонка в дверь не унимался, а вот нервы Редфилда явно умели лопаться от сильного натяжения или от чужого упорства. Поднявшись с вороха одеял и скомканной простыни, пропитанной потом и несколькими естественными жидкостями, Крис размышлял о уборке. Стояло бы проветрить квартиру, возможно обычному человеку может и ничего не показалось бы странным, кроме лёгкого бардака, но вот нежити, здесь пришлось находиться с трудом. Чрезмерно обильное количество сильных феромонов, оказывающее не самое благоприятное воздействие. Крис открывает окно в гостиной, вдыхая полной грудью свежий чуть морозный воздух, поёживаясь от холодка. Он раздражительно тащится ко входной двери, отворяя её и облокотившись на косяк двери одной рукой. Через сонную пелену перед глазами он видит перед собой Кеннеди. Который чуть остолбенел от вида своего напарника, который толком и не задумывался о том в чём он там уснул. -Чего с утра пораньше трезвонишь? Сказал же ещё вчера, плохо себя чувствую..- Зевающим голосом произнёс мужчина, до сих пор не полностью открыв заспанные глаза. -Прости.. Кхе-кхе, не хотел потревожить, но у нас просто есть дела на сегодня.- Стараясь увести свой взгляд куда-либо, Леон пытался найти нейтральную зону, где бы он не смущался при созерцании командира. Хотя и ему безумно хотелось попускать слюни на него. -Дела-дела.. Опять, ладно проходи, а я пока заварю кофе.- Пропуская сероглазого в помещение, Крис только уставши разминал шею. Скотт видимо уже смекнул, что его товарищ, не понимает, что ему бы стоило сменить этот шёлковый халат, что держится лишь на молитвах самого светловолосого не спадать с их владельца. Безусловно он бы хотел и дальше наблюдать за этим зрелищем, беззазорно оценивая все формы и чуть смуглую кожу на мышцах напарника. Но его совесть хлестает его по щекам, хая извращенцем и поганцем. С чем вполне он согласен, посему опережает Редфилда и неловко оборачивает к себе глядя ему в глаза, но он слишком резко того повернул, поэтому они чуть-ли не сталкиваются носами и смотрят друг на друга в упор. -Я сделаю кофе сам.. А ты пойди переоденься пока, у нас не так много времени, соня.- Он это практически томно выдыхает командующему отрядом, сам не осознавая почему перешёл на такой тон. Это настолько интимная сцена, произошедшая между двумя телами, окатывает лавиной бодрости военного, он моментально просыпается, оглядывая сначала расстояние между их позициями в диалоге, а позже и свой домашний наряд, что так и кричит "Я СКОРО УПАДУ И ПОКАЖУ, КАКОЙ ТЫ У МЕНЯ ТАМ КРАСАВЧИК". Темноволосый бросается к гардеробу, убегая в другую комнату. Крис не то чтобы страдал от провалов памяти, но у него много рабочих травм, так же и на голову, возможен ли рецедив? Либо же во время гона подавители блокировали ему не только случку, но и воспоминания о ней. Ему требовалось срочно во всём разобраться. Переодеваясь по ходу своих мыслей, мужчина не долго думал о том, что даже надеть, это действие проходит по инерции. Есть высушенные вещи после ночной стирки? Значит, он явно знает, что ему надеть. Его не то чтобы слишком волновала мода, скорее он предпочитал комфорт и сезонность, это в принципе его основное правило в одежде. Хотя иногда он мог даже и в одной водолазке пробегать по зимнему лесу кросс. Здоровье Крису позволяло и он старался этим воспользоваться и укрепить заодно. Одевшись, парень взглянул на своё отражение в зеркале спальни, чуть уставший и помятый вид, конкретно взъерошенный ёжик на голове и совершенно никакого желания куда-либо выходить после вчерашней ночки. Но всё же взяв волю в кулак, он выходит на кухню к Леону, что во всю главенствует на его кухне. Он старательно колдует над чем-то и Криса берёт неподдельная заинтересованность. Он невзначай подходит сзади к парню, невольно прижимаясь к его спине грудью и заглядывает через плечо, глазея на импровизированные сэндвичи, что вполне аппетитно выглядят. А аромат кофе, всё также изумителен, как и впрочем всегда, он понял ещё по первому завтраку, что Кеннеди словно сам подолгу находился в турецких караванах и на привале варил кофе на горячем песке, в безграничных песчаных пустынях. Вот настолько он знал тонкости этого бодрящего напитка. -Необязательно столь бесцеремонно заставлять меня врасплох..- Глядя на два сэндвича, парень слегка покрылся румянцем, чувствуя позади себя крепкую горячую грудь. - Или ты соскучился ?- светловолосый повернул голову к командиру, заглядывая в его глаза и ехидно улыбаясь своей фирменной улыбочкой. - Поганец, - улыбнувшись в ответ, но уже просто передразнивая Крис схватил с разделочной доски кусочек ветчины и положил быстрым движением в рот Скотта, как бы затыкая того- ешь вот. Прожевывая ломоть, мужчина не стал возникать, но посмотрел весьма говорящими глазами, мол "тебе меня не заткнуть". С этим можно было вполне легко поспорить, но Редфилд тоже не стал раздувать конфликт, посему отойдя от увлечённого Леона, он уселся за стол. Его веки самопроизвольно закрывались, а голова сотрясалась от утренней головной боли. Хотя его не преследовало похмелье, да и вовсе он в рот капли не брал вчера, а может и брал? Его провал в памяти его не на шутку напугал, поэтому полностью сосредоточившись на кухонном гарнитуре, мужчина отчаянно пытался вспомнить предшествующие этому утру события. Он помнит свои не шагающие ноги, как он заполз в квартиру, нет, даже ввалился, а потом кое-как опёрся на дверь. Помнит, как задирал свитер, своё тяжёлое дыхание, практически надрывающееся, а потом влажность, словно упоительный дождь в засушливой пустыне. А потом эйфория, он помнит как излился на себя, член пульсировал в сладострастной неге, а в его образах предстал его напарник. В этот момент вся сонливость пропадает, Редфилд дёргается на месте и привлекает внимание диверсанта, который уже ставил завтрак на стол. Он вопросительно и с недопониманием смотрит на мужчину, стоя прямо перед ним. Последний только чуть отрицательно мотает головой, что нет поводов беспокоится. -Просто задумался и ты внезапно поставил тарелки.- Пояснил всё же вояка, придвигая к себе манящую еду -Прости, не хотел,- светловолосый сел за стол напротив своего товарища, отпивая из своей кружки кофе, наблюдая за городом в окно -вообще тебе бы стоило больше концентрироваться на этом мире, ты немного витаешь в облаках сегодня.- Сероглазый повернул голову на собеседника, также замечая как тот уже радостно уплетал сэндвич, прямо как прожорливый хомячок. Только переросток.В любом случае, это умиляло Кеннеди, как и забавляло одновременно. -Хм.. Интересно для чего мне нужна эта концентрация, да ещё и у нас сегодня дела важные,- он размышлял скорее просто намекая на то что он предчувствует что-то недоброе, ставя немного в неловкое положение оппонента,- что-то связанное с Адой, верно?- он не говорит это с претензией, ведь понимает, что раз он согласился на авантюру, то от него естественно будут что-то требовать, но он не питает особой радости от новой встречи с этой скользкой обольстительницей. -В этот раз ты ошибся с предположением, но это не столько меня интересует. Скажи мне, почему ты так негативно настроен по отношению к Аде?- светловолосого терзал этот вопрос ещё с первой их встречи, ему было любопытно, что произошло между этими двумя. Он ощущал толику ревности, о которой не хотел сам себе признаваться. Это чувство словно комок в горле, который грызёт и саднит, этот дискомфорт внутри его гложет. Кажется он путается уже в собственных чувствах, ему тяжело осознавать свои истинные намерения касательно этого вопроса. Его дилетантизм пуще раскармливается его же сомнениями. -Ты и сам понимаешь почему..- мужчина, прожевывает свой сэндвич, лишь пронизывающе смотря в глаза. Это была эдакая броня Редфилда, он надевал её с целью не показывать все свои чувства, особенно касаемо негативных. Именно так он вежливо описал бы эмоции к Аде Вонг. Он осознавал, что она не обязана быть ему лицеприятна и добродушна, но её черта расставлять людей как пешек на шахматной доске его бесконечно гневала. Он понимал эти рыночные отношения, так как и сам терял людей в бою, только играя с врагом на шахматной доске ты менее задумываешься о цене человеческой жизни, разменивая её как валютную меру. С этим тяжёлым грузом, который тянет ко дну ты не уживёшься спокойно, лишь возможно приспособиться. И то Крису это даётся непросто. -В этом и проблема я не понимаю. Крис, я не умею залезать в головы и выяснять на что конкретно ты там злишься.- Этот вопрос прозвучал с излишней нотой возмущения, парень не хочет мириться с мыслью, что он действительно должен чувствовать все перемены его компаньона -Зато залезать в душу ты умеешь, но только в своей у тебя кавардак,- это была отправная точка, военный закипел, он не злился сколько на вопрос с возражением, сколько на то, что Леон просто не хочет замечать плохих сторон о своей дорогой Аде. Хотя утверждает об обратном. Это не ревность, это гнев на опрометчивость. На невозможность даже предупредить, так как ожидаемо получит либо шутку, либо пререкание. И оба эти расклада его не устраивают. -То есть сейчас ты решил перевести стрелки на меня,- сероглазый встрепенулся и положил руки на стол, постепенно готовясь к словесному нападению.- Знаешь что, Редфилд? Никто не заставлял тебя заходить ко мне в мой кавардак, но ты сам решил со мной сблизиться! Ты сам так упорно старался быть в моих глазах хорошим и несчастным! Тебя. Никто. Не заставлял!- крик вырывавшийся из горла и высокие тональности непроизвольно вторглись в речь Кеннеди. Он не смог сдержаться, только не когда его обвиняют в собственных любезностях открыться, жест доброй воли думал он. Он сможет довериться, конечно, пока его не ткнули в кучу навоза. -Несчастный? По-твоему я, имитировал свой шок перед тем зрелищем?! Я не способен быть искусен в лжи как твоя обожаемая Адочка, которая готова пожертвовать судьбами моих любимых и друзей ради своей выгоды! Да-да, верно, можно кидать нас в полымя, ведь мы закалённые! Только вот даже сталь может ломаться.- Вскочив со своего места, боец подхватил манеру своего собеседника и стал прикрикивать. Его броня треснула, вновь этот парень разбивает кирпичики его баррикад. Он эмоционально заряжен и раззадорен, но на моменте конца фразы он прерывается на минуту и тихо договаривает. Светловолосый не предпринимает попыток что-либо сформулировать, он смотрит в темные глаза своего товарища и видит в них, толику отчаяния и безмерную обиду. За всё, за это непримиримое чувство утраты, за слепое доверие, за собственные чувства. Двойной агент молчит с минуты две, лишь поддерживая зрительный контакт. Потом встаёт с места и подходит к Редфилду. Они стоят также, в полной тишине, Крис постепенно начинает нервничать, что его собеседник просто молчит, но его поток мыслей прерывает касание ладони. Скотт мирно кладёт свою руку на грудь мужчине, прислушивается к сердцебиению. И его тело пронизывает укол электричества, он жаждет большего, но держит лицо. Мужчина ведёт руку выше, сжимая плечо и тихо выговаривает на ухо. Кажется, что тот боится собственных слов, так что переходит на шёпот. -Я видел как сталь ломается, ведь и сам был выкован. Я не дам тебе так просто надломиться, если в огонь, то вместе. Пусть это будет ответом на все предшествующие и предстоящие вопросы.- Отпустив руку, агент вернулся к столу, допивая свой кофе. -Жду тебя внизу, ешь скорее.- Ставя кружку в мойку Леон вышел из кухни, направляясь к выходу. Сиротливо стоя посреди помещения, вояка только лишь помнил горячий шёпот на ушной раковине, помнил прикосновение. До его сознания, мало по малому доходит истинный смысл слов сорвавшихся с губ его напарника. Шестерёнки задвигались и механизм запустился. Так.. Значит, ты ревновал.

***

Холодный снующий ветер, как оголодавший пёс, ищущий дичь. Сегодня не господствовал на улицах Ракун-Сити. Казалось он замер в движении и больше не мог пошевелиться. Но это не больше чем обман, он всегда будет нагонять своих последователей на человеческие души. Эти дуновения неприятного холодка, забирающиеся под вороты одежды, которые колют кожу. Так и сейчас вроде сухая погода, была насыщена щетинистым морозом в воздухе. Парадная дверь захлопнулась сзади темноволосого мужчины, а его взору предстал напарник, вальяжно опирающийся на своего верного железного коня. Он смирно ждал, закинув ногу на ногу и только лишь наблюдал за приближением фигуры в тёмном пальто. -Куда мы направляемся?- командующий отрядом невольно улыбнулся, завидев как его собеседник слегка неловко дёргал свою куртку за замок. Видимо свитер, что на нём был слишком тёплый. -Для начала я постараюсь застегнуться.- Слегка иронично посмеиваясь, Леон упорно тянул за язычок замка, в надежде, что тот поддаться, но какого было его разочарование, когда этого не произошло. Он не стал застегиваться, так как ждал недолго, а на улице не так холодно, как при скоростном движении его мотоцикла. Сейчас он ощущал себя неловко от его напускной непринуждённости, он был оконфужен не только минувшим конфликтом, но и такой нелепой случайности. -Не переживай и не тяни, а то сломаешь,- Крис плотно подошёл к светловолосому, взял подолы его куртки и соединив замок с молнией аккуратно их застегнул, оставляя небольшое расстояние до ворота его свитера, поправляя того- вот так то лучше.- Вновь улыбаясь шпиону, он с теплотой прикоснулся к щеке блондина. -Спасибо.. - повернув свою голову в сторону, Кеннеди чуть покраснел, не то от смущения, не то от стыда. Он ощущал дискомфорт от того, что показывает все свои чувства, явно коря себя за это. -Просто перестань волноваться, ведь ты теперь моя сталь.- Прижавшись к телу собеседника, темноволосый повернул чужую голову, обращая всё внимание на себя. Он мягко вглядывается в лицо напротив, гладит по щеке, так ласково и заботливо, что Скотт теряет самообладание, он ластится. Военный с замиранием сердца приникает к чужим губам, не настойчиво, чтобы не испортить своей торопливостью момент. Он забывает рядом с Леоном все ссоры и междоусобицы. Губы Кеннеди мягкие, хотя чуть отросшая щетина неприятно колется, создавая некоторый неуют, но игнорируя этот факт командир, просто наслаждается мгновением. Их языки сплетаются и Леон отвечает взаимностью, обвивая руками шею возлюбленного. Ничто не может им помешать, даже городской шум который тянется за пределами переулка. Кажется время потеряло иной смысл. -Я думаю, нам стоит остановиться, слишком нежелательных свидетелей.- Лазутчик прерывает это длительный поцелуй, в последний раз проходит по плечам своего напарника и с разочарованием, осознаёт, что они не могут свободно состоять в отношениях. Исходя из сторон к которым они примыкают и разделяя их политику. Не сейчас.