Выжженная земля

Джон чувствует себя так, будто трахнул противника. Уткнул носом в подушку и грубо отымел, ровно так, как давно хотелось. Ровно так, как нельзя. Хоть и не в буквальном смысле, но всё же... по ощущениям это было как крутой секс. Джон кончил в одежде, ни разу не прикоснувшись к себе. Билли Бутчер жив. Ровно дышит, теперь в порядке, но настолько слаб после пережитых мучений, что Хоумлендер может себе позволить задержаться в гостях. Расслабленное лицо пребывающего в отключке Бутчера выглядит так притягательно, что нет никакой возможности от него оторваться. Джон сокращает расстояние между их лицами, всматриваясь, жадно впитывая, чтобы запомнить. Спустя несколько минут Бутчер в его обьятиях начинает слабо шевелиться, издаёт короткий недовольный стон и открывает глаза. В его глазах тут же загорается раскалённое солнце. - Восхитительно. - комментирует Хоумлендер и больше не может сдерживаться, целует Бутчера, крепко, восхищённо, с языком, удерживая рукой за затылок, не давая отстраниться. Он не собирается насиловать, всего лишь урвать поцелуй. Один маленький поцелуй - момент слабости, который Джон может себе позволить. Бутчер замирает всего на мгновение, растерянный, а после отвечает так резко и грубо, что поцелуй становится больше похож на смертельную схватку между их ртами. К битве подключаются другие части тела. Каждый пытается доминировать, подмять под себя противника. Побеждает Бутчер. Точнее, Хоумлендер позволяет ему победить, чтобы войти в более тесный контакт. Билли сидит на его бёдрах, сжимает руками его шею, взъерошенный, как дворовая шавка, и не меньше злой, выглядит восхитительно агрессивно. Это было бы настоящей дракой, если бы не два стояка, упирающиеся друг в друга. - Да. - возбуждённо выдыхает Джон, расслабленно лёжа под Бутчером, позволяя стискивать свою шею. - Сильнее. Бутчер усиливает хватку на его шее, глаза Бутчера загораются солнечным огнём, когда Бутчер склоняется к его лицу: - Как снимается твой чёртов костюм? Хоумлендер чувствует себя победителем.