Another love

Выстрел. Один. Второй. Третий. Пит продолжал стрелять лишь до тех пор, пока неизвестный ему телохранитель, должно быть, главной семьи, не рухнул, выронив из цепких рук пистолет. Наступила мёртвая тишина, в которой парень отчётливо услышал стук своего бешеного сердца и тяжёлое дыхание Вегаса, парень лежал возле бассейна и едва мог пошевелиться, теряя контакт с реальным миром. Тьма вокруг него медленно сгущалась, он изо всех сил напрягал зрение, но всё перед ним качалось, краски, наполненные нечто живым, к чему хотелось прикоснуться и ощутить под кончикам пальцев, меркли.  — Вегас! — прокричал темноволосый, он мгновенно откинул пистолет и рванул к раненому. — Нет, нет. Нет! Страх окончательно окольцевал помутневший рассудок, парень над ним истошно кричал, молил и водил по его телу дрожащими руками, состояние Пита переходило в надрывную истерику, к горлу подкатывал ком тошноты, а на покрасневших глазах скапливались незваные слёзы безысходности. Он бессилен. Вегас умрёт, так и не узнав о настоящих чувствах Пита, который смог открыть своё сердце в самый последний момент. Крики о помощи переходили в хрипы и невнятный шёпот, бывший телохранитель рыдал над ним, сжимал побелевшими костяшками рубашку парня и влажной щекой водил по чужому бледному лицу, молясь всем богам на свете, только бы он открыл свои вечно насмешливые глаза. Но Вегас не двигался, не успокаивал Пита и не пытался прикоснуться к нему, отчего младший сходил с ума, все мысли в хаотичном порядке заполнили рассудок парня, каждый потаённый уголочек и не только, заставив его безутешно водить губами по холодной коже мафиози. Горячий лоб уткнулся в чужой, а в глазах застыла невыносимая, до ярких вспышек мучительная боль. Вегас больше не дышал. Пит прекрасно ощутил, как под дрожащей рукой остановилось сердце, за которое он отдал всё, что у него было.  — Прошу тебя, Вегас, — он наклонился чуть ближе, уткнулся кончиком носа в его, не смея отпрянуть назад. — Открой глаза, — тихо попросил он, растянув губы в сломленной улыбке. — Ради меня. Прошу. Ответов не последовало, тишина, что успела нависнуть над ними, окончательно разбила последние крупицы надежды, Пит сдавался съедающим заживо чувствам, вжимался всем телом в старшего и вдыхал знакомый шлейф, потеряв всю свою уверенность. Неужели это тот самый конец, что был предназначен для них с самого начала? Если бы только Пит не остался с остальными, не побежал сломя голову за парнем и не вёл задушевные разговоры, смог бы Вегас выжить? Конечно же смог, но какой ценой, если они не вместе? Разбитый взгляд остановился на пистолете, что лежал возле ног. Рука, словно чужая, потянулась за ним, ухватившись практически за дуло. Парень немного выпрямился, сжал оружие и принялся проверять магазин, где, к счастью, осталась единственная нетронутая им пуля. Шум в ушах мгновенно остановился, вытеснив всю панику из помутневшего разума, где единственной мыслью было последовать прямо за возлюбленным, прямо в ту самую пучину тьмы, где уже блуждал парень. Он аккуратно, будто бы не доверяя своим действиям, приложил дуло к вспотевшему от стресса виску. Прикосновение металла к телу заставило его вздрогнуть. Он почувствовал, что покрытая чужой кровью рука начала трястись. Это правда то, что они заслужили?.. Если это так, он пойдёт на это, всего-то нужен один лишь щелчок.  — Эй, Пит! — послышался за спиной голос, заставивший бывшего телохранителя отнять оружие и опустить его на свои колени. — Даже не думай! — рявкнул человек, схвативший парня за плечо. — Чёрт, мне следовало последовать за ними раньше! Рядом с ним оказался Макао, он выглядел всполошённым и таким же потерянным. Его поражённый взгляд блуждал по телу брата, но сам мальчишка держался молодцом, ему отлично удавалось сдерживать подступающие эмоции в узде, но не Питу, который продолжал рыдать, не в силах поверить в то, что он собирался только что сотворить.  — М-макао, он. Слова терялись в всхлипах, когда же парень стал таким плаксой? Не он ли хотел убить Вегаса самолично несколько часов назад?  — Я вижу, Пи, — перебил несуразицу младший сын побочной семьи, он осторожно касался открытых ран Вегаса, не в силах справиться с паникой на своём лице, — нам срочно нужно довести его до машины, — принял решение парень, кинув быстрый взгляд в сторону темноволосого. — Постарайся взять себя в руки, сейчас ему нужна помощь! Последние сказанные слова заставили сердце Пита сжаться. Макао был абсолютно прав во всём, Питу нужно было как можно скорее успокоиться и помочь мальчишке поднять старшего брата. Если не сейчас, то он больше никогда сможет увидеть игривую улыбку Вегаса, что всегда расцветала на его губах, стоило им оказаться наедине, ощутить горячие и трепетные прикосновение к себе и сладостные поцелуи, что дарили чувство умиротворения всякий раз, когда в этом нуждался Пит. Он не позволит Вегасу умереть. И хотя есть тысячи причин, по которым сохранить ему жизнь будет неправильным поступком, одна существенная иррациональность перевешивает всё, что могло бы доказать обратное. Он любит его. Больше своей жизни.

***

Пит не знал, сколько прошло времени с тех пор, как Вегаса увезли в отделение экстренной помощи, оставив Макао и его в жутком коридоре, где изредка появлялись медсестры и врачи, сказавшие, что операции потребуется много времени и сил. Темноволосый молча принимал любую информацию, мельтешил перед глазами Макао и в итоге, поддавшись усталости, что всё это время свисала ножки на его плечах, плюхнулся рядом с мальчишкой, коснувшись бедром чужого. Тот, как и часами ранее, выглядел крайне спокойно. Бывший телохранитель откинулся на спинку скамейки, уткнулся затылком в стену и прикрыл потускневшие глаза, ощутив, как тело накрыло волной жара, его с самого утра лихорадило, но сейчас он ощущал это куда сильнее, из-за чего тело было ватным и не готовым совершать очередные попытки встать. Перед ним всё еще мигала картина падающего парня, его немой крик и растерянное выражение лица, но Пит отчаянно отгонял от себя подобные зарисовки и поджимал губы, виня лишь себя. Макао тяжёло вздохнул и повернулся к старшему. Ему было тяжело принять тот факт, что кто-то из основной семьи смог протянуть руку помощи им, слабым и неспособным детям, чьи жизни всё это время находились в цепких руках отца. Мальчишка не знал, как ему реагировать на подобный жест, но и не противился смешанным чувствам. Пит отчего-то притягивал к себе, так и манил, излучая нечто светлое и яркое, Макао не смог удержаться от попытки выяснить, почему же старший здесь, а не с Кинном и остальными телохранителями.  — Ты же мог вернуться обратно, — заговорил Макао, опустив взгляд на свои руки, где до сих пор виднелись капли засохшей крови Вегаса. — Почему же остался?  — Я отрёкся от основной семьи, — слетели заветные слова с губ Пита, заставив младшего удивлённо вскинуть бровь.  — Из-за свободы? — поинтересовался темноволосый, он прекрасно понимал, что после бойни мало тех, кто был бы готов дальше служить Кинну. Пит скромно пожал плечами и слабо улыбнулся.  — Из-за Вегаса, — он наклонил голову набок и взглянул на затихшего Макао, ребёнок определённо не был готов услышать подобные слова, — поэтому я здесь, — ухмыльнулся Пит, ощутив, как легко давались ему слова. — Надеюсь, что навсегда.  — Хорошо, — в итоге скомкано выдал мальчишка, — хорошо. Это, пожалуй, был первый человек, который решил остаться с ними, с их небольшой семьёй, что нуждалась в тепле и настоящей заботе. Никто из братьев никогда не чувствовал подобного, поэтому пропитанные лаской слова заставили Макао смущённо улыбнуться. Самые страшные часы были позади, они смогли преодолеть панику и успокоиться, а когда вышел врач с хорошими новостями, то и вовсе растеряли все переживания, подавшись друг к другу. Объятия для младшего — нечто новое и неизвиданное, но прикосновения темноволосого успокаивали, из-за чего Макао не сразу понял, как провалился в сон. Последующие дни прошли словно в тумане, по большей части они ночевали в палате Вегаса и не возвращались в поместье, где вовсю руководил отец Кинна. Мафиози ещё долго приходил в себя, но как только очнулся, узнал о том, что Пит больше никуда не денется, собственно, как и младший братишка, готовый в любой момент подлететь со стаканом воды. Пусть кровать была и маленькой, они всё равно умудрялись втроём умещаться и обниматься до самой ночи, наслаждаясь тем чувством, что зарождалось их в потерянных временем сердцах. Их история только начиналась, и, кто знает, как дальше сложится судьба, но в одном Пит точно уверен. Он больше не позволит Вегасу остаться одному, всегда будет рядом и заботиться о том, чтобы старший никогда не чувствовал себя одиноким. Они семья, а это самое важное, что есть в этом мире.