it was always you.

***

      — Знаешь, мне очень нравятся твои наручники, — оторвавшись от Эдди, хитро сказала Рози, хлопая парня по бедру и хитро дернув бровью, покосилась на звенящую вещь. Хмыкнув, Мансон вытащил руку из-под спины девушки, заводя ее назад и через пару секунд копошений, махает перед лицом Янг парой наручников, на что она лишь довольно улыбнулась, в последний раз притягивая его к себе за шею и запечатлев смазанный поцелуй на губах, откинулась на подушку, вытягивая руки перед собой.       — Если бы я узнал раньше, что ты такая грязная, детка, клянусь, я бы уже давно трахнул тебя, — восхищенно прошептал Мансон, заползая на девушку и наклонившись вперед, пристегнул её руки к изголовью кровати. Встав, он пошло прикусил губу и осмотрел лежащее перед ним тело: возбужденная и до жути мокрая отличница лежала перед ним в одних трусиках, вытянув руки и также мечтала. Мечтала о близком контакте с ним, с главным фриком школы. От этой мысли в трусах становилось слишком тесно. Настолько, что Мансон тот же их сдернул с себя, вновь заползая на кровать.       — Эдди, ты мне так нужен, — вымученно простонала Розмари, дернув руками и чуть прижав подбородок к груди, наблюдала, как Эдди продолжает сидеть на месте. Волосы липли к влажному лбу, а рот то открывался и закрывался. И этот же рот буквально вчера вытворял такое с её промежностью, чего она не могла себе представить ни в одной фантазии. И прикусывал, и посасывал, и вылизывал. Словно занимается подобным с самого детства, мастерски доводя девушку до крыше сносного оргазма. Порой, Янг сама себе завидовала, мол, такого парня отхватила.       — Детка, я никогда не успеваю вдоволь насмотреться на тебя. Имей терпение, — пожав плечами, он медленно пробежался пальцами от пальцев ног до коленок девушки, подгибая ноги и чуть разводя их в стороны, позволил себе еще раз открыть вид на самое чудесное, что у него было. Даже сквозь черное белье было видно влагу, что скапливалась на внутренней стороне бедер и стекала вниз. Придвинувшись еще ближе, Мансон приблизился к промежности и провел носом по белью, сильнее прижимаясь к месту, где теоретически находилось влагалище. Прикрыв глаза, он наслаждался запахом и стонами, что вылетали изо рта Розмари всё чаще, а звон наручников только вызывал улыбку. Если бы не они, Янг бы уже давно ухватилась за его кудри, прижимая ближе к себе.       — Никогда не смогу привыкнуть к тому, что ты такая сладкая, детка, — прошептал Мансон, отстранившись от девушки и посмотрев ей в глаза, обхватил ладонями ляжки. Продолжая целовать её ноги, он сжимал мягкую часть в руках, иногда посасывая и покусывая загорелую кожу. Измученно выдыхая, Розмари поддавалась чуть ближе бедрами, пытаясь сместить руки Эдди ближе к промежности, однако, он будто бы специально медлил, проверяя её на прочность. — Ты чего-то хочешь, детка? Только скажи и я сделаю всё, — хитро моргнув глазами, Мансон продолжил свои махинации, целуя девушку везде, кроме самых желанных мест. Бегая пальцами по коже, он продолжал смотреть ей в глаза, упиваясь желанием, которое исходило от неё. — Ты хочешь, чтобы я прекратил, да? Очень жаль, ведь мне так хотелось помочь тебе почувствовать себя хорошо… — притворно вздохнула Мансон, уже собираясь на руках отползти, как тут Розмари резко обхватила ногами его бедра, не давая сдвинуться с места.       — Я хочу, чтобы ты трахнул меня. Трахнул так, как никогда никого не трахал. Чтобы я сорвала голос и не могла сидеть неделю, вспоминая о твоем члене каждый раз. Блять, ты мне так нужен рядом, фрик, — на выдохе прошипела Розмари, выгибая спину и прикрывая глаза от новой волны возбуждения, что прокатила по телу, словно на американских горках. Ногами она почувствовала, как Мансон придвинулся ближе, касаясь ладонями горячих бедер и помедлив секунду, всё же стянул с неё белье, отбрасывая его в сторону. — Быстрее, прошу тебя. Я уже не могу…       — Детка, терпение. Ты даже не представляешь, как я хочу втрахивать тебя в эту кровать, слушая прекрасные стоны. Ты идеальна для меня, детка, — проводя руками по телу девушки, он шептал пошлые фразы ей в лицо, оставляя смазанные поцелуи на губах. Резкий толчок и Розмари блаженно вскрикивает, натягивая цепочку наручников. Прикусив нижнюю губу, она выгнула спину, желая, чтобы Мансон начал двигаться быстрее. И он молча выполнил немую просьбу. Почти не останавливаясь на передышку, он принялся исполнять обещание, втрахивая Янг в кровать и держась за ее бедра руками, наблюдая как подпрыгивает грудь во время толчка. Пальцы соскальзывали из-за влаги и пота, что скопилась на телах, а в трейлере Эдди царила исключительно атмосфера секса.       Выкрикивая несвязные фразы, они поддавались друг другу бедрами навстречу, наслаждаясь близостью и тем моментом, который они проживали вместе. Сейчас. Вместе. Остервенело обхватывая тело Янг, Эдди ускорялся и периодически замедлялся, не доводя ни себя, ни Рози, до конца. Наручники звенели, а Розмари обхватывала ногами бедра парня, прижимая к себе и шепча, словно в бреду, его имя. Длинные кучерявые волосы Эдди липли к телу девушки и к его лицу, а она лишь мечтала вновь ухватиться за них руками и зарыться пальцами, показав Мансону, насколько он ей нужен. Всё время, черт возьми.       — Твою мать, Эдди! — вскрикнула Рози, чувствуя, как Мансон делает последний толчок, самый глубокий, и она чувствует, как внутри взрывается тысячи фейерверков. Убирая ноги, она позволяет Мансону закончить свое дело, пачкая постельное белье и пол рядом с кроватью. Затекшие руки уже давно не мешали, Янг почти забыла о них. Чувствуя, как трясутся собственные ноги, она выпрямила их и устало прикрыла глаза, слыша шум рядом и интуитивно понимая, что Мансон решил натянуть на себя белье. Пару шагов и матрас рядом прогибается, а возле шеи уже чувствуется горячее дыхание, а следом поцелуй, что приятно щекочет кожу.       Она непременно отдала бы всё на свете за такую беззаботную жизнь.       — Знаешь, о чем я подумал, — вдруг выдал Мансон, приобнимая девушку за плечи и подтягивая ближе к себе. Смотря в потолок, он просто лежал, хмуря брови и поджимая губы. Боковым зрением он увидел, как недоуменно посмотрела на него Янг, вопросительно поднимая брови вверх и мыча в ответ, — было бы здорово, если бы мы сказали Адскому клубу, что встречаемся. Они мои друзья, в частности Дастин и Майк. Они мне, как родные. Должны знать правду о нас.       — Я не хочу сейчас ссориться, — начала осторожно говорить Розмари, прекрасно понимая, что мирного разговора не получится. Потому что у них слишком разная точка зрения и объяснить свою она не сможет, как не крути. В любом случае, почувствовав, что плечо сжали сильнее, она приподнялась на локтях и повернувшись лицом к Мансону, встретилась с ним взглядом. Так не хотелось видеть его разбитым, но с другой стороны, тянуть больше не было смысла. И обмана он тоже не заслужил. Тем более такого подлого. — Но о каких «нас» идет речь? Нет никаких «мы». Да, мы классно проводим время и у тебя большой член; ты умеешь доставлять удовольствие, но мы никогда не состояли в отношениях. По крайней мере, мы это никогда не обсуждали.       — Не понял, — настороженно проговорил Мансон, так же приподнимаясь и уже недовольно морщась. Видимо, мирный разговор, какой он планировал, уже не состоится. Вместо него начинается настоящая ссора, что перерастет в большую обиду. И скорее всего в такую, что никакое примирение уже этого не исправит. — Так, давай сейчас обсудим, в чем проблема?       — Проблема в том, что нам нечего обсуждать. Между нами нет абсолютно ничего, что можно было бы обсудить. Мы просто трахаемся и всё! — вскрикнула Розмари, отползая от Мансона и чувствуя, как глаза начинают слезится. Всем нутром она чувствует, что не стоит говорить то, что крутится на языке в первую очередь. Особенно видя, как это задевает того, кто сидит рядом с тобой. Кто открылся тебе и позволил забрать сердце. Собственными руками Янг разбивала сердце Эдди, что так отчаянно хотел её любви и внимания.       — То есть для тебя это ничего не значило? Я тебе что, просто для утех? — поджав губы, Мансон дернул рукой, нервно улыбаясь. Всё происходящее невероятно давило на него, а поведение Рози только добивало. Он ведь так верил в их, в их отношения и что у них наверняка что-то получится. Ну, конечно, не всем мечтам суждено сбыться, верно? — так для тебя это всё была просто игра? Захотела — пришла, захотела — ушла? Я тебе верил, твою мать! — крикнул Мансон, вскидывая голову к небу и начиная заливисто смеяться. С каждым новым сказанным словом он начинал понимать, насколько он был глуп. Глуп и слеп. Сердце разрывалось и парень чувствовал, что скоро не выдержит. Розмари была единственной, кому он позволил подойти к себе настолько близко. И ведь она была такой милой по отношению к нему, такой классной. Такая вся правильная девочка. — Ты просто делаешь вид, что такая хорошая. А на самом деле ты просто ничтожна. Тебе плевать на всех, кроме себя. Буквально на миг я смог поверить, что могу быть счастлив. А ты, блять, просто взяла и выкинула меня, словно мусор. Как же я мог подумать, что какой-то фрик достоин отличницы? Такого не бывает, верно? — задавая вопросы без остановки, Эдди только всё больше чувствовал, что сейчас просто расплачется. Он ведь верил.       Верил и любил.       — Я не хочу обманывать тебя! — в отчаянии выкрикнула Розмари, вставая с кровати, и чувствуя, как соленые слезы начинают течь по щекам. То, с какой надломленной болью в голосе говорил Эдди, заставляло её вновь и вновь задумываться над собственными словами, что по всей видимости, она сказала зря. Его карие глаза моментально утратили тот огонек, что искрился всего несколькими минутами ранее, а страстная атмосфера сменилась напряженной и достаточно разбивающей. Разбивающей не только сердце, а и человека полностью. — Просто я не могу быть с таким… — запнувшись, Розмари развела руками и повернулась, поджав губы. Они оба знают, как она должна была закончить предложение.       — С каким «таким»? — вдруг задал вопрос Эдди и обойдя кровать, подошел впритык к девушке. Она продолжала молчать, не решаясь закончить предложение, однако то, с какой строгостью смотрел на неё Мансон, заставляло Розмари вздрагивать. Он никогда не был таким, как сейчас. — Я спросил, с каким «таким»? — отчеканив каждое слово, он схватил Янг за плечи и не дав ей отвернуться или сделать шаг в сторону, сжал мертвой хваткой, продолжая вглядываться в глаза.       — Фриком, — прошептав ненавистное слово, она оттолкнула от себя Мансона, начиная ходить по комнате и подбирать разбросанные вещи, параллельно одеваясь и краем глаза наблюдая за Эдди, что стоял и глупо улыбаясь, пытаясь переварить, что только что произошло. Ему действительно было больно так, как никогда до этого. Он просто стоял и молчал, даже не смотря на то, как одевалась Розмари. Закончив, она подошла к нему и чуть коснувшись плеча, виновато посмотрела в его глаза, — Эдди, послушай…       — Пошла вон, — перебив её, он указал пальцем на дверь, намекая, что Розмари стоит уйти. Тут же закрыв рот, она удивленно сделала шаг назад. Перед Янг стоял совершенно другой человек. Не такой добрый и заботливый, как её Эдди Мансон. Этот был такой холодный и злой, его глаза не выражали прежнего тепла, а речь была пропитана неприязнью.       — Что ты сказал? — не веря прошептала Розмари, пытаясь представить, что всё это просто страшный сон, который вскоре закончится.       — Я сказал: «пошла вон», — процедив, Эдди вновь указал на дверь и теперь Янг не дожидалась повторного приглашения. Поджав губы, она буквально выбежала из трейлера, громко хлопая дверью и наконец давая волю чувствам, что так долго рвались наружу.       Говорят, что счастья заслуживают не все, верно?