***
Джерард скучающе потянулся за партой, тщетно пытаясь разглядеть время на настенных часах. Математика никогда не была его любимым предметом, в силу чего он просто тихо сидел, не выделяясь. Вызывали отвечать его редко, так что заняться на уроке было нечем, не смотря на то, что создавать видимость какой-либо деятельности было достаточно интересно, хоть и местами нервно. Отвлекаясь от происходящего, он часто калякал что-то на полях тетради карандашом и забывал стереть, за что после проверки тетрадей возле мелких рисунков стояли знаки вопроса красной ручкой. Но сейчас, снова поддавшись рвению порисовать на уроке, парень не повторял своих ошибок, поэтому он решил выплеснуть своё творчество не в тетради, а в учебнике. Хитро улыбнувшись, он начал вырисовывать на краю листа летучую мышь. Вот вырисовывается маленькая тушка, замысловатой формы крылышки, озорные глазки, и конечно же… — Ответ нам скажет Мистер Уэй! …Цепкие лапки… — Вот черт, — злобно прошептал Джерард, бегая туда-сюда растерянными глазами.***
После тяжкого ответа на математике, от провала на котором спас только Рэй, а также двух уроков английского, что казалось, длились вечность, настало время физкультуры. Джерард её терпеть не мог, поэтому сейчас он спешит на третий этаж, где можно отсидеться, заранее убедившись, что его не видели некоторые учителя. Поднявшись по лестнице и найдя свой укромный уголок, он присел на полу бывшей подсобки, скрытой от лишних глаз. Если дело касалось прогулов, то это место было незаменимым. Сюда можно было прийти целой компашкой, желательно с портативными консольками, чтобы не было так скучно. Теперь можно было расслабиться. Джерард надел наушники и промотав на плеере несколько песен, прикрыл глаза, полностью отдаваясь музыке. При любых прогулах в одиночку, время всегда шло медленно и нервно. И когда кажется, что прошло более десяти минут, проходит от силы пять. — Скукотень… — Уэй даже поморщился. Конечно же, Джерард был человеком общительным, но со своими замашками. Постоянное нахождение в чьём-либо обществе выматывало творческого человека, так что его резкое изчезновение со всех радаров никого не пугало. Его высоко ценили за ум, изобретательность и местами юношескую безбашенность, так что никто не докучал ему лишний раз, всё-таки нарваться на его злость было страшно. Но сейчас пары человек рядом как-никогда не хватало. Джерард шумно выдохнул. Ну вот как промотать время силой мысли? Хотя, это бы наверняка привело к большим проблемам и искривлению пространства, так что он сразу же отбросил эти раздумья. Музыка переменилась на спокойную, чуть тоскливую и Уэй почувствовал, как тяжелеют его веки. Кажется, бессонная ночь в обнимку с комиксами решила отомстить. — Нет, нет, нет, не в этот раз, — встрепенулся он, сразу перематывая песню. Сон в подсобке гиблое дело. Стоило просидеть ещё минут двадцать в утомительной и тягучей атмосфере, чтобы наконец дождаться времени звонка. Поставив музыку на паузу, Джерард выбирается из своего временного укрытия. Сейчас наступает время перекуса, стоит поспешить в кабинет к своим. Не попасться бы кому-нибудь из учителей — таких лещей отвесить могут. И о боже, как ломит все тело.