Часть 5
5 августа 2022 г., 05:19
По лестнице вверх, до самого ее конца, затем промеж тенистых помещений и раскрытых дверей, напрямик к светлому широкому коридору. Джерард шёл достаточно быстро, но при этом старался не шуметь. Пройдя коридор, он свернул за небольшой угол и открыл дверь. Аккуратно заглянув внутрь, парень внимательно осмотрел полутьму. Он кивнул, судя по всему, в знак подтверждения того, что внутри никого нет и зашёл в помещение.
Френк торопливо зашёл вслед за Уэем, прикрыв дверь. Тусклый свет единственной лампы подребезжав, загорелся. Вокруг него простиралась небольшая комната, почти пустая. Лишь нелепо поставленные друг на друга стулья в углу лишали комнату полного запустения. Несмотря на то, что по-видимому, это место забыто, оно было подозрительно стерильно и чисто.
Френк растянулся на холодном полу, опёршись головой о стену. Наконец, он чувствовал себя в расслаблении и безопасности от постоянных надоедливых занятий, что казалось уже просверлили собой пол головы.
— Чувствую себя счастливым бомжем, — Айеро в довольстве потянулся.
Джерард прыснул, не переставая что-то набрасывать на бумаге.
Чуть погодя, не выдержав интереса к постоянному занятию Джерарда, Френк поднял голову и широко улыбнувшись спросил:
— А что ты рисуешь?
— Да, фигню всякую — себе под нос промямлил Уэй.
— Да ну? Прям фигню-фигню? — в ухмылке ловко простраивал фразу Френк, перекатившись на бок, дабы удобнее видеть собеседника, который в свою очередь многозначно хмыкнул заданному глуповатому вопросу.
— Ну, — он с усилием что-то чиркнул на листе, — не то, чтобы прям фигню фиговую, — коротко прокряхтев, он потянулся за ластиком, — но всё равно фигню, — Джерард хихикнул.
— А, можно?..
— Да? — Джерард сразу же обернулся на Айеро, который оробел от такого стремительного действия.
— Можно посмотреть? — Френк очень нерешительно улыбнулся, вскинув брови.
— Ну-у, тут всё не доделано и вообще освещение вокруг ужасное… — тянул Джерард, по дороге вымышляя ещё сотню причин, которыми он мог бы закрыть свой страх показать творение.
— Освещение тебя, по-видимому, вполне устраивает, раз ты умудряешься рисовать, — резонно нёс свою мысль Френк опираясь щекой о руку, — Ну покажи пожалуйста… Мне очень интересно — глаза Айеро горели и Джерард сдался их всеобъемлющему пламени.
— Ну ладно, ладно, вот. Смотри, — парень развернул скетчбук.
На листе была изображена зарисовка двух античных фигур. Судя по их положению и внешности, это были Амур и Психея. Герои мифа были изящно намечены и вызывали искреннее восхищение Френка.
— Вау… Поверить не могу, что кто-то умеет так рисовать… — Френк чуть повернул голову, продолжая рассматривать незаконченное творение, — крылья Амура совсем как в Лувре, а руки Психеи так изящны. В твоей работе чувствуется та лёгкость и нежность, которую я увидел в оригинале… — он искренне улыбнулся, — это превосходно, ты знаешь?
Джерард засмущался таким хвалебам. Он был человеком, привыкшим к ненавистному и вездесущему «круто», звучащему из уст каждого, кто решил поглядеть на результат его стараний. В последний раз его работу развёрнуто оценила только мама, что не скупилась на слова.
— А вы, мистер Айеро, ценитель искусства, как я погляжу? — с доброй усмешкой в голосе подзадорил Френка парень.
— Да, мистер Уэй, это я! — наигранно самодовольно произнёс Френк и залился смехом.
— А если честно, то... Спасибо большое, — Джерард очень мило улыбнулся, не в силах скрыть своей застенчивой благодарности высокой оценке его трудов.
Обстановка была слегка неудобной своей непривычно смущающей сутью, поэтому Айеро старался заглушить ее разговорами. Он болтал с Джерардом о всём, что приходило в его голову и время неслось в этих разговорах незаметно, но непонятно как, видимо, это было свойством любого долго длящегося диалога, Джерард вернулся к началу. К теме их утреннего пересечения.
…- Я так удивился тогда. Я же очень часто слышал от Рея, что ты можешь спокойно приходить ко второму уроку и продолжать спать на парте до одиннадцати и всякое подобное. А тут такое…
Френк сменился в настроении. На место постоянной экспрессивной радости пришла какая-то задумчивая тоскливость.
— Ты знаешь, я.. — Айеро говорил тихо, но с ноткой уверенности — меня утром всё так вывело, что даже из дома свалил раньше…
Джерард тоже переменился. С его лица сползла улыбка и на место беззаботной радости пришло искреннее беспокойство. Ему казалось неправильным соваться человеку в душу в принципе, чего уж там говорить про настоящий случай, но… Что-то двигало в нём в этот момент уверенность, что попробовать спросить всё-таки стоит.
— Знаю, что не мое дело, но… У тебя всё хорошо? — Джерард закрыл скетчбук и отправил его в сумку, — просто я часто вижу, что ты бываешь таким груженным…
— Да ничего такого, я просто не высыпаюсь, наверное… — он потёр шею, отводя взгляд.
— Как-то не верится, Мистер Айеро. У вас на лице всё написано, — Джерард вновь улыбнулся, видя, как Френк тихо посмеялся их деланной официальности.
— Ну, ладно, мистер Уэй, сдаюсь вашей проницательности. Вы правы, кое-что есть…
— Тут очки не нужны. Ну так? — Джерард уселся поудобнее, направляя всё внимание на собеседника.
— Я не знаю, как точнее будет рассказать. Я не чувствую фоном, что всё ужасно и дерьмово, но… — он усмехнулся в грустной иронии — иногда я чувствую такую дикую усталость от всего, что происходит вокруг, что… Даже бывает не знаю, как встать обратно в эту жизненную колею. Иногда просто кажется, что жизнь — это чёртова карусель, что несётся куда-то вперёд и за ней просто не успеть…
Джерард некоторое время помолчал, переваривая такие тяжёлые слова. Он бы никогда не подумал, что так искренне заливавшийся смехом пару минут назад человек, может иметь при себе такой тяжёлый взгляд. Подобрав слова, Уэй решился ответить:
— Но раз эта карусель мчится сама по себе, необязательно ведь всегда куда-то гнаться, сломя голову. Может просто попробовать позволить ей нести тебя? -Джерард смахнул волосы в сторону и наклонив голову, посмотрел на озадаченного Айеро, — я понимаю, как это может быть страшно, но неужели ты не пробовал?
— Но это же значит потерять полный контроль, разве нет?
— От части, на мой взгляд. По-моему, человек в принципе очень мало что может контролировать, кроме себя и своих поступков. Звучит и вправду не очень, но это так.
Френк долго молчал, размышляя. Он никогда не смотрел на эту ситуацию с другой стороны. Теперь ему явно есть над чем подумать.
Пользуясь затишьем, Джерард потянулся к своей сумке. Они с ней, похоже, были неразлучники, ведь он таскал её всегда и везде с собой. Недолго покопавшись, он достал термос. Отвинтив крышку, он налил в неё вполне тёплый напиток, судя по стремящемуся пару.
— Это кофе. Будешь? — Джерард улыбнулся.
— Да, спасибо большое, — Френк вернул ему улыбку несколько более неуверенную, но сделав глоток, засиял.
— Очень вкусно, — подметил Френк, вновь прикладываясь к краю за новым глотком.
— Рад, что тебе понравилось, — пробубнил Джерард, секундой позже обернувшись, не выдержав такой благодарной теплоты в глазах напротив.
Вновь завитала тишина, но теперь она окрасилась в другой палитре. Если можно было бы представить, в каком цвете, то он явно был бы пастельным.
В эти минуты их компания была так приятна, так обворожительна, она заполоняла собой всю округу. И оба из них готовы были поклясться, что, даже потянув воздух в лёгкие, могут ощущать хрупкое присутствие этой невесомой, неописуемо прекрасной неги, что была присуща им и решительно, только им. Так трепетно и неуверенно она прибывала всюду, что каждый из них боялся лишний раз вспугнуть эту близость и доверие, так щедро оказанное. Она вскруживала голову приятным сном и всё естество, казалось, было полно умильной истомы, оставляя тысячи мыслей разуму.
Их приятное уединение прервала рывком открывшаяся дверь. Оба парня вздрогнули так, что чуть не разлили на себя кофе. Меж дверных косяков стоял запыхавшийся Майки.
— Френк, блин, давай пулей в музыкальный. Только тебя ждём!
