А ты помнишь меня?

Наступила осень 2016 года, настало время перемен. Совсем ещё юный музыкант и реп-исполнитель Андрей Федорович под псевдонимом Pyrokinesis переезжал из Краснодара в Санкт-Петербург, город мечты, северную столицу, полную дождей и гроз. Андрей ожидал отъезда, смотря на старинные часы, возвышающиеся на крыше главного здания вокзала. Погода была дождливая, Андрей открыл зонт. Он глядел на кружащие в воздухе осенние листья, на бесконечные толпы пассажиров, стремящихся не опоздать на поезд. Он думал: «Неужели новый этап? И что ж меня ждёт там, в будущем? Удавшаяся карьера или печальный опыт?» - судорожно проговаривал про себя он, но вдруг вспомнил про время. Парень посмотрел на часы, до выезда оставалось каких-то 15 минут. Он мигом побежал на станцию, пачкая новые штаны следами от холодных луж. На станции толпилась куча народу. «Живее, живее!» — слышалось отовсюду. Ушные раковины Андрея от такого шума вибрировали с тысячекратной силой. Настало время посадки. Парень прошёл в своё купе, оно было закрытого типа. Он нехило зарабатывал, поэтому мог себе позволить. В купе пока было пусто. — Надо же — устало проговорил он, разложил вещи и сел на своё место. Вдруг дверь купе приоткрылась, вошёл привлекательный парень с кудрявыми волосами, он был улыбчив, однако таилась ли та же улыбка в его душе? Андрей от неожиданности вздрогнул. — Ты чего дрожишь? — спросил он, и на его лице появился даже элемент заботы, хотя он даже не знал парня. — Да ты просто резко зашёл, вот я и вздрогнул. — Вот оно что — улыбнулся незнакомец. Он сел напротив него. — Как зовут-то хоть? — Андрей, а тебя? — Серафим, очень приятно. Они пожали друг другу руки в честь знакомства. Когда Андрей жал ему руку, он вдруг посмотрел Серафиму в глаза. «А не виделись ли мы раньше?" - думал он. Едва знакомый ему парень уловил на себе его взгляд, он заметил в глазах собеседника нечто родное, сокровенное, будто раньше они были для него вечно горящими звёздами. Андрей резко и неожиданно вздохнул, широко распахнув глаза. Серафим быстро одёрнул руку. — Ты чего? — Да так, ничего… Всё хорошо, всё хорошо… — Может, тебе плохо? — спросил Серафим. — Да не, всё нормально, просто… — Что? — Мы знакомы? — Вроде нет, но мне кажется, что раньше я тебя где-то видел, только вот не помню, где. — Да вот и у меня такое чувство — промолвил Андрей. Серафим сел рядом. — Посмотри на меня — сказал почти незнакомец. Андрей посмотрел. — В глаза посмотри. Андрей пристальнее всмотрелся в его глаза, разглядывая каждое очертание: ресницы, веки, радужки, непонятный цвет зрачков. Серафим тоже смотрел прямо в глаза. Вдруг на его лице появилась лёгкая улыбка, а на щеке леденящая душу слеза. — Это ты? — шёпотом процедил Серафим. — Я… — Ты помнишь, как мы с тобой впервые поцеловались, тогда, в 1950-м? В то время ещё шёл такой дождь, вокруг была тьма тьмущая, а мы всё целовались и целовались. На лице Андрея тоже проскользнула улыбка, и он лишь сказал: «Помню». — А помнишь, как я тогда пригласил тебя на танец? — Помню… — Это ты, Андрей? — Я… Они разрыдались и обнялись крепко-крепко. Эти две души, так любившие друг друга в прошлой жизни, наконец, воссоединились. И эти слёзы, простые детские слёзы, стекали по рубашкам, пронзали душу, входили в сердце.