Что не так с нашим миром?

Работа, работа, как скучно! Скучная жизнь. Больше нет разнообразия в моей жизни. Нет радости, читать газету по утрам, там уже нет нечего радостного, правдивого или интересного. Там всё такое ужасное. В нашем мире уже не так сладко как было раньше. В последний раз, когда я читал газету, это когда мне кинули газету рядом с дверью. И прочитал я там ужасную новость. Маленький деревянный городок был сожжён и подорван. Компания ненормальных была задержана, но было много жертв. После этого, я перестал читать газеты или смотреть новости. Я был в бункере и читал только книги от скуки, а так же, раз за разом пересматривал «свой» старенький фотоальбом. Этот альбом настолько старый, что некоторых фотографий нет на месте. Да и выглядел он так, будто его из горящего здания вытащили. Ну а смотрел я на него, просто чтобы скоротать время, я видел фотографии себя, что были на клены на страницы. А радом с ними были надписи. Например — «Это я и Замазыч, мы решили вместе сходить и купить утренний кофе». Или — «Этим утром я увидела, как #»><? $^ утешал! -? (*)/%*, я решила сфотографировать их, ведь это настолько редкий кадр». Да, имена полностью стёрты, по надписям, похоже, ножом прошлись. А на фотографиях, только я. Другие части фотографий, вырезаны. И по описанию фотографий понятно, что не я делал этот альбом. Смотря на всё это, единственное, что я мог подумать, так это — «Когда это произошло и с кем я на фотографиях»? Весь этот альбом, пропитан странностью, нашёл я его у себя, в старом чулане. А читая описание и смотря на фотографии, я ещё больше нечего не понимаю. Ведь этих событий никогда не происходило. Но, со временем и это мне надоело, смотря на этот альбом с начало было интересно. Но теперь, даже думать об этом скучно. Зачем задавать вопросы, если мне никто не ответит. А потом я и вовсе выбросил этот мусор, но вот что странно. На следующий день, я снова выносил мусор, ведь именно сегодня мусор должны забрать. Так что, пусть я выкину мусор сейчас. Но, я заметил, что в моём мусоре копались. Что-то меня заинтересовало, снова, и проверив мусор, я понял что пропал один предмет. И пропал тот самый альбом. Кому он нужен? Зачем он нужен кому либо? Для чего? — …отвратительно… . . . — ГР! Ненавижу! Ненавижу! Это никуда не годиться! Это никогда не станет шедевром! МХ! Я бездарность! Я сбросил свою картину на пол, я рву свои старые картины на кусочки, я скидываю стаканы с кисточками на пол, я опрокидываю вёдра с краской. Звуки разбитого стекла, упавшие на пол книги, перевёрнутая мебель. Я был ужасно зол. Снова нечего не получилось. Я рисовал картины, они были хороши, так говорили обычные обджекты, но, я хотел признание высших. Но никто из них не признавал мои картины. Им нравились картины моих конкурентов. Никому не нужны мои работы. А я ведь так старался! Старался нарисовать что-то, что-то глубокое. Что-то чудесное. Но, портреты, пейзажи, этюды, всё не то! А если и кто-то хотел взять мои картины, так это только горожане, а я так мечтал быть известным. Я работал и работал всё время, улучшая свои рисунки. Но всё равно, их не хотели покупать богачи и аристократы. Мои картины занимали не призовые места, моя работы совсем перестали меня радовать, хотелось бы мне просто заняться чем-то другим. Но я нечего не умею, кроме как рисовать. Хотя-бы денег хватало на еду и воду. А так же, я могу заплатить за коммунальные услуги и за аренду квартиры. Клеви — это тот, кто зарабатывает больше, но в последнее время он спускает деньги, на сигареты, таблетки и прочую гадость. Но не важно, моя студия снова в беспорядке. Как обычно, нужно будет убраться…но… — Чёрт! Чёрт! Чёрт! Я никогда не буду признан, если дальше буду рисовать банальщину! Я уже не знаю что мне конкретно рисовать, картины, они вообще не идеальны. Как? Как мне сделать их интереснее? Я снова взял новый холст, карандаш. Рисуя нечто, абстрактное, мне нечего не нравиться! Это отвратительно! — Ах! Чёрт! — Я просто разорвал холст и вышвырнул кусочки картины в сторону. Кусочки бумаги упали в пролившуюся краску. И взгляд мой устремился на мою старую работу. «Что…? Что это… Моя картина, она вся в чёрной и красной краске». — Я рисовал черепаху своего друга. Она испортила мой натюрморт и мне пришлось рисовать черепаху. Этой работой я был недоволен, не стал её разрывать, ведь, моему другу так понравилась эта картина. А сейчас, она вся такая, противная, грязная. Вся в краске, краска выглядела как, шрамы. Черепаха вроде и жива, а вроде и мертва. Ведь все мне говорили, что лица на моих картинах, не живые. Как кукольные, они не блестят. Меня это бесило! Я пытался сделать лица живее. Добавляя блеск, пытаясь сделать взгляды глубже, живее. А сейчас…они такие…необычные…даже…красивые? Ох! Неужели я нашёл, то, то что я должен рисовать? Да! Да! Вот оно! Я знаю, ха! Вот оно! Я наконец-то поймал свою музу! Вот оно! Ха-ха! Наконец-то! Наконец-то! Судорожно, я стал мазать краску на холсты. Да, не известность, опасность, безумие! Вот что нужно! — …Пикчер? Ты чего не спишь? Ох! Суши-боже! Ты снова испортил свою студию! И…это что та самая картина? Боже, она испорчена, Кнайф расстроиться. — …Нет…испортил? Этот кусок мусора? Нет, он стал лучше! Работа стала лучше! — …П…п…пикчер? Тебе надо отдохнуть…ты…пугаешь меня ещё больше, чем раньше…что, что ты р-рисуешь…? — …не хочешь…стать моим натурщиком? — …Че…чего? — Это не больно Клеви, красота требует жертв. . Как красиво Клеви…ты так красиво вышел… . Тело Клеви лежи в цветах… Он мертв? Жив? Непонятно… . Это станет…моим шедевром… . …осталось…12… . . . Я ненавижу их, считают нас пустым местом в обществе! Вы историю вообще читали? Все сильные симболары, случайно создали нас и использовали нас, как животных и рабов. У нас не было прав на самовыражение, не было свободы, нас считали пустым местом без личности. И что, что мы ожившие предметы?! Это что значит?! Значит, что у нас нет личности, прав и свободы?! Ладно сейчас у нас перемирие, но все эти буквы, цифры и прочие остались такими же гнилыми богами. Они считают нас слабыми, ведь, мы ниже. Ниже? Ниже?! Я вам покажу ниже! Учитывая события что произошли, показывает, что симболары ужасны! Их дети издеваются над обджектами или даже над такими же как они. Это просто, отвратительно. Почему они вообще живут с нами? Почему, они позволяют себе убивать нас, ради шутки? Все эти обджект шоу по телевиденью. Мерзко! . — Дорогие обджекты! Вы наверное слышали, все последние события. Сожжённый город, пропавшие обджекты, низкое обращение к нам, а так же все эти обджект шоу! Неужели никто не задумывался, что происходит с нашими собратьями? Все переглянулись, похоже, они понимают. Это хорошо. Все прислушались. — Ответ прост, они умирают! — Умирают? — Все оживились и были напуганы, а некоторые негодовали. Другим, будто всё равно. Их дело. — Именно! Я решила, что не позволим этим высшим выскочкам нами управлять! Никто не смеет называть нас слабыми! Да, у нас нет магии, нет палочек и прочего. Но есть интеллект! У меня уже есть парочка учёных и изобретателей, что нашли одно оружие против них! Оно не убивает их, но делает их более уязвимыми. «Оружие?» «Что за оружие?» «Интересно, что это такое?» Все обджекты переговаривались, смотрели на меня с интересом. Шушукались, кто-то даже радовался. Видно, тоже кому-то насолили эти «боги». — Ха, видно вам стало интересно? Но чтобы узнать это оружие, вы должны, последовать за мной. «Простите, я понимаю что симболары, иногда ведут себя отвратительно, но, по-моему, это ещё не повод разворачивать конфликт между ними. Мы всё ещё в дружеских отношениях с ними». «Нет! Я считаю, что она полностью права! Они ужасны, ведь именно они сожгли тот деревянный городок! А ведь там жили мои дедушка с бабушкой. Теперь они далеко». «Это так, но не все ведь заслуживают смерти!» «Я полностью согласна! Симболары отвратительные, если так подумать, что если все ужасные случаи были спровоцированы ими?!» «Не делайте поспешных выводов!» «Хватит уже, она всё сказала! Или вы глухие! Они не заслуживают милосердия!» Все спорят друг с другом, ох, нет доказательств, да? Да уж, ладно покажу я вам, на сколько, они ужасны. Скоро, я всем докажу, что только я права. А если останутся не доверчивые, мне придётся заткнуть их. Да, жестоко. Но никто не говорил, что всё будет так просто. Чтобы я всегда была на вершине, мне нужно, нужно делать много грязных и отвратительных действий. Хах, как обычно мой ум превосходит всех, я уже знаю что делать с не согласными. Да, придётся сделать это. Остальным просто скажу что, те были одурачены симболарами и их разум больше не чист. Промыли мозги, подчинили разум, мы не сможем вернуть их разум снова. Да, прекрасный план, казни ведь, можно снова возобновить. Все будут так счастливы видеть этих «высших» страдающими. Да. Ты такая умная, Брялок, ты молодец. . Ха…ха…как мне найти новые силы на это? Это так…сколько можно? Что с моей головой? Но они такие радостные. Они видят смерти симболаров и не согласных. Да, они чисты. . Что со мной? Что со мной? Что со мной? Почему…когда я убила их…они…будто видела их однажды…будто знала их… . . . Я сижу в классе, играю на рояле. Мне так…спокойно на душе. Ах. Классика. Прекрасная музыка для ушей, откуда вообще пошло такое выражение, если у нас и ушей-то нет. Но, мы слышим, хм, не думай об этом, глупые вопросы. Какая разница как мы устроены, наверное — это наша душа. Наши тела и душу так и не исследованы полностью. Всё ещё не понятно, как работают наши чувства, эмоции, а так же, как же мы были созданы в древности? Нас создали ещё давно, симболары по ошибке. По ошибке. Не думай об этом. Играй, играй и наслаждайся музыкой. Да, это всё, всё, что нужно для моей души. Классика так расслабляет. После того, как я закончил играть, я повернулся лицом к моему другу, что сидел и слушал мою игру. Обычно, когда ему грустно, он приходит ко мне, слушает музыку и успокаивается. — Ну как тебе, Кнайфи? — Всё как обычно, красиво и успокаивающе. — Спасибо. — Твоя игра так расслабляет, честно, от ужасных мыслей, только твоя игра и спасает. — …всё из-за, него так? — …я…не хочу говорить о нём…пока не сейчас… Кнайфи был подавлен, это было связано с его другом. Честно говоря, что с ним? Курасан? Они были лучшими друзьями. Он был отличным другом, был добрым, заботился о друзьях. Так говорил мне Кнайфи, но, по правде говоря. Я никогда не видел его, как он выглядит, кто он? Но, что он такого сделал? Кнайфи всегда впадал в уныние, когда вспоминал это. Музыка успокаивает его. Мы познакомились всего два месяца назад, а мы уже так сдружились. Я по сути, не знаю ничего о его прошлом друге и как он упоминал, у него этих друзей несколько. Каждый вечер и свободное время он уделяет другому другу. Пикчер? Похоже так его звали…тоже знакомо… — …эй, Кнайф. — Кнайфи, это моё имя. — Да, верно. Кнайфи никогда не нравилось, когда его называют Кнайф, хоть это его настоящее имя. Он говорит, что в детстве называли его имя «жёстким», а так же смеялись, ведь он был не оригинальным. По этому, он сменил своё имя на «Кнайфи». Ведь это имя звучит намного мягче и дружелюбнее. Ох уж эти дети с их стереотипами, хотя это взрослые навязывают свою точку зрения на своих детей. Да, если ты нож, то ты точно будешь груб, суров или что-то вроде того. Хотя, сейчас времена меняются. Всё, становиться лучше? Хотя, возможно нечего не изменилось, ведь всегда были минусы, в каждом поколении. И это неизбежно. Кнайфи попрощался, я остался один. Один в классе. Но что произошло? Это, странно. Курасан? Пикчер? Имена такие знакомые. Хоть я их никогда и не видел, по именам можно догадаться, что это за обджекты. Но…имена…? Курасан? Пикчер? Знакомые имена. Их образы…такие знакомые? Почему? Я их не знаю. Не знаю, кто это. Никогда не видел их в лицо. Кто это? Что это? Мысли? Что со мной? Откуда? *нюх-нюх* Запах…огня…? Всё горит? Ах, здание горит.…А? К-кто ты такая? . — … — Эти сны такие странные. — Чёрт возьми, только не снова. Мх, кажется, будто я сейчас тресну. Стакан молока мне бы не повредил. Да, потом я просто пойду спасть. Всё будет хорошо. Верно. — …это…так…странно…мне так плохо, что я делал всё это время? — Похоже, я простыл. Наверное, я не пойду на работу завтра. Надо бы предупредить своих учеников и Кнайфи. Я так устал, да чувствую себя ужасно. *нюх-нюх* Снова этот запах, запах горящих досок и запах гари. Я снова чую этот запах, он такой реальный. Где я? Я стаю около горящего здания. Снова он? Рядом со мной обджекты, я не знаю кто это. Я напрягаю свой слух. Я слышу голос. Он что-то бормотал. Голос, он такой чёткий. Но как? Как я могу слышать бормотания того, кто всё ещё в горящем здании? Голос, он такой знакомый…родной…что-ли? Спокойный… «Спасибо…вам всем…мои дороги друзья. Вы верили что обджект, я это очень ценю. Я не знала кто я и кем я являюсь. Спасибо что приняли меня такой, странной. Я готова, сделать всё, чтобы вы оставались в целости. Я использую свои силы, да, всё ради друзей». — ………я………...........я......... Голос за мочал. — .......................спасибо……….тебе……н…………… . . . Пустота. Я мёртв. . . . Мой город? Что за? Он весь в огне. Я не знаю, где он? Где ты? Прошу ответь мне. Забери меня от этого кошмара. Прошу, ответь, услышь меня. Забери меня. Я не хочу смотреть на то, что я натворила. Как я могла? Зачем? Зачем? Зачем я подожгла мой дом? Я понимаю, меня не очень то и любили, я не могла нечего сделать или ответить, они даже подставили меня в преступлении. За что же они так со мной? Я ненавижу их, но я не желала им смерти. Я просто спала. Проснулась я от криков на улице, но, я проснулась посреди улицы. Все бежали, а из-за огня взрывались дома, их. Их заминировали?! Я не могу покинуть свой городок, без него. Где? Где ты?! Скажи что-нибудь! Крикни мне, если ты меня слышишь! Прости…защити меня…забери меня…прости меня. Я сжимаю свой чемодан, хотела проверить, все ли важные документы у меня с собой. Но открыв его, я увидела, факел и мины?! Какой ужас! Я бросила свой чемодан и побежала искать его. Кричала его имя, но никто не приходил и не отзывался. Прибежав к своему дому, я удивилась, он почти цел. Почему? Может он там?! Я побежали и обыскала весь свой дом. Никого нет. А огонь близко! Ладно, соберу все важные документы и вещи с собой. И продолжу его искать. Но когда я выбежала из своего дома, меня спасли и вывели из города. Может он среди толпы спасённых? Я искала его. Но его нет, значит, он всё ещё там! А город безуспешно тушили, до тех пор, пока гигантский взрыв не охватил весь город. Камни и мусор от обломков домов разлетался повсюду. Он…он мёртв? Нет. Нет. — Мисс…вы в поря- — НЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ! . — Ах! — Что случилось Пшика? Похоже твои руки повреждены от долгой игры на гитаре. Ты не думаешь, что ты слишком усердно учишься? — Спросил меня Бутылыч. Отличный учитель музыки и друг. — Не! Я же дала обещание, что научусь играть на гитаре. Он без успешно пытался научить меня, он так и не смог этого сделать, так что, я должна работать больше и больше. — Не перестарайся ладно? Твои пальцы должны отдыхать, лучше прямо сейчас. — Да, да. Конечно. Я всегда играю одну и ту же мелодию на гитаре. В особенно ветреные дни, а также вечером. Я приезжаю туда, где был мой маленький, скромный городок. И начинаю играть. Ветер унесёт мою мелодию к нему. А ночью, очень тихо, так что, ты точно услышишь мою мелодию. Он услышит её, я уверена в этом, он придёт. Я просто должна быть лучше, учиться усерднее, играть без остановки. Прекрасная мелодия охватывает всё это место боли. Ведь, когда нет музыки, я слышу их крики. Простите, простите. Я играю не только для него, я играю и для вас. Вы меня, конечно, не особо любили, но вы не заслуживаете этого. Слушайте и покойтесь с миром. — ТЦ! Ошибка. Нет, они не должны слышать мелодию с ошибками. Начинаю заново. Я не знала. Не знала, что смогу к кому-то привязаться. Эта игра, по большей части посвящена тебе. Я хочу, чтобы ты слышал её. Ведь, ты не можешь быть мёртвым. Не верю! Ты жив. И я жива, слышишь? Прости, на моих руках столько грехов. И даже если я попаду в ад, я знаю, знаю, что ты простишь меня. Я совершила кучу грехов, простишь ли ты меня за то, что буквально убила твою веру в меня? Или…нет…нет…ты живой. Да, мои руки не чисты, но, они точно не запачканы твоей кровью. Точно не в твоей…надеюсь… . . . Мои друзья. Я так люблю их. Люблю я их, а они меня? Он, он мой лучший друг. Смешной, весёлый, ты бываешь вспыльчивым, но верным. Ты справедливый? Так почему же ты вечно не слушаешь меня? Ты лжёшь мне. Ведь, все твои обещания, пусты. Это уже происходило раньше, но всё это, было так важно для меня. И я даже не знаю, смогу ли я снова доверять тебе. Значит, ты не такой уж и верный и честный друг? Ну и ладно, ведь ты мой друг. Но после, ты стал более, отстранённым. Холодным. Раздражённым. Даже она, она оставила тебя. Тебе было тяжко, я подержал тебя. Но, со временем, твой дом стал таким же гнилым, как и ты. Значит ли это…что ты…не друг? Не хотел я в это верить. Но однажды, я хотел расспросить тебя обо всём. О тебе, о твоей работе, о ней и о твоём вечном игнорировании. Я понимал, что ты устал, но я так хотел услышать объяснения о твоём изменении, и хотел понять тебя. Но ты накричал на меня. Столько наговорил, столько обидных вещей. После этого, ты так ошарашенно смотрел на меня, на моём лице что-то есть? Ах, слёзы. Я устал узнавать от тебя правду. Ты извинялся, очень много. Но вот, я так устал. Почему же ты не рассказываешь, куда ты вечно уходишь? Откуда такая ненависть? Я знаю, в мире уже не так сладко, но почему ты не можешь радоваться со мной и с ней? Я устал. Ты просил остаться, остановиться, выслушать. Но я так устал от твоей лжи. Я ушёл, прости меня старый друг. Но это уже невозможно терпеть. Прощай. . Она, она моя лучшая подруга. Бодрая, весёлая, улыбчивая, активная. Вечно улыбалась мне, но её увлечения и шуточки, меня немного, смущали. Но, она ведь девушка, так что, нужно быть терпеливее. Всё равно, она ведь моя подруга. У тебя прекрасные манеры, ты ценишь всех за их личность. У тебя интересные увлечения, твоя личность отлична, ты такая оптимистичная, ты моя подруга. Так почему же, мне платят за дружбу с тобой? Да, ты была, из богатой семьи. Твои служанки и слуги схватили меня. Сказали, чтобы я был твоим другом, по твоему приказу. Они платили мне. Я играл роль друга, ты тоже? Действительно ли ты была моей подругой? Была ли ты энергичной в реальности? Была ли ты той личностью, которую я знал? Или это тоже маска? Я не могу. Не могу жить с этими мыслями. Я не могу больше, я пришёл к тебе. Ты была так рада меня видеть, ты снова стала улыбаться. Но, я кинул свою сумку, на пол. Ты заглянула внутрь. Он был в деньгах, что платили мне всё это время. Ты вопросительно посмотрела на меня. Я объяснился, твоя улыбка медленно сползала с твоего личика, ты говорила мне — «Я не знала честно»! Действительно? У меня уже был опыт с ложью, прости меня. Я собирался уходить, но ты схватила меня за руку, слёзно просила поверить тебе. Я, я, я сбежал. Мне самому было тошно, грустно и противно уходить от тебя, но, всё это ложь. Я, не люблю ложь. . Он мой друг. Отличный друг. Спокойный и уравновешенный. Такие глубокие мысли и такие глубокие образы. Они очень красивые и абстрактные. Абстракционизм, мне такой жанр картин не очень подходит. Арт-хаос, тоже не мой любимый тип картин, но они мне кажутся, милыми. Всё что ты нарисуешь — это мило. Ой, ты совершил небольшую ошибку? Нечего страшного. Мне неважно, сколько ты наделаешь ошибок, ведь это нарисовал ты. Но, глубоко внутри у тебя, есть зависть. Ты завидуешь твоим конкурентам. Да, твои картины не признают, но мне они кажутся милыми. Почему же ты рвёшь свои шедевры? Не такой уж ты и спокойный и уравновешенный, каким казался. Я прихожу к тебе, и, твоя рабочая комната всегда была такой чистой, теперь она вся в грязи. А ты всегда спишь на старом матрасе, что был пропитан краской. И твой сосед, он всегда употребляет отвратительные вещества. Я хотел поговорить с ним, может подружиться? Но он так холоден. Я бросил эти попытки. Я всегда убирал твою комнату для рисования и каждый раз, я грустно вздыхаю. Ведь, твои картины, они, они порваны и измазаны краской, я всегда пытался привести их в порядок. Склеивал, и вытирал, и прятал их от тебя. Но я так устал. Устал от этого. . Какой же, я ужасный друг. Может, может это всё мне кажется? Мне стоит дать им второй шанс? Они ведь мои друзья и всё что произошло, целиком и полностью моя вина. Я должен был быть, лучшим другом. Мне нужно было тебя выслушать, а тебе поверить. А тебе дать время. Ну что же я делаю?! Я…действительно такой колючий нож…эх…стереотипы о ножах, действительно правдивы. Даже если ты не грубый, ты всё равно «колешься». . . . Когда же это закончиться? Да, болезнь, я держу её под контролем. Благодаря тебе, милая. Но. Все эти таблетки, уколы, профилактики и обследования. Так утомляют. Но, без них, я просто умру. Я кашляю кровью. Да, у нас, у обджектов, есть кровь. Только, она у нас не красная, как у симболаров. Она прозрачно красная или вовсе невидимая. Но, после того как я подхватила эту болезнь, моя кровь стала багрово-красной. Моя шея ужасно болит. Моё тело ужасно болит. После кровавой рвоты, мне так плохо, я так устаю. Я глотаю больше таблеток. Мне так жаль, милая. Прости. Я «Монстр». Только так я могу назвать себя. Ведь, после моих спонтанных слов. «Обещай…обещай мне…пожалуйста, вылечи меня». После этого, твоё время было посвящено только работе, ты только работала, работала и работала. Так тебя ещё и не брали в серьёз твои коллегии по работе. Они говорили, что врач без рук, не на что не способен. Всё это на тебя давило. Ты не отдыхала, только работала. На столько, что сама довела себя. Ты лежала в больнице от переутомления. Мне так стыдно. Прошу, не стоит, не стоит так запускать себя. Прошу тебя. . «Монстр!» Только так я могу назвать себя. Я ужасно голодна! Голодна! Может это из-за болезни, но я не наедаюсь. Я ем как обычно, ещё до болезни. Я ем свои привычные порции, но почему-то, я голодна. Я ем большие порции, но всё равно, я голодна. Что со мной?! Количество еды делает больно моему горлу. Меня рвёт. Боже, да что же это? Сколько таблеток не принимай, мне только хуже. Да и проблем с желудком у меня стало намного больше. Чарджери…милая…я не хочу, чтобы ты сходила с ума. Прости, я специально избегала тебя. Ты не должна видеть меня. Только не такой. Только не сейчас. Если бы не эта ошибка, на которую я пошла. Я думала, они вылечат меня, прости милая. Я не могла больше видеть, как ты вредишь себе из-за меня. Почему? Почему? Зачем я согласилась на это? Теперь я не обджект. Я даже не знаю кто я? Что я? Я больше не обджект и не симболар, я всего лишь…монстр. Отвратительный монстр. Монстры не могут чувствовать радость. Монстры не понимают красоту. Монстры не верят. Монстры, одиноки. Монстры…не достойны таких замечательных друзей как ты, милая. Господи…как же плохо. Как плохо. Я знаю это вредно для желудка. Но мне плевать! Мне ужасно плохо! Я хочу есть! Хочу есть! Ужасно. Я съела их сырыми. Живот скрутило ещё больше. Не стоило так накидываться на сырые стейки. Они ведь очень холодные. Так плохо, что я даже не пожарила их. Это отвратительно…после того как меня вырвало…мне всё так же плохо. Да что-же…ух! Это не возможно! Как я вообще умудряюсь спать? Как плохо! Отвратительно! Ужасно! Все эти обджекты. Они пропали, но только я знаю, где они сейчас. Чёртов…голод… Простите. Извините. Мне очень жаль. Прошу. Прошу ненавидьте меня. Я не нужна даже богу. Кому я нужна? Чарджери. Она ужасно волнуется за меня. Не волнуйся за меня, пожалуйста. Родная. Нет-нет, не надо звонить мне. Зачем ты возишься с монстром? Зачем ты это делаешь? Зачем? Оставь меня. Я для тебя только груз. Не нужный балласт, который тебе просто нужно оставить. Так зачем, зачем ты не бросаешь меня? Я ужасная персона. . Чарджери нет. Зачем ты так поступила? Зачем? Я же ужасна! Почему, почему ты так настаивала на этом? Нет, теперь тебя нет. Прости. Нет, не прощай меня! Ты старалась, ради меня. Всё делала ради меня, всё из-за моих слов. А я вот так. Тебя больше нет. Но…почему я не плачу? Мне плевать? Мне очень, очень жаль, но…мне так радостно…наконец-то я не чувствую адского голода. Спасибо тебе, родная…твоё хрустящее тело…вкусное… Вкусное? Нет! Что я несу?! Меня…вырвало… . . . Мой идеальный мир. Во что же он превратился? Что с ним стало? Он был ярким и красивым. В мире было полно радости, веселья. Вечные посиделки с компанией друзей. Игры, печенья, игрушки. А самое классное, это самые разнообразные испытания, что проводились там. Я часто проигрывал, от чего меня часто перемещали на скамью проигравших. Но это было весело. Я веселился, с друзьями. Друзья…я не помню их лиц. Только, Пикчера. Но всё равно, было весело. После испытаний, нам дарили подарки. Милые сладкие конфетки, шоколадки и разные безделушки. От ленточек, до тряпок для уборки. От цветов, до шкафов для одежды. А после, наша компания отправляется на поезде, глубоко под воду. Ведь там делают очень вкусные суши роллы. Конечно, не всем они нравятся, но я могу есть их, они не так уж и плохи. Особенно, суши роллы нравятся другому обджекту, не помню, как она выглядит и как её зовут. Она ужасная хохотушка, весёлая, дружелюбная. А после, мы все выходили любоваться островом из бенгальских огней. Каждый день был полон приключений. Испытаний. Подарков. Всего! Но куда это всё делось? Что произошло? Почему мой мир опустел? Где же трава, небо и яркое солнце? Где деревья и цветы? Где поле для испытаний? Где железная дорога? Море и замок, что был глубоко за облаками? Почему облака…чёрные? Почему небо тёмно серое? Почему земля черна как чёрная дыра? Облака начали плакать. Их…слёзы…красные? Синие? Зелёные? Жёлтые? Цветные? Они затапливают мой мир. Боже, боже. Я тону. Это краска. Меня затопило, ужасно, я наглотался этой масляной краски. Во что превращается мой мир? Краска постепенно уходит. Боже я весь в краске. Но что-то вырисовалось. Это…это мой мир? Нет, нет, что это за больное пространство?! Всё нарисовано от руки, как будто ребёнок взял краски, кисти и цветные карандаши. И начал водить по бумаге, вырисовывая дома, тропинки, леса и пруды. Но это не мой мир, что с ним? Где все остальные? Пикчер? Где Пикчер? Я постоянно вижу это пространство, но, я уже настолько долго видел его таким, что меня это уже не удивляет, почему-то, мир становиться всё сюрреалистичнее, страшнее и темнее. Но яркие цвета всё время здесь, так что, это мой мир. Здесь нет друзей, нет испытаний. Нет веселья, здесь только я. Я, еда, вода и весёлые средства. Это всё что приносит мне счастье. Это мой мир, действительно, это он, что же я так удивился? Нечего ведь не поменялось, облака, тёмная трава, цветной дождь на чёрной бумаге. Да я люблю свой мир, это не больная фантазия, это мой мир. . — Клеви! — Ох?! — Я от испуга ударился ногой об ножку стула. — Ай! В чём дело?! — Ты снова за своё?! Хватит принимать их, у нас итак мало денег, так ещё и ты тратишь на всякую гадость! — Пикчер просто заткнись а, голова болит…можно стакан воды? — …бери сам. — Пикчер развернулся и снова заперся в своей рабочей комнате. А я остался один, ох, понятно. Но, неужели Пикчер не понимал, что я не могу налить себе воды в стакан, ведь у меня нет рук. Да и я слишком мал для того чтобы достать чайник. — Ну и ладно! Я сам справлюсь! Как-же так вышло? Ране, мы с Пикчером понимали друг друга, лучше, чем все свои пять пальцев. То есть, лучше, чем пять пяльцев у Пикчера. У меня только один хвост. Но и я понимал Пикчера лучше, чем свой хвост. Да, во всём виноват именно Пикчер! Он сам это начал. Вечно злиться, ломает мебель, ломает мои вещи. От этого, соседи нас уже ненавидят. По правде говоря, меня это уже в край надоело. Да и что ещё делать с таким соседом? Терпеть его срывы? Нет, лучше уйти в свой спокойный мир. Да и если я успокаиваюсь от сигарет, алкоголя и наркотиков, разве это плохо? Я ведь никогда не перегибал палку. Я не ломал вещи и ничего такого, я просто расслаблялся. Пикчеру тоже стоит найти что-то, что успокоит его. — Чёрт! Это сложно! — В горле ужасно сухо. Хочу пить. - Глупый Пикчер! — Тебе помочь? — Голос? Это не Пикчер. Тогда… — Кнайф?! — Эй, ты же знаешь, я не люблю — это жёсткое имя. — …Ты чего тут делаешь? — Ваша квартира была открыта. Я конечно понимал, что вы, не ждали меня, так что, я очень испугался за вас. И проверил, всё ли с вами в порядке, когда я вошёл я увидел как ты пытаешься подняться на кухонные столы. — Чёрт, похоже, забыли запереть её. — Не волнуйся за этот счёт, я закрыл дверь на щеколду. — Ну, отлично… — …Тебе помочь? — О, точно, да помоги. Кнайфи достал стакан и налил туда воду. Кнайфи даже достал лёд из морозильника. Откуда он там взялся? Пикчер для чего-то его замораживал? Так или иначе, Кнайфи положил в стакан пять кубиков льда. А так же достал трубочку. «Какая забота». — Вот! — Он с мягкой улыбкой протянул мне стакан воды, но я не очень хотел брать его в свой тонкий хвост. Нет, конечно, я и раньше делал так, только в стакане всегда было мало жидкости, а Кнайфи из-за щедрости налил полный стакан. Такие стаканы для меня тяжёлые, я их часто роняю на пол. — Ой! Прости, стакан слишком тяжёлый для тебя? — Э, да, тяжеловат для кого у кого хвост вместо рук. — Ох, точно, верно, верно. — Кнайфи положил стакан на стол. А меня, взяв на руки, посадил за стол. Конечно, даже если я сяду на обычный стул, я не смогу достать до стола. Поэтому на моём стуле, расставлена стопка толстых книг. Я уселся на сидении, я начал жадно пить воду. — Клеви, пей маленькими глотками, вода холодная. — Да не важно… — …Слушай Клеви, я прихожу к вам достаточно долго, но я совсем тебя не знаю. И- — Ты и не хочешь меня знать. — А? Нет, я хочу знать тебя. — Хватит, ты делаешь всё, чтобы мне угодить, даже трубочку удосужился положить. Но меня этим не подкупить, просто прекрати это. Мне такое не нравится… — …Мне очень жаль…хорошо…не буду тебе беспокоить… . Ночь. Кнайфи снова задержался у нас допоздна, как обычно, приводя в порядок комнату Пикчера. Для чего он это делает? Это же пустая трата времени. Пикчер снова взбеситься и начнёт всё крушить. Параллельно, Кнайфи общался с Пикчером. Да, он приходит сюда только из-за него. Ох, как же бесит. Я слышу его смех. Бесит! Особенно бесит, когда я вынужден слушать их, а меня они даже звать не хотят. Лучше успокоиться. Так, где же там моя. А! Вот! Верно — это намного лучше, чем слушать их болтовню. Намного лучше. Намного лучше… . . . — Обещай…обещай мне…пожалуйста, вылечи меня… — Сока…милая…я обещаю! Обещаю найти тебе лекарство! Сделаю всё что угодно! — …спасибо тебе… И вот так. Я обещала тебе. Вылечить тебя. Это теперь мой дол. Моя работа. Да моя работа, это быть врачом. Но меня высмеивают на работе. Ведь у меня нет рук. Говорят, что я гожусь только для того чтобы толкать койки с больными. Или вообще, ни на что не гожусь. Это меня расстраивает. Ведь я всегда хотела стать врачом. Да, у меня нет рук, но почему надомной смеются? И издеваются. Только ты оценила мои навыки. Сока. Моя милая, добрая подруга. Она единственная, кто стал дорог мне, как золото. И теперь произошло это. Почему? Бог, если ты есть, почему ты заставил страдать того, кого я люблю больше всего? Почему? Именно того, кто искренне верит в тебя? Нет смысла обвинять того, кого нет на самом деле так? Но Сока верит в тебя, работает в церкви, руководит хором. Она такая изысканная. Красивая. Милая. Её одеяние монашки, так прекрасно на ней сидит. Но и её повседневная одежда сидит на ней чудесно. Её ангельский голос, что шепчет молитвы или поёт. Слушать бы её вечно. Её скромность, только красит её характер. Но вот, неужели ей судьбой суждено умереть? Почему? Она первая кто ценил меня. Я помню, когда она пришла к нам в больницу. У неё были проблемы с горлом. Я ожидала, что она пойдёт к тому, кто «профессионал», ведь все работники говорили всем, чтобы те не шли осматриваться у меня. Ведь я лишь ученик и стажёр. Хотя — это было не так. Я давно уже не ученик. А она сказала. — Но…почему я не могу выбрать её? Она кажется довольно работоспособной. Чего? Она что это в серьёз? Она подошла ко мне, ну как подошла, скорее подлетела. Но это не важно. Она сейчас серьёзно? Она хочет, чтобы я осмотрела её? — Так, когда осмотр, доктор? — Ох! Конечно, проходите за мной. Я не ожидала этого, ко мне ведь, почти никто не заходит. Этот кабинет для осмотра, был моим, и он почти всегда пустует. У меня тут много плюшевых медведей, от этого некоторые работники кидали в меня колкости. Хоть они и были, типа моими хорошими друзьями, но я не считала их таковыми. Хотя они очень милые, добрые, помогли мне освоиться здесь. Но почему они так делают? Мне же неприятно. Да и что мне делать, если у меня пациентов, почти нет. Я только толкаю койки и разношу всем еду, лекарства и так далее. Это не то чего я хотела от больницы. Так что, я много воображала, каково это осматривать кого либо? Поэтому я осматривала плюшевых медведей. И говорила с ними, ставила диагнозы. Как ребёнок, что играет в доктора. А сейчас, у меня пациент. Боже как же я нервничаю. Весь осмотр я тряслась и волновалась. И теперь слова остальных, что я здесь в первый раз, действительно становятся реальностью. Чёрт — это только оттолкнёт её. Я должна взять себя в руки, даже если их у меня нет, я должна. После осмотра, я прописала ей специальный спрей от боли в горле. Прописала наставление от врача, да я привыкла писать ртом и своим хвостом. Не совсем чётко, но разобрать можно. И, как же я этого ждала, поставила печать. — Спасибо вам! — Не за что. — …У вас в кабинете плюшевые игрушки медведей, вы проверяете детей? — Нет, я на них тренировалась, честно, у меня почти не бывает осмотров. Я здесь только разношу вещи и пациентов. — Точно? Но ведь вы отличный врач. И сегодня я в этом убедилась. — Это так? Реально? Ты так думаешь? Но я так нервничала сегодня, наверно не совсем профессионально. — Это не важно. Это даже мило. Даже ваш почерк хороший, вы так старались. — Правда? Хороший почерк? Но у меня нет рук, он кривой. — Не чуть! У других врачей он может быть кривее, но у вас он читается, более чётко. Мне нравиться. — Ох, спасибо, но может, будешь обращаться ко мне на «ты»? Я не совсем привыкла когда ко мне обращаются на «вы». — Ох, конечно, слушай, ты очень хорошая, почему бы нам не стать друзьями? — Друзьями? — Да, ты очень хорошая персона, меня зовут Сока, а как тебя? — …Чарджери. — Красивое имя и не обычное для обджекта. — Серьёзно? Все мне говорили, что моё имя не особо подходит для меня, говорят слишком странное для зарядного устройства. — Не слушай их, твоё имя восхитительно. И необычно, если бы тебя звали «Зарядка» — это было бы не то, вот бы мне каплю оригинальности. — Ты чего, твоё имя тоже хорошее! Сока, очень мило. — …Спасибо… И вот так наша дружба началась. И чем больше я проводила с Сокой время, я всё больше хотела быть с ней. И меня не волнуют гадкие колкости в мой адрес, меня не волнует количество пациентов, что приходят ко мне. Меня это не волнует. Ведь у меня есть подруга, она искренне ценит мои таланты. Она осматривается только у меня. И часто, после осмотра, мы вместе идём в аптеку за её лекарствами. Или сидим у меня в кабинете и за чашечкой чая мы общаемся. Мы проводили выходные вместе. А так же, я стала часто посещать церковь. Лишь бы увидеть её там. Она прекрасна. Но в один день она заболела. Я не могла поверить в это. Её болезнь была похоже на многие другие похожие болезни, но все лечения не помогали ей. А значит, она болела чем-то другим. Что это за болезнь? Я даже читала литературу, ведь в них могли быть описание болезней, о которых я могла даже не подозревать. Я водила Соку по разным врачам. Лишь бы её вылечили. Прошу, даже если не я, путь она останется жива. Я не хочу терять единственного друга, что скрасил мою жизнь яркой акварелью. Она просто чудо, она просто пришла ко мне и потихоньку красила мою жизнь яркими красками. Заставляла меня улыбаться, смеяться. Она просто волшебница. Не могу представить, что это чудо может исчезнуть из моей жизни. Я готова на всё… Все твои осмотры и лечение — это деньги… Я готова на всё…я готова продать себя…лишь-бы…помочь тебе… . …почему…так мало времени…я слышу только его…электрокардиограмму. Не слышу привычный мне ритм. А длинное и протяжное. Этого звука я боялась как огня. Твоя душа…она…остановила свою жизнь… Сока… Этот звук…будто…становиться громче…я не могу. Нет…нет… . — Сока… . . . Это так не честно, я не хочу это наследство! Я не хочу делать то, что мне говорят. Я не хочу руководить крупной компанией. Я не хочу быть богатой девочкой и стереотипно, популярной. Не хочу этого. Ведь всё это, просто не моё. Да и зачем мне это? Учиться руководить? Усердно учиться и учиться? Никакого веселья. Никаких глупых, по их мнению, увлечений. Серьёзно, неужели я не могу быть просто счастливой? Делать то, что я хочу? Ходить в обычную школу? Иметь обычных друзей? Быть просто…счастливой? Иметь настоящих друзей. Не таких как всех, они все дружат со мной только от того что я популярная и богатая. А другие не хотят даже смотреть на меня, ведь я популярна и богатая. Ох, стереотипы. Почему, если ты популярная, то обязательно вредная, гадкая, самовлюблённая стерва? Я совсем не такая. Я сама не хочу этого. Но после, ко мне стал приходить один обджект. Он сам ко мне пришёл? Он сам хотел быть моим другом? Он не замечал того, что я богатая. Его интересовало, какая я внутри. Это так, здорово. Наконец-то, наконец-то я нашёл его. Но что-за? Что-за? Я потеряла его. Он просто сказал, что устал от моей фальшивой дружбы. Он бросил сумку на пол. Эта сумка была полна денег. Его рассказ… Что…ему платили? Платили за дружбу со мной? Кто…? Нет! Нет! Это не так! Это не ложь! Нет, не уходи! Не оставляй меня! Только не это! Не убегай от меня. Прошу остановись. Почему мои ноги тонут в полу? Почему всё пытается остановить меня. Ветер дует в моё лицо. Останавливая меня ещё больше. Я не вижу его. Нет. Я упустила его. Пол превратился в зыбучие пески. Они тянут меня вниз. Я стараюсь кричать. Но мой звонкий голос превратился в жалкие хрипы. Я всё глубже и глубже. Я затаила дыхание. Зажмурила глаза. Пески поглотили меня полностью. Это не имеет смысла. Как трудно дышать. Резкий, громкий звук оглушил меня. Что за ужасный режущий слух звук?! — Ах! — Я проснулась. Ужасный звук — это звон будильника. А во сне я задыхалась, от того что я лицом лежала на подушке. Ох, как долго я лежала в таком положении? Ужас какой-то, я, сколько уже не дышала воздухом? И тут резко мне захотелось закашлять и подышать. — Кха! Кхе! Кхе! *вдох* *выдох*! — Госпожа? Ох, вы проснулись? — Голос служанки обратился ко мне. Это Лофти. Единственное что отличает её от всех, так это то, что она, по сути, единственная с кем я общаюсь как с подругой, что ли? — Уф…уф…да…я проснулась. — …Госпожа, вам снова снился этот кошмар? — Да, ты должна была привыкнуть к этому Лофти. — Вам принести еду в комнату? — Да, я хочу побыть одна. — …как скажите Госпожа. Почему? Почему она вечно называет меня так, я хочу, чтобы ко мне обращались по имени. Я хочу, чтобы меня звали «Лампочка». Не «Госпожа». Это меня смущает и нервирует. Побыть одной это то, чего я хочу больше всего. Я не хочу видеться с теми, кто испортил мою дружбу. Ведь, они сами это сделали. Платили ему за дружбу со мной. А также использовали моё имя. Будто — это я хотела, чтобы он был моим личным другом. А чтобы, он точно не убежал от меня. Будто — это я заставляла служанок платить ему за дружбу со мной. — Это ужасно! Ужасно! Ненавижу вас! Ненавижу! — Я смотрю в окно и вижу группу друзей. Нет скорее подруг. Это обджекты, вероятно девушки, что веселятся вместе. Им кажется весело. Хотелось бы и мне так. Я так хочу себе настоящих друзей. Настоящих. . — Почему?! Почему?! Почему ты бросаешь меня?! Ты же не веришь этим лживым сучкам?! Я не стала бы! Я же твоя подруга! Почему же ты убегаешь! *удар* — Это не я! Не я! Не я! Я не лгу! Выслушай меня! Слушай меня! *удар* *удар* — Я из-за всех сил старалась быть хорошим другом, но ты не веришь мне! Так друзья не поступают! Они верят друг другу! Ты вообще в меня верил?! — ……………….……. — Конечно, нет. Ты веришь своим глазам! Бесит! Бесит! *удар* *удар* — Просто поверь в меня! Поверь в меня! Я не делала этого! Я не преступница! Я не убивала их! Ты снова не веришь мне! Не веришь! Не веришь! *удар* *удар* — Ты вообще мой друг?! Может, я ошиблась? Ты и вовсе не мой друг?! Ты им тоже притворялся! Тогда, чем ты лучше меня?! ….................*удар* — Я страдаю, видишь?! Кнайфи! Просто ответь мне! Почему ты ненавидишь меня?! — …я….я…………….…не……. — Прекрати! Прекрати! Прекрати врать! Ненавижу враньё! Ты же тоже? Так почему ты врёшь?! Эгоист! Я била его. Била его без-контрольно. Почему же я так поступила? Мной что-то управляет. Я так зла. Зла на него. Я била его, я плакала. Но я была зла. . Перестал говорить. Перестал дышать. Как и другие до него. Что со мной не так? Я действительно убийца…я убила его. Убила других. Убила тех подруг, которых я видела за окном когда-то. Я не хочу, чтобы они были радостны, ведь я не счастлива. Я не счастлива. Я просто хочу…быть нормальной. Боже что со мной стало? — Я…я…я так не хотела! Что со мной?! Почему?! Мной будто управляли, как за безжизненной куклой. — …но это твоя вина Кнайфи…ты заслужил это… . . . — …я тебе безразлична, не правда ли? — Ты как обычно не приходишь. Я постоянно жду тебя вечером. А ты, будто специально не хочешь появляться на моих глазах. Твои срывы. Они пугаю. Я даже боюсь говорить с тобой. Мне страшно. Хотя нет. Мне противно. Противно от этого. Я так устала. Но как же так? Я думала, что я тебе не безразлична. Так почему? Куда ты пропадаешь? У тебя даже нет времени провести со мной день? Это твой друг? Но нет, он тоже выглядит несчастным. Ты просто дурак. Лжец что не держит свои слова. Просто уходи. И этот шарф…твой подарок. Снять я не могу из-за особенности моего тела. Почему вообще существуют обджекты без рук? Это же так неудобно. Но этот шарф…мне уже не хочется носить его. Я вспомнила. В сарае были доски с торчащими гвоздями. Так я и сниму тот шарф. Мне он уже не нравиться, ведь ты перестал мне нравиться. Я порвала этот шарф. Он там так и остался. Тебя нет долго вечером. Твоя комната всегда заперта. Что же ты от меня скрываешь? Я уже устала ждать. Ты же понимаешь, я не могу готовить сама, всегда что-то сгорит, прольётся или испортиться. Так что…я даже поесть не смогу. Это меня уже раздражает. Ты заметил, что шара нет на месте. Но ты даже не спросил. Ты снова заперся в своей комнате. Хотелось бы мне подругу. Та, что будет рядом. Тихая и скромная, но сильная и смелая. Она способна меня защитить. Мы могли бы поговорить по душам. Она бы понимала меня, как никто другой. И возможно, я бы не чувствовала себя такой одинокой. Жаль что это лишь мечта. Такая глупая. Но почему-то, когда я гуляю в одиночестве, я регулярно кидаю монетки в фонтан. Я всегда загадывала одно желание. Я хотела бы лучшую подругу. Но я знаю — это лишь желание. Оно не сбудется, если я не прилагаю никаких усилий для этого. Откуда вообще пошло такое? Кидать монетки в фонтан и загадывать желание. Но такое ещё и происходит с колодцами. Так странно. И весело…было бы…если бы не было так паршиво. — Всё хватит! Отстань от меня! Уйди! Я тебе не нужна! — Поток слов и предложений вырывались из моих уст. Я не переставала кричать и оскорблять. Меня это уже взбесило. Я просто уже не могла сдерживаться, из моих глаз текли слёзы. Ты хотел утешить меня? Что-то сказать? Но я убежала. . — Дурак! Идиот! Век бы тебя не знать! — Я сбежала. Не хочу тебя видеть. Я сбежала далеко. Далеко от тебя. Далеко от города. Далеко от всех. Полянка, усеянная цветами. Все они такие красивые. Но один цветок привлёк моё внимание. Чикламен. Почему-то, мне хочется подарить их ему. Они будто говорят за меня. Все эти цветы. Будто я видела их. Нет, изучала их. Кто-то рассказывал мне об их, значении? — …Я не помню…подруга? — Кто же…кто мне рассказал про это? Я нечего не понимаю. Я легла на полянку. Смотря на чистое звёздное небо. Я вспомнила что-то. Точнее, кто-то рассказывал мне, о звёздах. Об измерении. Но кто? Голова уже совсем не варит. Похоже, мне снился сон, и я путаю его с реальностью. Но всё было таким…реальным что ли? Будто…эти воспоминания не ложь. Глаза слипаются. И меня клонит с сон. Закрыв глаза, я уснула сладким сном. Звук природы успокаивал меня от этих ужасных событий. Как спокойно. Тихо. Лёгкий ветерок теребит траву, листья, цветы. Это просто медитация, так расслабляет. . . . Боль. Свет. Пустота. Кромешный мрак. Полная темнота. Тишина. . . . . . …Сны такие странные, но моё хрупкое тело побаливает. От чего? Похоже, я заснула… А, он так и не вернулся… . . . И вот, я остался совсем один. Но во всём виноват только я, я был слишком занят, я даже не мог уделить время ради своих друзей. Теперь она меня ненавидит. Я не видел её с того момента, когда мы сильно поссорились тем вечером. Она убежала. Убегала от меня. Я бежал за ней. И не уследил. Она сбежала. Пропала. Я больше не видел её. Я безуспешно искал её в городе. Но нечего не находил. Становилось только темнее, а потом, я уставший вернулся в дом. Я заметил это, дорогая. Я видел, что у тебя не было моего подарка. Просто, спрашивать не хотел. После я нашёл его. Мой подарок висел на торчащих гвоздях, он был порван. И это стало, очередным знаком того, что мы больше никогда не увидимся. Но…нет времени…я ведь потерял своего старого друга. Я был таким уставшим. Она. Сломала мне все мои нервы. Да и собирать своих союзников сложно, все поддерживают её, а обджектов с таким же мнением, она при всех казнила их. Говоря, что им промыли мозги, что их больше не спасти. Ненавижу эту пушистую тварь. И в мире становилось всё хуже и хуже. И это меня вымораживало. Ведь я так стараюсь вернуть былые времена. Я так старался ради неё и ради него. А в итоге, я наговорил гадости им обоим. Сначала её, а потом тебе. «Эй, нет, стой, прошу, выслушай меня»! Ты ушёл. Ты, наверное, не знаешь, можно ли тебе теперь доверять мне? Я столько раз не выполнял наши обещания. Каждый раз, наши планы не входили в мой график. И поверь, я тоже ужасно себя чувствую. Хотя, по мне ты так и не скажешь. Я знаю, некоторые твои обещания были очень важны для тебя. Прости. Да, теперь я совсем один. Но моя цель всё ещё горит во мне. Я так сильно, сильно хочу убить её. Чёртов диктатор. Скольких она уже убила? Сколько оружий она создала? Скольких она убила в своём вещании? Да…она транслирует свои казни по телевидению. Каждый раз, видя эти трансляции, я готов сломать экран телевизора кулаком. Я так хочу убить её…она зашла слишком далеко. Во что она превратила наш мир?! Теперь улицы пахнут кровью и опасностью. Каждый второй обджект сходит сума. И каждый день, в газетах пишут о найденных трупах. И как только все эти убийцы, находят оружие, что способны разрезать, даже, самых прочных обджектов? Такое оружие режет нас, как бумагу. Но…меня можно разрезать даже простым кухонным ножом. Наверно…это она раздаёт им оружие. Готова создать убийц, а? Но нечего…скоро…я соберу всех. И я покончу с этим. Я открою всем глаза на всю ту ложь, что ты наговорила всем. Ты не их спаситель. Ты не герой. Ты лишь лживая тварь. Ты диктатор, что не знает сожаления. . Я лично убью тебя. Убью. Такие тираны не должны жить в нашем мире. Такая как ты, не должна больше проливать кровь. Такая как ты, никогда не должна трогать их. Не смей трогать их! . …мои…друзья… . Цветной экран телевизора транслировал очередные казни. …мои друзья…там… . Я не думал, взяв с собой пистолет, я бегу на место трансляции. Благо, я недавно нашёл тебя…я как раз использую этот удачный момент. . Ты не посмеешь хоть пальцем тронуть их. Не смей. . Не стоит медлить! Нельзя останавливаться! . Казнь продолжается, кажется, …он мёртв… . Нет, не должен останавливаться! Не смейте меня задерживать. Я прочищаю путь. Не стойте на моём пути. . Почти! Если не двоих, то хотя-бы одного! Я рядом! Врываюсь в прямой эфир. Кажется, …она мертва. . Ты не довольна моим визитом, ха?! Похоже — это мой шанс тебя наконец-то прикончить. . Выстрел. . Выстрел. . Выстрел. . На всё это, смотрят остальные… . Она наконец-то мертва… Но те кто поддерживал её…кажется — это ещё не конец. . Я не справился. Я так стремился убить её. Я даже остался совсем один. Мне очень жаль. Вроде, диктатор мёртв, её последователи мертвы… . …Столько жертв…столько крови, а моя цель…она достигнута, но почему такие прекрасные личности должны были погаснуть? — Чашечка… Кнайф…мне очень жаль, что обидел вас… Я хотел, чтобы вы увидели наш мир…снова солнечным… . — Сегодня в кой-то веки над головой светит солнце, слабо…но всё же…думаю…если бы вы были здесь, мы все могли бы сходить в парк…как обычно отдохнуть на скамейках. Чашечка, ты могла бы, кормить уток… Кнайф, ты мог бы заняться пробежкой…а я бы наслаждался вашей компанией… Ха-ха, мне так жаль Кнайф, ты не любишь своё реальное имя. . — Сегодня солнце ярче…жаль, что мы не можем пойти на пикник, как раньше… Солнце…я так давно его не видел, хотел увидеть его с вами. Но…я, такоё дурак! . … … … … … … … … — …очередная трансляция…казни… . . . Какого…? Почему они меня не помнят? Не помнят? Скажите…что это шутка…пожалуйста… Ты помнишь меня Замазыч? Ты помнишь меня Пикчер? Ты помнишь меня Брялок? Ты помнишь меня Бутылыч? Ты помнишь меня Пшика? Ты помнишь меня Кнайф? Ты помнишь меня Сока? Ты помнишь меня Клеви? Ты помнишь меня Чарджери? Ты помнишь меня Лампочка? Ты помнишь меня Чашечка? Ты помнишь меня Курасан? …На…нансенсу? Где она? Нансенсу…нет… Как? Как я могла забыть что-то столь важное? Нансенсу…ты…мертва… . . . — …очередная игра так? — Ваша игра…отвратительна… — Очередной цикл… — Очередная провальная попытка… — Очередные бедные души… — Сколько вы ещё будете издеваться над нами? — Над другими? — Это и был приз? . . . — Я не сдамся… Стёрка! Я готова сделать всё ради всех! — Она как всегда оптимистична, не стоит сдаваться. Чтобы я делала без своей оригинальной версии себя? Скорее, сразу-же сдалась бы. — …да…оригинал. Ваша Нансенсу и её команда сделали многое для нас обоих. Освободились нас от порочного круга страданий. — Я смотрю на стрый фото альбом, что выкинул Замазыч. Его можно восстановить в моих воспоминаниях. Жаль я не помню всё, но скоро, я вспомню все наши дни. Я вспомню их снова, а они вспомнят меня. Я закрываю альбом, что был частично восстановлен. — Ну что, начнём игру, оригинал? Конец…