Обычная мечта необычной фанатки

И она повидалась. Через день, на уроке зельеварения. Виолетта сразу обвела все эти уроки в расписании в кружочек, пририсовывая какие-то милые рисуночки — настолько хотели вырваться наружу чувства подростка. А за вечер «до» начала писать любовное письмо. — Я уж думала, ты шутишь, — с непонятной, даже удивленной, усмешкой произнесла Вики, глядя на то, как старательно Кочерыжкина выводит буквы. — Ни капли, — пожала плечами подруга. Виктори подсела рядом — Виолетта писала письмо на кровати — и наклонилась, чтобы посмотреть. — Ты не против? — Нет, — за совсем малый, казалось бы, срок девушки успели неплохо сдружиться. — Может, даже поможешь покрасивее донести мысль. Ты вроде как раньше любила писать рассказы. — Было дело. Давай посмотрим. Девушка взяла пергамент и принялась читать. Выглядела она на тот момент прямо как профессиональный критик. Хотя с каждой строчкой глаза её все более расширялись: — А ты уверена, что хочешь сказать… именно так? — Абсолютно, — ответила Виолетта. — Тогда… забирай. — Обескураженная Виктори подала подруге письмо. — В таком стиле я явно не помощник. Хотя бы потому, что его никак ещё не назвали. Девушка засмеялась и встала, направляясь к своей кровати. — Зато уникально, — детским голоском пропела Виа — так её повадилась называть соседка. — Такого он точно не получал. — Однозначно, — про себя пробурчала Вики, укрываясь. *** Тихий гомон прервал резкий грохот открывающихся тяжелых дверей. Виолетту будто ударило током и парализовало. «Он!» Её обожаемый кумир и мечта, профессор зельеварения, чей урок и проходил, прошёл прямо мимо завороженной девушки с невероятно хмурым (хотя оно было для него постоянным) лицом. Дойдя до своего «поста», он резко развернулся и с полминуты окидывал взглядом свысока новоиспеченных учеников, затормозив взгляд (который, надо сказать, мимолетно выразил испуг) на Виолетте. Он ещё был под впечатлением от того приветствия после распределения факультетов. К слову говоря, девушка была определена на первый курс, но поселить её решили с подругой. В связи с выбыванием из школы одной ученицы, бывшей соседки Виктории. Причину Виолетта не поняла, и решила не углубляться. Её ведь в этой школе явно не то волновало, мы-то знаем? — Страница тринадцать, — сухо сказал тот и принялся что-то делать за столом. — Чёртова дю-южина, — промычала-пропела, непонятно, что это было, Виолетта, — здорово. И наглыми вылупленными глазенками уставилась на профессора. Тот решил пойти по пути игнорирования и опустил голову в книгу. — Выписывайте самое важное с этих двух страниц, — начал Снейп, но был прерван (надо ли говорить, кем?). — Профессор. — Не надо. Меня. Перебивать, — размеренно и грозно отрезал он и закончил. — Пишите. Затем я должен начать лекцию, для которой подготовлю оборудование. «Какой серьёзный». — Так профессор... Тот, казалось, ругнулся. — Что?! — А как у вас вчера день прошёл? — максимально миленьким и кокетливым голосом задала вопрос Кочерыжкина. Северус закашлялся и будто бы зарычал. Чем, однако, вызвал ещё большее восхищение у нестандартной первокурсницы. — Ещё слово, я снимаю с факультеты пятьдесят баллов. Пиши! Сокурсники зашипели на Виолетту, а она только-только открыла рот, чтобы продолжить столь приятную ей беседу. Вздохнув как можно шумнее, она принялась за работу. … что, впрочем, быстро ей наскучило. Профессор поднял глаза и даже пошатнулся: «Ещё и жестами?!» Надо сказать, обычно резкий и грубый, он даже растерялся, привыкнув к тому, что все без особых усилий с его стороны всегда слушались. А тут заявилась девчонка из России, запоздавшая на несколько лет, которая ещё и вместо учёбы пантомимой в любви изъясняется. Ну хорошо. Выдох. — Прекратить, — прорычал он. — Перо в руки и пиши. У тебя минута до завершения, и я лично проверю работу. — Какая честь! — не сдержалась та. — Индивидуально после занятия? Она ещё и обрадовалась, ну с ума сойти. — Новое задание. — Он встал с места. — Самостоятельно изучаем первый параграф, мне нужно уйти. — Вас проводить? — Да пошла ты к чёрту! — он явно не выдержал, и широким шагом вышел из кабинета, захлопнув тяжелую дверь со всей силы. — Злая бяка-бука, — хохотнула Виолетта, и решила-таки почитать учебник. — У него просто нормальной первокурсницы не было, — пробурчал кто-то с другого ряда. Ну а Виолетта тем временем достала из кармана заготовленное письмо и, вприпрыжку подойдя к столу учителя, оставила его там. И, не менее радостная, вернулась на своё место. *** — Да гоните её в шею! — Ну Северус… — директор развел руками. — Она же не нарушает правил школы. Хорошо же, что к вам ученица относится положительно. — Да лучше б ненавидела! — Я давно не видел тебя в таком разозленном виде. Успокойся. Мы можем сообщить её матери о таком поведении, чтобы та прислала ей нравоучительное письмо. Выделим сову для этого. Я полагаю, она должна вразумить свою дочь. — Вероятно, — на Снейпа идея подействовала благотворно. — А сейчас возвращайтесь к своим первокурсникам, им надо учиться. Мы всё сделаем. — Нет, письмо я предпочел бы написать сам. — Тогда займёмся этим после учебного времени. А теперь успокойтесь, будьте добры, вернитесь в свой обычный образ. Не обращайте внимания на её провокации. — Было бы это так просто, я бы сюда не пришел. — Ступайте. Мы уже обсудили меры. — Благодарю, Альбус. Наивные.