Обычная мечта необычной фанатки

- Виолетта! Хватит в ванной торчать, а ну выходи! - Ну мам! Виолетта возмущено закатила глаза, громко цокнув языком. Она уже целый час наводила марафет, заперевшись в ванной, что уже порядком надоело ее матери. "Неужели непонятно? Я важным делом занимаюсь!" - подумала она, откладывая ярко-красную помаду в ящик, после чего посмотрелась на себя в зеркало, немного повертелась, разглядывая себя в различных ракурсах, чуточку покривлялась, сделала штук десять фотографий на розовый айфон, затем наконец-то открыла дверь ванной, представ перед своей матерью во всей красе. - Боже мой, Виолетта! На кого ты похожа? Немедленно сотри этот ужас со своего лица! - начала причитать она, невольно выпучив глаза от шока. - Мам! Объясни, что тебе не нравится? Я нормально накрасилась! В самый раз для вечеринки! Надо сказать, даже абсолютно не разбирающийся в моде человек не назвал бы это нормальным. Все лицо Виолетты было покрыто двумя или тремя слоями тонального крема, плюс еще пудра. Глаза были подведены и густо накрашены тенями аметистового цвета, а ресницы были прокрашены до максимально возможной длины. Помада, как уже говорилось, была ярко-красной. Девушка сложила руки крест-накрест, напустив на себя обиженный вид. - В самый раз? Да с таким макияжем только в бордель! - Мама! - Виолетта сжала руки в кулаки от раздражения. - Что "мама"? Ты себя в зеркало видела? Это вульгарно и некрасиво! Тебе же всего пятнадцать, а ты красишься, как второсортная проститутка! - Что?! - заорала дочь, явно не ожидая такой критики со стороны родной матери. - Деточка моя! Ты прекрасно знаешь, что я всегда говорю тебе то, что я думаю, - женщина уперла руки в бока и с укором осмотрела дочь. Зная, что ее не переспорить, она пошла на компромисс. - Хотя бы помаду сотри, в твоем возрасте таким цветом губы красить нельзя. Виолетта утомленно вздохнула, но с матерью спорить не стала и отправилась в ванную перекрашиваться. Елизавета Николаевна, а так, к слову, звали мать, приложила руку ко лбу, но этот жест не мог выразить и сотой доли всего отчаяния и мрачного чувства безысходности, которое она испытывала последние несколько лет. Стоило ее дочке начать читать современную литературу жанра Фентези, как все пошло наперекосяк. Сначала родители Виолетты были обрадованы, что дочь начала читать хоть какие-то книжки вместо своих "пабликов вконтактике", но позже они поняли, как сильно ошибались. Само по себе это чтиво абсолютно безвредное, но Виолетта - особый случай. Начала девушка с, казалось бы, безобидной книжки под названием "Сумерки", после чего настолько полюбила жанр Фэнтези, что категорически отказывалась книги какого-либо другого жанра. Она прочитала множество типичных подростковых книжек, в которых имелся хотя бы намек на что-то сверхъестественное, волшебное и мистическое, и, конечно же, книги о Гарри Поттере не остались в стороне. Вот тогда-то ее родители и пришли в дикий ужас. Любой удивится и скажет "А что плохого в том, что девушка фанатеет от популярной серии?". "Если бы только это", - обреченно ответят родители Виолетты. Главная проблема состояла в том, что она влюбилась в одного из персонажей знаменитой франшизы. Но это был не Гарри, не Рон, не Малфой и даже не Невилл. Девушка была ярой поклонницей Северуса Снейпа. В ее комнате висели плакаты, на которых он был хоть как-либо запечатлен, в книгах были выделены главы, содержащие о нем наибольшее количество информации. Она даже распечатала его фотографию и носила с собой, положив ее в кошелек. Так что родители имели все основания считать дочь сумасшедшей, особенно учитывая немалый возраст этого "избранника". Конечно, они не были бы и вполовину так недовольны ей, если бы не воздействие многочисленных подружек, под влиянием которых Виолетта превратилась из среднестатистической милой девочки в... в ванильную ТП, чего таить. Даже мать это в конце концов признала, а если Елизавета Николаевна что-то признает, значит, более правдивого факта вы в природе вряд ли найдете. Отец, Роман Степанович, всячески пытался отгородить свою драгоценную и, надо сказать, единственную дочь от вредного воздействия, не желая позволять ей подчиняться стадному чувству. К сожалению, успехом это не увенчалось... Виолетта без всякого разрешения покрасила некоторые пряди волос в лиловый, начала одеваться в, мягко говоря, непристойную одежду и вульгарно краситься по практически любому поводу. Сама она считала это крутым, а вот бедные родители девушки находились в состоянии немого ужаса от ее выходок. Но поделать с этим они ничего не могли, как упорно ни пытались бы. Тщетно. А с недавнего времени у Виолетты появилась сумасшедшая и, ясное дело, несбыточная мечта. Девушка всей душой желала отправиться на учебу в Хогвартс. На то у нее были две "важнейшие" причины. Во-первых, девушка просто ужасно училась в обычной школе, и неизвестно почему полагала, что в Хогвартсе успехи были бы больше. Во-вторых, это был бы отличный повод познакомиться поближе с ее фаворитом, учителем зельеварения Северусом Снейпом, о чем уже говорилось. Несмотря на все разговоры родителей, учителей и даже относительно вменяемых подруг, Виолетта уже несколько лет ждала заветное письмо из школы волшебства. И ведь все равно, что ей было уже пятнадцать, а на первый курс, как известно, набирают одиннадцатилетних подростков. Но девушка упорно ждала, надеясь, что когда-то ей придет долгожданное письмо с приглашением на учебу в Хогвартсе. Тяжелый случай. Елизавета Николаевна, решив не закатывать очередную истерику, направилась в гостиную, где обессиленно уселась в кресле, накрылась пледом и взяла в руки утреннюю газету. Виолетта тем временем с кем-то увлеченно разговаривала по телефону, понемногу переходя на крик, чем вскоре начала раздражать и без того нервную мать. Буквально через минут пять Виолетта, громко всхлипывая, убежала в комнату и заперлась там. Елизавета Николаевна даже не сомневалась, что дело было в очередном кавалере, который, не выдержав ужаснейшего характера девушки, расстался с ней. Так что женщина решила не беспокоить "страдалицу", продолжая читать газету. Прошло около получаса, и спокойствие женщины нарушил непонятный стук в окно, будто об него что-то ударилось. "Странно, у нас же девятый этаж", - подумала та, лениво поднимаясь с кресла и направляясь к окну. На широком подоконнике лежала сова, которая, судя по всему, врезалась в стекло. Елизавета Николаевна бережно взяла в руки полуживую сову, осматривая ее в поисках повреждений. Ничего такого она не обнаружила, однако заметила интересный конверт, который птица, судя по всему, должна была доставить. На этом самом конверте стояла до боли знакомая печать. "Быть не может!" - промелькнуло в голове женщины, после чего она дрожащими руками распечатала данное послание. - О боги, - прошептала она, прикрыв рот рукой. Прошло порядка пяти минут, прежде чем Елизавета Николаевна пришла в себя и оправилась от состояния шока. За это время она пробежала глазами по письму раз двадцать, отказываясь верить в происходящее. Глубоко вдохнув, она направилась к комнате дочери и неуверенно постучалась в дверь. - Ну что? - тут же послышался угрюмый голос обиженной на весь мир девушки. - Виолетта, - произнесла мать, не веря самой себе, - тебе письмо... из Хогвартса...