Cherry Wine

      – Я, Джеймс Бьюкенен Барнс, он же Зимний солдат, даю свое согласие на запись, – подал голос Баки.       – А я... э-э... должен ли я просто сказать Человек-паук? – спросил Питер.       – Если ты не хочешь, чтобы твоя секретная личность была занесена в протокол, то Человек-паук вполне подойдет", – ответила Наташа.       – О. Хорошо.       Тогда... да. Я, Человек-паук, даю свое согласие... на запись, – сказал Питер.       Наташа кивнула, постучав несколько раз по панели данных, вынула из устройства стилус и передала его каждому из них, чтобы они подписались под своими записанными заявлениями. Закончив, Наташа закрыла запись и положила блокнот с данными в один из карманов своего зеленого жилета, затем открыла другой карман и бросила Баки маленький флакончик со смазкой.         – Любезно предоставлен отелем. Если вдруг вы передумаете, звоните, и мы посмотрим, что можно сделать, чтобы повернуть все по-другому, – сказала им Нат.         – Спасибо, Нат, – сказал Баки, отрывисто кивнув ей. Он не упустил из виду то, как Питер покраснел при виде смазки, которая действительно вбила гвоздь в реальность того, что они собирались сделать вместе.         – Я оставлю вас наедине.         – Никаких презервативов? – спросил Питер.         – Обмен биологическими жидкостями, Питер, – объяснила Нат. – Не волнуйся, мы назначим несколько тестов, чтобы ты был спокоен.         Питер покраснел еще сильнее.         Баки последовал за Наташей к двери, чтобы проводить ее, но, прежде чем он смог полностью закрыть дверь, она понизила голос и посмотрела прямо ему в глаза.         – Будь осторожен, Джеймс.         Он нахмурил брови.         – Буду.         Она покачала головой.         – Не здесь... то есть, здесь.         Она показала указующим и средним пальцами, постукивая по виску.         Он понял без дальнейших объяснений. Баки знал, насколько тяжелым будет этот опыт для них, но, что более важно, для Баки. Он занимался сексом с собственным телом, и хотя он был отделен от него, Баки все еще мог потерять контроль во время или даже после этого. Он проработал свои прошлые травмы в Ваканде с одним из людей Т'Чаллы, который был лицензированным психотерапевтом, вместе с Айо, который помог ему с триггерными словами*. Благодаря этой помощи он наконец-то смог выносить прикосновения собственных рук, особенно вибраниевой, и даже купил себе пару игрушек для экспериментов. Хотя все это было прекрасно, у Баки не было настоящего секса, на его условиях, со времен Второй мировой войны.         Баки сглотнул и ответил:         – Буду.         Наташа одарила его заботливой, но грустной улыбкой, после чего пошла по коридору к лифтам. Баки закрыл дверь и запер ее, чувствуя тяжесть в груди, которой не было, пока Нат не сказала, но он был рад её словам. Обернувшись, он обнаружил, что Питера в гостиной больше нет, и, проведя расследование, Баки обнаружил, что Питер стоит в спальне и смотрит на матрас королевского размера, лежащий на левой стороне кровати.         – Питер... – начал Баки, нахмурившись, когда его голос немного дрогнул.         Питер повернулся, чтобы посмотреть на Баки, заметив изменение в тоне Баки, и забеспокоился.         – Что случилось?         Баки вздохнул и бросил смазку на кровать, поморщившись, он подошел ближе, но не сел на кровать и никак не прикоснулся к Питеру.         – Я думаю, будет лучше, если мы установим некоторые основные правила, для твоей безопасности.         – Моей безопасности? – спросил Питер, складки на его бровях становились все сильнее.         Баки не мог не задаться вопросом, так ли он выглядел все время, и если так, то неудивительно, что Сэм всегда подшучивал над ним. Выбросив эти мысли из головы, Баки попытался остаться в настоящем, чтобы иметь возможность обсудить это с Питером.         – Да. Если я перестану двигаться или говорить, и будет казаться, что я далеко в своих мыслях или что-то еще... мне нужно, чтобы ты был терпелив. Мне нужно, чтобы ты поговорил со мной и напомнил мне, где я нахожусь, какое сейчас время и день, что ты – Питер, а я – это я. Просто... поговори, – сказал Баки.         Питер уставился на Баки, который выглядел нервным и даже, казалось, умолял Питера сделать эти вещи. Питер не хотел лезть в личные дела, но он понимал, что для Баки это очень важно.         – Хорошо. Я сделаю это, – заверил Питер. – Все, что тебе нужно.         – Спасибо, Питер, – улыбнулся Баки, чувствуя себя не таким напряженным. – Есть ли что-нибудь, что мне нужно знать для тебя? Какие у тебя потребности?         Глаза Питера расширились, когда ему задали этот вопрос. Его никогда не спрашивали об этом раньше, даже когда он состоял в отношениях с ЭмДжей в последний год обучения в школе и тем летом, когда они решили, что им лучше быть друзьями, до того, как они начали учиться в разных колледжах. Не то чтобы Мишель не следила за тем, чтобы Питер был в порядке, когда они пытались перейти к чему-то большему, чем поцелуи, потому что она следила, но Питер был так обеспокоен ее благополучием, что отодвинул себя на второй план. К сожалению, это перешло в другие сексуальные контакты с другими людьми, включая парня, которому он сделал минет на вечеринке после первых экзаменов в колледже, но Питер был в порядке... Питер кончил просто от переизбытка ощущений. Было ли это так, как он надеялся? Нет, но он старался смотреть на это с другой стороны.         Теперь Питера спрашивали, что ему нужно.         – Я... эм... мне понравилось, когда ты назвал меня "куклой". Знаешь... внизу? – Питер покраснел. – И, я люблю медленно? Да. Медленный. И мягкий.         – Романтичный? – предложил Баки.         Питер кивнул, чувствуя себя неловко.         – Хей, не делай этого, – сказал Баки. – Не смущайся того, чего хочешь.         Баки сглотнул.         – Думаю, ты много думал об этом, да? С этой влюбленностью?         – Очень много, - нервно рассмеялся Питер. – Честно говоря, я не ожидал, что мне понравится прозвище, но... э... да... это было что-то новенькое.         Баки медленно шагнул вперед, приближаясь к Питеру, пока тот принимал его.         – Это будет новое для нас обоих, и не только потому, что мы занимаемся сексом.         – В-верно, ведь мы находимся в телах друг друга.         Они одновременно кивнули.       – Если это не нанесет нам окончательный шрам или не заставит нас работать друг с другом после этого, я бы все равно хотел сводить тебя на это свидание, – сказал Баки.                       Питер улыбнулся.         – Так ты... эм... ты пригласил меня на свидание?"         – И позволил, возможно, лучшему поцелую в моей жизни ускользнуть от меня? – Баки тоже улыбнулся. – Ни за что, куколка.         Глаза Питера слегка дрогнули при этом имени. Оно не должно было звучать так здорово, как это прозвучало из уст Баки, в собственном голосе Питера, но оно прозвучало. Питер наблюдал, как Баки встал с ним нога к ноге и посмотрел на Питера, что было довольно забавно.       – Просто отзеркаль меня, хорошо? – сказал Баки.         Вместе, не торопясь, они сняли пиджаки и бросили их к стене. Питер зачарованно следил за тем, как Баки расстегивает их галстуки и расстегивает верхнюю пуговицу, закрывающую горловину их рубашек. Именно здесь они остановились, раздеваясь, чтобы потянуться и поцеловать друг друга.       Когда их губы встретились, это сняло напряжение в их телах, и они приблизились настолько, что оказались грудь к груди. Руки Питера лежали на бедрах Баки, Баки положил одну руку на затылок Питера, а пальцы другой его руки загибались на передний шов рубашки на пуговицах, которую носил Питер. Баки задыхался в поцелуе, когда их языки соприкасались, ощущая каждую частичку чувств, гораздо больше, чем он привык.         "Питер не шутил насчет чувствительности... черт", - со стоном подумал Баки.         В паху разлилось тепло, а в местах прикосновений Питера Баки почувствовал, как по нервным окончаниям проходит электричество. Баки повернул их так, чтобы Питер лежал спиной к левой стороне кровати, и медленно направил Питера на нее, чтобы тот лег сверху на Баки. Ему очень понравилось, когда Питер инстинктивно раздвинул ноги, чтобы Баки мог пролезть между ними и соединить их тела для более интимного поцелуя.         – Ты можешь прикасаться ко мне, ты знаешь, – Баки дышал в губы Питера, открыв глаза, чтобы заглянуть в голубые глаза своего тела.         – Ты уверен? – спросил Питер.       – В данный момент это оба наших тела.         – То же самое для твоего...         Баки кивнул и сглотнул, благодарный за напоминание.         – Я думаю, ты должен знать, – начал Питер, прежде чем Баки смог продолжить его целовать. – У меня волосы дыбом, но... эм... я могу несколько раз кончить, прежде чем закончу.   – Я догадался об этом, когда мы начали целоваться. Ты также не соврал насчет костюма, - ответил Баки. – Но я понимаю, у меня своя чувствительность и короткий рефрактерный период.         – О-о. Хорошо, – Питер засмеялся и покраснел.         Переместившись так, чтобы оказаться в вертикальном положении и сесть на колени, Баки рассмотрел их позы, обсуждая, как они собираются это сделать. Баки не слишком хотел быть внизу, но он также не хотел предполагать, готов ли Питер принять его в задницу или нет. Кроме того, существовала реальность, что, когда они вернутся в свои тела, тот, кого трахнули, определенно почувствует это позже. То есть, это будет почти то же самое, как если бы их трахнули в первый раз, даже если во время акта это было не так. У Баки болела голова.         Питер заметил неподвижность Баки, поэтому он сел и взял его лицо в руки, чтобы сделать то, что он обещал сделать.         – Баки?         – Хм? – Баки хмыкнул, глядя в глаза Питеру, но чувствуя себя при этом несколько отстраненным.         – Это я, Питер. Поговори со мной... Что случилось?         Баки вздохнул и стиснул зубы, чувствуя, как мышцы его челюсти подпрыгивают от этого действия.         – Я не подумал о том, что может случиться.         Питер не был уверен, что Баки имел в виду.         – Я... э... мне нравится быть снизу. Если это... – Тогда он понял. – Ты имеешь в виду после.         – Да. После.         – Ну... может, мы не будем меняться сразу? И даже если так, я буду здесь. С тобой."         Эти слова вернули Баки в реальный мир, и он наклонился, чтобы прислониться лбом к лбу Питера, когда тот выдохнул.         – Мне это нравится... Черт, мне это очень нравится.         – Я своего рода гений.         Лицо Питера засветилось.         – Ты слишком много времени проводишь со Старком. Он на тебя плохо влияет, – сказал Баки.         – Мы можем не говорить о мистере Старке, когда собираемся заняться сексом? – взмолился Питер.         Баки рассмеялся.         – Это мы можем согласовать.         Возобновив поцелуй и уложив Питера обратно, Баки вспомнил, что тот просил быть медленным и мягким, поэтому его руки разгладили грудь Питера. Баки не упустил тот факт, что их тела были совершенно разными, не только по размеру, но и по структуре. У Баки были мышцы, но они были более тонкими, в то время как он чувствовал, что тело Питера действительно заполняет его костюм. Если бы роли поменялись местами, Баки с удовольствием разминал бы бедра и задницу Питера или, может быть, даже ласкал бы его грудь... Всегда можно было сделать это позже, если все получится и если они оба будут готовы к этому.       Баки было приятно чувствовать, что Питер становится увереннее, чем больше он прикасается к нему. Честно говоря, Питер издавал самые лучшие звуки, когда выгибался дугой в руках Баки, и это навело его на мысль, что, возможно, его собственное тело более чувствительно, чем он думал. Вся эта мыслительная хрень просто мешала Баки заметить это. Он задохнулся, когда руки Питера скользнули к заднице Баки и крепко ухватились за нее, заставив Баки вспомнить, что он находится в очень усовершенствованном теле Питера. Он толкнулся бедрами так, что их пахи потерлись друг о друга, заставив обоих застонать от соприкосновения.       Внезапно одежда стала слишком сложной задачей, и Баки принялся расстегивать рубашку Питера, но в процессе расстегнул пуговицы и распахнул ее. Отстранившись от губ Питера, Баки облизал свои, глядя на рубашку, которую нельзя было вернуть, но Наташа, вероятно, купила костюмы на случай, если что-то случится, как это всегда бывает в их работе. Стараясь изо всех сил не обращать внимания на жетоны, примостившиеся на грудине Питера, Баки опустился ниже, чтобы целовать, облизывать и слегка покусывать обнаженную плоть и соски. Его мозг хотел крикнуть ему, что то, что он делает, – это что-то из ряда вон выходящее, но Баки обнаружил, что уже пристрастился к тому, как его действия вызывают столько восхитительных реакций у Питера. Помогло и то, что Питер говорил, потому что это заглушало тревогу и мрачные мысли, угрожавшие утянуть Баки под воду.        – Баки, – дыхание Питера сбилось, прежде чем он издал стон и выгнулся дугой.         Баки улыбнулся такой реакции Питера, взялся за правый сосок и ущипнул мышцу, чтобы пососать все, что можно, пока он дразнил Питера. На мгновение он задержался, думая о том, чтобы перейти к другому соску, но он был слишком близко к месту соприкосновения металла с плотью, чтобы Баки решился туда лезть. Поэтому Баки спустился ниже и продолжил играть языком и губами по коже, а затем остановился на рубашке, которая все еще была немного заправлена в пояс брюк от костюма.       Они не обменивались словами, потому что оба знали, что для того, чтобы получить желаемое, им придется снять остальную одежду. Как только рубашки были сброшены, их руки взялись за брюки, чтобы помочь друг другу расстегнуть ремень и молнию, прежде чем Баки взял на себя ответственность и стянул с Питера нижние штаны, но трусы оставил на месте. В своем нетерпении Баки застрял на ботинках и носках, что заставило его рассмеяться, когда он поспешно развязал все, что мог, и стянул парадные туфли, чтобы бросить их на ковер с гулким стуком. Питер присоединился к смеху.         Когда Питер снял носки и брюки, Баки встал с кровати и стянул свои. Трусы снова остались на нем. Когда Баки стоял там, почти полностью обнаженный, и встречался взглядом с Питером, который все еще лежал на кровати, Баки почувствовал, как в его животе запорхали бабочки и жар.         – Просто... отзеркаль меня. Хорошо? – Питер сказал, повторяя то, что Баки сказал ему, когда они начали с пиджака и галстука.         Баки был благодарен Питеру за то, что он сказал это до того, как тишина и ситуация успели доконать Баки. Кивнув, Баки поднял руки, чтобы провести ими по волосам, когда это сделал Питер. Он продолжал следовать за ним, проводя ими по шее, груди, ребрам и животу, пока они не опустились на бедра, а большие пальцы не уперлись в пояс трусов. Питер и Баки были на грани того, чтобы увидеть друг друга обнаженными, а также увидеть себя обнаженными в телах друг друга.       Прикусив нижнюю губу, Питер резко вдохнул и потянул трусы вниз по бедрам, ни разу не прервав зрительного контакта с Баки, когда он приподнял бедра и снял последний предмет одежды, чтобы бросить его на пол. Баки отстал на секунду или две, когда он стянул трусы с ног и также отбросил. Ни один из них не смотрел на свои члены на теле другого, ни на те, что были у них сейчас. Они оба издали дрожащий выдох. Было небольшое утешение в том, что на Питера это повлияло так же сильно, как и на Баки, что придало Баки смелости вернуться на кровать и снова заползти между ног Питера.         Однако именно там они не смогли избежать очевидного, особенно когда их члены столкнулись друг с другом, что заставило их обоих посмотреть вниз с раздвинутыми губами. Баки всегда знал, что у него большой член, и сыворотка не изменила ни этого, ни вообще ничего в физическом плане, как это произошло со Стивом... Чего Баки не знал, так это того, что его прошлые сексуальные партнеры смотрели на него под углом, который не был строго выше и привязан к нему самому. Была явная разница в размерах Баки по сравнению с членом Питера, который он теперь контролировал, и Баки нравилось видеть их вместе.         Теперь член Питера был не маленьким, но и не большим, и при небольшом толчке в Питера было видно, что он не сильно вырастет дальше того места, где он сейчас находился.         – Блядь, куколка...         Голос Баки хрипел в его горле и груди изо всех сил. Это было совсем не то же самое с его собственным телом... хотя, честно говоря, все это было не так уж и важно, но это была семантика.         – Ты просто прелесть, не так ли?         Питер вздохнул и приподнял бедра.         – Я...         – Ты? – Баки ухмыльнулся.         – Прошу, – хныкал Питер.         Баки кивнул в знак понимания, потянувшись к тому месту, куда он бросил смазку, прежде чем открыть ее и вылить немного в руку, чтобы он мог взять оба их члена. Честно говоря, тот факт, что нынешняя рука Баки – Питера – едва могла удержать их оба одновременно, чтобы смазать их и поработать над ними, сильно возбуждал. Неужели у Баки есть извращение с размерами, и он не знал об этом до сих пор? То, как они оба стонали от вида и ощущения всего этого, заставило Баки подумать, что да, это так, и что у Питера тоже есть такое извращение.         Баки с удовольствием проглотил все звуки, которые издавали Питер и он сам. Первоначальная нервозность и странность ушли и сменились повышенным удовольствием, которое они оба испытывали в телах друг друга, благодаря различиям в их повышенной чувствительности. Баки чувствовал себя поглощенным всем этим, а Питер изо всех сил старался не кончить. Конечно, вскоре после начала, когда Баки провел большим пальцем по щелям их членов, они оба потеряли контроль над собой.         Баки и Питер кончили с изумленными стонами и вздохами, вызванными интенсивностью их преждевременной разрядки. Прижавшись лбами друг к другу, они перестали целоваться, чтобы разделить дыхание и позволить ощущениям захлестнуть их. Питер приоткрыл глаза и увидел, что Баки все еще в восторге от эндорфинов, пытающихся утопить его, и это было то, что Питер знал слишком хорошо. Всякий раз, когда Питер кончал во время мастурбации, наступало время отдыха, когда он просто пытался вернуться на землю. Питер поморщился в молчаливом извинении за то, что не подумал сказать об этом Баки, но Питер просто предположил, что это его собственный недостаток опыта, вдобавок ко всему прочему.         Баки наконец открыл глаза и встретился взглядом с Питером, чувствуя себя немного пьяным, чего Баки не чувствовал уже очень давно.         – Неужели... – Баки прочистил горло, потому что его голос прозвучал натянуто и криво. – Это всегда так?       Питер медленно кивнул.         – Я... э... я всегда думал, что это из-за моей неопытности в сексе.         Баки облизал губы и издал смешок.         – Ну, теперь мы знаем, что это не так.         – Теперь мы знаем, – прошептал Питер в ответ.         Решив, что он не уверен, сможет ли пережить еще один оргазм без потери сознания, Баки снова взял бутылочку со смазкой и опустился на живот между ног Питера. Если он собирался кончить еще раз, Баки хотел убедиться, что они сделали то, что должны были сделать, чтобы вернуться в свои тела. Как только он оказался лицом к лицу с нижней частью члена, яиц и задницы Питера – что Баки показалось супер необычным, что он вообще видит, не говоря уже о том, что собирается засунуть туда пальцы и свой член – Баки выдавил немного смазки на пальцы, чтобы подготовить дырочку Питера.         – Баки? – спросил Питер, заметив, что Баки снова замолчал.         – Да? – ответил Баки, встретившись взглядом с глазами Питера.         – Ты в порядке?         Баки вздохнул и покачал головой, закрыв глаза, чтобы поцеловать внутреннюю сторону бедра Питера.         – Я пытаюсь. Просто это странно. – Он снова посмотрел на Питера. – Не то чтобы я не делал этого с собой, но тогда я был...                                      – Самим собой. – Питер кивнул. – Я понял. Это... эм... Для меня это тоже странно. Я... я имею в виду, я вижу, как я спускаюсь на себя...         Питер надеялся, что разговор о своих чувствах поможет утешить Баки и отвлечь его от мыслей. Питер подумал, что если Баки будет знать, что он не единственный, кто говорит об этом вслух, то у Баки не будет времени на то, чтобы замыкаться в себе.         Баки оценил это, мягко улыбнулся, после чего положил руки на член Питера и начал создавать круги большим пальцем на отверстии Питера.         – Рад знать, что мы на одной волне, – сказал Баки, когда наконец-то ввел палец внутрь. Довольный тем, что разговор отвлек его, он вернул свое внимание к текущей задаче. – Сколько ты обычно вставляешь?         Питер задохнулся и прикусил нижнюю губу от того, что внутри него был всего один палец. От того, что Баки беззаботно играл с основанием его члена и яйцами, чтобы облегчить любой дискомфорт.         – Д-два. Если готовиться... О Боже!       Баки старался не ухмыляться от того, как он изогнул свой палец таким образом, что Питеру это доставило удовольствие. Баки всегда хорошо владел своими руками.         – А когда ты готовишь себя? – Баки не мог не спросить.         – Четыре, – вздохнул Питер. – Ммм...         Баки на секунду замедлил свои действия, чтобы прочувствовать образ Питера с четырьмя его собственными пальцами внутри его собственной задницы, в собственном теле Питера. Баки тяжело сглотнул, прежде чем продолжить вводить второй палец, что заставило Питера сильнее согнуть ноги, согнуть пальцы, выгнуть спину и вцепиться руками в простыни.         – А ты? – задыхался Питер.         Баки делал толчки и выгибал пальцы довольно бездумно, теряясь в ощущениях, что было не совсем хорошо, ведь это означало, что он не до конца контролировал все происходящее. Баки тяжело дышал, отдаваясь наблюдению за тем, как Питер пытается не выгибаться от умелых рук Баки. Питер был прекрасен... Хотя, разве это не означало, в свою очередь, что и Баки был прекрасен? Не то чтобы Баки когда-либо занимался сексом или мастурбировал перед зеркалом, но видеть, как мышцы его тела напрягаются и смещаются с каждой волной удовольствия... Это было гипнотически.         – То же самое, – наконец ответил Баки.         – С рукой? – Питер надеялся, что не переходит черту, говоря о протезе Баки, но он также не думал о том, что с его задницей и членом будут играть.         – Иногда, да, но... не часто.         – Почему?         Баки убрал пальцы и снова расположился на коленях, пожав плечами.         – В основном из-за уборки. В других случаях, это потому, что я не чувствую, что это часть меня. Я стал лучше принимать это, но депрессия иногда бывает сукой.         Питер знал это слишком хорошо, имея в виду свои собственные способности или то, что происходило в его жизни. Пока он переводил дыхание, Питер наблюдал, как Баки сжимает свой член, показывая, что следующий, последний и самый большой шаг во всем этом опыте вот-вот наступит.         – Может быть, – начал Питер, сглатывая, – когда мы вернемся в свои собственные тела, мы сможем... э-э... ты сможешь использовать это на мне?         – Да? – с трепетом спросил Баки.         Питер покраснел. – Это вроде как одна из моих фантазий...         – Знаешь, думаю, я бы хотел это сделать, – ответил Баки. – Давай сначала тут закончим.               Кивнув в знак согласия, Питер перевернулся на живот и встал на руки и колени, поскольку так будет легче. Как только Питер занял позицию, он посмотрел через правое плечо на Баки, который готовился выстроиться в линию и войти в Питера. Войти в тело Баки членом Питера. Мурашки покрыли кожу Питера при мысли о том, насколько безумным и горячим это было сейчас. Питер не мог не сжаться и жалко застонал, когда кончик члена коснулся его дырочки.         "Я не готов к этому... я так не готов к этому...", – подумал Питер, и только стон вырвался из его горла, когда Баки все-таки вошел в него. – "Оооо мой бог. Блятьблятьблять".         – Черт, Питер, – простонал Баки в ответ. – Я, наверное, долго не протяну.         – Ага, – сокрушенно ответил Питер, быстро кивая головой. Баки еще даже не вошел полностью.         Крепко ухватившись за бедра Питера, Баки медленно погружался все глубже в тугую, теплую дырочку, стараясь при этом не думать о том, что будет чувствовать эта задница позже, когда он вернется в свое собственное тело. Не думать о том, что Баки сейчас насаживается на чужой член в своей заднице и не думать о том, как это сексуально и как удивительно осознавать, что Питер – это тот, кого трахает Баки.         Наконец, полностью войдя в Питера, они оба взяли несколько мгновений, чтобы перевести дух.         – Эй, эй, эй. Не делай этого, – задыхался Баки, сжимая пальцы на бедрах Питера.         – Прости, – извинился Питер, напрягая мышцы своей задницы вокруг члена Баки от такой полноты. Кроме того, Питера давно не трахали. – Просто это так приятно.         – Я знаю, куколка. Я знаю. – Баки наклонился, чтобы поцеловать Питера в верхнюю часть спины, затем выпрямился и застонал от того, как это маленькое движение заставило его войти глубже. – Готов?         – Мм.         Баки начал входить и выходить, медленно покачивая бедрами, а затем ускорил темп до постоянного шлепка кожи о кожу. Баки обнаружил, что, хотя тело Питера было сильным, он немного напрягался, пытаясь найти правильный угол.         Баки наконец вздохнул и прижался своим телом к спине Питера, прошептав: "Ложись на живот".         Они оба легли, не теряя контакта и не допуская, чтобы Баки каким-либо образом выскользнул из Питера. Как только им стало хорошо, Баки расположил левую ногу Питера в согнутом положении так, чтобы внутренняя часть ноги Питера была прижата к кровати. Новая позиция определенно помогла, и Баки смог увидеть, как Питер повернул лицо влево, вцепившись руками в простыни под более удобным углом. Бедра Баки ускорились, и он стал трахать Питера в почти неустойчивом темпе. Настолько неустойчивом, что даже он забеспокоился, не слишком ли крепко он держит Питера, но жалоб не последовало.         Когда наступил оргазм, он наступил слишком быстро, чтобы даже предупредить друг друга о том, что они уже рядом. Их затянуло под себя сочетание того, что Питер сжимался и извивался от трения своего зажатого члена о кровать, а Баки хотелось войти еще глубже, чем он уже был. Баки удалось поймать себя, прямо над левым плечом Питера, когда его бедра застопорились, и он выпустил свою сперму в тело Питера-Баки. Не в силах больше сдерживаться, Баки выскользнул и перекатился на спину, чтобы лечь рядом с Питером и уставиться в потолок. Потный, измученный, на грани того, чтобы заснуть от блаженства всего этого.         Облизывая губы и сглатывая, Баки повернул голову, чтобы посмотреть на Питера, когда кровать зашевелилась, и Питер переместился лицом к нему.         – Ты... – начал Питер.         – Все еще ты? – Баки кивнул и закрыл глаза. – Да.         – М-может, это займет минуту? – Питер звучал так же устало, как и Баки.         – Ммм. Может быть.         – Поспишь?         – Хорошая идея, – согласился Баки.

*

        Просыпаться было... неловко. Баки чувствовал себя отвратительно, его задница немного болела, как и бедра, которые ощущались как чьи-то. Баки открыл глаза, нахмурившись, вспоминая, что произошло. Теперь, когда он проснулся, он смог увидеть, что Баки прижимается к Питеру, и что они снова в своих собственных телах.         "Что ж, это объясняет состояние моей задницы", – подумал Баки с тихим ворчанием.         – Баки? – сонно спросил Питер, повернув голову, чтобы посмотреть через правое плечо на Баки.         Честно говоря, при виде такого Питера у Баки потеплело на сердце, и ему стало все равно, что его задница болит от того, что он трахал ее столько часов назад. Кроме того, секс был действительно хорош.         – Доброе утро, –ответил Баки, уткнувшись заросшим щетиной лицом в шею Питера, чтобы вдохнуть его и поцеловать. Не имело значения, что от них обоих разило сексом или что им определенно требовался душ.         – Подожди, – нахмурился Питер. – Мы вернулись?         Баки хмыкнул глубоко в груди, радуясь, что может делать это должным образом в своем собственном теле.         – Как ты? – спросил Питер.         Баки вздохнул и позволил Питеру повернуться к нему лицом в его объятиях. Он положил правую руку на щеку Питера, глядя в его карие глаза. – На удивление, лучше, чем я думал. Уверен, что в следующий раз буду чувствовать еще лучше.         – Ну... я буду рядом, когда это случится, – ответил Питер. – Если ты меня примешь. – Питер покраснел. – Я имею в виду... эм... у нас ведь еще есть свидание, верно?         Баки улыбнулся. – Да. У нас есть. – Наклонившись, они поцеловали друг друга, и Питер перебрался на Баки, чтобы облокотиться на его бедра. Баки оторвался от поцелуя – Что ты делаешь, куколка?         – Я хочу почувствовать тебя теперь, когда я в своем собственном теле, – вздохнул Питер, его выражение лица было нуждающимся. – Если ты не против?         Баки провел руками вверх и вниз по толстым бедрам Питера, пока его глаза опускались к члену Питера и снова поднимались вверх.         – Это более чем нормально, – сказал он, несмотря на то, что знал, что Наташа, вероятно, оставила миллион сообщений на его телефоне и ждет новостей о ситуации.         Нат могла и подождать.