Игра на жизнь

             Много городов мелькало мимо моих глаз за эту неделю, но помню я только четыре из них.       Казань... Дьявольские отродья устроили настоящий ад, мы с Осаму... Господи! «Мы»! В моих мыслях уже «мы», как же смешно и грустно... Поезд почти сошёл с рельс, но, конечно же, Великий экзорцист чистого типа, Осаму Дазай, придумал «гениальный» план против демонов - бегство.       Москва... «Moscow is the capital of Our Homeland» - название текста, который мне пришлось выучить, когда я ещё училась в школе. Не таким образом я хотела посетить Москву, не таким... Такое ощущение, что там был очередной «чёрный октябрь» 1993 года, хотя всё намного хуже: вонь от убитых бесов, демонов и людей исчезнет оттуда, наверное, через век, если не через два.       Минск... Нужно было менять колёса для поезда и бить неугомонных тварей одновременно. Зачем? Очередной исторический факт: в России используется колея шириной 1524 мм. В Европе железнодорожные колеи уже, чем на территории бывшего СССР, - 1435 мм.       Варшава... Осаму резко понадобилось зачем-то зеркало в поезд, нам же не хватало других неприятностей по дороге до Главного штаба Чёрного Ордена. Этот неспокойный мужчина решил сначала проверить зеркало в шикарной чёрной рамке на присутствие нечисти. И там оказалась эта гадость. После сотворения круга какой-то наружный бес толкнул меня на черкало, оно разбилось и вызвало очередную жуть. При попытке замкнуть круг, демон зеркала попытался проникнуть в Осаму, но он не позволил завладеть своим телом. В итоге я злая вернулась к поезду, а это шило в одном месте постоянно подлизывалось ко мне и пыталось вымолить прощение. После того, как я агрессивно облила шатена ледяной водой, он стих на некоторое время, а после опять началась старая шарманка с пикапом.       Париж... Я умею считать, но просто Париж в итоге оказался конечным пунктом нашего с Осаму путешествия на поезде. В Париже мы наконец-то смогли связаться с Главным штабом Чёрного Ордена с помощью телефонной связи. Был получен следующие приказы: не умирать, собирать информацию о Тысячелетнем Графе, который был по идее изведён с этого света с помощью Величайших экзорцистов конца XIX века Аллена Уолкера, Юу Канды, а также научного сотрудника Джонни Гилла, следовавшего за ними, несмотря на грубейшие нарушения законов пребывания в Чёрном Ордене. А ещё нужно было найти другого экзорциста чистого типа, находившегося сейчас во Франции, некого Фёдора Достоевского.       Не таким я хотела посетить Париж, не таким... Я хотела услышать прекрасную музыку этого города, а не гробовую тишиной. Я хотела совершить романтическое путешествие с собой в этом городе, а не слышать и слушать своего напарника по несчастья. Господи, я хотела так много? Конечно же, мой вопрос опять останется без ответа.       

***

      Осаму предложил прогуляться по городу, чтобы или немного развеяться, или попытаться выполнить очередные бесполезные приказы, как он заявил мне.       Мы вышли на место, где на одном из зданий было следующее название: «Rue de l’Universite». Из французского я знаю только «bonjour», но если брать всю неприятную для меня «ересь» с языковыми семьями и связями между ними, то знания английского языка мне позволяют понять, что улица как-то связано с университетами. Надеюсь, «мой ухажёр» не додумается зайти в какое-нибудь здание местного университета и предложить ролевую игру «преподаватель/студентка» или «преподавательница/студент» с учётом её садомазохистских наклонностей. Господи! Что за похотливые мысли в моей голове! Это всё влияние Осаму! Негодник!       - А знаешь, куда мы идём, душа моя? - мужчина лукаво улыбнулся мне.       - Мне без разницы, куда мы пойдём, мне важно, чтобы мы быстрее выполнили приказы долбанного Ватикана, после чего я смогла бы наслаждаться ванной. В одиночестве. - Я яростно поглядела на Осаму после моего последнего слова.       - Не переживай, я покажу в ближайшем будущем тебе все прелести пребывания со мной в одной ванной, а пока что мы идём в такое место, ты не пожалеешь, радость моя, - после этих слов он отправил мне воздушный поцелуй, от которого меня передёрнуло.       Пару минут мы шли в тишине, но мужчина опять захотел нарушить её:       - Итак, перед нами самое лучшее место для фотографий в Париже. Душа моя, ты можешь видеть Её Величество, триста с чем-то метров - Эйфелева башня. - После этих слов Осаму приобнял меня, развернул спиной к одному из семи чудес света, достал необычный фотоаппарат, из которого сразу вышла фотография, на котором мужчина успел поцеловать меня в щёку, а я от неожиданности приоткрыла губы.       Последовало избиение. Жёсткое избиение. Я побежала туда, не знаю куда, пытаясь найти сама не знаю что.       Когда моя голова немного успокоилась, я огляделась вокруг и поняла, что нахожусь в каком-то парке. Очень необычном парке. Здесь я наткнулась на железную дорогу, с одной стороны, она выглядела ухоженной, а с другой стороны, было ощущение, что она не использовалась очень давно.       В какой-то момент я наткнулась на табличку со следующей информацией: «В середине XIX века принимается решение о строительстве новой железной дороги, ведущей от Бастилии в сторону Венсена и далее за город. К 1859 году проект был уже реализован, и это были сложные масштабные работы, включающие в себя и создание тоннелей, мостов и очень большого виадука...».       За прочтением и примерной интерпретацией таблички меня застал Осаму. Он молча встал на колено и показал те цветы, которые остались живыми после бесовщины в городе, но теперь и они скоро будут мертвы. Я приняла их, ничего не сказав, такова человеческая природа, мы можем жалеть о чём-то, но в первую очередь мы эгоисты, думающие о себе.       - Аделина! Аделина!       Я вздрогнула, потому что слишком погрузилась в свои мысли, забыв на время о находившемся рядом мужчине.       - Пойдём дальше? - Я кивнула, и мы стали прогуливаться по парку, где только один раз было слышно курлыканье птичек.       Я заметила, что Осаму восхищённо смотрел на меня, боясь произнести слова, как будто постыдился того поступка у романтической башни.       Я нервно усмехнулась и присела на ещё живую зелёную траву, рассматривая виадук. Шатен присел рядом, но на безопасном для нас расстоянии.       - Когда-нибудь я убью тебя своим кнутом, - я не могла объяснить, почему я опять испытываю агрессию, ведь бывали ситуации и намного отвратительнее, чем эта маленькая шалость чистого экзорциста, которую доказывала фотография.       - Зачем ты работаешь себе в минус? Я ведь теперь буду знать о твоём намерении и буду осторожен, - к удивлению, я услышала максимально нейтральный тон голоса от молодого мужчины.       Я бросила взгляд на его лицо, после чего стала рассматривать архитектуру Парижа. Ведь здесь действительно было на что посмотреть, но иногда пейзажи омрачались последствиями от убийств созданий из ада.       - Почему же ты тогда не убрался отсюда? - прошипела я, сощурив глаза, потому что солнце вышло из-за густых туч.       Но Осаму не испугался, обнял руками свои колени и стал раскачиваться из стороны в сторону как маленький болванчик. Его глаза озорно улыбались мне.       - Почему ты не пытаешься атаковать меня, хотя прекрасно видишь, что я начала доставать кнут?       - Я люблю тебя. Вот и вся причина. - Я покрылась сильным румянцем, я чувствовала свою кровь.       Я настолько была в шоке, что не могла сказать и слова, потому что если до этого он произносил эти три слова с очень серьёзным взглядом, хотя я очень часто не знаю, когда именно Осаму Дазай показывал мне себя настоящим.