Соник: Аномалия

— Сила… Интересное явление, не думаешь, — сказал он. Некая фигура, очертания которой нельзя было описать. — О чём ты? — в ответ на дрожащий голос старика, сопровождаемого эхом множества голосов, послышался грубый басистый голос. — Снова резко меняешь тему. — Ведь подумай. Лишь тот, у кого есть сила, правит миром. Не иначе. Таков закон самого мира. Что есть закон без грубой силы, что способна пресекать его нарушения? Лишь пустой свод слов. — Хочешь сказать, мы живём по закону джунглей? Выживает сильнейший? — Не совсем. Я наблюдал за многими жизнями… Воистину многими. И могу сказать, не сильнейший, а полезнейший выживает. А вот правит именно сильнейший. — Но даже тиранам нужна армия. — Армия, оружие, магия, союзники, знакомые, связи, физическая сила… Это всё – понятия силы. Разные её проявления. — Понятно… С абсолютной силой приходит и абсолютная власть? — Верно, друг мой. Однако абсолютной силы не бывает. Каким бы сильным ты ни был, кто-то всегда найдёт силу, которой до этого не было… Изменит само понятие силы. И с этим забудется прошлое её понятие… — И цикл повторится… Ты прав. Удивительное явление. Но к чему ты это? — Юнивёрс… Вселенная. Прямо сейчас… Само понятие сильных и слабых вот-вот… Инвертируется. Появится тот, чья сила станет высшей ещё на долгое время. Тот, кто как и я давным-давно, создаст своё понятие силы. — Ради этого ты отправил Тима в Террарию? Или дал Сонику видение? Или Даниле. Три истории подряд ты вмешиваешься, преломляя их ход. — В какой-то степени. Однако есть ещё одна история. Ещё одного мне нужно привести в Террарию. — Так и кто же это? — «Зелёный Росток»… Рождённый дважды… Он станет сильнейшим. — Неужели… Это Шио? — Нет… Её роль в этой истории далеко не такая… Её имя запомнят во многих мирах, но она не будет ими править. «Росток» окажется в Террарии на её взлёте, который Соник и Данила должны обеспечить. Лишь после этого… Начнётся первый акт истории, и из хаоса зародится порядок. — Насколько же… Далеко ты заглянул в будущее? — Насколько мне позволило тело. К несчастью, в наиболее идеальном будущем… мне нет места.

***

Эггман начал заряжать орудия своего робота. Три изумруда сияли словно солнце, и накопившийся луч едва не ударил по Кайогр. Последняя успела отпрыгнуть, вновь превратившись в бесформенный пузырь. Хотя «отпрыгнуть» будет преуменьшением. Взрыв был метров пятьдесят радиусом. Лишь благодаря Саманте Фанг и Хани смогли спастись. — Сможешь отбить? — спросил он. — Нет… — с ноткой грусти ответила Хани, — <Импульсный удар> перенаправляет лишь снаряды. Энергетический луч мне не перенаправить. — Вот как… — Фанг подкинул оставшиеся шесть патронов и поймал барабаном. — Это будет… Реально тяжело. — Ты собрался бросать вызов трём Суперизумрудам?! — Это всего лишь камни. Огромные… супербатарейки. Их сила зависит лишь от рациональности использования. — Поэтому мы и победили Грандона! Но Эггман – другой случай, — прогремел ещё один взрыв. — Как ни крути, нам не победить! — Я не собираюсь побеждать. Я хочу хотя бы не проиграть! Саманта! Лети за Кайогр. Кайогр же даже начала атаковать тонкими, но смертоносными водяными лезвиями. Робот Эггмана скрестил «руки». Вокруг них появился сверкающий барьер из прямых линий, поглощающий лезвия точно безобидные всплески. — И это всё, что может божество? Смотри на ЭТО! — «Грудная Клетка» робота раскрылась, обнажив огромную пушку. Изумруды в ладонях робота поддерживали щиты и отдавали часть энергии пушке. Третий же полностью отдавал энергию пушке, окаймлённой изнутри золотистым металлом, который словно искрился сам по себе. Внутри дула показалось свечение, которое становилось всё ярче, и в конце концов прогремел взрыв. Огромный поток энергии, закрученный в спираль, ударил прямо по Кайогр. Прогремел взрыв такой мощи, что даже рёв Грандона казался обычным детским лепетом. Когда же свечение угасло, Кайогр уже не могла держать гуманоидную форму. Лишь очертания её тела угадывались в аморфной массе воды и золотистого вещества – ихора. Местами даже проявлялись обломки люминита. Саманта подлетела к ней, и Фанг мигом спрыгнул с её спины. — Кайогр, ты как… — спросил он и попытался положить руку на то, что некогда было её спиной. — УЙДИ! — если раньше дрожь в её голосе казалась величественной, то сейчас она напоминала плач великого существа. — Ихор, что и-изливается из меня, расплавит твои кости… Бог… у-умирает в одиночестве. — «Умирает», говоришь? — Фанг усмехнулся, — ИДИ К ЧЁРТУ С ТАКИМИ ЗАЯВЛЕНИЯМИ! КАК БУДТО МЫ ДАДИМ ТЕБЕ СДОХНУТЬ! — О-ХОХО! — Эггман явно злорадствовал. — А ты действительно божество, да ещё и сильное! Из всех существ, что я встречал ранее, никто ни при каких условиях бы не выжил! Но ты не только перенесла удар, но ещё и не дала ему рассеяться! — Ч-чего? — Хани вопросительно посмотрела на Кайогр. — В-верно. Если бы… Я не р-рассеяла удар… Он забрал бы… И-и вас тоже. — Вот как… — Да уж… трёх изумрудов уже хватает, чтобы убить бога! На этой же планете я обнаружил четвёртый! Если трёх хватает на божество… То уже с четырьмя я могу захватить больше, чем весь мир! — Хах… А теперь слушай сюда! — Фанг убрал револьвер в кобуру. — Это… Это ведь не твоя игрушка, да? — А? — сказал Эггман вопросительно. — Дизайн и материалы. Не похоже на то, что ты строил ранее, — Фанг указал пальцем на робота, в котором сидел Эггман. — Возможно, я строил его с кем-то. И зачем тебе эт... — Второй Суперизумруд у нас. Мы получили его как награду, так что он принадлежит нам! Этот можешь забрать себе. Наш… Я готов продать его. Твой спонсор наверняка оценит такое вложение. — Фанг… — Хани с сожалением посмотрела на него. — Но если… Ты снова нападёшь на Кайогр, я не только верну наш Суперизумруд… Но и отберу по крайней мере один у тебя. — Может быть… Вот только зачем мне эта морока. Мне легче убить вас всех и забрать изумруды силой! — Хех… — Фанг достал револьвер. — Кайогр. Это наша битва. Не вмешивайся. — Ты что, правда думаешь, что она выживет? Давай посмотрим, охо-хо-хо! Пушка снова приготовилась к выстрелу, который точно убил бы всю их компанию, как вдруг… — Моя Храбрость да станет моей силой: <Потоковый Удар>! — Тиара, глаза которой горели Оранжевым цветом, подоспела ровно к моменту выстрела. Огромный луч, диаметром в три метра, встретился с её кулаком. Прогремела вспышка… Всё вокруг команды было уничтожено. Лишь небольшой островок остался. — Против Энергетического оружия я, может, и слаба, — сказала Хани, закрыв глаза, — но вот моя сестра против него неуязвима! Её зрачки стали голубыми. — Если ты вдруг решил, что огромный калибр и удар по огромной площади делают тебя неуязвимым… То я твой худший противник! — Фанг взял револьвер в руку и прицелился. — Барк! Следи, чтобы по Кайогр не попало обломков! Хани, Тиара, наша цель – два Суперизумруда. — Погодь, два?! — Тиара удивлённо посмотрела на Фанга. В её глазах, казалось, отражались золотые горы. — Я думала, тут только один! — У Эггмана их три! Будьте аккуратны. Хани и Тиара переглянулись, после чего метнулись в сторону робота, оставив позади себя оранжевый и голубой следы. Эггман выстрелил на этот раз из боковых орудий – лазеров и залповых ракетниц. Однако Тиара рассеяла все лучи, а Хани с лёгкостью отбила ракеты. Бить по ним из главного орудия Эггман не видел смысла, а потому начал закрывать ствол. Грудные пластины робота медленно начали сходится, а Эггман запитал руку робота энергией суперизумруда, как вдруг... Прозвучало два выстрела. Патрон взорвался перед Хани и Тиарой, озарив всё вокруг вспышкой. Когда свет рассеялся, сестёр там уже не было. — Что за? — Долго думаешь! — крикнул Фанг и выстрелил ещё раз. Он выстрелил куда-то вниз, под робота, как вдруг водный след, оставленный пулей, преломился и стал тоньше. Это был <Импульсный удар> Хани – пуля пролетела в сантиметровый просвет между грудными пластинами, после чего прогремел взрыв. — Как я и думал. На роботе ни царапины. Вот только если мне не изменяет память, фугасные патроны сильно повышают температуру воздуха. Лучше бы тебе проветриться, если не хочешь свариться! — Фанг подмигнул. Перегревшийся робот раскрыл пластины, а за ними ещё слой модульной брони – показались радиаторы, раскалённые добела. — Ты правда думал, что мы не предусмотрели перепады температур? — насмешливо сказал Эггман. — Эти радиаторы сожгут любого, кто приблизится! Даже твоя пуля взорвётся раньше, чем долетит! — Ну давай и проверим! — Фанг беззаботно выстрелил. Как и предупреждал Эггман, пуля взорвалась, не долетев до робота. Небольшой огненный шар показался перед радиаторами. — Промазал! — Я не промахиваюсь! — Фанг оскалил свой клык. Огненный шар из фрагмента солнечной вспышки, заложенной в патрон, внезапно вытянулся и ударил в радиаторы. По ним прошла большая трещина, искрящаяся белыми молниями. — Что, и это ты тоже предусмотрел? — Моя Храбрость пусть станет моей защитой. <Энергетический щит>! — тело Тиары покрылось рыжей капсулой, и она прыгнула прямо на раскалённые радиаторы, после чего начала словно скользить по ним. — Моё терпение пусть будет мне защитой. <Щит-Пузырь>, — голубая сфера из шестиугольников покрыла Хани, которая забежала на руку робота, трясущуюся, словно парализованную. — Вы! К чёрту, НАЧАТЬ РАЗГОН РАДИАТОРОВ! С СИЛОЙ ТРЁХ СУПЕРИЗУМРУДОВ ЗДЕСЬ ВСЁ БУДЕТ СОЖЖЕНО ДОТЛА! А?.. — он посмотрел на панели. На одной из них мигнули семь квадратов, лишь два из которых горели зелёным. — К-как? — Три выстрела. Вот сколько мне понадобилось, чтобы победить. А нет, вру, четыре! — он стрельнул в руку робота, где находилась Хани. Та использовала <Импульсный удар>, чтобы вбить пулю в ладонь, где находился Суперизумруд. Слот разбился, и Хани забрала камень. Из грудного же отсека выпрыгнула Тиара со вторым Суперизумрудом. — Я весьма слаб, Эггман. В бою один на один я проиграю любому, кто умеет сражаться, а в ближнем бою меня победит даже ребёнок. Вот только… Ты недооцениваешь моё умение синхронизироваться с другими! Я столько раз всучал Тиаре и Хани всякий хлам, что знаю абсолютно все о них: от повадок и боевых стилей до комплексов, а они столько раз ловили меня, что знают всё о моих намерениях и способны читать мои движения. Я слаб, но стоит мне начать координировать их действия… И кем бы ни был наш противник, он падёт! — Фанг убрал револьвер в кобуру. — И мне даже не понадобится второй барабан. — Ч-чёрт! — Вали к хренам отсюда! — Фанг помахал ему рукой. — Четыре Изумруда Хаоса слишком тяжело контролировать. Мне ни к чему такой опасный груз. Хани, Тиара, идём. Барк, ты тащи изумруд. Хани, помоги Кайогр. — Да! — откликнулась Хани и кинула изумруд Барку. Последний взял его, а Хани заключила Кайогр в <Щит-пузырь>, дабы не сгореть от контакта с Ихором, и взяла на спину. — Нас ждёт ОЧЕНЬ вкусный и ООООЧЕНЬ дорогой обед, ребята! И оплатите Саманте новую одежду.

***

???

***

Невысокая девушка стояла посреди деревьев. Её юбка напоминала острые золотые лепестки, а вместо волос на её голове красовались яркие золотые листья. Она опустила лицо и закрыла глаза. — Снова сбежали, принцесса? — усмехнулась она, — мне влетит от вашей матери, если она узнает, что я никак не способствую вашему возвращению. Однако… Да, моё любопытство явно накажет меня сильнее, если я не узнаю, что вас тревожит. — Ты ведь помнишь, как я говорила тебе о нём, Санни? — мягкий женский голос пронёсся эхом сквозь деревья. — Альтернативное прошлое, которое я вспомнила. — Мы все вспомнили его, госпожа. То прошлое, в котором наш мир был расколот войной, и одна часть уничтожила другую. А вас… — Меня отправили найти героя. Но я нашла не только его… Я нашла кого-то, кто для меня лично был важнее героя. — Только не говорите, что вы... — Не говори об этом вслух! Но да, ты права. То была моя первая любовь. Он был напарником героя, готовым отдать всё, чтобы спасти мир. — И что? Он участвовал в битве с Оуком? — Он был тем, кто выстрелил в него… И меня. Он убил меня, чтобы спасти мир. — Госпожа… — Я хотела бы… Увидеться с ним. — Не думаешь, что он уже… ну… это… С кем-то? — Пусть так. Я должна хотя бы знать, что он такой же… Я просто хочу… — Не продолжайте! Меня вырвет от этих розовых речей о любви. Я отправлю за ними кое-кого. Действия скоординируем завтра, расскажете побольше о том, как его найти. — Ты правда поможешь мне, Санни? — Конечно я помогу! А теперь иди во дворец. Там наверняка тебя потеряли. — Да! Санни вновь закрыла золотые глаза и выдохнула, успокоившись. — Такое могущество, но такая простота… И как две противоположности соединились в столь хрупком сосуде… — она снова улыбнулась, — деревья рады вашему веселью. Пусть ваша тоска не будет долгой, Космо!