Только живи

— Саша! Как же я рада тебя видеть, неужели ты приехала! — Мишель, увидев подругу, понеслась к ней, сметая всё на своём пути. — Куколка, как же я скучала! — Саша поймала в свои объятия Мишель, летевшую, как метеорит. — Больше ты никуда не поедешь одна, я тут чуть не померла со скуки, — девушка уткнулась носом в шею подруги, потому что та была выше неё. — Хорошо, я тебя больше тут не оставлю одну. Надеюсь, ты не натворила глупостей? — Я была послушной, относительно, — Мишель немного отстранилась, — пойдём куда-нибудь? Ты мне обязана всё рассказать. — Я знаю тут недалеко отличное местечко, — Саша уже направилась к выходу с перрона. — Хорошо, пойдём. Девушки пришли в милое кафе, где играла потрясающая музыка. В помещении было светло, приятно пахло цветами. Всё было в светлых тонах, мягкие диваны располагались по всему заведению вместе с красивыми столами. Везде были фигурки животных, самых различных. Официанты приятные, посетители тоже. Девушки расположились за столиком у окна. Они хотели посидеть на веранде, но все места были заняты, сегодня была прекрасная погода, поэтому никто не хотел сидеть в здании, а быть на свежем воздухе и наслаждаться солнышком. Они заказали чай с молоком и пирожные с вишнёвой начинкой. Заказ принесли очень быстро, или они просто заговорились и не заметили, как пролетело время. — Костя и мама всё чаще не появляются дома. Это хорошо, с одной стороны, а с другой — плохо, — Мишель говорила это с ноткой грусти в голосе. Она любила маму, но Костю ненавидела всем своим существом. Поэтому она не понимала своих чувств сейчас. — Это странно, они же постоянно дома были, приводили кого-то, — Саша взволнованно посмотрела на подругу, — попробуй снова поговорить с мамой, может что-то из этого выйдет? — Я хочу, но времени вообще нет, я даже не знаю, как мы сейчас будем видеться. Сегодня взяла везде отгул, но завтра опять на работу. — Бедняжка моя, ты совсем к еде не притронулась, только чай выпила, давай поешь хоть немного, это же твои любимые. — Да как-то не хочется, прости. — Не извиняйся. Так, давай поговорим о чём-то другом, как в школе? Что-то изменилось, пока меня не было? — Да, у нас классный новый. Девушки болтали обо всём, они не виделись целый месяц. Почти не созванивались, потому что в лагере, где была Саша, почти нигде не было связи. Сейчас они должны наверстать упущенное. Просидев ещё часа два в этом кафе, они пошли гулять. Мишель вернулась домой, когда время уже перевалило за час ночи. Дома была мама. «Одна что ли? Да не может быть, а где тогда Костя?», — подумала Мишель, когда уже снимала свои кеды, увидев маму, сидевшую в кухне, на диване. — Мам? Привет, — замялась девушка, неуверенно сказав эти простые слова. Мать ничего не ответила, даже не посмотрела в её сторону, — мам, что-то случилось? — Мишель не сразу поняла, что мама трезвая, а везде порядок. Чего? Что происходит? Это сон, да? Она ущипнула себя за руку и, когда убедилась, что это не сон, то просто потеряла дар речи. — Чего тебе? — мама наконец-то посмотрела в сторону дочери. — Я… ты… что-то случилось? — несколько раз запнувшись, всё-таки задала вопрос, который сейчас сидел в голове. — Он, — на глазах мамы проступили слёзы, — он пытался убить меня, — Мишель видела, как дрожит тело мамы, — я вызвала полицию, его забрали. Я не понимаю, что с ним, — закончила она. — Ч-что? Он совсем? Ты в порядке? Ничего не болит? В больницу не нужно? — Мишель подлетела к ногам женщины и упала на колени, смотря на неё взглядом, полным сочувствия. — Дочь, прости меня. Я такая идиотка, извини меня, пожалуйста, что я так с тобой обращалась все эти годы, — она опустилась на колени перед Мишель. — Мам… — глаза стали влажными, слёзы потекли по щекам, оставляя на них влажные дорожки, — сейчас всё будет хорошо? — Надеюсь. Я брошу пить, поеду в больницу, буду лечиться. Устроюсь на работу. — Тогда завтра же мы поедем в больницу, а сейчас пойдём спать, тебе нужно отдохнуть. — Спасибо тебе за всё, — впервые за несколько лет мама обняла Мишель. Чёрт, это так приятно, когда человек, который тебе очень дорог, проявляет внимание. Даже таким простым жестом, как объятия. Проводив маму в комнату, Мишель вернулась в себе. Она закрыла дверь и сползла по ней, закрыв лицо руками. Жутко хотелось курить, а ещё сильнее хотелось найти этого ужасного человека и в порошок его стереть. Как он мог так поступить с мамой? Хотя, Мишель это представила очень просто, учитывая его методы «воспитания». Девушка поморщилась от воспоминаний.

***

Восьмой класс. Мишель возвращалась домой с учёбы. Дома, как обычно, стоял запах перегара. На диване, в кухне сидел Костя. Увидев Мишель, позвал. — Приготовь мне что-то, только быстро, я скоро уйду. — А где мама? — Съебалась куда-то, придёт — убью нахер. — Не смей трогать её, — Мишель всем видом старалась показать, что она не трясётся от страха, но выходило плохо. — Ты боишься? — с ухмылкой спросил отчим, — боишься ведь. — Н-нет, — уже невозможно было скрывать страх, но девушка врала, смотря прямо в глаза. Голос дрожал, всё тело тряслось, а в горле встал какой-то ком, который не давал нормально произносить слова. В этот момент в квартиру вошла мама, хлопнув входной дверью, она сразу пошла в кухню, даже не разуваясь. В квартиру ворвался запах противного перегара — мать была пьяна, снова. — Ты чё на неё орёшь? — она даже на ногах стоять нормально не могла. — О, явилась! — тут же подпрыгнул со своего места Костя, — ну что, будем воспитывать твою дочь, слишком много говорит, — он приблизился к Мишель, а она даже не смогла ничего сказать, не смогла сдвинуться с места. Просто замерла, готовясь к чему-то худшему. — Не трогай её! — мать завопила, пытаясь оттолкнуть Костю, но он взял её за руку и с силой кинул на диван. Мама ударилась головой о деревянную ножку стола и сразу затихла. Костя на это не обратил никакого внимания, продолжая подходить ближе к Мишель. Она попятилась назад, но уперлась в стену, рядом с дверью. — Тебе вчерашнего не хватило? Зачем ты опять повышаешь на меня голос? Я твой отец, — он подходил всё ближе, не оставляя шанса на побег. — Ты н-не мой п-папа, — уже сквозь слёзы говорит Мишель, чуть ли не задыхаясь. Костя от этих слов будто озверел, он начал брать тарелки и бросать на пол. Они разбивались с оглушающим грохотом и звоном. Мишель уже распрощалась со своей жизнью. Ей было безумно страшно, но ни шага она не могла сделать. Мама всё ещё молчала, но Мишель не могла её разглядеть, Костя стоял прямо перед ней. Осколки от битой посуды летели в разные стороны, некоторые даже доставали до лица девушки, оставляя красные полосы. В какой-то момент тарелки перестали биться о пол, Костя взял достаточно большой осколок и прижал Мишель к стене, подставляя его в горлу, — Я. Твой. Отец. Поэтому не смей злить меня, ты хочешь, чтобы я тебя убил? — сквозь зубы прошипел он. — Н-нет, пожалуйста, не трогай меня! — Мишель уже начала задыхаться, но продолжала смотреть прямо ему в глаза. Она потеряла счёт времени, она не знала сколько так стояла. Наконец это всё прекратилось. Отчим бросил осколок и пошёл к входной двери. Только когда Мишель услышала, что дверь за ним закрылась, она смогла нормально дышать. Она села на пол, пытаясь выровнять дыхание. Минут через двадцать у неё получилось это сделать, она подошла к маме. «Крови нет, уже хорошо». Мишель пыталась поднять её, но ничего не вышло, тогда она пошла убирать все осколки, которые были разбросаны по всей кухне.

***

Утром Мишель встала очень рано, чтобы собрать все необходимые документы и вещи для отправки мамы в больницу. В школу сегодня пойти не получится, поэтому она сразу сообщила об этом Саше, а потом написала классному руководителю: Мишель, 8:02 «Арсений Сергеевич, доброе утро, я сегодня не смогу присутствовать на уроках по семейным обстоятельствам.» Арсений Сергеевич, 8:06 «Доброе, а что за семейные обстоятельства? Потом расскажешь, я должен быть в курсе дел моих учеников, за дополнительные по английскому тебе ещё влетит, почему не ходишь?» Мишель, 8:14 «Потом всё объясню, извините.» После отправки сообщения Мишель пошла в комнату к маме, она уже собиралась. Девушка не стала заходить и тревожить её, зашла к себе в комнату и взяла всё необходимое и стала ждать, сразу вызывая такси до клиники. — Мишель, я готова, поехали? — Конечно, такси уже подъезжает. Я взяла твои документы и вещи, тебе предстоит долгая реабилитация после лечения. Но я потом ещё вещи привезу, так что не беспокойся. — Спасибо тебе, — мама подошла и обняла девушку. — Спасибо, что взяла себя в руки. До клиники они ехали около двух часов, молча. Но внутри у Мишель был штиль из эмоций. Как же она рада, что мама взяла себя в руки. Взяла же, да? Это не сон? Нет, это не может быть сном, всё происходит наяву. Они едут в такси в клинику, где маме помогут. А что с Костей будет? Его же отпустить могут, тогда он придёт к ним домой, обязательно придёт. И что он может сделать? Он ведь убьёт и Мишель, и маму. Даже совесть потом не замучает. Будет спокойно жить дальше в их квартире. Но сейчас не об этом надо думать. Мама — это самое главное сейчас. А ещё на работу надо успеть, а то Паша будет мозг выносить. Заполнив все необходимые документы и заплатив за лечение, Мишель быстро распрощалась с мамой и побежала в такси. Позже ей позвонили из клиники и сказали, когда можно будет посещать маму. Записав всю необходимую информацию, девушка откинулась на сидении и прикрыла глаза. Слишком много мыслей для такой маленькой головы. Такое ощущение, что она сейчас отвалится или взорвётся. Мишель не заметила, как заснула. — Девушка, мы приехали, — водитель уже минуты две тормошил Мишель, пытаясь вернуть из сонного царства. — Уже? Быстро, — наконец подала голос девушка, потягиваясь, — спасибо. Водитель ничего не сказал, выпуская Мишель из машины и уезжая. «Блин, опоздала на полчаса, надеюсь Паша меня не придушит и из зарплаты не вычтет.» Войдя в кофейню, девушка увидела Ваню, который еле справлялся с заказами. Кофейня была полна. «Что это такое? Сегодня какой-то день кофе, или что? Почему вас всех тут много, блин.» — Мишель, наконец-то! — Ваня окликнул опешившую девушку, — давай сюда! — Прости, дела были важные, — девушка на ходу начала уже приготовление кофе. — Давай потом, сначала разберёмся тут с заказами. — Хорошо. Через два часа в кофейне осталось всего пару человек. Мишель и Ваня без сил упали на диванчик за одним из столиков. — Не расскажешь, почему опоздала? На учёбе что ли задержали? — Нет, там семейные дела, — Мишель явно дала понять, что не хочет разговаривать на эту тему. Да и вообще не хочет говорить, мысли возвращались к Косте. К тому, что будет, если его выпустят, а не посадят. Если даже посадят, его потом выпустят, что делать тогда? Мишель не знала, как отвлечь себя от этих мыслей. Спустя десять минут отдыха, Ваня ушёл. Он и так сегодня задержался из-за того, что девушка опоздала. Попрощавшись, Мишель пошла на своё рабочее место. Паша сегодня не появился, это только радовало девушку, не придётся выслушивать его. Он же не отлипнет, пока не узнает, где была Мишель, почему её не было в школе. «Блять, я же Арсению Сергеевичу ничего не написала, я даже не знаю, какую отмазку придумать.» До конца рабочего дня ничего не происходило, люди заходили редко, поэтому Мишель уже не могла найти себе место. Она была готова на стены лезть, лишь бы избавить себя от мыслей. «К чёрту, пойду в бар. Надоело.» Переодевшись, она направилась прямо в бар. Телефон уже разрывался от звонков, Саша звонила, наверное, часов с шести вечера. Мишель не принимала вызов, она не хотела нагружать лучшую подругу своими проблемами. Маленькая что ли? Сама справится, наверное. Или расскажет завтра, но точно не сегодня. Сегодня очень много переживаний, очень много мыслей, очень много вариантов происходящего. Голову надо освободить. Алкоголь и музыка поможет, не избавит, конечно, но на время всё забудется. Нужна передышка. Нужно забыться, хотя бы на время. Мишель села за дальний столик, заказав себе сразу несколько коктейлей. Один она выпила залпом, как только его принесли. Немного расслабило, но этого не хватает. За первым идёт второй, потом третий. На четвёртом Мишель хотела уже остановиться, но не получилось. И вот она уже на танцполе. Сознание затуманено из-за количества выпитого. Ей хорошо, проблемы отошли на второй план. Но что-то не то, внутри пустота. Вроде она уже и не думает, в голове пусто. Но почему возникло чувство одиночества и полного опустошения? Мишель ушла с танцпола и пошла за свой столик. Очередной коктейль. Кто-то коснулся плеча девушки, она даже не отреагировала. — Мишель? — Да, — сказала девушка, даже не поворачиваясь, она сразу узнала этот голос, — Арсений Сергеевич? — Что ты тут делаешь? Боже, да ты в стельку, — учитель обошёл девушку и встал напротив. — Как будто у Вас не бывает плохих дней, — Мишель уже не могла нормально разговаривать, язык заплетался, — лучше закажите мне ещё и садитесь рядом. Может, поговорим? — Хорошо, — учитель улыбнулся, видимо понял, что что-то случилось, — подожди немного, сейчас приду. Девушка ничего не ответила, просто кивнула. Спустя минут пять Арсений вернулся. — Ну, рассказывай, — сказал он, принеся два коктейля. — Да пиздец полный, — начала девушка, у учителя глаза округлились от такого начала, но он ничего не стал говорить. Они же не в школе, так что пофиг, — мой отчим — урод, он напал на мою маму. Сейчас должен быть за решёткой, но я не знаю, посадят его или нет. Мне страшно, даже очень. Мама взялась за голову и сейчас лечится от алкоголизма. Деньги у меня кончаются, а я сижу и пропиваю их. Я такая ничтожная. Саша волнуется за меня, но я ей не отвечаю, вот же сука. Почему я такая? Почему моя жизнь такая? — девушка всхлипнула. — Ахуеть, — только и смог выдавить из себя Арсений. — Да, дешёвое кино какое-то. — Как ты жила всё это время? — Старалась не задумываться об этом. — Саша… — учитель немного замялся, — девушка твоя? — Что? Нет. Моя лучшая подруга, мы как сёстры, — после этих слов что-то кольнуло в груди, будто подсказывая, что это всё ложь, это всё неправда. — Понятно. Слушай, Мишель… — он не успел ничего сказать, его перебил голос Мишель. — Пошли танцевать, сегодня я хочу забыться. Завтра буду всё разгребать. — Пошли. Дальше всё было, как в тумане. Девушка ничего не понимала. Они танцевали с учителем. Потом пошли курить. Ничего себе, Арсений Сергеевич курит, а так и не скажешь.

***

Утром девушка пожалела, что проснулась. Голова была тяжёлая, болела. Хотелось пить, но встать не получалось. Всё тело ныло, вообще невозможно было пошевелиться. «Так стоп, где я? Это не моя комната. И не Сашина.» Девушка приподнялась на локтях, поморщившись, осмотрелась. «Что это за херня? Где я, блять, нахожусь?» Дверь открылась и в комнату вошёл Арсений Сергеевич. Арсений, мать твою, Попов только что вошёл в комнату. — Как ты? — спросил он, подходя ближе. — Я… Где я? — девушка смотрела на своего учителя выпученными глазами. — У меня дома. «Что? Как я сюда попала вообще? Боже, как же стыдно.» — А что я тут делаю? — Ты не помнишь? — Я бы не спрашивала, если бы помнила. Логично вроде, нет? — Ты напилась вчера сильно, мы встретились в баре, когда ты была уже достаточно пьяна, чтобы перейти на «ты» и позволить себе нецензурную лексику. — Серьёзно? Извините за это, пожалуйста, — было максимально стыдно перед Арсением, девушка покраснела, — но что я делаю у Вас дома? — Я хотел тебя отвезти домой, но ты вырубилась прямо в баре, я не мог тебя разбудить. Пришлось ехать ко мне. — Извините, — девушка опустила глаза, — я сейчас уйду, простите ещё раз. — Да не парься, иди приведи себя в порядок, напою тебя чаем и отвезу домой. Возражения не принимаются. — Но… — Я сказал иди, не зли меня. — Хорошо. Так стыдно Мишель ещё не было. Господи, она сейчас находится в квартире своего классного руководителя, которого невзлюбила в день их знакомства. Это просто пиздец какой-то. «Надеюсь, он Паше не расскажет об этом, а то будет издеваться всю оставшуюся жизнь. Они же, вроде как, друзья.»