countdown

дверь ванной слегка скрипит, открываясь, и бомгю не замечает, когда она успевает закрыться — он тут же оказывается припечатанным к стене рядом с ней. енджун зашёл и закрыл комнату на замок. одна рука упирается в запотевшую после горячего душа плитку рядом с головой бомгю, вторая — исследует его тело очень смело, ведь делала так уже не раз; бомгю быстро и даже нервно облизывает в момент пересохшие губы, ощущая почти непозволительную близость чужого тела — будь то не енджун, стоило бы поволноваться, — а старший и рад такому удивлению, такой потерянности на лице напротив, что не может не воспользоваться моментом. он резко сокращает расстояние между ними и впечатывается в губы бомгю грубым поцелуем, требовательным и таким привычным, что где-то там, в груди, отзывается почти болью; остаётся лишь закрыть глаза и наслаждаться очередной выходкой этого несносного старшего. хотя, вообще-то, именно бомгю начал их странные отношения. если вспоминать точно. и поцелуй, который становится глубже и мокрее, — это, по сути, инициатива не енджуна. он лишь поддержал чужой энтузиазм. и это даже по-мазохистски приятно — погрузиться в воспоминания и прокрутить тот день полгода назад в голове снова. в тысячный раз. — эй, енджун, занят? — бомгю заходит в чужую комнату, не стучась — у них нет секретов, да даже застать друг друга за просмотром порно — не страшно. они же друзья. такие давние и настоящие, и именно из-за этого сердце колотится как бешеное. они с енджуном даже живут вместе уже несколько месяцев — с тех пор, как бомгю поступил в университет и перебрался в съемную квартиру. у них, вообще, есть ещё один сосед — но он почти переехал к своей девушке, так что, считай, мертвая душа. скоро он увезёт все вещи отсюда. — сколько раз я говорил, енджун-хен, бомгю. пусть мы знакомы со школы, я старше тебя, — вздыхает енджун и, поставив какое-то видео в ютубе на паузу, поворачивается на стуле. он сидит за рабочим столом в пол оборота, чтобы можно было встретиться с глазами бомгю. но тот садится на заправленную кровать, и приходится развернуться полностью. — ну, чего хотел? — ты знаешь, что такое друзья с привилегиями? — в лоб бросает бомгю и смотрит прямо, не отводя взгляд. пытается показать, что не волнуется; нагло лжёт, пока сердце уходит куда-то в пятки от нервов и страха. енджун заметно настораживается. — да. а что? такие короткие фразы, произнесённые напряженным голосом, немного подрывают уверенность бомгю; он кусает губы, смотрит на секунду на свои пальцы, покоящиеся на коленках, а затем в лицо енджуну говорит: — мы могли бы стать такими, — адски долгая пауза, пока оба думают о чём-то. или не думают вообще. — что скажешь? в тот день енджун согласился, не задавая дополнительных вопросов бомгю, и они впервые переспали. как друзья. бомгю после этого долго чувствовал себя подавленно и несколько дней не мог понять — почему. но сейчас целоваться с енджуном так обычно, что ощущение мира бомгю почти не рушится от отчего-то чересчур обжигающих касаний губами губ, губами кожи. мокрая дорожка идёт уже от подбородка к шее, к ключицам, а затем к голой после ванны груди; скорее всего, через какое-то время там появятся алеющие следы. и вот енджун целует под пупком, стоя на коленях, и дергает полотенце, которым бомгю успел прикрыть бёдра. теперь то, что он возбуждён, никак не скрыть, а енджун лишь придвигается ближе и облизывает губы. подумать только, полгода назад енджун совсем не умел делать минет, но сейчас.. уже через минут сорок бомгю лежит в кровати у себя в комнате. у него в голове почему-то только переписанные сценарии того дня, когда он так нелепо предложил енджуну попробовать быть большим, чем друзья, но явно меньшим, чем возлюбленные. вот бомгю говорит эту чепуху про друзей с привилегиями, а вот енджун встаёт и выходит. и они больше не общаются, избегая друг друга и дома, и в университете. а вот енджун кричит, съезжает из этой квартиры и удаляет номер бомгю, прежде того заблокировав. все лучше, чем то, что они имеют сейчас — бомгю честно не понимает, что делать. он же уже тогда знал, что влюбился в енджуна, как дурак, — ещё в старшей школе осознал. почему было просто не признаться и не получить отказ? чтобы двигаться дальше. найти что-то новое. но ему в голову пришла безумная идея, и теперь он пожинает ее плоды. / — буду поздно, — бросает небрежно енджун, обуваясь в коридоре ранним утром. «слишком легкие кроссовки для такой погоды», — мелькает у бомгю мысль, которую он так и не решается высказать вслух. закусывает губу, оперевшись о косяк двери, и наблюдает за собирающимся другом. «ну да, сегодня пятница. пойдёт куда-то с друзьями после пар», — мысль сменяется другой, и бомгю молча разворачивается, направляясь на кухню, чтобы заварить себе кофе. «да пусть делает, что хочет». тут енджун заглядывает на кухню и желает хорошего дня. этот ежедневный ритуал — удар под дых. «ну почему он такой». но в ответ бомгю только мычит, давая понять, что услышал. енджун, явно в уличной обуви, судя по шагам, подходит ближе; бомгю напрягается, но все же делает вид, что занят кофе. — ты можешь тоже? пожелать мне хорошего дня, — спрашивает слишком мягким голосом и дотрагивается до чужих волос, все ещё растрепанных и пушистых после сна. самообладание бомгю крошится на кусочки. — хорошего дня, енджун. он выпадает из реальности после своих слов, а возвращает его лишь тихий щелчок закрытой входной двери. когда он и сам выходит на улицу, то понимает, что здесь и правда очень холодно. совсем осень уже. «интересно, как енджун добрался. замёрз? околел, наверное», — думает он и наступает в лужу, оставшуюся после вчерашнего ливня. ветер задувает в шею, итак закрытую шарфом. тело пробивает дрожь. людей вокруг так много для десяти утра пятницы, все идут куда-то, спешат, опаздывают. на работу, на учебу или ещё куда — у всех свои жизни со своими проблемами, и это осознание отчего-то давит на бомгю. он ощущает, что его проблемы ничтожны, но не в том смысле, что теперь они не волнуют его; нет, волнуют только сильнее, но ведь все когда-то сталкивались с препятствиями, которые, казалось бы, нельзя преодолеть. как много людей все же смогли добиться своего, скольких ждал хэппи-энд? а скольких трудности сломили? к какому числу в конце концов бомгю сможет отнести и себя? в одном из перерывов его ловит парень из потока — душа компании, знает, наверное, весь курс, если не весь университет. — пойдёшь на вечеринку сегодня? оплатить только вход нужно. алкоголь и закуски в безграничном количестве! нам просто людей не хватает, чтобы заплатить за аренду здания, — и виновато смотрит для приличия. — пойдёшь? бомгю думает и понимает, что ничего не планировал на вечер; просто засесть дома и посмотреть фильм в одиночестве? хорошая, но не лучшая идея. была не была. он даёт своё согласие и переводит деньги по названному номеру. неплохой способ отвлечься, наверное? — там ещё и бармен будет. ну, увидимся! — прощается парень и уходит, довольный, что нашёл ещё кого-то, кто пойдёт на тусовку. бомгю чувствует себя немного использованным — если бы не нехватка людей, его бы вряд ли позвали; но быть вторым вариантом, в целом, не так уж и страшно. / придя в обозначенное место — съемный дом недалеко от центра — бомгю видит очень много людей, снующих у входа. кто-то вышел покурить, кто-то только приехал. он уже не уверен, зачем пошёл, ведь даже не знает, будет ли кто-то из его одногруппников или просто знакомых здесь. но деньги уплочены, уходить уже не вариант, и он заходит внутрь. он почти сразу видит высокого парня с довольно длинными волосами — кая из группы с его курса. они познакомились в один из первых дней учебы, потому что кай случайно вылил кофе на сумку-шоппер бомгю, так неаккуратно стоящую на полу; он долго извинялся, а потом они разговорились. обменялись контактами и часто болтали онлайн, иногда видясь в университете. — о, бомгю! ты тоже тут, — он подходит ближе и улыбается своей слегка детской улыбкой, смотря сверху вниз из-за высокого роста. они вместе идут к барной стойке, где уже столпилось довольно много народу, и заказывают по коктейлю; алкоголь и правда здесь в неограниченном количестве. потихоньку плата за вход начинает окупаться. кай рассказывает об учебе, о том, как устаёт, и как холодно на улице, а он сегодня в лёгкой куртке, и как он вообще домой пойдёт ночью, ведь температура упадёт только сильнее. бомгю это все слушает и смеётся — до чего кай простой и открытый. такие люди не могут не привлекать. с ним довольно хорошо и спокойно. тело постепенно расслабляется, руки слушаются уже меньше, и мысли путаются, запинаясь за словам кая. с бомгю здороваются ещё несколько человек — то знакомые ещё из школы, поступившие в тот же вуз, то согруппники по физкультуре, из разных групп. если брать в общем, парень чувствует себя частью этого места. он много шутит и улыбается, постепенно выпивая все больше и больше коктейлей, которые, кажется, становятся все более и более сильными, концентрированными (чего не скажешь о его мыслях); и вот уже бомгю пьёт второй шот настойки — какой-то ягодной, вроде смородиновой. голова слегка кружится. он бросает «я в туалет» каю и уходит в неизвестном направлении — на разведку, — слегка шатаясь и один раз даже врезавшись в косяк. уборная находится довольно быстро. когда он чувствует себя лучше, идёт обратно, но вдруг в толпе цепляется взглядом за совсем знакомую макушку, выкрашенную в синий; черт, это же енджун, что он здесь делает? и тут складывается пазл. почему-то бомгю совсем не связал утреннее «буду поздно» от старшего и сегодняшнюю вечеринку. конечно, енджун такое не пропускает. он обычно в первых рядах тех, кого обязательно позовут. бомгю так и зависает, пялясь на соседа, что болтает со своими друзьями; хочется почему-то разрыдаться прямо здесь и сейчас, чтобы все видели — он так больше не может. не может терпеть свои чувства. почему-то становится так обидно, что енджун не позвал на эту чёртову вечеринку — никогда не звал, а сегодня должен был. чтобы бомгю не было так больно. чтобы он ощущал, что занимает хоть какое-то место в жизни енджуна. да, они друг для друга — хороший вариант, чтобы заняться сексом, но все же.. они же друзья. какие-никакие. — бомгю? эй, бомгю, как ты? пойдём на свежий воздух? бомгю поздно замечает, что его за запястье тянут за собой в неизвестном направлении. что его тянет енджун, крепко обхватив, а затем берет его руку в свою, нежно ведя за собой. за несколько вечных секунд они оказываются на балконе. это все ощущается как сон, в котором бомгю случайно оказался; сюрреалистичные из-за алкоголя очертания енджуна кажутся очень родными. бомгю никак не может считать эмоцию на чужом лице, просто любуясь его чертами. — тебе, кажется, хватит. почему ты вообще сюда пришёл? ты разве любишь попойки? вроде, бомгю и правда не любит. он, если вспомнить, даже делился этим с енджуном. — а ты поэтому меня не позвал? — сложив два и два, спрашивает бомгю. енджун хмурит брови и кивает. — ты расстроился из-за этого? — нет. нет, мне все равно, — врет и совсем этого не скрывает. это очевидно по его интонации и выражению лица. если бы он был трезв, то обязательно вложил бы иронию в свои слова. — у тебя есть сигареты? вздохнув, енджун достаёт из заднего кармана джинс сильно помятую пачку, он открывает ее и протягивает бомгю. в нужные моменты он умеет не задавать лишних вопросов. подносит зажигалку к зажатой между зубов бомгю сигарете и щёлкает колесиком, прикрыв ладонью вспыхнувший огонь от ветра. ещё более холодного, чем утром. но сейчас бомгю совсем не ощущает холода и дрожит от внутреннего неспокойствия. делает первую затяжку и выдыхает дым куда-то в грудь енджуна. становится немного легче. и — енджун берет из чужих пальцев сигарету и делает затяжку тоже, смотрит в глаза бомгю. они курят по очереди, почти не разрывая зрительного контакта, и это кажется обоим таким интимным и личным, что по телу — мурашки. бомгю очень хочет, чтобы сейчас енджун поцеловал его, каждой клеточкой тела трепещет, надеясь на чудо; но, докурив до фильтра, тот лишь тушит сигарету о металлическое преграждение балкона и выбрасывает ее вниз. — поехали домой? такси вызовем, — предлагает старший, а у бомгю внезапно силы кончаются. он кивает. не дождался, но ждать дольше уже не может. он даже не прощается с каем, просто накидывает своё пальто в прихожей, выходит и садится в подъехавшую машину. они едут в тишине. дома, на силу разувшись и всячески отвергая помощь со стороны енджуна, он идёт в свою комнату и закрывает за собой дверь. он стоит несколько секунд у неё, переводя дыхание, и чувствует, как первая слеза течёт по щеке. сердце жжёт. хочется любви — хочется быть любимым. бомгю садится на корточки и закрывает лицо руками, пока слёзы капают, стекая до подбородка. он даже не всхлипывает, просто тихо плачет, пока енджун, где-то там, по ту сторону двери, занимается своим; больно. едкая обида вытекает соленой жидкостью, и бомгю сам не понимает, почему обижается, ведь старший ему ничего не должен — они не встречаются, а бомгю даже не признался в своих чувствах. и все равно так тоскливо. так хочется почувствовать себя счастливым. когда бомгю просыпается утром, енджуна уже нет дома. / — выглядишь дерьмово, — говорит кай, пока они сидят в столовой в университете и обедают. уже среда. — о, большое спасибо, — язвит бомгю. — а то у меня зеркала нет дома. кай неловко поджимает губы. — прости. я про то, что ты какой-то подавленный в последнее время. да, это правда. последние пять дней бомгю — ходячий труп, который не знает, что делать. не живой, но все ещё ходит, функционирует, и просто ждёт, когда боль внутри утихнет. они почти не разговаривали с енджуном с пятничной ночи, только дежурные фразы вроде «доброе утро» и «я пошёл». это не может не угнетать. и нужно бы что-то с этим делать, но.. что? и откуда на это взять силы? бомгю совсем не может найти ответы на эти вопросы. он возвращается домой ближе к восьми вечера. гулял один в парке — погода впервые радует за последние дни, когда беспрерывно шли осенне-гадкие дожди и дул ветер. почти все деревья в округе окрасились в желтый, оранжевый и иногда красный, что так красиво смотрелось в закатных лучах; только этот вид, пожалуй, бомгю и любит в осени. уже с порога парень чувствует приятный запах еды. он разувается, снимает плащ и проходит внутрь, бросая сумку на стул в кухне. енджун стоит у плиты и, похоже, не замечает бомгю. тут он оборачивается и тихо вскрикивает, роняя огурцы, что держал в руках. — бомгю! боже, как ты меня напугал. я вообще не слышал, что ты пришёл. младший не выдерживает и смеётся с такой реакции — так, словно и не было между ними дней холодности и недопонимания. просто смеётся, ни о чем не волнуясь, и енджун не может не присоединиться, прикрыв глаза рукой от стыда, что даже вскрикнул. успокоившись, бомгю поднимает огурцы и моет их в раковине. — что готовишь? улыбнувшись расслабленной улыбкой, енджун подходит ближе и открывает крышку сковородки, где шкварчит паста. — карбонару. нашёл какой-то рецепт в интернете. и салат из огурцов и сметаны. — пахнет нереально вкусно. скоро будет готово? выключив огонь, старший выкладывает еду на приготовленные тарелки и ставит их на стол. за это время бомгю успевает переодеться в домашнее, помыть руки и вернуться в кухню. — приятного аппетита! — говорит он и пробует. очень горячо, но ещё и нереально вкусно — каждый раз он поражается навыкам готовки енджуна. — офигеть, енджун, енджун-хен, это просто вау! тот улыбается отчего-то очень счастливо и тоже принимается есть. все словно встало на круги своя. после еды тарелки, вилки, сковородку и все такое моет бомгю по их неписаному закону: кто готовил, освобождается от посуды. они расходятся по своим комнатам — делать домашнее задание и готовиться к завтрашнему дню. бомгю уже лежит в кровати, листая что-то в телефоне, когда енджун приходит в его комнату. дверь открыта, так что он просто заходит внутрь. — ты не хочешь поспать вместе? просто.. поспать. я соскучился. удивленно хлопая глазами, бомгю кивает. старший подходит к кровати — он уже в пижаме, — и ложится рядом, подвигаясь ближе, в конце концов кладёт руку под голову бомгю, обнимая. — а свет кто тушить будет? — недовольно спрашивает тот, пытаясь этим скрыть своё волнение. он боится, не зная, что будет дальше. и вдруг в голове всплывает мысль. воспоминания. как енджун целует его в порыве страсти, как шепчет что-то на ухо, какие-то комплименты, которые можно сказать во время секса, и как трогает там, где не трогал почти никто — только бывший парень бомгю, с которым они встречались ещё в школе. и это так странно осознавать. что сейчас они просто лежат вместе, пока сердце бомгю разрывается на две части от влюбленности, что енджун тихо дышит ему в макушку и рукой перебирает волосы, ещё слегка влажные после душа, что сейчас они тоже — больше, чем друзья, но меньше, чем возлюбленные, но уже в другом смысле, чем раньше. они словно разорвали устное согласие быть друзьями с привилегиями — так хочется думать, и бомгю не может отказаться от маленькой слабости. — енджун. хен, — тихо зовёт бомгю, вернувшись из мыслей. — м, — тянет енджун. его глаза закрыты. — в ту ночь.. я очень хотел, чтобы ты меня поцеловал. потому что ты мне нравишься. нет, нет. я влюблён в тебя слишком давно и сильно. повисает тишина, енджун открывает глаза и смотрит прямо перед собой, не переставая играть с чужими волосами, словно он совсем спокоен. но бомгю слышит его сердце, что сейчас так близко, что бьется теперь громче и быстрее, выдавая обладателя. — я.. догадывался. и надеялся на это, — он делает глубокий вдох, а затем шумно выдыхает через рот. пахнет мятой — видимо, совсем недавно почистил зубы. — ведь я тоже влюблён в тебя. слишком давно и сильно, — цитирует он слова младшего и садится на кровати по-турецки, аккуратно вытащив руку из-под головы бомгю. тот выглядит совсем потерянно. он не ослышался? — и в ту ночь я тоже хотел тебя поцеловать. сильнее всего на свете. прости меня, я испугался. бомгю тоже садится и хмурится, силясь понять, что происходит. то есть все было так просто? нужно было просто озвучить свои мысли, а не мучаться от, как он думал, нераздельной влюбленности два года?.. — ты не шутишь сейчас? вопрос заставляет енджуна удивленно открыть глаза шире. — а что, похоже, что шучу? «вообще не похоже. и это даже пугает». енджун смотрит прямо в глаза и, пройдясь языком по губам, нервно и быстро, спрашивает: — можно я поцелую тебя не как друг? требуется время, чтобы бомгю сообразил; он все ещё будто находится в параллельной вселенной, где все слишком хорошо, и боится внезапно проснуться, как если бы это был сон. самый лучший в его жизни. он кивает. старший подползает чуть ближе, что они теперь касаются коленками, и, взяв чужие руки в свои, приближается к лицу; бомгю такой красивый, когда растерянно смотрит на губы напротив, а его ресницы слегка подрагивают. наконец, енджун целует; целует так, как никогда не целовал — трепетно, нежно, не спеша, сначала совсем легко касаясь губами, а потом надавливая и начиная двигать. бомгю несмело, но почти сразу начинает отвечать, сжимая ладонь енджуна. они целуются, не отстраняясь, до того, пока губы не начинает саднить; тогда бомгю прикусывает нижнюю губу, покрасневшую, и смотрит на енджуна глазами, полными любви. — ты очень смелый. и.. я очень рад, что ты рассказал. я, возможно, долго бы ещё собирался с силами, чтобы признаться, — почти шепчет енджун, тая под пристальным взглядом. бомгю не выдерживает. он тянется за объятиями, буквально падая на старшего, и стискивает крепко-крепко, что есть сил; ему отвечают тем же. — и все же странные у нас отношения. от друзей к любовникам, к друзьям и, наконец, к возлюбленным. — хэппи-энды — это хорошо, — бубнит бомгю, мысленно возвращаясь в то своё размышление; похоже, он теперь может отнести себя к людям, добившимся хорошего конца своей истории. — но я, конечно, дурак. и ты не лучше — как можно было согласиться на такую безумную идею — друзья с привилегиями. бред! — да, бомгю. полный бред, — говорит енджун, улыбаясь, и обнимает бомгю ещё крепче. бомгю слышит, как за окном начинается дождь, но от этого совсем не грустно; завтра он обязательно заставит старшего одеться теплее, а по дороге в университет будет наслаждаться осенью. он решил, что он теперь счастлив.