я люблю дождь и чон чонгука

чонгук, сколько себя помнит, всегда с трудом заводил новые знакомства. дело в его необщительности и закрытости, либо в том, что ему просто не подходили определённые люди, он не знал. в детстве ему поставили расстройство аутистического спектра, и он не знает, есть ли в этом какое-то отличие от аутизма, по крайней мере, статьи в интернете гласят, что при этом расстройстве симптомы более мягкие и менее заметные. родители от этой новости конечно были шокированы, мать даже заплакала отцу в плечо, а чонгук… а что чонгук? его в принципе всё устраивает, не столь интересующим фактором являются новые знакомства и социальное взаимодействие, чонгук и сам умеет развлечь себя в полном одиночестве. он любит рисовать и слушать современную музыку, смотреть туториалы боба росса и неуклюже пытаться их повторить. ему нравится смотреть популярных блогеров и слушать подкасты от знаменитостей. в конце концов, он может одиноко лежать на своей одинокой кровати и смотреть на ночное небо через небольшое окно прямо в потолке. чонгуку нравится считать звёзды и находить целые созвездия, читать о них в википедии и сравнивать картинки в интернете с реальным зрелищем. а ещё чонгуку иногда нравится проводить время с ким тэхёном. это соседский мальчик, старше его самого на один год, до жути странный подросток с необычными предпочтениями. он не смотрит современные фильмы и не слушает модные песни, отдавая предпочтение старым плёнкам и баху с моцартом. он без ума от старых потрёпанных книг и их запаха, от пожелтевших страниц, что отдают стариной, неким колоритом и немного плесенью. он не любит играть в игры на компьютере, не ведёт аккаунты в инстаграме и твиттере, у него даже нет катока. он не пользуется спотифаем и эпл мьюзик, скачивает сонаты на телефон и слушает их на детской площадке через проводные наушники, один из которых работает лишь в том случае, если правильно выкрутить провод под нужным углом. ким тэхён любит тёплое молоко с мёдом и летний дождь, а ещё он любит искать в высокой траве ёжиков, кормить их и давать им смешные имена. он носит очки из-за плохого зрения, которое испортил чтением книг при неправильном свете. а ещё тэхён, кажется, старик в детском теле. когда чонгуку исполнилось двенадцать, бизнес его отца потерпел крах, и всё, к чему тот так усердно стремился на протяжении последних десяти лет своей жизни, — кануло в глубокой пропасти неудач и бедности. им пришлось продать просторную трёхкомнатную квартиру в центре сеула и перебраться в его пригород, сменить машину на более скромную и старую. они выкупили двухэтажный дом с роскошным садом и видом на густой лес. чонгук не был в восторге сменить свою привычную обстановку на это, но особо оспорить это решение не мог. вскоре привык, пошёл в новую школу, где в классе было непривычно мало учеников и пожилые, добрые учителя и вкусные булочки с вишнёвым джемом в столовой, которые подавали с холодным, мерзким на вкус какао. от прошлой жизни, богатой и успешной, не осталось и следа, но к подобному окружающему его миру, новому, он привык весьма быстро. с ким тэхёном — парнем из параллельного класса — он познакомился весьма сумбурно и неожиданно. тот просто врезался в него, когда шёл по школе, уткнувшись носом в книгу, а встретившись своим взглядом с чужим, удивлённым, хмыкнул и сказал отодвинуться. чон тогда, мягко говоря, опешил, но почему-то всё равно отошёл в сторону, поправляя лямку рюкзака и после наблюдая за тем, как светлая кудрявая макушка ретируется из его поля зрения. они сталкивались ещё пару раз, на что тэхён однажды не выдержал и выдал прямое: — ты преследуешь меня, что ли? ты сталкер? сталкер? тот самый, из «убить сталкера», что ли? ну, чонгук, по правде говоря, мало на него походил как по физическим данным, так и по повадкам. на сану тоже не смахивает, он вроде не планировал ломать тэхёну ноги и держать его у себя в подвале. — нет, просто учусь тут, как и ты, — бесцветно отвечает тот, пожимая плечами, на что парень напротив удивлённо вскинул бровь. — ты дурачок? я про то, что ты постоянно мешаешься на моём пути, — и фыркает, добавляя: — да и я тебя вообще здесь раньше не видел, ты кто? — человек. — ты точно дурак, и ты очень странный. а на самом-то деле по-настоящему странным был сам тэхён. они быстро сдружились, не смотря на то, что чонгук «очень странный сталкер-дурачок», а ким — грубоватый парень со своими многочисленными причудами. он забавно морщился на солнце, жмурясь от лучей, что били прямо по глазам, смешно танцевал под дождём, почти как майкл джексон (так казалось самому тэхёну) и широко улыбался своей квадратной улыбкой. он не боялся школьных задир и хулиганов, грубил им в ответ, за что часто возвращался домой с подбитой губой и ссадинами на лице, которые его мама бережно обрабатывала перекисью и клеила поверх ранок милые пластыри с рисунками. ещё его мама готовила вкусный лимонад, который он приносил в школу в термосе, чтобы угостить чонгука на одной из перемен, ведь лимонад его заботливой милой мамы намного вкуснее того остывшего какао. на летних каникулах чонгук впервые пригласил его к себе домой, на что тэхён сначала слегка замялся, но всё равно согласился. они купили в ближайшем магазине чипсы и колу, хотя ким был против, ведь это очень вредная пища для организма, а мама всегда учила его правильному питанию. дома он познакомил его со своими родителями, и они радостно приняли ту новость, что у их замкнутого любимого сына наконец-то появился друг. в комнате чонгука они смотрят железного человека первую часть — любимый фильм чонгука — и тот увлечённо смотрит в экран не отрываясь, лишь руку тянет для того, чтобы наощупь взять чипсы из миски, что покоится у тэхёна на коленях. сам он, к слову, особый восторг друга не разделяет, ему больше по душе сопливые драмы и исторические фильмы, из которых он тянет смысл как пищу для дальнейших раздумий. — тони старк немного похож на гея, — равнодушно выдаёт он, наконец-то пробуя колу. — чего? — ну, знаешь, у него гейская аура, — и задумчиво потирает подбородок, после добавляя: — хотя он неплохо смотрится рядом с женщинами. — с чего ты взял, что у него гейская аура? — чонгук возмущённо фыркает и ставит фильм на паузу, корпусом поворачиваясь к тэхёну. честь его любимого персонажа была задета, и это очень сильно его обижает. — он натурал. — я не знаю, чонгук, может и натурал. мне просто кажется, что его могут привлекать мужчины, — он пожимает плечами и спокойно смотрит в мокрые глаза напротив, в которых обида читается как в бегущей строке. — почему ты так реагируешь на это? — потому что это неправильно, — изрекает тот, и старший удивлённо вскидывает брови, — мама с папой говорят, что отношения могут быть только между женщиной и мужчиной, потому что так задумал бог. — бог? ты веришь в его существование? тэхён верующим никогда не был, в отличии от своей мамы. та по воскресеньям ходила в церковь, молилась по вечерам и после пробуждения ранним утром, а перед каждым приёмом пищи благодарила бога за неё. он правда не понимает, как можно верить в существование какого-то всесильного человека, что смотрит на них с неба. а если и действительно смотрит, почему допускает так много несправедливостей в мире? почему кто-то рождается здоровым ребёнком в любящей богатой семье, а кто-то с самого детства обречён остаться инвалидом до конца жизни. если бог любит всех своих детей одинаково, то почему кого-то выделяет? — да, потому что он есть. и он создал два пола, чтобы продолжить человеческий род, — стоит на своём, отчего тэхён хмыкает и задумчиво отводит взгляд. — но, есть ведь люди, которых привлекают особи их пола, разве они становятся плохими из-за этого? — он искренне не понимает, почему чонгук так категорически смотрит на эту ситуацию. точнее, догадывается, ведь тот просто транслирует позицию своих консервативных родителей. — они психически больны. тогда они впервые ссорятся и тэхён уходит домой. долго лежит на потрепанной простыне и думает о том, почему чонгук просто копирует мнение своих родителей, не имея своего собственного. сам ким всегда отличался какой-то жаждой к свободе, он просто живёт и показывает себя с той стороны, которая правильная для него самого. он привык быть тем, кем ощущает себя, и ему абсолютно всё равно на то, что о нём говорят за спиной, ведь он проживает свою личную жизнь для себя, а не для своего окружения. он негодует, потому что что чонгук назвал гомосексуальных людей психически больными, и от злости даже бьёт один раз по несчастной подушке. разве есть что-то ужасное и неправильное в том, что люди любят друг друга? он-то считает, что любовь прекрасна в любом её проявлении, а чонгук — просто глупый мальчишка, слишком недалёкий, чтобы понять и осознать это. он засыпает, укутавшись в одеяло до самого носа, и ему снится чонгук. снится, как они несутся по жёлтому цветочному полю, усеянному россыпью одуванчиков, и смеются. солнечно и заливисто, разделяя одно счастье на двоих. тэхён спотыкается и со смехом валится на чона, обнимая его и зарываясь пальцами в непослушные каштановые волосы. а потом голубое небо вдруг становится мрачным и тёмным, одуванчики пропадают, оставляя после себя лишь голую сухую землю, и младший с отвращением отталкивает его от себя. «я не хочу с тобой дружить, ким тэхён, потому что ты — гей», и убегает к своим родителям, оставляя того одного сидеть на земле, глотая солёные противные слёзы. чонгук пол ночи не спит, тщательно раздумывая над словами друга. почему он завёл эту тему? почему не верит в бога, неужели он как-то обидел его? тэхён предельно чёткий в своей позиции, он похож на одного из бунтарей со старших классов их школы, и это необычно. гук привык во всём беспрекословно слушаться своих родителей, они ведь желают ему всего самого лучшего. а чего желает чонгук? сейчас он хочет отыскать тэхёна и обнять того, извиниться за свои слова и дать обещание, что больше так не поступит. этот парень ведь действительно его первый друг, что настолько близок ему, не смотря на то, что чону сложно порой правильно передать и объяснить свои мысли и чувства. он иногда ведёт себя странно, но не чтобы оттолкнуть кого-то от себя, а потому что не умеет правильно. с кимом же правильным кажется абсолютно всё, и наверное то приятное тепло, что разливается в груди при мыслях о нём, — тоже. на следующий день в школе он находит тэхёна на заднем дворе, присаживается рядом на холодный бордюр и некоторое время молчит, подбирая в голове нужные слова. он слегка дёргается, когда на своей холодной ладони ощущает чужую, тёплую и мягкую, и оборачивается к парню, что сидит молча, нервно покусывая раскрасневшиеся губы. — ты нравишься мне, чонгук. даже если считаешь, что это неправильно и я психически болен, мне всё равно, — и поднимает на того серьёзный взгляд. — нет! — отводит взгляд, добавляя уже тише: — извини, что обидел тебя вчера, я не должен был так говорить. ты злишься? — вновь смотрит на парня, сглатывая вязкий ком. тот мотает головой и кладёт её на плечо младшего, тяжело выдыхая и прикрывая глаза. чонгук смотрит на его влажные искусанные губы, подрагивающие ресницы и щёки, что светятся из-за падающего на них солнечного света. тэхён словно солнечный зайчик, и это так забавно, что хочется смеяться. или плакать. чонгук не понимает. после школы они идут к озеру, искренне радуясь тому, что там совсем пусто. чонгук не любит лишний социум и повышенное внимание, а тэхёну нравится быть с ним наедине. тогда чонгук становится собой, не переживая о том, что покажется странным в глазах окружающих. они беседуют, кажется, обо всём на свете, тэхён заливисто смеётся с каждой забавной фразы младшего, на что тот лишь смущённо отводит взгляд и мнёт подол своей белой футболки. они сидят под разлогим деревом до самой ночи, не переживая о том, что родители наверняка беспокоятся и уже вышли на их поиски. ким рассказывает гуку о звёздах, о том, что на падающие нужно загадывать желание, и если искренне верить, то оно обязательно сбудется. а после он резко замолкает и задумчиво отводит взгляд, потирая свои пальцы. гук слегка пугается, спрашивает, всё ли в порядке и не может понять эмоции на лице старшего. замирает, когда тот подаётся вперед и его холодных потрескавшихся губ касаются чужие, мягкие и тёплые. ощущения странные и чон, кажется, совсем не понимает, что чувствует. ему не неприятно, но и особого восторга от столь неумелого поцелуя он не получает. тэхён на пробу касается кончиками пальцев его щеки и не спеша двигает губами, слегка зажимает ими чонгуковы и отстраняется, выдыхая чуть нервно. — прости, я… я должен был сначала спросить тебя, но… — старший закрывает лицо ладонями и говорит быстрее, — но я просто резко почувствовал, что хочу поцеловать тебя, — убирает ладони с покрасневшего лица и добавляет уже шёпотом: — тебе было неприятно? мерзко? — я не знаю, тэхён-а. неприятно и мерзко мне точно не было, ощущения… необычные, — и спешит добавить, чтобы объясниться, — но это не отвращение. ты очень милый, и губы у тебя тоже… милые. старший краснеет гуще и прижимается к парню, пряча лицо в изгибе его шеи. «дурак» шепчет очень тихо и смущённо улыбается, ведь чонгук не оттолкнул его и более того, даже назвал милым. гук неуверенно его обнимает и зарывается пальцами в блондинистые волосы, поглаживая их и поочерёдно накручивая пряди. с тэхёном ему хорошо, даже если это и странно, он не хочет ничего менять. родителям, конечно же, ничего не скажет, а значит те точно не наругают его, и от этого на душе немного спокойнее. около двух месяцев они встречаются, если это можно таковым назвать, ведь официального предложения ни от кого не поступало. они ходят вместе в школу и со школы, приглашают друг друга к себе домой, качаются на качелях на детской площадке, учатся готовить яблочный пирог вместе с мамой тэхёна — прекрасной, но одинокой женщиной — и иногда втайне целуются, закрываясь в комнатах или убегая куда-то ближе к лесу. такие взаимоотношения обоих вполне устраивают, родители ни о чём не знают, хотя, возможно, и догадываются. но какая разница, если от совместного времяпровождения по телу приятнейшее тепло разливается потоком, а от трепетных нежных поцелуев по коже мурашки бегают табунами. ещё через пол года тэхён неожиданно узнаёт, что чонгук с родителями уезжают. нет, не так. они перебираются во францию, и только самый глупый дурак не поймёт, что это навсегда. он просит чонгука поговорить с родителями, попросить их не уезжать, смотрит в его блестящие от слез глаза, пока из собственных слезы нещадно бегут ручьями по уже изрядно мокрым щекам. — я не могу, тэ… это второй шанс для папы, ему предложили выгодную работу, и он точно от неё не откажется. я не хочу бросать тебя, — берет чужие дрожащие ладони в свои и мягко касается чувствительной кожи губами, успокаивая, — правда не хочу, но ничего не могу сделать. давай обменяемся номерами? так точно не потеряем друг друга. старший судорожно кивает, по телу пропуская очередную волну крупной дрожи, и быстро достаёт из кармана телефон трясущимися руками, от чего тот падает, и на экране расцветает паутинка из мелких трещин. — э-это ничего… он работает, точно работает… — быстро поднимает разбитый мобильник с асфальта и включает его, протягивая чонгуку. он записывает номер тэхёну, а после в своём телефоне создаёт его контакт. бережно возвращает гаджет владельцу и осторожно прижимает того к себе, оставляя нежный поцелуй на макушке. тот льнёт ближе, словно котёнок, хватается за чужую футболку, сминая её, и заходится в рыданиях, на что младший сцеловывает солёные капли с его покрасневших щёк. они продают дом и улетают во францию. ким узнаёт об этом тогда, когда чонгук не приходит в школу в пятничное утро, и на всех парах спешит к его классной руководительнице. старая аджумма объясняет, что родители чона забрали его документы из школы буквально вчера. бережно прижимает рыдающего парня, осторожно раскачивая его в своих объятиях, и утешающе гладит по спине. после школы он нехотя плетётся домой в полном одиночестве, со злостью пиная какой-то камушек под ногами всю дорогу. заходит в дом, игнорируя маму, и закрывается в своей комнате. портфель летит в один из углов, а тэхён падает на кровать, хватает подушку, прижимая её к себе, и заходится новой порцией рыданий, никакого внимания не обращает на ужасную головную боль и обеспокоенную маму, что стучит в дверь и спрашивает о том, что случилось с её драгоценным мальчиком. её драгоценный мальчик потерял часть себя и всё, что от неё осталось — воспоминания и номер в старом разбитом телефоне. он каждый день пишет чонгуку много сообщений, но все они остаются непрочитанными.

***

сегодня чон чонгуку исполняется девятнадцать, отчего с самого утра мама возится на кухне, чтобы испечь самый лучший торт для её самого лучшего сына. чонгук успешно окончил школу с отличием, и теперь перед ним открыты все пути поступления в один из престижнейших вузов парижа. ещё три года назад он чётко заявил родителям о своих намерениях поступить на адвоката, и те поддержали эту идею с огромным удовольствием. после переезда во францию, когда его отцу предложили выгодную работу в одной из компаний парижа, их жизнь вернулась в привычное русло. они купили роскошную квартиру в центре города, обновили машину и зажили прежней, богатой жизнью. первое время на работе всё было туго, над компанией нависла угроза банкротства, но благо всё обошлось, все кредиты были погашены и дефолт не произошёл. гук учился в престижной школе, все свои силы потратил на то, чтобы добиться наилучших оценок: до поздней ночи сидел над домашним заданием, участвовал в олимпиадах, занимая призовые места, был активным на уроках. у него так и не появилось огромного количества друзей, что были совершенно ему не нужны, зато он познакомился с одним парнем из параллельного класса, по совместительству сыном маминой подруги, как бы банально и клишировано это не звучало, и своим лучшим на данный момент другом — ким сокджином. это очень шумный и дружелюбный парень, что постоянно выдаёт какие-то дедовские шутки, и сам же с них смеётся, при этом ещё и хлопая в ладоши. он — полная противоположность ему — чон чонгуку — но при этом человек он очень даже неплохой, и с ним достаточно комфортно посидеть и выпить с баре в пятницу вечером. после занятий чонгук посещает спортзал и репетитора по корейскому, так как после семи лет жизни во франции без общения с носителями родной язык он подзабыл, что очень его расстроило, а родители конечно же не смогли отказать сыну в личном учителе. он набрал мышечную массу, так что телом своим по праву мог гордиться, да и от девчонок отбоя не было, но они парня совершенно не интересовали, как и любого рода отношения в принципе. он упорно преследовал свою мечту, которая в его голове засела с детства, — вернуться в пригород сеула, в то самое место, где он прожил год до того, как перебраться сюда. мама на это лишь закатывала глаза, складывая руки на груди. — почему ты вообще думаешь, что тот мальчик всё ещё живёт там? он мог уехать давным-давно, зачем ему сидеть и ждать тебя? на эти слова чон лишь недовольно сжимал кулаки и бросал на женщину грозный испепеляющий взгляд. — я должен попытаться. а после раздражённо вставал из-за стола и уходил, не обращая никакого внимание на французские слова о вежливости и уважении к старшим. он помнил ким тэхёна каждую минуту своей жизни, не позволяя образу солнечного мальчика в его голове просто рассеяться. очень жалел, что они не сделали никаких фотографий, так что с годами лицо парня в его воспоминаниях становилось размытее, но чон всё ещё очень хорошо помнил каждую его привычку и причуду: танцы под дождём, ёжики с забавными именами, тёплое молоко с мёдом, моцарт и бах, колорит старых потрёпанных книг, проводные наушники, один из которых почти не работал. свою поездку он планировал ещё с шестнадцати лет, каждый раз молясь богу о том, чтобы тэхён был там, ждал его и никуда не исчез. чувства с годами притупились, чонгук неоднократно испытывал симпатию к своим знакомым, но любовь к его странному мальчику не ушла, ни одна её капля не просочилась из сердца, вытекая наружу, словно что-то ненужное. нужное, и тэхён ему тоже очень-очень сильно нужен. вероятно, он и видеть его не захочет, затаив на гука огромную обиду, но он имеет на это полное право. гук ни разу не позвонил и не написал ему, из-за чего каждый день чувствовал себя наибольшим в мире моральным уродом. у тэхёна в своих снах просил шанс и возможность всё объяснить, а тот кивал и за руки тянул его к разлогому дереву около озера. через неделю он стоит в аэропорту и говорит с сокджином по телефону, тот наигранно печалится и говорит, что будет очень сильно скучать, на что младший лишь закатывает глаза и вновь сверяет время на огромном дисплее и экране своего телефона, чтобы ни в коем случае не пропустить свой рейс. он волнуется, до чёртиков волнуется. не от того факта, что наконец-то вернётся в корею, а от возможной реакции тэхёна. что, если тот даже слушать его не станет и выгонит с порога, облив при этом трёхэтажным матом? чонгук, вероятно, будет приходить снова и снова, пока не получит возможность выговориться и всё рассказать. но что если парня там вообще не будет? что если его мама права, и ким ещё давно переехал, например, в сеул. он ведь тоже абитуриент, а в их пригороди никаких университетов нет и подавно не было. тело прошибает мелкая дрожь, и гук делает дыхательное упражнение, чтобы расслабиться и успокоиться. нужно срочно выбросить все ужасные мысли из головы, иначе он попросту не продержится до прилёта в корею и сойдёт с ума. в самолёте он читает «назови меня своим именем» андре асимана — его любимая книга — точнее, перечитывает её, наверное, двадцатый раз. печатный текст помогает ненадолго освободить голову от переживаний, чонгуку даже удаётся немного подремать. полёт, длительный и изнурительный, забирает у него все силы, так что парень вызывает такси и едет в ближайший отель, отдав за сутки в роскошной комнате щедрую сумму, а на утро вновь вызывает такси и едет в пригород, нервно постукивая от волнения пальцами по коленке всю дорогу. он даже не обращает внимания на водителя, что пытается с ним заговорить, а получив в свою сторону лишь игнор, — жмёт плечами и выкручивает на радио какую-то мелодичную песню о любви. очень забавно, подкол засчитан. после долгожданного прибытия появляется новая проблема — чонгук совершенно не знает, что ему делать дальше и куда идти. он даже не помнит, в какой стороне находится его старый дом, где располагается школа и старые магазинчики, в которые они с тэхёном так любили бегать после уроков и на переменах. а сам тэхён… вдруг его действительно больше тут нет. тяжело вздохнув, он болезненно трёт переносицу и открывает карту на телефоне. живот нещадно урчит от голода, так что наверняка верным решением будет позавтракать в кафе, что находится в десяти минутах ходьбы. небольшое здание, которое из достопримечательностей может похвастаться лишь яркой вывеской с названием самого кафе, чонгук почему-то ассоциирует с тэхёном. оно выполнено в ретро-стиле и бежево-коричневых тонах, что так походят его возлюбленному. возлюбленному? имеет ли он вообще право так говорить, учитывая ту семилетнюю пропасть между ними? наверняка, чон уверен в этом на девяносто девять и девять десятых процентов, ким обижен на него очень сильно, и даже видеть не захочет, что уже говорить о том, чтобы выслушать. негативные мысли снова давят с сокрушительной силой, так что парень пускает всё на самотёк и принимает решение сначала решить самую простую и доступную проблему, — его голод. он проходит внутрь и осматривается, подмечая, что тут пусто, как и снаружи на улицах. всё же, наверное множество людей перебрались в столицу, если у них была такая возможность. чон присаживается за столик около окна, вновь осматривает интерьер, замечая, что здесь не очень просторно, но вполне себе уютно. он сидит в ожидании минут пять, бездумно смотря на свои руки, что покоятся на гладкой поверхности деревянного столика, прежде чем к нему подходит парень, официант вероятно, и протягивает меню. — готовы сделать заказ, или мне подойти немного позже? — глубокий низкий голос заставляет замереть, а сердце резко забиться в бешенном ритме. по телу проходит волна дрожи, а руки начинают нещадно потеть. чужой голос звучит до боли по-родному, и гук медленно поднимает взгляд, встречаясь с чужим, потухшим и уставшим. тот, кажется, на молчание никак не реагирует, продолжая спокойно ожидать ответа, а чонгук и двух слов в голове связать не может. если судьба сыграла с ним злую шутку, и этот парень просто очень сильно похож на тэхёна, он в эту же секунду разрыдается, словно маленький мальчишка. — молодой человек, с вами всё в порядке? он не может ошибаться, это просто невозможно. официант перед ним — ким тэхён, его ким тэхён, он видит это не только по бейджу с именем на нагрудном кармане, а и по маленьким родинкам под глазом и на самом кончике носа. силует в его воспоминаниях сразу приобретает чёткие очертания, размытость с лица пропадает, и он вновь видит перед собой своего солнечного мальчика, что вырос и изменился, но стал лишь прекраснее. ким тэхён перед ним такой красивый, такой родной, что гук буквально забывает дышать и пытается не моргать, чтобы ни на секунду не потерять того из вида. у него всё такие же блондинистые волосы, теперь не такие кудрявые, а более волнистые, красиво уложены и поблескивают на солнце, что жадно пробивается сквозь панорамные окна кафе. узкая талия и длинные ноги, благодаря чему он похож на статую в одном из залов лувра. глаза, очень уставшие, с синяками под ними, вероятно от недосыпания, всё такие же прекрасные и родные, обрамлённые рядом длинных пышных ресниц. а губы, на вид, такие же мягкие и нежные, как и семь лет назад. чонгук сглатывает мешающий ком в горле и наконец-то отвечает, из-за волнения получается очень хрипло и тихо: — тэхён… это я, чонгук, помнишь? парень напротив тяжело выдыхает и закрывает глаза ладонью, бесцветно продолжая неинтересный ему разговор. — я знаю, но мне совершенно всё равно. я просто хочу обслужить вас и пойти работать дальше. до вашей личности мне нет абсолютно никакого дела, хоть папа римский, — и замолкает, вновь сверля взглядом осунувшегося парня. не получив ответа, обречённо вздыхает и оборачивается, чтобы уйти. — позовёте, когда определитесь с заказом. резкая хватка на запястье не позволяет отойти от столика, и старший раздражённо цыкает, вырывая свою руку из чужой и вновь оборачиваясь к чону. бесит неимоверно, не только своим нелепым молчанием, но и присутствием в принципе. тэхёну бы сейчас закончить с этим одним нерадивым клиентом и пойти заниматься своими делами, пока есть свободное время, но этот человек просто продолжает бессмысленно его тратить, так ещё и руки позволил себе распускать. — уже решили? если ничего не приходит в голову, могу посоветовать уйти, — и добивает: — у вас это отлично получается, чон чонгук. эти слова в поперёк горла становятся и бьют по грудной клетке, безжалостно выбивая из неё весь воздух. справедливо, но больно. тэхёну тогда ведь так же больно было, да? и причина этой боли он, чонгук. бестолковый чон чонгук, что даже не смог сдержать своё слово. он хочет попросить ещё один шанс, хоть и прекрасно понимает, что не имеет на него никакого права. и на тэхёна не имеет, но любит ведь, и хочет всё объяснить, чтобы все недосказанности ушли. хочет объяснить причину своего игнора, если есть в этом хоть какой-то смысл. вернее, он конечно есть, но ключевая необходимость — желание кима узнать всю правду. — я больше не уйду, клянусь, только позволь мне всё объяснить… не договаривает, потому что по кафе разносится звонкий смех тэхёна. он одной рукой театрально держится за свой живот, а второй хлопает поникшего гука по плечу, заставляя того вздрогнуть. — ты такой смешной, чонгук! — утирает выступившие слёзы и постепенно успокаивается, отчего лицо становится серьёзнее. — объясниться, почему ты бросил меня семь лет назад, взяв мой номер, и по итогу не прочитав ни одно сообщение? сорок одна тысяча грёбанных сообщений, и ни на одно я не получил ответ. ты даже не прочитал их. — тэхён, я… — помолчи немного. думаю, я имею право высказаться за эти семь лет полного игнора с твоей стороны, как думаешь? так вот, чон чонгук, — он пододвигает стул и садится напротив, размещая руки на столе, — маленький бедный ким тэхён не понимал, почему его первый возлюбленный, человек, которого он полюбил всем сердцем, берёт его номер, чтобы «не потерять друг друга», — рисует в воздухе кавычки, цитируя младшего, — но по итогу просто забывает о нём. а потом до него дошло, ведь чон чонгук, маменькин сынок, рос с осознанием того, что однополая любовь — неправильные развлечения психически нездоровых людей. а маленький ким тэхён, как дурак, влюбился в него и мешался под ногами со своими жалкими чувствами. настолько жалкими, что великодушный чон чонгук решил пожалеть маленького ничтожного мальчика, и поиграть с ним во влюблённых. а ещё, это было очень весело, полагаю. но вот незадача, — он хмурится, сжимая кулаки и поднимаясь, — своими играми он заставил маленького влюблённого ким тэхёна уничтожить свои чувства и возненавидеть его за ту боль, что он ему причинил. аревуар, чон чонгук. и уходит, бросая на стол свой фартук, который успел в спешке снять. не обращает внимания на просьбы чонгука выслушать его и многочисленные извинения с его уст. он закрывается в подсобке и сползает спиной вниз по стене, закрывает руками лицо и беззвучно рыдает. так, как привык за всё это время, чтобы мама не слышала и не переживала. он ведь хороший сын, не должен заставлять её беспокоиться и расспрашивать, что произошло. сам научился справляться со своей душераздирающей болью, а сейчас, увидев перед собой её источник, просто расклеился как маленький сопливый мальчик. многочисленные раны на сердце, что не успели зажить (да и вряд ли когда-то смогли бы) вновь разошлись по швам и загноились, отчего ким чувствовал себя ничтожно и грязно. больно, до щемящего звона в быстро вздымающейся груди и звёзд перед глазами. чон чонгук — полный нахал, раз после всего, что сделал, посмел заявиться и ещё и просить о чём-то убитого тэхёна, которого собственноручно и лишил жизни. эгоистично, больно, неприятно, мерзко, больно, ужасно, мрачно, и ещё раз больно. жизнь ким тэхёна, особенно после расставания с чонгуком, мало походила на сказку: одинокая мать, с вечно грустными заплаканными глазами, что пыталась не выдавать свою тоску по погибшему мужу, издёвки от окружающих, ведь он, ким тэхён, странный и «не такой», а значит плохой; разбитое сердце от первой влюблённости, после чего парень так и не смог больше никого полюбить, опасаясь снова остаться преданным у разбитого корыта, скудные финансы, что не позволили вступить в вуз, из-за чего приходилось батрачить в этом ненавистном кафе, пытаясь содержать не только себя, но и пожилую мать. если бог существует, то почему он так несправедлив к одному маленькому ким тэхёну в пригороде сеула? после часовой истерики, наконец успокоившись, парень умылся и заново уложил растрёпанные волосы. вышел из подсобки, окидывая взглядом пустой зал — чон чонгука уже не было. тэхён не удивлён, но сердце почему-то предательски ёкает. следующие три дня его мысли полностью заняты одним лишь человеком, что из его жизни вновь бесследно исчез. не то чтобы он сильно удивился или расстроился, ведь от чонгука это было ожидаемо, но новый неприятный осадок остался, с силой неприятно сдавливая грудную клетку в области сердца лёгкими спазмами. пережить уход парня, будучи до одури в него влюблённым, было действительно сложно, а выбросить его из своей жизни так само — проще простого. наверное. после очередного рабочего дня поздно вечером он возвращается домой, по пути забежав в круглосуточный магазинчик, чтобы купить продукты, которых в холодильнике осталось не шибко много, и приготовить что-то на ужин. сегодня годовщина со свадьбы родителей, которую его мама снова празднует одна, и он действительно хочет порадовать её чем-то необычным и вкусным. тэхён привык готовить, ему это приносило удовольствие и умиротворение, особенно если готовили они вместе. она даже научила тэхёна приготовлению такого же вкусного лимонада, который делала ему в детстве! за каждое блюдо хвалила, мягко гладила родные волнистые волосы и оставляла на них трепетный поцелуй. дарила всю любовь, на которую была способна, лишь бы её драгоценный мальчик чувствовал себя хорошо. она знала про ситуацию с чонгуком, знала про ориентацию сына. сначала, конечно, в шутку сказала о том, что немного расстроилась тому факту, что не воспитает внуков, но у неё все ещё был самый прекрасный и чудесный ребёнок на свете, которого она любила до безумия, так что готова была принять абсолютно любой его выбор. она — единственная, кто любила и принимала тэхёна таким, каким он был, ведь для неё он был лучше любого человека во вселенной, настолько необъятной была её любовь к нему. потеряв одного любимого человека, она всю себя отдала другому, и сейчас восхищалась тем, каким хорошим человеком он вырос. занятый своими мыслями о предстоящей готовке, ким не сразу заметил чей-то силует на крыльце своего дома. на вид — мужчина, да и маме так поздно выходить из дома он запрещал, мало ли что может случится. напрягшись, он подходит ближе и в тусклом свете уличного фонаря улавливает черты чужого лица, что заставляет его недовольно сжать руки в кулаки и нахмуриться. говорить не хочется от слова совсем, ким в принципе высказал всё, что хотел, так что сейчас лишь нервно проходит мимо сидящего на пороге парня и скрывается за дверью дома, сильно ею хлопая. резкий громкий звук заставляет чонгука зажмуриться и глубоко вдохнуть в попытке совладать с собой. он никуда не уходит, как и обещал, сидит около чужого дома пол ночи, что замечает тэхён через окно, когда просыпается, чтобы попить воды. присутствие незваного гостя вызывает двоякие чувства: он не ушёл, значит действительно хочет всё объяснить, но делает больно, потому что от него ким ожидает лишь очередное предательство. тяжело вздохнув, он набрасывает на себя тёплую кофту и выходит из дома, предельно осторожно и тихо закрывая дверь, чтобы не разбудить маму. садится рядом с чоном и прячет руки в карманы, чтобы согреть их, ведь на улице достаточно холодно. или это из-за чонгука? — говори и уходи, я устал от тебя, — небрежно бросает, опираясь спиной об дверь. чонгук кусает нижнюю губу и собирается с мыслями, подбирает правильные слова, чтобы его поняли правильно, ведь сейчас это основная его цель. он уже поплатился за то, что сделал, сначала получив разлуку с тэхёном и одиночество, а потом его ненависть. выражать эмоции — проблема с детства — но сейчас он пытается из-зо всех сил. не смотрит в желанные глаза под страхом утонуть в них или окончательно разбиться на малейшие кусочки. — знаю, это прозвучит как банальная отмазка и придуманный повод, чтобы избавиться от тебя, но я никогда не хотел бы этого, — прочищает горло и продолжает, смотря на свои руки: — я оставил телефон в такси в сеуле, обнаружил его отсутствие только во франции. я каждый чёртов день винил себя за то, что не выучил твой номер наизусть сразу, как только записал его. я правда ненавижу себя за это, так же сильно, как ненавижу за причинённую тебе боль. я пытался восстановить айклауд, контакты, найти тебя в соц. сетях, но у меня не получилось. я создал всё заново, пытался разузнать твой номер, спрашивал, сохранился ли у родителей номер твоей мамы и школы, но они их удалили. тэхён сидит молча, кусает пухлые губы и горькие слёзы глотает, что против воли полились из глаз. больно, это даже слышать больно. не так, как терять чонгука, но раны на сердце всё же заново кровью истекают, как тогда, семь лет назад. — сложно было найти ким тэхёна, зная лишь адрес его проживания, который даже не высвечивался в поиске. я забыл эту местность, забыл свой дом и соседей. даже лицо твоё забыл, но мои к тебе чувства — ни на секунду. ты не был игрой для меня, тэхён, — тяжело выдыхает, каждое слово для него — будто острый камень в горле, что дерёт его до хрипа и крови. — я любил тебя, и люблю до сих пор, даже если ты мне не веришь. ты не жалок, тэхён, я бы никогда не стал лгать тебе о своих чувствах, потому что ты — лучшее, что случалось в моей жизни. если бы я мог вернуть время назад, выучил бы каждую цифру в том грёбанном номере, чернилами бы забил под кожу, чтобы всегда помнить. мне жаль, что так вышло. я не хотел терять тебя, и сейчас готов сделать всё, чтобы вернуть то, что было между нами. потому что тот год и ты — лучшее, что я пережил. тэхён закрывает лицо холодными ладонями и долго плачет, содрогаясь в лёгкой истерике, от чего по телу бьёт крупная дрожь, а перед мокрыми глазами всё плывёт. чонгук не бросал его специально, он пытался найти его. он помнил не только о тэхёне, помнил о них. — какой т-ты идиот, чонгук… — вытирает слёзы, что по щекам ливнем стекают, уже мокрыми рукавами кофты, и до крови кусает нижнюю губу, сдерживая рвущиеся наружу задушенные всхлипы. — ты такой придурок… если бы ты знал, как я тебя ненавижу, ты… господи, я же люблю тебя до чёртовых искр перед глазами, так и не смог полюбить кого-то ещё… я три года надеялся на то, что ты напишешь мне, каждый день в календаре отмечал, а потом потерял надежду. продолжал писать, не знаю зачем, чувствовал, будто из-за этого ощущаю тебя рядом. люблю, не любил. чонгук смотрит на тэхёна, чьи щеки, нос и губы сильно покраснели и опухли от рыданий и постоянного трения с рукавом. он хочет прикоснуться к медовой коже, прижать хрупкое тело к себе и оставить на прекрасном лице россыпь из тысячи поцелуев, но не может. сидит и ждёт, что будет дальше. не позволяет себе лишних касаний, продолжая наблюдать и слушать. — ты чёртов кретин, чонгук. мы упустили семь лет, семь грёбанных лет, четыре из которых я ненавидел тебя всем сердцем и душой, — обнимает себя за плечи, ведь тепла критически мало, всё тело дрожит то ли от холода, то ли от истерики. — я даже создал аккаунт в инстаграме, чтобы найти тебя, а у меня там один подписчик, и это фан-аккаунт элвиса пресли. чон не сдерживает лёгкий смешок и замечает улыбку на чужом излюбленном лице, хочет в памяти её навсегда запечатлить, чтобы и в мыслях, и в сердце. — обнимешь меня? получив долгожданное разрешение, чон прижимает к себе дрожащего парня, бережно и трепетно, будто может сломать или разбить, как хрустальную вазу. тэхён в его руках такой маленький и беззащитный, что его хочется укрыть от всех бед и оберегать до последнего вздоха. но как уберечь кровоточащее сердце, которое ты сам разбил своими руками? тэхён голодным котёнком льнёт ближе, прижимается к чонгуковой шее и вдыхает родной аромат, чтобы успокоиться. чонгук гладит его по спине, мягко проводит ладонью по растрёпанным волосам, и это кажется настолько интимным и правильным, что по щекам старшего вновь текут слёзы. чонгук — его личный палач, человек, который слабое сердце на куски разорвал. с ним опасно, вновь растоптать может, но так до одури хорошо сейчас, что тэхён просто отдаётся чувствам, что так бережно хранил в себе все эти годы, скрыв от окружающих, и расслабляется в чужих крепких руках. они объятиями друг друга согревают до утра, ким успевает немного поспать, пока чон ни на секунду глаза не сомкнул, вдумчиво смотря вперёд себя. он нашёл его, нашел тэхёна, и больше ни за что не потеряет. цепью к себе привяжет, но рядом будет всегда. будет оберегать и покажет, что ему можно доверять. покажет, как сильно и трепетно умеет любить. потому что знает, его до сих пор любят. так же сильно и нежно. каждое утро тэхён отправляется на работу вместе с чонгуком, который поселился в мотеле. он помогает ему открыть кафе, сам тщательно протирает все столики и моет пол до прихода первых клиентов, а после помогает их обслужить. тэхёну непривычно получать помощь, тем более от чонгука, он всё ещё болезненно реагирует на его присутствие. в некоторые моменты даже ловит себя на мысли, что он попросту сошёл с ума, и парень рядом с ним — лишь плод его воображения. щипает себя, чтобы убедиться в обратном, потому что брюнет не исчезает. тот ловит на себе чужой взгляд и мягко улыбается, возвращаясь за работу, а ким вновь теряется в собственных мыслях. вечером пятницы они идут к озеру, и тэхён мысленно ругает себя за то, что не отказался. с момента их расставания он был там всего раз, поплакал, лёжа на траве, и вернулся домой, вперемешку со слезами отстирывая с одежды зелёные пятна. чонгук держит его за руку, и он правда не понимает, как себя вести. довериться парню сложно, как бы не хотелось. вся забота и чувства порой кажутся ему игрой, хотя старший всячески пытается выбросить эти тоскливые мысли из своей головы. он хочет быть счастливым, снова, но не выдержит, если его сердце вновь разобьют на миллионы кусочков, которые он на протяжении семи лет своими руками лепил заново в одну несуразную кучу. на этот раз гук рядом, помогает, сам режет руки мелкими осколками, но не перестаёт. дерево около озера всё такое же одинокое, и ким мысленно ассоциирует его с собой. оно ветвями касается воды, а значит, за семь лет сильно наклонилось вперёд. тэхён сидит меж раздвинутых ног младшего, спиной прижимаясь к его груди, и гладит чужую ладонь кончиками своих пальцев. хочет завести разговор, но лишь молча открывает и закрывает рот, словно рыба, боясь нарушить столь плотную тишину. — чонгук… что будет дальше, с нами? последнее слово сильно греет душу, и парень крепче прижимает к себе кима, зарываясь носом в его шелковистые волосы. действительно, что? они, вроде как, нуждаются друг в друге, и ни один особо этот факт не скрывает. — я люблю тебя, тэхён. все семь лет любил, пусть и на расстоянии. я не брошу тебя больше, не думай об этом. если согласишься, мы вернёмся во францию, вместе. если откажешься, я перееду сюда, — тяжело выдыхает, оставляя нежный поцелуй на затылке, — мы судьбой друг другу предназначены, не убежим от неё. — я и не хочу бежать, — он разворачивается и ведёт ладонями по мирно вздымающейся груди, одну размещая прямо в области сердца. — я не доверяю тебе, чонгук. постоянно жду какого-то подвоха, боюсь, что однажды утром вновь узнаю о том, что ты уехал. я хочу выбросить эти мысли из головы и просто быть вместе с тобой, как раньше, — кончиком носа ведёт по щеке и тяжело выдыхает, прикрыв глаза, — знаю, что ни с кем не буду так счастлив, как с тобой. прошу, чонгук, не разбивай мне сердце снова. не разбивай меня. — никогда больше. и тэхён не сдерживает слёз, когда парень напротив мягко целует его, не пошло и не настойчиво, а мягко и трепетно, вкладывая в незамысловатые движения губ всю свою любовь, что бережно хранит в сердце каждую секунду, проведённую вместе и порознь. старший зарывается дрожащими пальцами в его волосы, сжимает их и сам жмётся ближе, чтобы тесно, чтобы кожа к коже, чтобы до спёртого дыхания и стереотипных бабочек в животе. они проводят вместе каждый день в течении месяца. как и в детстве, уделяют внимание просмотру новомодных фильмов и классике, познают новинки музыкальной индустрии. чонгук учит того играть на приставке, которую покупает, когда на пол дня отправляется в сеул. тэхён, конечно, переживает и ёжится от неприятного мерзкого чувства внутри, искренне переживает, но надеется на то, что парень всё же вернётся. так теперь всегда будет? чон, не смотря на всё смутные сомнения, действительно возвращается с двумя огромными пакетами. он дарит возлюбленному мягкую игрушку в виде огромного белого зайца. похожая у кима была в детстве, только намного меньше. они купаются в реке и загорают на пляже по выходным, чонгук даже учится плести венки из одуванчиков и украшает ими пшеничные тэхёновы волосы, на что тот смущённо улыбается и отводит взгляд. старший учит его готовке, повествует о всех рецептах, которые самому довелось когда-то выучить. у чонгука, откровенно говоря, получается плохо: яичница сгорает, салат он нарезает слишком крупно, а куриное филе и вовсе летит на пол. но он старается, просит попробовать снова, на что ким не скрывает заботливой улыбки, и помогает ему. даёт второй шанс, в котором тот так нуждается. в котором они оба нуждаются. с каждым днём, который они проводят вместе, ким чувствует, как приятное знакомое тепло разливается по его телу тягучей патокой. он влюблён, безбожно сильно влюблён, и не готов вновь отпустить парня. пусть ранится ещё раз, пусть окончательно уничтожит своё хрупкое сердце, но брюнета из своей жизни ни за что не отпустит. тот нежно целует тэхёновы ладони и шепчет о том, как любит всего его: внутренний мир, характер, странные привычки, которые теперь наоборот кажутся милыми; любит его волосы, руки, мягкий живот и округлые бёдра, мягкие розовые губы и тёмные пронзительные глаза, что на солнце янтарём отливают. в глазах чонгука — любовь, искренняя и необъятная, греет лучше камина в зимние холодные вечера. в глазах чонгука тэхён растворяется и тонет, падает на самое дно глубокой бездны. в глазах тэхёна — острая нужда и слабое доверие, а на самом их дне — боль, такая сильная и душераздирающая, что от неё буквально выть хочется. он без него как кукла без механизма, чьё существование тогда в принципе не имеет никакого смысла. он учится доверять заново, и чонгук его в этом не торопит. всё же, они ждали семь лет для того, чтобы заново обрести любовь. семь лет для того, чтобы вернуть своё счастье. он приводит гука к себе домой, ведёт в свою комнату, тихо шагая мимо спальни матери, и сам прижимает того к стене. целует медленно и тягуче, всю боль передаёт, которой скопилось внутри очень много, покусывая чужие губы. тело же в противовес этому отдаёт лишь теплом и трепетным желанием, что разливается жаром внизу живота. он сам напирает, не позволяет чону отстраниться и целует вновь, ведь насытиться вкусом желанных губ попросту невозможно. ощущает прохладные пальцы, что несмело оглаживают бока, и накрывает чужие ладони своими, кладёт их на свои щёки и трётся, ласки просит, которой его щедро одаривают. чонгук россыпью поцелуев покрывает его лицо: губами мягко касается щёк, лба, скул и век. с замиранием наблюдает, как трепещут чужие ресницы и поблескивают раскрасневшие, влажные от поцелуев губы. тэхён жмурится от переполняющих его чувств и возбуждения, что затянулось внизу живота тугим узлом, отдавая лёгкой болью в паху, дышит быстро и прерывисто, с силой цепляясь в крепкие плечи чона. тот покрывает их поцелуями-бабочками, спускается ниже, к ключицам, ведёт по ним языком и слегка покусывает, оставляя еле заметные следы. — люблю, люблю, безумно сильно люблю, — шепчут в унисон и вновь сталкиваются губами, утопая в очередном нежном поцелуе. по пути к кровати он избавляет старшего от одежды и смотрит на желанное тело под собой, что так правильно и завораживающе смотрится на белоснежных простынях. ким под ним такой отзывчивый и податливый, плавится, словно молочный шоколад в тёплых сильных руках, и дугой выгибается им навстречу. чонгук растягивает его бережно и тщательно около получаса, неспеша добавляет пальцы и проникает ими под разными углами, осторожно раздвигая тугие стеночки. добавляет собственную слюну, чтобы облегчить скольжение и притупить лёгкую ноющую боль в заднем проходе. парень под ним хныкает и извивается, но всё равно самостоятельно насаживается на длинные узловатые пальцы и тихо стонет в самое ухо, целует его и слегка оттягивает мочку губами, пока младший не перестаёт целовать каждый участок его тела и проталкивать пальцы глубже. тэхён заметно напрягается, когда чувствует приставленную ко входу истекающую естественной смазкой набухшую крупную головку. он кусает ребро ладони и жмурится, не выпуская наружу громкий стон, когда чонгук медленно толкается в него на всю длину. больно и слегка жжёт, так что ким инстинктивно сжимается вокруг чужого члена, заставляя чона зашипеть сквозь зубы. — тэхён, расслабься, ты сильно сдавливаешь. мне немного больно… хочешь прекратить? — испуганно смотрит в чужие влажные глаза и губами собирает солёные капли с розовых щёк. тот мотает головой и скрещивает ноги на пояснице парня, обнимает его и жмёт к себе ближе, наощупь находит чонгуковы губы и сминает их в смазанном поцелуе. расслабляется, ощущая лёгкие поглаживания на бёдрах и тихий шёпот прямо в ухо: гук говорит о них, о их будущей жизни во франции, вновь говорит о своих чувствах и подтверждает свои слова нежным поцелуем в макушку. когда чувствует, что тот вновь готов, вбивается в него размеренными, чувственными и медленными толчками, собирает с полных губ тихие стоны и всхлипы. растворяется в нём полностью и без остатка, кладёт ладонь на тэхёнову и сплетает пальцы, быстрее раскачиваясь бёдрами. они кончают почти одновременно — ким на свой живот, содрогаясь в оргазме, а чон делает ещё пару неспешных толчков и изливается глубоко внутрь, пряча тягучий стон наслаждения в изгибе чужой шеи. на разговоры сил не остаётся, они лежат в объятиях, разделяя одно тепло и любовь на двоих, и иногда вновь цепляются губами в тягучем поцелуе. ночь проходит невероятно быстро, ускользает сквозь пальцы, словно песчинки, и обоим этот момент хочется растянуть как минимум на вечность. вечность, в которой они, тэхён и чонгук, наконец-то счастливы, вновь обретя друг друга. чонгук, как и обещает, увозит тэхёна во францию. мама изучает чонгука неверящим взглядом, берёт его за руку и долго серьёзно смотрит в тёмные омуты напротив, просит больше не оставлять её сына и сделать его самым счастливым, ведь он этого заслужил. перед отъездом она перебирает волосы тэхёна, что лежит головой у неё на коленях, и мягко целует их. — тэхён-и, мой самый драгоценный и любимый мальчик, — тот улыбается сытым котом и прикрывает глаза, льнёт навстречу тёплой ладони, — помни, что я безумно сильно тебя люблю. я хочу, как и любая мама, чтобы ты жил в гармонии, любви и взаимопонимании. я по-прежнему уважаю любой твой выбор. мне хочется верить, что чонгук будет добр и ласков к тебе, ты как никто другой этого заслуживаешь. ты — моё сокровище, самое ценное и потрясающее, я так сильно тебя люблю, что буду самой счастливой, если счастлив будешь и ты. мы проходим много трудностей в своей жизни, все пути тернисты, но каждый приводит к желаемому концу. наши с твоим отцом чувства — это самое прекрасное после твоего рождения, что я смогла испытать за всю свою жизнь. он сделал меня любящей счастливой женщиной, подарил самый ценный подарок — тебя. и я хочу, чтобы чонгук сделал тебя самым счастливым любящим мужчиной. хочу, чтобы в вашей семье царили уют и взаимопонимание, лишь искренняя и самая тёплая любовь. я знаю, как сильно ты любишь его и любил все эти годы, как бережно и трепетно хранил эти чувства в себе. я думаю, он чувствует к тебе тоже самое. я узнаю этот горящий пылкий взгляд, так смотрел твой отец на меня. и сейчас, когда вижу, как ты расцветаешь, словно прекрасный бутон, я вновь ощущаю себя самой счастливой женщиной на планете. я бесконечно сильно люблю тебя, мой мальчик. тэхён эти слова вспоминает спустя двадцать лет, когда мамы уже нет в живых. они с чонгуком стоят на побережье, и тот нежно прижимает его спиной к себе, оставляя на затылке и шее паутинку из лёгких поцелуев. ему в этом году исполняется сорок, а чонгуку — тридцать девять. у них есть небольшой домик на окраине парижа, два добермана золотистого и чёрного цветов, а ещё маленькая дочь — они взяли её из детского дома пять лет назад. малышка, чон сохи, растёт не по годам умной девочкой, она безумно любит классическую музыку, дождь и тёплое молоко с мёдом. стоя здесь и слыша шум морского прибоя, тэхён расслабляется в любимых руках и на лице его расцветает мягкая улыбка. он влюблён бесконечно сильно. чонгук сделал его самым счастливым любящим мужчиной на планете, подарил лучшие годы жизни и свою огромную, необъятную любовь. семь лет, которые тэхён отдал взамен тому, что обрёл, кажутся достойной ценой всему этому счастью. он оборачивается и оставляет на мягких устах ласковый поцелуй, с нежностью заглядывая в излюбленные глаза напротив. вода с шумом разбивается о скалы.