Придурок

Кайл адски ненавидел одно — среди ночи тащить пьяного в хлам Стэна. Но все равно он тут же срывался с места в очередной бар на окраине или чью-то домашнюю вписку, интереса к которой, по классике, у Броффловского не было. Одевался практически без звука. Словно тень, выходил из дома и бегом по темноте бежал до пункта назначения — в конечном счёте, городишко маленький — только для того, чтобы вытащить нажравшегося лучшего друга. На утро же Кайлу каждый раз хотелось провалиться под землю — объяснять родителям, почему среди ночи он ушёл и проснулся в доме Стэна не хотелось, но приходилось. И, если честно, благодаря мамаше Кайла, весь город знал, до какого состояния напивается Стэн. — Кайл, я тебя ненавижу, — буркул Марш, когда они с утра вышли из дома. Сам он выглядел отвратительно и звучал также, но в школу идти пришлось, иначе мамаше Кайла не докажешь, что тот «всего лишь вышел пораньше, чтобы пойти с другом». Кайл же тяжело вздохнул: — Тогда в следующий раз останешься ночевать на лавочке у бара. — Лучше так, чем получать осуждающие взгляды на дороге из-за сплетней твоей мамаши, — Стэн был в ужасном состоянии. Кайлу даже обижаться на него не хотелось. — Как скажешь. Дальше шли они молча: Стэнли Марш думал о том, в каком сугроб лучше блевать, а Кайл пытался ни о чем не думать. На остановке не было ни Кенни, ни Эрика — оба, видно, так и не встали. — Почему ты не мог оставить меня дома? — Стэн хотел откусить Кайлу голову от обиды, но действовать не собирался, ибо от влитого в себя алкоголя вечером ранее внутри всё опустело настолько, что жизнь даже казалась чуть менее поганой. — Я же уже объяснял, — тяжело вздохнул Кайл и вытащил из кармана своей оранжевой курточки пачку сигарет, снимая перчатки и замерзающими на морозе руками раскуривая её. Стэн неодобрительно фыркнул, словно тут же забыв про пытающийся выйти наружу желудок: — Даже сигарету не предложит, ещё и друг называется. — Стэн, тебя от неё блевать ещё сильнее потащит. — От пары тяг ничего не случится, — Стэн подошёл к Кайлу, едва ли не ложась тому на плечо. Видимо, блевать решил он все-таки на Кайла, в куртку которого давно уже впиталась тонкая нотка табака, проникающая ещё чуть глубже в кожу с каждой затяжкой. В автобусе остуствовали все, кроме обделенных очередной тусовкой лиц - Баттерса, приходящего на вечеринки, на которые его никто никогда не звал, пока отец в командировке, девочек, имено которых Кайл не вспомнит, даже если постарается, и Джимми. Стэн единственный побывал на желанном празднике жизни, разочаровавшись во всем. Баттерс, только завидев их, тут же энергично помахал рукой, предлагая сесть к нему на заднее сидение — как чувствовал, что кто-то из компании будет отсутствовать. Кайл со Стэном переглянулись, тяжело вздохнули и сели рядом. — Как прошла вчерашняя вечеринка? — с энтузиазмом спросил Баттерс Стотч, всё ещё желая быть частью подросткового общества — крутой, как ему казалось, частью. — Как обычно, Баттерс, — коротко и грубовато ответил Кайл. — На вечеринках не так весело, как тебе кажется, — дополнил он из уважения, как бы оправдывая грубость. — Неправда! — воскликнул Стотч, — я был один раз — и это весело, я слушаю рассказы ребят — и они весёлые. Ты просто зануда, Кайл, — посмеялся в конце Баттерс, но, поняв, что шутку не оценили, затих. — Ты Стэна видишь? — махнул головой в сторону лучшего друга Кайл. Баттерс кивнул. — Хочешь выглядеть раз-два в неделю как он — пожалуйста. — Я настолько плохо выгляжу? — на секунду взбодрился Стэн, в это время борющийся с рвотными позывами — блевать было вообще некуда, разве что в рюкзак или на пол, так как на этот раз Кайл забыл кинуть с собой хоть какой-нибудь пакетик — обычно он так делал. — Ты выглядишь ужасно, — кинул Кайл, пытаясь быть максимально равнодушным, однако сочувствие прослеживалось даже в сведённых бровях. Может быть, дело было в привычке быть старшим и ответственным, а может в том, что он — не думал об этом дольше пяти минут. Синдром спасателя — вот ответ. — Эт точно, — шустро согласился Баттерс. — Однако истории с тусовок всё ещё очень веселые. Кенни иногда их рассказывает. — А видео? — пробормотал Стэн, напрягшись. — Видео тоже показывает. — Вот сволочь. Кайл посмеялся: — если не хочешь стать посмешищем, просто не напивайся вусмерть. Стэн ничего не ответил — от усиливающихся на движении и тряске от кочек на отжившем своё асфальте лишь сильнее мутило. Кайл поглаживал Стэна по плечу, будто это что-то меняло, а Баттерс продолжал безостановочно болтать, будто в нём заела касета. Слушая бесконечный поток слов, Кайл думал — как Кенни с ним общается вообще, что уж говорить о том, как Кенни с ним дружит, как Кенни хватает терпения бывать на ночёвках у Баттерса. Однако ответ Кайл придумал быстро — Кенни либо не слушает, либо влюблен, иначе такое дерьмо не вывезешь. Или, может, просто Кайл слишком драматизирует и предпочитает общаться с теми, кто произносит меньше слов, а в переписках общается исключительно реакциями и редкими "ок". Ответ найден не был, а даже если бы был — спрашивать надо Кенни напрямую, иначе — догадки и мысли. Или спросить Леопольда Стотча? — Баттерс, — Кайл прорезал затянувшийся монолог о написании доклада по истории, — скажи честно, как давно вы с Кенни дружите? — Лет с десяти, — растерявшись и вспомнив возраст буквально на пальцах, сказал Баттерс, — давно уже. — А Кенни всегда отвечает на твои вопросы? — В плане? — совсем потерял смысл диалога Баттерс. — В плане, он типа всегда внимательно тебя слушает и вникает? — Да. К чему эти странные вопросы? — Баттерсу от них было некомфортно, и Кайл это видел — из банального уважения стоило бы прекратить, но ему стало слишком интересно проверить вторую догадку. — М-м-м, — загадочно протянул Кайл, вводя Леопольда в ещё большой ступор, — а вы типа просто дружите? — Да, — уверенно ответил Баттерс. — Вот только дружите? — Да — блять — да. Зачем ты вообще такое спрашиваешь? — Да просто, — отмахнулся Кайл. — К чему ты клонишь? — приобретя серьезное выражение лица, спросил Баттерс. Он словно догадался о намёке Кайла — как можно тебя слушать, не будучи влюбленным? — Чувак, забей, — теперь сорвался Кайл, забыв, насколько дотошным и пугающим порой бывает Баттерс. О том, что в Стотче текла бизнесовая жилка знали все, но вот о том, что умение находить выгоду, чувствовать мелочи и доходить до победного оставалось с ним в повседневной жизни, забывали почти все. Кайл тоже. Он не особо любил Баттерса. — Нет, Кайл, не «забей», — возмутился Стотч, — на что ты намекаешь? — Если ты понял, зачем мне говорить? — Кайл, я думал из вашей четверки ты самый смышлёный, а сам говоришь такие неприятные вещи. Где же твой хвалёный моральный кодекс? — и он отвернулся к окну, замолчав. Кайл на языке чувствовал горечь, а под сердцем неприятный осадок — его будто мама отчитала за двойку. — Баттерс, я же ничего не сказал. Я просто, — Кайл сдался, — мне тяжело с тобой общаться, вот и все. — Тогда причем здесь Кенни? — Да ни причем, — раздражённо сказал Кайл, — забей. Баттерс хмыкнул, но ничего не сказал — разговор вышел нелепым. Кайл даже свою ошибку оказался неспособен признать. Тем временем Стэн героически боролся с рвотными позывами. Когда автобус остановился, Марш первым побежал к дверям, расталкивая всех на пути, чтобы подышать свежим воздухам и выпустить лишнее наружу в ближайших кустах. Кайл придерживал его отросшие волосы. — Ты когда к парикмахеру сходишь? — Вот ты время, конечно, нашел для вопроса, — саркастично ответил Стэн перед тем, как проводить наружу ещё порцию желудочного сока и остатков вчерашних чипсов. Самое страшное, однако заключалось в том, что Кайл в моменте думал об одном — ему было пиздецки интересно, какой Стэн на вкус.