Было тепло и солнце светило.
Где-то тихо журчала река.
Но красота это вдруг почернела,
От одного лишь слова – война.
Фашисты вторглись в нашу страну,
Раны в земле оставляли снаряды.
Израненный весь я к солдатам иду,
В лагерь, в дали, где палатки стояли.
Я нес на руках детское тело.
Она не дышала, была вся в крови.
Солнце упало и небо темнело.
Тихо сказал я: «Наташа, живи!»
Через леса и болота я ее нес.
Я верил, надеялся, все обойдется!
Уткнется в плечо мне маленький нос,
И детское личико вновь улыбнется.
Она не взглянула, не шелохнулась.
Без жизни упала рука.
Секунда минутами длилась.
Я понял. Она умерла.
Ноги устали, рана язвит.
Но нужно идти, я должен идти.
Пусть в воздухе смертью смердит,
А сердце пока что бьется в груди!
Позади слышны крики и взрывы,
Плачет кровью людскою земля.
Летят снаряды, взрываются мины,
Никого, ничего не щедя.
Под тонкой березою, на холме,
С маленьким трупом простился сейчас.
Не услышал я ее радостный смех,
И теплые слезы все лились из глаз.
А я ее помню! Я не забыл…
Война унесла многих бойцом.
Но на могилу когда приходил,
Я букет оставлял полевых цветов.