Ошибка времени

Темнота. Приятная темнота, поглощающая всё тело. Перед глазами мелькают не связанные между собой картинки, которые обычно называют сном, ночным бредом. Отключëннный мозг не в состоянии придумать что-то стоящее, поэтому всё, что видела Мэгги – обрывки каких-то воспоминаний. Некоторые моменты счастливые, другие не очень, от третьих кончики пальцев слегка подрагивали из-за нервного перенапряжения. Полоска света, прорезавшая "тьму", разбудила девушку, которая пыталась вновь погрузится в забытье, не имеющим какого-либо смысла. Однако даже при сильном желании нельзя заставить солнце закатиться обратно на восток. Маргарет это тоже понимала, поэтому с трудом разлепила веки, ничуть не отдохнувшие за пару часов сна. Джонсон села на кровати, потирая глаза. На сегодняшний день запланировано много дел, подростку стоило бы начать собираться, но хотелось для начала привести мысли в порядок. Мэгги встала, подходя к небольшому окну, в стëкла которого настойчиво бились солнечные лучи. Разноголосое, неугомонное пение птиц придавало живости раннему утру. Вчера девушка обсудила с Пятым все зацепки, которые у них были об апокалипсисе и её брате. Харгривз также поведал, как очутился в будущем по своей глупости и не мог вернуться обратно долгих 42 года, поэтому был вынужден жить в апокалипсисе... Он никогда не рассказывал ей о чём-то подобном, когда они работали в Комиссии. Напарники находили и другие темы для разговоров. Впрочем, Джонсон тоже многое скрывала от Пятого. Каждый из них знал о наличии секретов друг у друга, поэтому и не расспрашивал лишний раз о прошлом. Подростки договорились, что сегодня попытаются разыскать владельца глазного протеза. Харгривз нашёл его в руке Лютера, погибшего в процессе апокалипсиса. По его мнению это должно что-то значить, поэтому стоит проверить находку. На данный момент всё относительно тихо, но на душе у Маргарет было не спокойно. И дело даже не в надвигающейся угрозе всему миру, а в диалоге, который произошёл между двумя напарниками. *** – А что насчёт твоих родителей? – Пятый о чём-то размышлял, усваивая полученные сведения о Бенедикте. Парень стоял, оперевшись о подоконник. Лунный свет очерчивал контуры его губ, скул, тени от длинных ресниц и линию шеи. Джонсон залюбовалась подобной сценой, пожалев, что не имеет задатков в рисовании, иначе бы девушка всенепременно воспроизвела увиденное на холсте. Комната, в которой расположились напарники, принадлежала Харгривзу и была достаточно уютной, несмотря на подавляющее количество мрачных оттенков. – Родителей? А они тут причём? – Мэгги сидела за письменным столом, подперев рукой подбородок. Чувство, что ты находишься в правильном месте и в правильное время, окутало подростка, погружая в пучину спокойствия и безмятежности, будто компания напарника – единственный штиль среди беспокойного моря. – Ты пробовала найти какую-нибудь информацию через них? – Нервное постукивание разрезало тишину в те моменты, когда она заполняла собой пространство. Это Пятый, сложив руки на груди, ударял по локтю указательным пальцем, пытаясь не впадать в панику от нахлынувших проблем, в которых он не видел ни входа, ни выхода. – Я... Никогда не думала об этом. Я и родителей толком не знаю. Если быть точнее, то я вообще их не знаю. Были ли они вообще? – Харгривз перестал беспокойно постукивать пальцем, внимательным взглядом изучая Маргарет. Он вновь ушёл в себя, с каждым мигом всё больше погружаясь в мир собственных раздумий. Пожалуй, Пятый достаточно долго вёл мысленный диалог с самим собой, так как девушка начала клевать носом, готовая уснуть прямо здесь и сейчас. Напарник заметил это, поэтому легонько встряхнул за плечи Джонсон, когда подошёл к ней ближе. Харгривз наклонился к Мэгги, дабы его речь достигла ушей подростка. – Иди в свою комнату. Завтра всё ещё раз обсудим. – У меня есть своя комната? – Желание сна убило в Маргарет удивление, которое девушка испытала бы, будь она полна сил и энергии. – Я же надеюсь, ты не рассчитывала делить одно ложе со мной? – Обернувшись, Джонсон застала усмехающегося напарника. Он продолжал держать её за плечи, будто вообще забыл об этом. – Боже упаси. Я надеялась получить хотя бы коврик у двери в качестве спального места, учитывая твоё гостеприимство. – Мэгги встала со стула, развернувшись лицом к Харгривзу. Лица подростков оказались близки к друг другу настолько, что если бы сейчас кто-то увидел их, то точно подумал бы о романтическом подтексте. Однако сейчас между ними возникло шуточное противостояние, которое и вправду выглядело весьма странно. Для напарников это было обычным делом. Сколько Маргарет себя помнила, всегда пыталась задеть Пятого шутками или чем бы то ни было ещё, а он её. – Как видишь, гостеприимства во мне не занимать. – Джонсон улыбнулась, покачав головой. «Какой же он дурак. Всё пытается со мной соревноваться в подстëбывании.» Однако Мэгги наоборот чувствовала себя так спокойно в присутствии Харгривза, что хотелось плакать от того, что рано или поздно им придётся разойтись по разным дорогам, как это произошло с Лайлой, как это происходит со всеми. – Тогда проведи гостя до его комнаты. – Маргарет наклонилась вперёд, игриво закручивая выбившийся локон из хвоста. Другой рукой девушка взяла Пятого за галстук, сокращая и так малое расстояние между ними. Усталость сошла на нет. В глазах напарницы чертята не то что плясали, они водили хороводы вокруг большущих костров, искры от которых успели перелететь и в глаза Харгривза. Парень усмехнулся, поддаваясь сиюминутному порыву продолжить их "игру". – Следуйте за мной, достопочтенный визитëр. – Подросток схватил Мэгги за руку, окрашивая синей вспышкой пространство вокруг них. Через секунду они стояли посреди незнакомого помещения. – Устраивайтесь поудобнее. Моя комната находится через стену, поэтому надеюсь, что вы будете хорошей соседкой. За сим откланяюсь. – Пятый склонился перед Джонсон в шуточном поклоне. Маргарет хотела выразить своё впечатление от такого гостеприимства, а затем присесть в неумелом реверансе, однако Харгривз уже исчез, телепортировавшись. – Подонок. – выругалась девушка, хмуря брови. Её сердце бешено колотилось, желая продолжить шуточное соревнование с напарником. Из-за стенки раздались какие-то шорохи. Если верить парню, то его комната находится рядом с её. Соответственно, эти шуршания принадлежат одному из хозяев дома, Пятому Харгривзу. Следом за шуршанием раздалась еле слышимая фраза, произнесённая на выдохе: "Что же я творю?". Но Джонсон было не суждено её услышать: девушка завалилась на кровать, почти моментально проваливаясь в беспокойный сон. *** Настоящее время. Но на душе у Маргарет было не спокойно. И дело даже не в надвигающейся угрозе всему миру, а в диалоге, который произошёл между двумя подростками. Почему Мэгги ни разу не задумывалась о родителях? У неё даже нет никаких воспоминаний о них. Она... Просто жила с братом? Что она вообще помнит о своём детстве? В воспоминаниях только Бенедикт и времяприпровождение с ним. Что-то не так, почему Джонсон так мало помнит? По какой причине? Головокружение застало врасплох девушку, облокившуюся на подоконник с целью сохранить равновесие. Щебетание птиц, резавшее слух ранее, ушло на второй план, постепенно угасая в своём звучании. Уши будто заложило водой. Таким образом, Маргарет временно лишилась слуха, потерей которого всё не ограничилось. Тьма запеленала глаза. Теперь даже лучи солнца были не способны достигнуть зрачка, утопая в "тёмной слякоти." В голове вертелась лишь одна мысль: "Поскорее бы это закончилось, пожалуйста". Джонсон была готова почти на всё, лишь бы почувствовать улучшение в состоянии своего организма. В ногах появилась вялость, усталость, из-за чего подколенные мышцы подрагивали, теряя последние силы, приобретённые за ночной отдых. Тошнота присоединилась как дополнительный бонус. Спустя некоторое время подросток облегчëнно вздохнула, радуясь возвращению координации, зрения и слуха. Только ноги продолжали дрожать, напоминая об ужасе, который пришлось перетерпеть девушке. Мэгги думала о чём-то важном перед предобморочным состоянием, но она уже и забыла об этом. Маргарет пыталась вспомнить, восстановить цепочку мыслей, но всё впустую. Она потеряла эту крупицу информации, что было весьма странным и необычным для её отличной памяти. Постояв ещё немного у окна, насладившись умиротворяющим видом утреннего двора, Джонсон решила привести свои волосы в порядок, заплетя их в крепкую косу, и спуститься на первый этаж дома, дабы найти какой-нибудь перекус на кухне. Стены длинного роскошного коридора ломились от количества дорогостоящих картин. Кошелёк отца Харгривзов действительно был полон, кто же станет новым обладателем этого убранства, кто из детей унаследует нажитое Реджинальдом имущество? Достанется ли оно вообще кому-то? Напарник рассказал девушке о смерти никудышнего отца. Переживает ли кто-то из семейки, тоскует ли по нему? Спустившись по лестнице, Мэгги остановилась, в недоумении осматривая большую прихожую, в которой очутилась. Джонсон уже бывала здесь, когда последовала за Пятым в портал, однако всё равно осторожничала, боясь потеряться. Легкая хрипотца и надреснутость послышались в голосе, который раздался из-за спины девушки. – Здравствуйте, мисс. – Маргарет обернулась в сторону разговаривающего, опешив от увиденного. Обезьяна в человеческой одежде переминалась с ноги на ногу, опираясь на старую, потëртую трость. В глазах животного стояла какая-то бесконечная печаль и что-то невысказанное, дальнее, идущее из закоулков души изрядно пожившего существа. Не из-за смерти ли Реджинальда? – Здравствуйте. – осторожно начала Мэгги, неторопливо смакуя слова, пытаясь подобрать верные. – Вы тут живёте? – Как бы подросток не старалась, всё равно выдала какую-то чушь, рассмешив нелепым вопросом шимпанзе. – Меня зовут Пого. Я был верным другом и помощником бывшего хозяина этого дома. – Джонсон наклонила голову вбок, призадумавшись. Пятый упоминал о своëм геройском прошлом и жизни в Академии. Стоит ли тогда удивляться говорящей обезьяне, если в их мире существует Академия супергероев? – А вы, должно быть, знакомая Пятого. – Да, так и есть. Меня зовут Мэгги. Вам кто-то рассказал обо мне? – девушка с неподдельным интересом разглядывала собеседника, восхищаясь вежливой, возвышенной манерой общения животного, которой обладал не каждый человек. – Остальные члены семейства Харгривз упомянули о вашем внезапном появлении вместе с Пятым с таким же быстрым, молниеносным исчезновением. – Пого мягко улыбнулся, приближаясь к подростку, глухо постукивая тростью по мраморному полу. – Вы куда-то направлялись? – А, да, я искала кухню, чтобы перекусить. – Маргарет ответила шимпанзе такой же лёгкой улыбкой, немного стесняясь под видящим насквозь взглядом. – Позвольте мне проводить вас, мисс. – Пого, как настоящий джентельмен, подставил локоть Джонсон. – Буду очень вам благодарна. – Девушка позволила взять себя под локоть, следуя за пожилым животным. Как оказалось, кухня была совсем рядом, подростку даже стало немного стыдно от своей неумелости в ориентировании. Аромат свежеприготовленного омлета заполнил собою помещение, вызывая зверский аппетит. У плиты стояла миловидная женщина, пританцовывая и припевая что-то под нос. Она с головой погрузилась в процесс готовки. – Эллисон. – Пого перешёл порог кухни под руку с Мэгги, останавливаясь у дверей. Он с особой нежностью наблюдал за действиями воспитанницы, возможно, вспоминая былые времена. Женщина вздрогнула, резко оборачиваясь. – Ах, Пого, ты меня испугал. – Харгривз расплылась в улыбке, пытаясь унять бешенное сердебиение. Её взгляд перескочил на подростка. – Мы с тобой уже виделись, верно? Ты подружка Пятого. – Дааа. – девушка потянула с ответом, не зная, как реагировать на статус "подружки". Её же можно таковой считать? – Моё имя – Маргарет, но ты можешь звать меня Мэгги. – Меня Эллисон. – Подросток и так помнила её имя из случайно попадавшего в её руки комиссионного досье, но Джонсон не стала пугать этой информацией новоиспечённую знакомую. Девушка лишь слегка кивнула в знак знакомства. Женщина тем временем снова вернула своё внимание к плите, выключая конфорку. – Будешь омлет, Мэгги? – Не откажусь. – Маргарет аккуратно вызволилась из немного мохнатой руки Пого и подошла к Харгривз, помогая доставать столовые принадлежности. – Вилки у вас находятся здесь? – Джонсон указала на ящик внизу стола, открывая его после утвердительного ответа афроамериканки. – А ты, Пого? – Эллисон с надеждой взглянула на шимпанзе, накладывая омлет в одну из тарелок. – Я, пожалуй, пойду. – Ты не останешься позавтракать с нами? – Женщина расстроено вздохнула, уныло поведя плечами. – Нет, благодарю, я уже поел. – Непреклонно ответил Пого, покидая комнату под вялым взглядом Эллисон. Порция с омлетом застыла вместе с рукой женщины. Она хотела поговорить по душам со старым приятелем, выговориться. Когда теперь им удастся это сделать? Джонсон чувствовала некое напряжение в воздухе. Боковым зрением она приметила, что настроение у знакомой упало ниже плинтуса. – Как насчёт того, чтобы узнать друг друга поближе? – Мэгги заставила вынырнуть Эллисон из лужи, в которую та осела. Женщина ожила, продолжая раскладывать омлет. – Неплохая идея. Как давно вы знакомы с Пятым? – Джонсон положила две вилки на стол, присаживаясь на один из стульев. Вчера напарники прямо здесь и поссорились. Как хорошо, что сейчас они разобрались со всеми недопониманиями. – Около трëх лет, если не ошибаюсь. – Афроамериканка присела рядом с Маргарет, поставив перед ней свежеприготовленный завтрак. – Вчера вы не совсем ладили. Я рада, что вы помирились. – Да, я тоже рада. – Подросток уткнулась взглядом в тарелку, вспоминая события прошедшего дня. – Я бы хотела поблагодарить тебя. Ты помогла мне войти в дом без лишних скандалов. — Ты не войдёшь в этот дом. — процедил сквозь зубы громила. Афроамериканка дотронулась до плеча Лютера, тот вздрогнул от её прикосновения. — Дай ей пройти. В случае чего, впятером мы уж точно с ней разберëмся. — Мужчина послушно разжал ладонь, отпуская 15-летнюю. Мэгги благодарно кивнула, пересекая заветный порог дома. – Тебе не за что меня благодарить. Я обязана была это сделать, учитывая нрав моих братьев и их склонность к поспешным решениям. – Эллисон усмехнулась, насаживая кусок омлета на зубцы вилки. – А вы не особо дружны, да? – За вчерашнее недолгое присутствие в особняке Маргарет успела краем уха застать две ссоры между членами семьи Харгривз. Может, подросток чего-то не понимает, но это довольно много? – Нет, на самом деле мы были одной командой в детстве. Один за всех и все за одного, как говорят. – Женщина замолчала на некоторое время. Скорее всего, она думала над тем, стоило ли выкладывать всё, что тревожило душу. Маргарет и не торопила, коря себя за неловкий вопрос. – Всё изменилось после смерти Бена, нашего брата. Он погиб на одном из заданий. А вскоре после этого и Пятый пропал. Все окончательно отдалились друг от друга, покинули дом, каждый начал самостоятельно строить свою личную жизнь... – Но вы всё ещё остаётесь семьёй. Если кто-то из вас окажется в беде, ему помогут. Я ошибаюсь? – Нет, конечно нет, ты права. Мы всё ещё ценим друг друга, только не показываем это так открыто. – Наступила тишина, разговор застопорился. Звук вилок, скребущих тарелки, немного раздражал своей неугомонностью. В конце концов Маргарет доела высушенный омлет, приготовленный в соответствии с её предпочтениями. Смешавшиеся белок с желтком порождали по-настоящему невероятный вкус. Пару раз обжигая язык, Джонсон умяла всю порцию за обе щеки, развалившись на стуле. Эллисон развеселилась от такой картины, рассмеявшись, прищуривая карие глаза. – Если бы я знала, что ты присоединишься ко мне за завтраком, то приготовила бы куда больше. – Порции и без этого вышли сытными. – Мэгги потянулась перед тем, как встать из-за стола. – Спасибо большое, омлет был очень вкусным. Без тебя бы я осталась голодной. – Девушка захватила опустевшие тарелки, спеша отмыть их от остатков пищи. Она хотела отплатить Эллисон хотя бы этой небольшой помощью за питательный завтрак. Харгривз обернулась, наблюдая за действиями Маргарет. – Не преувеличивай, нашла бы что-нибудь в холодильнике. Да и омлет не так уж сложно готовится. – Возникла долгая пауза. – У тебя что, кровь? Джонсон отложила помытую посуду в сторону, поворачиваясь к Харгривз. – О чём ты? Афроамериканка быстрым шагом подошла к подростку, указывая на окровавленный рукав серой толстовки. – Аа, это. – Мэгги облегченно выдохнула. – Это я вчера случайно порезалась, забыла о пятне, забегалась. – Девушка подняла рукав, оголяя предплечье, обвязанное бинтом, который тоже успел пропитаться небольшим количеством крови. – Пойдём, я дам тебе что-нибудь из своей старой одежды. А твою отдадим Грейс, она постирает. – Эллисон мягко взяла Маргарет за запястье здоровой руки, уводя вслед за ней. – Грейс? – Да, наша мама. Пятый не рассказывал? Джонсон моргнула пару раз, переваривая услышанное. Разве она не должна быть пожилой? Почему человек в возрасте продолжает стирать грязные вещи выросших детей? – Он не особо любит вдаваться в подробности личной жизни, из него сложно что-то вытянуть, если это что-то не по делу. – Что ж, он совсем не изменился за время своего "отсутствия". – Афроамериканка втащила девушку в свою комнату, которая оказалась на том же этаже, что и комната Мэгги, только в другом крыле. Женщина тут же приказным тоном велела снимать толстовку Джонсон, кинув на кровать замену верхней одежде. Это были чёрная водолазка и тканевая куртка на молнии коричневого оттенка. – Но это ведь твои вещи, разве я могу их взять? – Маргарет мысленно усмехнулась, вспоминая вчерашнее ограбление аптеки. Значит, деньги она украсть может, а принять одежду, которую ей вверяют по доброй воле, нет? – Она всё равно мне давным-давно мала, носила её ещё в твоём возрасте. – Эллисон замерла, медленно поворачивая голову в сторону подростка. – А твой ментальный возраст, случаем, не 58? Мэгги прыснула со смеху, схватившись за живот. Она не ожидала, что Пятый расскажет им о своём настоящем возрасте, это стало полной неожиданностью для девушки. – Нет, мне не 58. – Джонсон смахнула слезу, вызванную смехом, зелёными глазами наблюдая за облегчённым выдохом Эллисон. – Мне 43. – Как такое вообще возможно? – Харгривз нахмурила брови, приоткрыв рот от удивления. – Я, конечно, верю вам обоим, но это всё равно... Звучит дико. – Да, понимаю тебя. Это действительно дико. – Маргарет стянула с себя толстовку, купленную за украденные деньги. Она решила не отказываться от вещей, если ей предлагают. Всё же одежды на смену у неё совсем мало, а вернее её нет вообще. Выданный Эллисон вверх сел отлично. Пожалуй, итоговый образ Джонсон выглядел очень даже неплохо, девушка вертелась перед зеркалом, придирчиво оглядывая себя под восхищённые комментарии Харгривз. (Фотографию образа вы можете посмотреть по ссылке в шапке фанфика) – У тебя отличная фигура. Уверена, при правильном подборе нарядов все парни в твоём окружении будут в восторге. – И без того румяные щëки Мэгги налились краской ещё больше. Девушка редко получала комплименты, поэтому не знала, как на них реагировать. – С-спасибо. – Это единственное, что смогла выдавить из себя смущëнная Джонсон. Эллисон настолько рассмешила реакция девушки, что она не смогла сдержать смешок, который смутил Маргарет ещё больше. Раздался приглушённый стук. На лаконичное "Да, входите", дверь открылась. – Эллисон, ты не видела... – Пятый, оказавшийся внезапным гостем сестры, остановился, встретившись с зелёной парой глаз напарницы. – ...девушку, которая вчера появилась вместе со мной. – Видела. Думаю, ты и сам её сейчас прекрасно видишь. – Афроамериканка наклонила голову вбок, расплываясь в улыбке. – Что ты тут делаешь? – прошипел парень, обратившись к Мэгги. Джонсон кинула возмущённый взгляд на напарника. С чего это она не может тут находится? Внезапно Маргарет осенила догадка. Может ли он до сих пор относится к ней настороженно? Пусть они и стали напарниками, и Пятый успел поведать девушке о многих подробностях своего плана, но Харгривз может продолжать выслеживать подозрительное поведение Мэгги. Посчитал ли он, что девушка захотела сблизиться с его сестрой в корыстных целях? Джонсон разинула рот, готовая опровергнуть подозрения парня, но афроамериканка успела среагировать раньше. – Я искала для Маргарет сменную одежду, её прошлую кофту придëтся сдать в стирку. – Эллисон выступила вперёд, сложив руки на груди. – Да и мы просто общались. Какие-то проблемы? – Женщина подошла ещё ближе, возвысившись над 13-летним подростком. – Проблем нет. Я просто удивлëн, ясно? – Харгривз крепко сжал челюсти, раздражённый внезапной враждебностью. – Твоя сестра - милашка. Мы с ней случайно встретились на кухне, там и разговорились. – Мэгги через силу улыбнулась, подмигнув Эллисон, паралелльно подавляя желание наехать на напарника вместе с новой знакомой. Джонсон с ним разберётся позже, к тому же подросток не могла винить Пятого за излишнюю подозрительность, ведь в какой-то мере она была обоснованной. Маргарет всегда была верной псиной Комиссии, от этого образа сложно избавиться за пару часов. Парень тяжело вздохнул, потирая переносицу. – Ладно, нам пора идти, Мэг. Поторапливайся и выходи, буду ждать тебя внизу. – Напарник растворился в пространстве, оставив двух девушек один на один. – Странный он. Ведёт себя чудокавато с тех пор, как вернулся. – Афроамериканка покачала головой, опуская руки вдоль туловища. – Его тоже можно понять, не каждый день оказываешься в молодой версии себя. – Джонсон встретилась с карими глазами женщины. Мэгги понимала, что напарника тревожило многое, но об этом многом Эллисон знать пока рано. Тем более она бы вряд ли поверила. – И то верно. Не представляю, каково это. Возникла пауза. Эллисон сегодня оказала неоценимую помощь подростку, из-за чего Маргарет даже растрогалась, прокрутив в голове события сегодняшнего дня. – Я бы хотела тебя ещё раз поблагодарить и за еду, и за одежду. Ты мне очень помогла. – Не за что, обращайся. – Харгривз одарила девушку тёплой улыбкой, приобнимая её за плечи. Мэгги вздрогнула, не ожидав этого, неловко обнимая в ответ. – Тебе тоже спасибо за компанию. Ты подняла мне настроение, не думала, что сегодня буду так искренне смеяться. Пусть подросток и не знала, что сейчас творится в жизни Эллисон, но была рада, что смогла облегчить своим присутствием её ношу хотя бы на какое-то время. Возле уха Джонсон раздался всхлип, который принадлежал Харгривз, аккуратно оттолкнувшей от себя Маргарет. Афроамериканка отвернулась к окну, пряча заплаканное лицо, впитывая рукавом кофты выступившие слëзы. – Так, всё. Тебе надо идти, пока Пятый вновь не взбеленился. Толстовку я отдам Грейс сама, можешь не переживать. – Спасибо. Если нужна будет помощь, говори. – Мэгги покинула комнату, прикрыв за собою дверь. Эллисон надо было побыть одной. Джонсон выдвинулась в сторону выхода. Пятый, должно быть, уже заждался. В доме наступила тишина. Остальные члены семьи Харгривз спали крепким сном или же наоборот, только просыпались от лучей утреннего солнца. Тихое рыдание звучало фоном, добавляя печальные ощущения к одиноким, пустым комнатам и длинному коридору.