Не тот, кто предназначен

      Прошлое Шэнь Цинцю было необычайно смутным. Но вот пришла очередь для будущего.       Выражение лица госпожи Мэйинь ещё сильнее искривилось. Сердце Шэнь Цинцю нетерпеливо забилось в ожидании ответа. Лю Цингэ невольно и сам стал вслушиваться в разговор. С каких пор его так заботит судьба своего шисюна?       — Младше вас, — неторопливо произнесла демоница, и Лю Цингэ моментально напрягся. В разум тут же закралось подозрение.       — Несчастливая первая встреча, — перед глазами Лю Цингэ тут же всплыла сцена их первого сражения. С чего это вдруг он вспомнил нечто подобное в такой момент? День зарождения вечной борьбы явно был не самым приятным эпизодом на его памяти. Неужели?..       — Часто бываете в обществе друг друга и некогда спасали друг другу жизнь.       Сердце Лю Цингэ замерло. По спине пробежали мурашки, а дыхание перехватило.       Слишком много совпадений. Он не мог в это поверить. Отрицание этого факта было соизмеримо лишь с любопытством, неожиданно нахлынувшим на заклинателя. Он должен был точно узнать. Убедиться в этом. Любой ценой. Даже если придётся задеть свою гордость внезапной неловкостью.       — Что-то ещё? — не выдержав томления, отозвался Лю Цингэ и наклонился.       — Ваша судьба вовсе не интересуется другими, ей присуща абсолютная верность.       Интерес внутри Лю Цингэ разгорался всё сильнее. Он неосознанно начал засыпать демоницу всё большим количеством вопросов.       — Внешность? Духовные силы? Часто бывают вместе? — всё не унимался он с расспросами, чем в буквальном смысле сбил с толку Шэнь Цинцю.       «Шиди Лю ведёт себя странно. Его словно задело за живое. С чего бы шиди так заинтересовала моя будущая избранница? Неужели от немыслимой ненависти он захочет отыскать и отнять её у меня? Забрать себе? Или вовсе избавиться от очередного потенциального источника неприятностей для этого шисюна? Ох, шиди Лю, ох… Ты неисправим...»       — Разлука возможна, но всякий раз пара будет сама находить вас.       От этих слов взгляд Лю Цингэ дрогнул. Глаза его заметались по сторонам, а в горле образовался ком. Он отказывался верить услышанному, настолько точно оно описывало… его самого.       — Ещё одно, — продолжила Мэйинь. — Можно позавидовать, ведь эта особа влюблена в вас до безумия.       — Вздор! — тут же громко закричал Лю Цингэ и с силой ударил по столу. — Она ошибается! Не слушай её! — всё не унимался он, готовый рвать и метать от нахлынувшего гнева за собственные догадки.       С чего он вообще подумал о том, что мог бы быть на месте избранника? Почему он так смутился от этой неподобающей мысли? И почему его захлестнул гнев, смешанный с жаждой заткнуть Мэйинь, именно сейчас?       Лю Цингэ часто размышлял о своих чувствах к Шэнь Цинцю. Столь резкая перемена характера не на шутку его напрягала. Однако… Это подобие «заботы» действительно тронуло его, ударило в самое слабое место и заставило проникнуться тёплыми чувствами. Но… Любовь? Что значило это слово для человека, смысл жизни которого всегда вертелся вокруг битв и сражений?       Лю Цингэ был напуган. Напуган тем, что мог спутать это с чем-то другим, но, в меру своей неопытности, не мог понять этого.       Но и цена признания была слишком высока.       Да и можно ли вообще назвать это любовью? Это лишь желание всегда прийти на помощь. Защитить и спасти от любой беды. Вернуть вновь утерянный веер при встрече. Да и просто уберечь от пагубного влияния некоторых людей. Но могло ли это быть тем самым чувством, воспеваемым в бесчисленных балладах?       Взгляд Лю Цингэ вновь дрогнул — по спине пробежали мурашки, ресницы затрепетали, а лицо обдало жаром. Ответ, годами таившийся на поверхности, казалось, наконец-то пришёл к нему. Или, по крайней мере, он так думал.       Неужели это и было «то самое»?       — Вздор! — снова словно в бреду повторил Лю Цингэ, замотав головой.       Но после его сердце резко сковало льдом:       — Ты не тот, кто ему предназначен, так откуда тебе знать?       И эта фраза разрушила всё.       Что было сказано дальше — уже вовсе не имело значения. Уже ничего не имело значения. Ничто и никто.       «Не тот, кто ему предназначен», — словно вихрь фраза закрутилась в мыслях Лю Цингэ. И сердце разлетелось на мелкие осколки.       Такая томительная надежда была тут же разбита вдребезги? Но… как такое могло произойти? Ведь описание… не могло ошибиться. Ведь так? Он ведь точно соответствовал каждому из пунктов. И что же? Он вновь допустил ошибку? Попался на уловку и позволил кому-то управлять собой и своими чувствами? Или подсознательно сам хотел занять это место настолько сильно, что не готов был принять подобный ответ за правду?       Но тут терпение Лю Цингэ окончательно иссякло. И он, выхватив меч из ножен, бросился в атаку...       * * *       «Дело плохо… — мыслил Шэнь Цинцю, когда битва с демоницами наконец-то была окончена. — Созерцание нагих девиц, безудержные их стенания, искусительные ароматы с особенным эффектом… Как только Лю Цингэ всё не поддался наваждению? Как он держал себя в руках, оставаясь не подверженным этому влиянию? Даже для меня это зрелище было… необычным».       А Лю Цингэ всё повторял, словно в бреду:       — Не верь ей… Вздор, вздор...       И всё же что-то в Лю Цингэ переменилось — и это не ускользнуло от цепкого взгляда Шэнь Цинцю. Красное лицо, потерянный взгляд, полное отсутствие самообладания в пылу битвы, граничащее с самовредительством — настоящая неведомая ранее буря эмоций охватила заклинателя. И Шэнь Цинцю явно был этим обеспокоен.       Обыкновенная миссия по спасению человека странным образом обернулась настоящей борьбой с искушением. Демоницы явно являлись мастерицами своего дела. И это действительно создало множество лишних проблем, решать которые нужно было здесь и сейчас.       Вот почему тревожный взгляд Шэнь Цинцю вновь и вновь не мог не броситься на Лю Цингэ. И это окончательно разрушило последние крупицы самообладания его шиди.       — Не смотри на меня так! — недовольно огрызнулся Лю Цингэ и отвернулся.       Шэнь Цинцю волновался, что его догадки могли оказаться правдой. Вот почему он осторожно взял Лю Цингэ за руку. Температура тела действительно была необычно высокой.       — Шиди Лю, скажи честно, ты когда-нибудь занимался самосовершенствованием с кем-нибудь?       И хотя ответ для Шэнь Цинцю казался очевидным, особенно беря во внимание слухи о «физиологических особенностях» лорда пика Байчжань, заклинатель не намеревался пускать всё на самотёк. Его товарищу была нужна помощь. И лучшее, что Шэнь Цинцю мог сделать сейчас — это выделить пространство и время для так называемого «самолечения».       — Ч-что?..       Вопрос был встречен вопросом — Лю Цингэ побагровел пуще прежнего. Ранее прекрасное лицо искривилось в гневе и негодовании, а хмурые брови взлетели вверх.       — Ты ведь знаешь, что нужно делать? — всё не унимался Шэнь Цинцю, отпустив руку и медленно начиная идти в сторону темницы с заложниками. — Как ты себя чувствуешь, шиди Лю?       — Не очень... — на редкость прямолинейно отозвался Лю Цингэ и схватился за голову.       Подбадривающие речи в качестве стимула результатов не принесли. С каждой новой фразой Шэнь Цинцю о необходимости уединения для исцеления огонь внутри Лю Цингэ разгорался всё сильнее. Его лицо уже явно нездорово пылало. Но Шэнь Цинцю всё не прекращал:       — Шиди Лю, я оставлю тебя ненадолго, чтобы ты восстановил силы медитацией, хорошо? — заботливо настаивал заклинатель.       И тем временем всё больше и больше отступал назад. Как вдруг Шэнь Цинцю был с силой схвачен за ворот и притянут обратно.       Градус напряжения явно был выше безопасного. Глаза Лю Цингэ нездорово пылали искрами. А при малейшем сопротивлении сильные пальцы намертво впивались в плечо.       Лю Цингэ настаивал на битве. Но Шэнь Цинцю знал, что это вовсе не поможет.       А поэтому и решил сделать то, что сделал бы не самый честный человек. Шэнь Цинцю спросил об их первой встрече, попутно отступая в бок. И ловушка захлопнулась.       Лю Цингэ действительно погрузился в раздумья и перестал замечать всё вокруг. Не теряя момента, Шэнь Цинцю медленно попятился в сторону пруда, усыпанного прелестными лепестками.       И со словами о реванше за свой первый проигрыш он столкнул Лю Цингэ прямо в ледяной омут.       Но прошла минута. Затем вторая. А он так и не всплывал. В сердце Шэнь Цинцю закралось волнение. И он наклонился ниже, чтобы найти фигуру Лю Цингэ под водой. Но тут же был схвачен за лодыжку и варварским образом следом повален в пруд.       Тут же опомнившись, Шэнь Цинцю сразу же поплыл к поверхности. Сделав вдох, он собрался оглядеться.       Как перед глазами всё резко потемнело. Он словно почувствовал прикосновение чьей-то холодной руки к своему лицу. Но оно было вовсе не враждебным, а, наоборот, даже успокаивающим и нежным.       Не успел Шэнь Цинцю прийти в себя, как на его губах мимолётно запечатлелось нечто очень тёплое. И тут же исчезло, словно этого и вовсе не было, не оставив и следа своего присутствия.       Шэнь Цинцю был полностью сбит с толку. Несколько секунд он просто стоял без движения. Но, опомнившись, тут же распахнул глаза и внимательно огляделся.       Никого. Рядом никого не было.       Проморгавшись, Шэнь Цинцю приметил своего шисюна в паре чжаней от себя. И удивленно уставился на него, словно задавая немой вопрос о том, что же всё-таки произошло ранее в этом самом пруду. Было ли это реальностью? Или всего лишь оказалось помутнением сознания от влияния демониц?       Тут же отведя взгляд, Лю Цингэ бросил:       — Пора идти, у нас задание, — и тут же, словно что-то ещё прошептав одними лишь губами, Лю Цингэ спешно зашагал в сторону темницы.       «Он извинился? Великий и могучий Лю Цингэ извинился за ледяной душ? Полагаю, шиди явно лишился разума! Хотя... Отвечать ударом на удар — явно в его духе. Ну а что же было после? Я подвергся наваждению? Но оно казалось… таким реальным. Полагаю, от лёгкого помутнения и я был вовсе не застрахован. Или, может, эта вода обладает галлюциногенными свойствами? Лучше выбираться из неё как можно скорее. Демоницы на то и демоницы, что качественно выполняют свою работу. И всё же… Кто же та загадочная незнакомка из моего предсказания?.. Полагаю, скоро я пойму это. Хотелось бы встретиться с ней поскорее. Ну а пока...»       — Хэй, шиди Лю! Подожди меня! Куда ты так быстро уходишь? Шиди Лю!