По ту сторону реки

Машина мчится без тормозов, в прямом смысле без тормозов, их срезали. Арсений резок на поворотах, свернув на неизвестную дорогу, он чудом не потерял управление. В лицо дует холодный ночной воздух. Поблизости ни единого фонаря, небо чистое, темно-синее, с бесчисленным количеством звезд. Медленно светает и небо неравномерно окрашивается в персиковый цвет, а сами звезды становятся все бледнее. Машины сзади не отстают, догоняя Арсения, стараясь загнать его в тупик. И тогда Попов сворачивает с дороги. Он выезжает на огромный мост, неизвестно куда направляющийся. Впереди непроглядная темнота, но гул машин сзади вынуждает вдавить педаль газа в пол. Мост не достроен, но Арсений не переживает, ведь это отличная возможность скрыться. Главное успеть. Он все таки успевает выпрыгнуть из машины прежде, чем она падет в реку на огромной скорости, но после он сам прыгает вниз. Лететь с тридцати метров, дело пяти секунд. Переплыть водоем не составило большого труда, течение слишком слабое, чтобы помешать. Преследователи остановились на краю моста, Арсений был уже далеко, на секунду он обернулся, увидев яркие фары машин, которые в спешке разворачивались, кроме одной, рядом с ней стоял высокий мужчина, он скинул с себя ненужные вещи и прыгнул вниз. Вода была ледяной, но адреналин в крови не давал замерзнуть. Арсений бежит по единственной дороге, одежда мокрая насквозь, он сбрасывает ставший тяжелым от воды пиджак и бежит. Местность неизвестная, каждый шорох отчетливо слышно. Тот человек наверняка видел, куда тот повернул. Телефон был цел, без симкарты, но цел. Время показывало чуть больше четырех утра. Уже светло. Осталось добраться до ближайшей заправки, чтобы уехать обратно в город. Прошло больше часа. Попов по прежнему шел по дороге вдоль леса. Не обращая внимания на шуршащую листву деревьев и шелест травы, а зря. Ветра почти не было, а на улице было очень даже тепло. Арсений встряхнул промокшими волосами, избавляясь от ненужной влаги и убрал назад. Рывок. Арсения хватают за руку, вынуждая развернуться. Резкий удар в грудь и Попов падает на колени, хватаясь за ушибленное место. Он спокоен, как и всегда, смотрит исподлобья на противника, сразу узнавая того мужчину, его одежда была мокрая, выглядел он не слишком вызывающе в отличии от Арсения. — Грубо, — Попов поднимается с колен, отряхивая грязь, все ещё не понимая, как кому-то удалось поймать его за руку. Арсений не успевает ничего предпринять, вот вообще. В его грудь с характерным звуком втыкается нож. Все что смог выдавить из себя Попов, это пара жалких вдохов. Он снова падает на землю, пока мужчина смеётся, стараясь не смотреть на Арсения. Перед глазами все плывет, а конечности перестают слушаться. Гул в ушах будто разрезает виски, а сердце вот-вот остановится. — Не думал, что это будет так просто, Арсений, — его это явно забавляет, не меньше, чем самого Арсения. Он тоже смеётся, про себя, ведь нож в груди вздохнуть не даёт, не то, что смеяться. Можно подумать, что это конец, ведь кровь уже огромной лужей растеклась вокруг Попова. Взгляд затуманился, а руки беспомощно упирались в асфальт. Хотелось только одного — спать. Арсений хватается одной рукой за голову, пытаясь сопротивляться навязчивому желанию закрыть глаза. НЕЗАКРЫВАЙНЕЗАКРЫВАЙ нетнетнетнетнетнетнетнетнетнет Антон.. Но вот, воздух снова обжег легкие, Попов делает жадный вдох, чуть ли не закашливаясь. Он посмеивается. Найдя опору в ногах, Арсений хватается за нож, выдергивая и кидая на землю. Кровь хлынула из раны, растекаясь по асфальту ещё больше, но вот Арсений чувствовал себя все лучше, дыхание пришло в норму, зрение сфокусировалось, прошёл ужасный гул в ушах и вернулся дар речи. Пошатываясь, он поднимается на ноги, держась за рану. Голова все ещё кружится, руки в крови, но Попов продолжает бороться. Арсений хватает своего преследователя за рубашку, притягивая ближе, пачкая его одежду собственной кровью. Мужчина не сопротивляется, находясь мягко говоря в шоке с происходящего. — Никогда не приближайся ко мне, Антон, — от него пахло тиной и водорослями, его волосы были слегка взлохмачены, а руки дрожали. — Откуда ты знаешь? — Не сейчас, mi locura, — сказал Арсений, разжимая руки и пихая от себя это нежеланное проклятие. cutre Последние слова выкинутые на испанском въелись в голову и не собирались отпускать. Антон не владел испанским, но что-то подсказывало, что эти слова сказаны не просто так. Арсений все ещё был в поле зрения и убить его второй раз ничего не мешает, кроме самого Арсения. Попов не бежал, он кривым шагом направлялся к виднеющийся вдалеке заправке, кое как удерживаясь на ногах. Антон ещё долго наблюдал за ним, его мысли перемешались, их было слишком много. Валявшийся на асфальте нож он так и не решился взять, оставив его лежать рядом с огромной лужей крови. Ранее.. — Антон Андреевич, мне нужно, чтобы вы убили его лично, — девушка в трубке чуть ли не кричала и явно было на взводе. — Арсений Попов? — знакомое имя. Антон Шастун уже давно занимается убийствами, но очередная жертва показалась ему смутно знакомой. Он вертел фотографию а руках, все не в силах оторвать взгляд от этих синих глаз. Некая Н. на которую работал Антон, заплатила вдвое больше, чтобы Шастун лично, без охраны отправился на дело, хотя он и без доплаты был бы не прочь. Арсений добирается до своей квартиры только к ночи. Не каждый водитель захочет бесплатно везти мужчину больше похожего на монстра, ещё и с кровоточащей раной в груди, но любители экстрима все же нашлись. Одежда почти высохла, но полностью пропахла речной водой, а в волосах Арсений нашёл засохшие водоросли. Он отправился в душ, смыть с себя сегодняшний день. Было весело поиграть с... — Seguiste siendo el mismo, ——/&₽9/991-@-@/@/&:@//@—«&:- Утро встречает Арсения не слишком дружелюбно. В дверь настойчиво ломятся, видимо в упор не замечая звонок. Точно Антон. Откуда только адрес узнал, гаденыш. Попов расслаблен и легким шагом направляется к двери, не беспокоясь о том, что Антон скорее всего вооружён, но ошибся. На пороге действительно стоял Шастун, но без оружия, без тучи охранников рядом, просто Антон, как Антон, хотя если посмотреть на количество колец, то синяки можно нанести сильные. Попов недоумевает, облокачивается на край дверного проема, скрещивая руки на груди, выглядел он забавно. Сонные глаза, взлохмаченные чёрные волосы. — Поговорить нужно, — начинает Шастун, повторяя движение и скрещивая руки. Его голос был решительный и злой. По Антону сразу видно, он не спал с того момента. Арсений усмехается. — Ну раз пришёл, заходи, Антон делает шаг внутрь, после того, как Попов освободил место. Шастун серьезно ничего не подозревал, заходя в эту квартиру! Арсений действует быстро, хватает Антона за предплечье, заламывает правую руку назад и прижимает щекой к стене, сжимая светлые волосы. — Блять! Придурок совсем? — У меня нет гарантий, что ты без оружия, — Попова начинает это веселить, ведь Антон уже догадался, наверное, стоило самому рассказать, но что есть, то есть. — Ты все равно не умрешь, Арсений действительно его отпускает, неоднозначно хмыкает и уходит на кухню. Шастун и без слов понимает, что стоит пойти за ним. Он разминает затёкшую руку и садится на выдвинутый для него стул, а после уже задвинутый вместе с ним. — Ты бессмертный? Сразу с козырей пошёл, а что? — Антош, давай начнём с чего-то полегче, — Арсений многозначно улыбается, склоняя голову чуть вправо, заглядывая в зеленые глаза. — Хорошо, зачем тебе испанский? — Шастун даже не заметил такое ласковое обращение к себе или сделал вид, что не заметил. — От скуки выучил, — Чушь! — Конечно, — Не ври мне, — Не преследуй меня, Антон сложил руки на столе и плюхнулся в них головой от безысходности. Наивно было надеяться на правду, когда пару часов назад он пырнул Арсения в надежде убить. Шастун не знал на что рассчитывал, когда шёл сюда без охраны, оружия и прочего. Не знал зачем он здесь, но что-то не давало развернуться и уйти. — Зачем нам дважды узнавать друг о друге? Антон поднял голову, посмотрев на Попова, как на последнего придурка. — Я понятия не имею, кто ты, Арсений встал из-за стола и подошёл к окну, запрыгивая на подоконник, который мучительно скрипнул от натиска веса. — Слушай, Антон, я могу рассказать тебе правду, если расторгнешь свой контракт с Наной, — Слишком большие жертвы для правды, — Шастуна не смутило, что Арсений все знает, знает столько же, сколько и он сам. — Хм, ничуть. Я помогаю тебе со своей смертью, а ты в свою очередь расторгаешь договор, Некая Н. и есть Нана, у них с Антоном заключён договор, что пока Шастун работает на неё, он обязан выполнять приказы. Практически все убийства были на нем, настоящее ФИО не в коем случае не разглашать, прекратить общение со всеми родственниками, друзьями, приятелями и не вступать в отношения. Антон действительно не понимает, как все это можно провернуть, чтобы его в итоге не посадили за многочисленные преступления, ведь на саму Нану никаких доказательств нет, она лишь руководила и легко отделается, но Попов кажется уже придумал все за него. — Разве ты не устал жить под чужими именами, Антон? Слова въелись в голову, кажется на ближайшее навсегда, Шастун ударил кулаком по столу и подошёл к Арсению. — Что значили те слова на испанском? — Это все, что тебя интересует? — Да.. — Мое безумие, — Арсений сделал паузу, спрыгивая с подоконника. — Нана не та, за кого себя выдаёт, пожалуйста, не делай глупостей и слушай меня, — он был спокоен, как и всегда. Антон лишь кивнул. Сейчас ему стоит уйти, подумать обо всем. Арсений буквально прожигает Шастуна взглядом, пока тот надевает обувь. Он поправляет немного потрёпанные волосы и дергает за ручку двери — закрыто. Попов встрепенулся, подошёл к двери, открыв её ключом, распахивает в сторону подъезда. Антон только делает шаг за порог, как его хватают за запястье. Арсений разворачивает его к себе и оставляет нежный, едва ощутимый поцелуй на левой щеке. Шастун в спешке разворачивается, явно смутившись от такого знака внимания, но говорить что-то не решился. Этот день прошёл быстро. Оба думали о своём. Сегодня Антон не убил ни одного человека. —&:8₽:@/(;]*]%<€-@-&)(:7£*}+{+— Следующее утро не сулило ничего хорошего. Антон нехотя встаёт, его разбудил звонок с незнакомого номера. На улице стоит густой туман, а в квартире стало прохладно. — Арсений? — Да, жду тебя в четыре на берегу реки, — вызов сброшен. Шастун ещё не до конца проснулся, он глянул время, пол четвёртого, оставалось не так много, опаздывать не хотелось. Антон в спешке одевается и вылетает в подъезд, спускаясь по лестнице, вместо лифта. Антон помнит дорогу. Он подъезжает к нужному месту ровно в четыре, Арсений уже ждал его, крутя в руках тот самый нож. — Держи, — Попов протягивает нож в засохшей крови. Шастун нервно сглатывает и берет протянутую вещь. Он понимает, что нужно сделать, но второй раз оказалось даже забавнее. Нож втыкается чуть левее свежей раны, застревая где-то в районе рёбер. Попов хмурится, ощутив ту же боль. На этот раз Антон сам вытащил лезвие из груди Арсения, аккуратно укладывая его на землю, делая это, как можно правдоподобнее. — У тебя есть пару минут, пока рана не начнёт заживать, Антон, — с улыбкой выдыхает Арсений, прикрывая глаза. Три фотографии отправляются Нане на почту. Теперь часть Шастуна, разорвать контракт. Поскольку он не закреплён бумагами, сделать это проще простого, а вот последствия.. следом отправляется сообщение. Н. я больше не имею желания на тебя работать, это дело было последним. Антон садится на корточки рядом с Поповым, помогая ему подняться, показывая яркий экран с сообщениями, ответа не последовало, но оба знали, игра началась. Арсений снимает безвозвратно испачканную рубашку и встаёт, шатаясь плетётся к своей машине за новыми вещами и бинтом. Обмотав рану, он надевает чистую белую футболку, накидывая сверху пиджак. — Блять, откуда у тебя вторая машина? — Купил, моя утонула, ты знаешь, Арсений запрыгивает в машину, собираясь уезжать. — Стой! Ты обещал! — Я помню. -/₽/&/73@₽-₽\£>}*]€_•__—@/&;₽2— Антон откидывает голову назад, глубоко выдыхая, наконец-то он может расслабиться. — Шастун, мы уже были знакомы с тобой. Я не знаю, помнишь ли ты меня, ты поймёшь, как только я скажу. Обстрел в две тысячи двенадцатом, особняк Матвиенко. — Антон! — Попов дергает его за плечо, вынуждая опуститься на пол. Стреляют по окнам и видимо они уже пробрались внутрь. Осколки стекла летят со всех сторон. Вооружившись, двое мужчин бегом спускаются вниз, дойти до выхода, дойти до выхода. На втором этаже стрелком было не много и ребята легко с ними справились, а вот на первом.. Шастуну попали в левое плечо, но он продолжал бороться, выпутываясь из цепких рук охранников, отстреливаясь от врагов с Арсением, спиной к спине. Чёрный выход в паре метров. Антон с Поповым успевают добежать до него первыми, их не увидели или... Выстрел. Арсению попали в голову, разрывающая боль прошлась по всему телу, гудящий звон выстрела отпечатался в памяти. — Нет! Нет! Нет! Ты должен жить, Арс, пожалуйста, нет, не оставляй меня... — Антон, беги, ради меня, пока не поздно.. Шастун сбежал. И всю жизнь проведет в бегах. Пазл сложился воедино, это тот Арсений, тот, что показал Антону жизнь. Научил любить, доказал, что человеку нужен человек. Шастун смотрел пустым взглядом сквозь лобовое стекло машины Арсения вдаль, столько лет он жил в муках и страданиях о любимом человеке и столько лет он жил с ним в одном городе. Антон поворачивает голову, смотря на человека, которого он попытался убить, человека подаривший ему второй шанс. — Ты дашь мне третий шанс, Арс? — слова сорвались с губ, голос предательски задрожал. — Определенно он у тебя есть, но будь добр, исчерпай второй, mi locura, Антон первый потянулся за поцелуем. Они соприкоснулись носами, не решаясь зайти дальше, каждый хотел этого одинаково сильно, но оба не уверены, настоящие ли эти чувства. Тело Шастуна будто пронзило током, когда он почувствовал горячую ладонь на своей щеке, а губы подхватили чужие, утягивая в нежный поцелуй. Арсений целовал не напористо, не сильно стараясь запихнуть язык Антону в рот, а вот сам Антон хотел большего, он кусался, медленно углубляя поцелуй. Попов не может сдержать вырывающейся улыбки, все ещё забавно то, что Шастун почти убил его два раза, а сейчас целует, словно никогда больше не отпустит. Арсений внезапно отстранился, отлипая от Шастуна. — Что-то не так? — Игра началась, Антон. Нана уже отправила сюда своих людей. Нужно уезжать, я скину тебе адрес, скорее. — да, Арсений купил симкарту. Медлить действительно было нельзя. Осколки разума ещё присутствовали, и Антон не задумываясь пошел в свою машину, разгоняясь до двухсот сорока километров в час, следуя след в след за Арсением. Адрес действительно через пару секунд пришёл смс, судя по картам, это какое то заброшенное здание, очень знакомое.. Приехали они быстро, рядом с этим местом действительно был заброшенный участок с особняком, тем самым. Антон посмотрел на Попова, вылезая из машины, своим взглядом спрашивая, зачем они здесь. Арсений хватает его за руку, переплетая пальцы. — Мы не закончили начатое, помнишь? — Попов надеялся, что тот помнит. — Lo juro, — Es lo correcto.. — слышится тихий ответ. Арсений заводит Шастуна на задний двор, отыскивая среди заросшей земли лишь один цветок — василёк. Срывает два цветочка, один впутывая в волосы Антона, другой же в свои. — Я обещал, что мы погуляем здесь, но остались лишь руины. Пусть этот цветок напоминает обо мне, — Но ты же со мной.. — О другом мне, он навсегда остался здесь, Антон. Чёрт! — Попов услышал посторонний шум со стороны входа. Тут есть запасные выходы, а значит они смогут зайти через один из них. Шаги были слышны все громче и Арсений покрепче стиснув руку Антона, быстрым шагом направился внутрь. Запасной выход был без двери, валявшиеся рядом обгоревшие доски, возможно когда-то ей были. Шастун хоть и не был тут десять лет, но отлично помнил каждый поворот, он провёл тут слишком много. Даже с обгоревшими стенами и крышей, почти провалившимся полом, он помнил каждую деталь. Антон предлагает подняться на второй этаж, тем самым загнав себя в тупик, но отдаться в руки Наны сейчас, не хотелось. Лестница почти развалилась, но все таки по ней можно было подняться, особняк строился не одним десятилетием и материалы использовали самые лучшие для того времени, благодаря этому, второй этаж ещё держался. Страх сильной волной ударил Антона куда-то под дых, когда он услышал выстрелы. Он с осторожностью посмотрел на Попова, боясь увидеть тот же страх, но не увидел ничего, что могло бы его ещё больше напугать. — Ils vont nous tuer, — зашептал Антон на французском, зная, что их могли слышать. — Notre amour ne peut pas être tué, — также, на французском произнёс Арсений, кивая на обгоревшую дверь в одну из спален. Она отворилась без шума, удача сегодня явно на их стороне. Вообще-то это не просто спальня. Там стояла кровать, точнее ее остатки, изрядно погоревшие простыни и одеяла, лежали на полу, матраса не было, а само дерево из которого изготовлена кровать сгореть до конца не успело. Напротив стояла тумба, ящики были открыты, когда-то там хранились их совместные фотографии с Антоном, а сейчас там огромный слой пыли и что-то ещё. Арсений подошёл ближе, стряхивая вековой слой грязи, доставая погоревшую бумажку, это была фотография. Видимо на неё попала вода из вазы, которая стояла на самой тумбе и не успела сгореть, ведь подписи на обратной стороне были размыты. Но Попов наизусть знал, что там написано. «Арсений, я скоро буду дома и мы обязательно снова посетим наш любимый особняк!»                              Твоё безумие 2010г. Арсений вздрогнул, когда чужие руки опустились ему на плечи, он не заметил, что Шастун уже давно тут стоит и рассматривает фотографию, а с его глаз скатываются одинокие слезы. — Антон.. поговорим потом, продержись ещё чуть-чуть, Попов убирает фотографию во внутренний карман пиджака и достаёт оттуда же травмат, протягивая Антону. — Помни, наша задача не убить, а обезвредить. В тот день погибло слишком много невинных людей. Арсений вооружился таким же пистолетом и они подошли к двери, прислушиваясь. Люди по прежнему топтались на первом, видимо все ещё осматривая комнаты и находящийся рядом подвал. Есть возможность убежать быстрее, чем планировалось. Мужчины выходят из комнаты, двигаясь по коридору, в противоположную сторону от лестницы, коридор сворачивал направо, выводя на небольшую ложу, с которой отлично видно весь первый этаж. Попов кратко улыбнулся Антону и прыгнул вниз, открывая огонь, прячась за огромной колонной. Арсений сбил пару людей с ног, выигрывая немного времени. Шастун целился в руки, стараясь выбить оружие, что получалось у него неплохо. За столько лет работы в криминале он хорошо научился владеть любым оружием. Нане уже доложили, Арсений жив. Стрелки были обезврежены, Попов постарался, чтобы они все отключились. — Антон, прыгай. Пока будешь обходить, потеряем время, Шастун не перечит, хоть и боится расшибить себе бошку об обгорелые доски. Антон прыгает, уже смирившись и плотно зажмурив глаза, но пола он так и не касается, а оказывается в руках Арсения, как он только выдержал такую махину, как Антон. Попов вынес его на руках, усаживая в свою машину, а после залез сам, заводя двигатель. — Будет лучше, если мы поедем на одной машине, твою заберём позже, а сейчас едем в город, — В город? Но нас же поймают, — Не поймают, мы едем к Нане, Это казалось абсурдным, но как ни странно, было самым правильным решением. Вечно находиться в бегах не было хорошей идеей. Поэтому Антон согласился, поставив на кон собственную жизнь. — Раскроем её сейчас, раньше избавимся от проблем, Шастун не стал задевать темы ранящие их обоих, сейчас это ни к чему. Конечно, сразу ехать к Нане они не собирались, а в коем то веке решили разработать план, ведь действовать наугад, было рискованно. Три этапа защиты. Первое, раздобыть пропуск, чтобы пройти мимо охранников. Второе, около лифта будут стоять полностью вооружённые громилы, выше самого Антона. Протиснуться сквозь них будет достаточно проблематично, ведь нужен премиум пропуск на сорок второй этаж здания. Третье, сканер лица, им нужно доверенное лицо, которое сможет пропустить их в закрытый холл. Ещё одна мешающая проблема, камеры на каждом шагу. Арсений знал только одного человека, который имел связи буквально везде, но не звонил на этот номер с тех пор, как «умер». Трубку сняли со второго гудка. — Серёг, мне нужен премиум пропуск в офис Наны и отключить камеры во всем здании, — Арсений... — послышался хриплый голос и долгая пауза. — Ты невыносим, скину через пару часов, жди, Вызов сброшен. Взвесив все за и против, они решили ехать в квартиру к Попову, ведь люди Наны не смогут пробить его адрес, ведь Арсений числится мёртвым, почти мёртвым. Шастун останется сегодня здесь, ведь ехать в свою квартиру было небезопасно и ненужно. — Теперь мы можем поговорить, — Арсений прервал затянувшуюся тишину. Антон уселся на диван, поджимая ноги под себя и вытащил цветок из своих волос, крутя его в руках. — Честно, я не особо знаю, что говорить, но все же попробую, — начал Шастун. — Почему ты не связался со мной за те десять лет? — Я не мог рисковать твоей жизнью, — В каком смысле? — Нана пригрозила, что убьёт тебя, если я приближусь, но сейчас она сама подтолкнула тебя на моё убийство. Нана знала, что я неуязвим, поэтому отправила тебя, чтобы найти причину очистить своё имя и повесить все преступления на тебя. Ей нужна не моя, а твоя смерть, Антон. — Зачем ты спасаешь меня? — Porque eres mi locura, — заключил Арсений на испанском. — Parce que tu es ma folie, — Антон повторил ту же самую фразу на французском, отражаясь странным эхом от слов Попова. Шастун смутно помнил перевод испанской фразы и даже не думал, что попадёт слово в слово. — Ты знал, где я был все это время, но не дал даже шанса увидеть тебя, Арсений дал ответ не сразу, он ходил по комнате, обдумывая, что нужно ответить, потом кратко улыбнулся, видимо найдя подходящие слова. — Я всегда был рядом, просто ты этого не замечал, — Я бы сразу заметил тебя! — Антон возразил, вскакивая с дивана и подходя ближе. Попов бы хотел подметить, что Антон вообще-то его не узнал, но не успел. Его заткнули поцелуем, а в волосы вцепились пальцы, видимо намереваясь выдрать их. Арсений отстраняется, хватая Шастуна за запястье. Браслеты больно впились в кожу, но Антон промолчал. — Антон, давай не будем ругаться сейчас, — Арсений попытался заключить перемирие, отпуская руку Шастуна. Раны за столько лет разлуки начали затягиваться, но вдруг по ним снова прошлись лезвием. — Понимаю, тебе тяжело воспринимать меня, как и мне тебя, но я не хочу ранить, я хочу помочь, Шастун не ответил. Просто ушёл в другую комнату, заперся там и попытался уснуть. На телефон пришло краткое сообщение: «3», Антон завёл будильник на «2:55» и выключил телефон, откладывая в сторону. Остаток времени до сна, Арсений размышлял о завтрашнем дне. Пропуски уже пришли на почту, а Шастун в качестве доверенного лица, представил своего друга, Диму, раньше они работали вместе. Серёжа будет на месте к трём и разберётся с камерами. Дело останется за малым, убить Нану. Звенит будильник. Антон вскакивает с кровати, выходя из комнаты, Попов ничего не говорит и они выходят, уезжая прямиком в логово Наны. Скоро начнёт светать, так что стоит поторопиться. Камеры отключены. Мужчины подъезжают к чёрному выходу с задней стороны здания, где нет охранников. Матвиенко увидев старого друга опешил, но потом полностью включился в операцию, выдавая огнестрельное оружие и на всякий случай, распечатанные экземпляры премиум пропусков. Дмитрий ждал почти около входа, когда трое мужчин предъявили пропуски, их без задержки пропустили. Сделав также перед лифтом, они отправились наверх. Лифт ехал только на сороковой этаж, остальные два придётся подниматься пешком, что отнимет драгоценное время. Мужчины двигались осторожно, но на лестницы не было ни камер, ни охранников, никого. На сорок втором этаже стояла огромная прозрачная дверь, больше похожая на окно. А на ней был экран с ярко-синими панелями. Позов приложил свой палец к нужной панели и сканер произвёл странный писк, что означало, что человек может пройти. Предварительно лицо тоже было открыто взору сканера, дверь открылась во внутреннюю сторону. Дмитрий сделав своё дело, попрощался и скрылся внизу. Антон с Арсением вооружились и Шастун сориентировал их в нужном направлении, поворачивая на очередной поворот, их прервал голос. — Ой, Антон, вы кажется дверью ошиблись, вы внесены в чёрный список бывших работников, — девушка мило улыбалась, а аккуратные локоны оседали на её плечах. — А вы, Арсений, кажется должны уже гнить в земле, — её улыбка сменилась гримасой ненависти. — Anton, va-t'en, je peux m'en occuper moi-même, — шепнул Попов на французском, а на вопросительный взгляд Антона, оттолкнул его в сторону, роняя на пол и открывая огонь. — Арсений, пошёл прочь отсюда! Дай мне убить его! — Нана уворачивалась от пуль словно робот, будто заранее знала куда полетит выстрел. Ружьё в ее руке не было задействовано, пуля попала ей в плечо, но она лишь взглянула на рану, продолжая двигаться на Антона, целясь ему в лоб. Шастун отполз за поворот, стреляя по ногам Наны, когда пуля попала ей в ногу, она пошатнулась, упав на колени. Выстрел. Антон вскрикнул, голова будто раскололась на части, а глаза залило кровью. Шастун пытался выбраться из окутывающей пелены, хватаясь за последние остатки надежды жить. Он слышал скорую, слышал голос Арсения, Арсений... темнота, непроглядная, шею сдавило, а руки беспомощно колыхались в воздухе. Больно не было, наверное боль придёт позже. А сейчас хотелось закрыть глаза и остаться во сне. «Не закрывай!» Эхо в голове молило не закрывать глаза, во что бы то ни было, дотерпеть, пережить, не умереть. Наконец-то он нашёл причину своих терзаний, он не может умереть сейчас. Он будет жить. --@/&:)2&&_£|$]++]=£-@—@@-&:— Антон очнулся, но глаза открыть сразу не смог. В глаза ударил яркий свет, пришлось зажмуриться. Шастун попытался пошевелиться, но левую руку неприятно кольнуло и он отложил попытки на потом. Все таки сумев открыть глаза, Антон увидел белые стены и капельницу в своей руке. Он смутно помнил происходящие, помнил только, что был с Арсением. — Арсений..? — Шастун сам не узнал свой голос, он был хриплым, едва уловимым. Дверь распахивается, Попов влетает в палату, подходя к Антону, оставляя нежный поцелуй на его губах. — Bastardo, — шепчет Арсений на испанском. — Le bâtard lui-même, — отвечает Антон на французском, снова закрывая глаза и погружаясь в сон. Эпилог Антон стоит перед огромным особняком, а руки предательски дрожат. Страшно сделать шаг, оставив все, что было позади, но есть тот, кто сможет тебя подтолкнуть. Попов улыбается, он берет Антона за руку, переплетая их пальцы и затягивает его внутрь. В воздухе витает запах шампанского. Все девушки в изящных платьях, а мужчины в костюмах. Антон с Арсением не исключение, они нарядились специально для этого вечера. Матвиенко встречает их с улыбкой, обмениваясь с каждым дружеским рукопожатием. Внутри поистине красиво, на стенах висят многочисленные картины, идеально белые скатерти на столах, во вьющихся узорах. Перила круговой лестницы начищены до блеска, а пол украшает красное бархатное ковровое покрытие. Официанты предлагают взять по бокалу шампанского и мужчины не отказывают, взяв два бокала, чокаясь и отпивая совсем немного. — Антон, — Да? — Поднимемся наверх? Второй этаж не отличается цветовой гаммой, те же стены, тот же пол. Арсений ведёт Шастуна в первую попавшуюся спальню, кидая его на кровать, прильнув к бледной шее, оставляя красный след. — Arsenio, no, — Антон перешёл на испанский. Что-то останавливало, странный страх поселился в груди и не хотел отпускать. Арсений ответил сразу, не раздумывая. — No te hare daño, Последние слова успокаивали, не давали погрузиться в страх и оставить эту идею далеко и надолго. Так что Антон кивнул, получая ещё один поцелуй, куда-то мимо губ, но такой же нежный, как и предидущий. Шастун стаскивает пиджак с Арсения, кидая его на пол, сам Арсений в свою очередь делает точно также, не разрывая поцелуй. — Хочешь, чтобы я был сверху? — шепчет Попов в самые губы, медленно растягиваясь в улыбке. — Scélérat, no dejare de amarte Incluso después de muchos años. Cambiaré, me convertiré en cualquiera, Solo para estar contigo para siempre ...