Мурло

Макс стоял в пустой комнате туалета, со спущенными почти до колен штанами и окровавленным бельем. Он осматривал повреждение через большое зеркало висящее напротив. Бедро жгло почти до потери сознания, а мозг пульсировал ужасам того, что могло оказаться у него в крови. Ампула была явно не простой, а так же не пустой, иначе как еще она могла оказаться на том складе? Не аист же подбросил. К тому же, помимо крови, при осмотре было обнаружено непонятное вещество темного-синего, даже болотного цвета. " — Что делать? Что делать? Что делать?» — мысли эхом раздавались внутри, словно отскакивая от костей в пустом организме. Макс припал к низкой раковине, дрожащими руками открывая кран. Из зеркало на него смотрел бледный и слабый, с залегшими синяками под глазами незнакомец. Опустив пальцы под холодный напор воды, парень зачерпнул немного живительной влаги, не глядя окуная прямо на лицо. Капли подобно ледяным змеям забегали по подбородку, щекам и шеи. Макс дергано стер ненужную влагу, зачесывая влажные волосы назад. Спустя пол часа, парень уверен, они превратятся в мочалку, что нельзя будет даже нормально расчесать, не то что уложить, но сейчас на это было откровенно наплевать. Зачерпнув еще воды, парень тяжело дыша, промыл бедро, стирая с кожи алую кровь. Глаза заплывали, а к горлу подходила тошнота, как только он смотрел на свои руки. В каждой складке, каждом миллиметровом отверстии ладони залегла его кровь. Дыхание перестало хватать. Он алчно вдыхал кислород, но каждый раз его было критически мало. Грудь сдавило в болезненном порыве. Легкие обожгло. — Ха-аа-а-а! — он грубо сжал футболку в кулак, открывая рот, словно рыба выброшенная на берег. Силы стали постепенно уходить, в глазах запестрили разноцветные узоры, а колени предательски подогнулись. Парень с глухим стуком съехал на блестящую плитку. Вода в кране шумела, брызгая каплями ему на голову. Бледная кожа дергалась от внутренней пульсации, что всё нарастала. Множество глубоких и не очень порезов набухали, краснота пожирала участок за участком и в скоре распространилась от кончиков пальцев ног, прямиком до груди. Поврежденные ткани сошлись, образуя широкий рубец, из всех суммарно нанесенных бедру увечий. Красный шрам побелел, медленно уходя в кожу. Царапины исчезли, а через две минуты ушла краснота. Макс съежился, скручиваясь на полу в позу эмбриона.

***

— Где он? — выдыхая серый дым, приподняла бровь Фатима. Стоящая у двери подчиненная опустила взгляд, вперившись в дорогое дерево, положенное по диагонали. Её руки ритмично сжимались в кулаки, глаза пугливо блуждали где-то у порога. Наконец, она осмелилась ответить, перед этим сухо сглотнув. — Последний раз, мы видели его заходящим в мужской туалет. — она неуверенно, будто спрашивая разрешения, подняла глаза. — Охрана сменялась всего раз и никто не видел, что бы кто-нибудь вообще выходил оттуда. Фатима молча докурила сигарету, туша его о массивную хрустальную пепельницу. — Значит, он еще там? — Н-не знаю. — Так иди и узнай. — женщина презрительно покачала головой. — Неужели никто не смог додуматься сперва проверить кабинку?

***

Макс очнулся, медленно собирая себя по кусочкам. Приподнимаясь на негнущихся локтях, парень с шоком отметил, что теперь бедро не болело. Боль разлилась по каждой клеточке его тела, впитываясь кажется даже в кровь и кости. — Сука… — хрипло выдохнув, студент трясясь подобно самому запойному алкоголику, что не успел вовремя опохмелиться, перевернулся, облокачиваясь спиной о стену. До «белого экрана» сжимая веки, парень старался успокоить ритм бешено колотящегося сердца. Сколько он так просидел? Пять минут, или три часа? Может вечность? Время было каким-то эфемерным, тягучим и убегающим сквозь пальцы, подобно той воде, что так и текла с крана в три ручья. Кое-как встав и в этот же момент завалившись на бок, парень пошатнувшись, закрыл кран, впиваясь в материал раковины до выступа вен. — Какого демона? — он уставился в свое отражение большими от удивления глазами. Рана полная осколков тонкого стекла, что при одном только взгляде заставляла мозг взрываться, выдумывая сотни тысяч вариантов почему из-за этого он скоро умрет, зажила. Не то что зажила — там не осталось и малейшего следа. Кожа стала ровной и гладкой, подобно той, что бывает у детей и почему-то это сравнение заставило табун мурашек пробежать по позвонкам. Ушла не только свежая и выглядящая просто отвратительно еще несколько часов назад рана, но и остальные мелкие и незначительные повреждения по типу царапин и синяков, что постоянно появляются то тут, то там. Макс кое-как натянул пострадавшее бельё, заранее вытрусив остатки стекла в урну и желая удостовериться в собственном разуме, неловко стянул и футболку. Как и предполагал парень — от бытовых повреждений, теперь была только слишком ровная и бледная кожа, как для человека, что не увлекался особым за ней уходом. Тонкие царапинки от ногтей Светы исчезли, засосы небрежно лежащие около шеи так же ушли. Вот это да! — Я бэтмен.

***

Уже на выходе, он встретился нос к носу с той самой охранницей, что вырубила его чуть ранее. Она выпучила на него разъяренные глаза, хватая за руку. — Ты где был? — прошипела она, стискивая его кисть острыми ногтями. Макс ойкнул, опустив взгляд, но тут же поднял обратно, почувствовав прилив уверенности после увиденного в туалете. — Отвали! — он грозно сверкнул глазами, вырывая руку. — И вообще, ты… Резкий удар в живот заставил парня скрючиться, буквально повисая на руках женщины. Та презрительно скривившись, схватила его за шею, заставляя приподнять искореженное в приступе боли лицо. — Тебя уже ждут. Мне бы, конечно, хотелось задержаться и приподать тебе урок по этикету, но увы. — она ухмыльнулась, перехватывая его за шкирку. Никольский болезненно повис на её плече, куда та без особых усилий его закинула. (разве что недовольно поморщилась, всё-таки сто плюс килограмм, утащить не так уж и легко.) " — Какая меткая, прямо в то же место…» — подумал парень, прежде чем вырубиться уже во второй раз.

***

— Что с ним? — приподняв идеально ровную бровь, спросила Фатима. — Брыкался, пришлось усмирить. — коротко отрапортовала охранница, небрежно скидывая парня на пол. — Зура, по-аккуратнее, можно? Всё же, не свою гору мышц кидаешь. — усмехнулась женщина, вглядываясь в уставшее лицо студента. Тот чуть покачнулся, приходя в себя от резкой смены координации. — Ммм… Да что ж за день, то сегодня такой… — Макс потер ушибленный затылок, удивленно моргая. — Ф-фатима Зурабовна? — Ну здравствуй, Макс.

***

Ланья неспешно шла по главному корпусу, тихо напевая одной ей знакомую мелодию. Женщины в строгих и деловых костюмах сновали туда-сюда, по своим делам и работе. Блондинка не обращала на них внимания. Впрочем, как и они на нее. У всех были свои дела и заботы. Щелкнув ручкой двери, девушка легким подступом скользнула в ближайшую дверь. — …Да, я знаю. — не громко говорила Настя, прижимая телефон к уху плечом. — …Угу… Угу… Я в курсе. Ланья замерла, с улыбкой прислонившись к стене. Девушка выглядела измученно, прокручивая в руке карандаш, что был наполовину меньше должного. Под локтями небрежно лежали кипы бумаг и чертежей. Ланья прищурилась стараясь разглядеть хоть что-то. Крылова что-то скучно отвечала собеседнику, пока Ланья элегантно усаживалась в кресло обозначая свое присутствие. Девушка резко повернулась в сторону звука. — …Я тебе потом перезвоню. — коротко ответила студентка, сбрасывая звонок. — Ланья? — С кем болтала? — девушка закинула ногу на ногу, специально медленно, давая шанс собеседнице перевести настрой на более интимный уровень. — Не важно. — она отвернулась, зашуршав бумагами. Несколько секунд агент не отрывала её, блуждая взглядом по хрупкой спине, однако это банальное разглядывание быстро наскучило. — Случайно не с тем парнем, что присылал тебе миленькие фотографии? — она смешливо закусила длинный ноготь. Настя скривилась, передергивая плечами. Такое излишнее внимание её нервировало. — Я работаю, — девушка показательно уставилась в листы, что-то высматривая на исписанной бумаге. Блондинка скучающе дернула ногой. — Не будь как Наташа, — взмолилась девушка, нехотя сползая с кресла. — давай лучше прогуляемся? — Тебе скучно? — за время, что девушке посчастливилось провести в их дружном коллективе, она неплохо освоилась, перенимая некоторые привычки давних обитательниц этих мест и даже одного обитателя. Настя стала куда раскрепощеннее и смелее, больше не страшась давать отпор глупым шуточкам Ланьи и нелесным комментарием остальных. Это придавало уверенности. — Я работаю над сывороткой генной модификации, а не дружбу подыскиваю. Ланья деланно надула губы, опускаясь недалеко от девушки. — Вам с Романовой нужно уже создавать сообщество «работа и ничего большего». — пошутила она, но отклика у Крыловой не нашла. — Ладно, хватит лирики. — блондинка в миг отбросила шутки. Лицо застыло и только огоньки дергающихся зрачков позволяли понять, что это не восковая маска. — Тот парень… Я видела фото. Настя выпрямила спину, напрягая плечи. Предчувствие не сулило ничего хорошего. — И? — Дай мне его контакт. Дальше я сама. — Зачем это тебе? — прищурилась девушка, оборачиваясь. — Недавно мы увиделись и он меня заинтересовал. Достаточно подробно? — она колко улыбнулась, расставляя локти шире. Настя смогла лишь отметить, что подобны жест говорил о большей уверенности и попытки задавить. — Нет. — блондинка резко подалась вперед, останавливаясь в паре миллиметров от её лица. Холодные, потерявшие всякую игривость глаза говорили больше слов. Сейчас перед ней была не агент Петровна — перед ней стояла убийца знающая свое дело. Хладнокровная и беспощадная. — Ты не сделаешь мне ничего. — голос предательски дрогнул, но девушка пыталась придать себе уверенный вид. — Тебе не позволят. — Ты думаешь? — их взгляды сцепились голодным зверьем, а дыхание смешалось. Настя проигрывала молчаливый бой, с неравным счетом отставая от старшей коллеги. — Я ничего тебе не скажу. — наконец зажмуривая глаза, прошипела девушка, отодвигаясь. Поясницу обдало глухой болью, при резком соприкосновении со столешницей, на которую, впрочем, студентка не обратила должного внимания. Ланья странно хмыкнула и не говоря ни слова удалилась из комнаты. Она и так уже всё поняла.