Главный секрет охотника на вампиров. История Зеро Кирию.

      Вскоре после моего появления в академии Кайен решил открыть ночной класс для элитных учеников. И всё бы ничего, но все, кто был зачислен в этот класс, были рождены вампирами. Никогда не разделял взгляды ректора. Тот вечно говорит о вампирах так, будто они его дети. Я же, хоть и сам стал таким же, не хотел мириться с тем, что рядом постоянно будут находиться эти пиявки. Одного из них я пытался убить, когда Кайену взбрело в голову позвать на ужин чостокровного из семейства Куран. Звучит странно, но я хотел убить его при помощи ножа. Нож хоть и острый, но вреда вампиру не причинит. Рана всё равно быстро заживёт. Но на тот момент у меня ещё не было постоянного оружия, и приходилось действовать по ситуации, беря первое, что попадётся под руку. Убить Канаме у меня так и не получилось. Виной тому был слишком миролюбивый Кайен, заставивший меня извиниться перед чистокровным. Как будто это так легко сделать! Не желая сталкиваться с ночным классом, я начал прогуливать уроки, о чём вскоре узнал Кайен и после длинной лекции заставил меня учиться, если не хочу ещё раз остаться на второй год. За ум я окончательно взялся к тому моменту, когда Юки должна была перейти в другой класс с нашего отделения. До сих пор понять не могу, как с такими оценками она умудрилась добиться перевода. Подозреваю, что дело в связях Кайена. Ради любимой дочурки он на всё пойдёт. Когда Юки появилась в нашем классе, мне было семнадцать лет. Именно к семнадцати годам я обзавёлся оружием против вампиров, которое меня, как ни странно, спокойно подпускало к себе. Кайен же как-то сказал по этому поводу: - То, что оружие тебя принимает - хороший знак. Это вполне могло случиться из-за того, что ты по-прежнему считаешь себя человеком. В тот же год, когда у меня появилась Кровавая Роза, Кайен предложил мне стать стражем. По правилам их должно быть двое, и какое-то время я ночами бродил по территории академии в одиночку, следя за порядком и борясь с навязчивым желанием пристрелить кого-нибудь из местных вампиров. Правила есть правила, и убивать всех подряд без получения списка строжайще запрещено, да и в гильдию меня пока не особо звали. Возможно, руководство тоже было в курсе того, что я и сам вампир и относилось ко мне с настороженностью. Вторым стражем стала Юки. Решение справедливое. О вампирах она знает с пяти лет и даже влюблена в одного из них. Явно не дружит с головой, раз постоянно к Курану клинья подбивает, хоть и заикается почти каждый раз, над чем я иногда подшучивал. Юки же мои фирменные подколы злили, но она была отходчивым человеком и через какое-то время сама приходила мириться. Вот и наши совместные дежурства проходили в подколах. И снова она злилась, а потом на своего кровопийцу отвлекалась. Правда, пару раз мне ей пришлось напомнить о её обязанностях. Что входило в наши обязанности? Соблюдение порядка и усмирения учеников дневного отделения. Все они каждый вечер толпились у ворот лунного общежития и выкрикивали имена учеников ночного отделения. Особо смелые на ворота залезать пытались, но тут же падали. Приходилось их ловить. Вот только девчонки в последствии перестали залезать на ворота после того, как я по-моему в пятый раз снял с ворот их предводительницу, бормотавшую что-то невнятное. Стоило обезумевшим фанаткам посмотреть в мою сторону, как они тут же разбегались по сторонам. Во время одного из таких дежурств Юки мне позавидовала, сказав: - И почему они при виде тебя шарахаются, а меня вообще никак не воспринимают? Зеро, я тебе завидую. Не поделишься секретом? Но делиться с ней своим секретом я не собирался. Уже как четыре года я перестал быть человеком, о чём знают только трое: Кайен, Ягари и я сам. Возможно, все ученики подсознательно чувствуют во мне вампира и бегут, куда глаза глядят. Юки же об этом знать вовсе не обязательно. *** Раньше приступы случались редко, а именно раз в месяц. Потом они проявлялись раз в неделю. Когда же они стали напоминать о себе чуть ли не каждый день, Кайен с помощью одного знакомого набил мне татуировку на левой стороне шеи. - Это поможет тебе сдерживать себя. - утверждал он. Не спорю, какое-то время татуировка жажду притупляла, чего нельзя сказать о кровяных таблетках, которые мой организм не воспринимал. Однако рядом с Юки, постоянно умудрявшейся получать ранения, я часто сходил с ума от запаха свежей крови. Из-за этого сдерживаться получалось всё хуже и хуже, и я с каждым днём рисковал раскрыть себя перед Юки. Первый из таких случаев произошёл после очередного дежурства, в ходе которого Юки поранила руку. Было очень трудно подавить соблазн и не укусить её. Тогда вместо бинта я перевязал ей руку своим галстуком, ненадолго задержав дыхание, хотя и от этого особой пользы не было. Я отошёл только к моменту окончания дежурства. Юки на тот момент уже нашла пластырь, которым закрыла рану, и сушила волосы после душа, когда в ванной появился я. Само собой, моё внезапное появление взбесило Юки, сказавшую: - Зеро, ты что здесь делаешь? - На нашем этаже все ванные заняты. - пояснил я. - Только ректорская свободна. Надеясь, что Юки скоро уйдёт, я начал снимать рубушку, когда Кросс, запустив в меня чем-то, по тяжести напоминающим косметичку, продолжила возмущаться: - А если б я была голая? Тебя вообще стучаться не учили? - Так ты уйдёшь или нет? - обратился я к ней. Продолжив сушить волосы и ни о чём не подозревая, Юки что-то говорила про важность нашей миссии, полностью дублируя слова Кайена. Воздух, шедший из фена, распространил по ванной запах её крови, из-за чего мне пришлось уйти чуть раньше времени. - Чего это с ним происходит? - бормотала она. Я же, укусив себя за губу одним из клыков и слизнув с неё кровь, думал: "Есть то, чего тебе лучше никогда не знать, Юки."