Часть 5 То, что было спрятано
11 сентября 2022 г., 00:39
В теплое воскресное утро на развилке у фонаря случайно встретились две фигуры, то есть не совсем случайно, если бы Минхо пришел даже на пол часа раньше, Хан точно также «неожиданно» столкнулся с ним на пути и предложил бы вместе идти. Минхо был слишком погружен в себя, чтобы заметить это.
Они пошли вверх по склону плечом к плечу, один с метлой, другой с большим пакетом. Прохожих на улице можно было пересчитать по пальцам, парни шли в тишине, увлечённые своими мыслями.
– Спасибо, что позвонил вчера, – сказал Хан спустя некоторое время.
– Я просто выполнял поручение, – сказал Минхо и тут же нахмурился, чувствуя, что похож на почтового голубя в глазах Хана.
– На самом деле, Феликс мне тоже позвонил.
«Зачем он тогда меня просил передать, если сам собирался звонить?! Этот парень точно считает меня за ручного зверька.»
– Что там? – спросил Минхо, указывая на пакет в руках Хана.
– Моющие средства, – Хан приоткрыл пакет и показал Минхо содержимое, там были средства для любой поверхности, в общей сложенности баночек шесть, а потом взгляд Хана упал на метлу, которую Минхо заложил на плечо.
Оба прыснули со смеху.
– Он на самом деле приглашает нас для уборки, – смеялся Хан.
– Он должен заплатить нам, – добавил Минхо.
– Как твоя рана? – спросил Минхо, впервые за это время всматриваясь в лицо Хана.
– Да, все нормально, – Хан тут же отвернулся и стал нервно поправлять челку.
Все же Минхо успел рассмотреть яркий синяк и полоску запекшейся крови на губе, выглядело это на самом деле не очень. В тот раз Минхо был сбит с толку обилием событий за один день и помнил все как-то урывками, но сейчас он видел этот ужасный след на коже парня и понимал, что тот мужчина неслабо его приложил.
«Но почему он выглядит так, будто ему это совсем безразлично?! Пытается строить из себя святого?» – подумал Минхо, рассматривая его профиль.
Тем временем они подошли к старинному двухэтажному дому в китайском стиле. Раньше Минхо думал, что этот дом заброшен, владельцев земли не могли найти много лет, все их контакты были недействительны. Кто бы мог подумать, что владельцы поместья неожиданно объявятся спустя почти десять лет отсутствия. Всего за пару месяцев благодаря труду более чем двадцати рабочих, дом был отреставрирован и стал являть собой пример для подражания и считался даже памятником архитектуры. Сад также приобрел изящный и ухоженный вид.
Минхо знал, что Феликс тут живет, но никогда не был внутри и тем более никогда не видел его родителей.
– Привет, – мрачно поздоровался Хенджин, появляясь из-за угла.
– Все нормально? – спросил Хан.
– Более чем, – неохотно ответил Хенджин, открывая ворота во двор, – Что у тебя там? – спросил тот, указывая на пакет в руке Хана, но сразу же ушел вперед, даже не собираясь выслушать ответ на свой вопрос.
– Моющие средства, – сказал Хан ему вслед, – А ты ничего не взял?
– Феликс будет рад тому, что он вообще пришел в выходной, – пояснил Минхо, когда Хенджин, больше ничего не сказав, скрылся в дверях поместья.
Сад прорезали узенькие дорожки, уложенные каменной плиткой с узорами. Лужайка была уставлена различными статуями животных, но Минхо не смотрел на них, он не сводил глаз с окон второго этажа. Он не мог отделаться от ностальгии, смешанной с душащим чувством утраты, при виде этого архитектурного великолепия. Дом, в котором он жил в детстве нисколько не походил на этот, но величественная атмосфера этого дома неизбежно возвращала его к временам, которые он пытался забыть.
Минхо никогда не хотел сюда приходить и он не пришел бы, если бы у него дома не был сейчас разгар военных действий. Ему было все равно куда идти, поэтому он выбрал место, где сможет хотя бы немного отвлечься от домашних дел.
На пороге к ним тут же подбежал Феликс и первым делом заключил Хана в крепкие объятия. Минхо тут же прирос к месту, наблюдая эту странную картину.
«Когда они успели так сблизиться?! Прилипли друг к другу, будто дружат еще с прошлой жизни, а не знакомы всего неделю.»
– Что с твоим лицом? – спросил Феликс, наконец отпуская Хана из своих объятий и обращая внимание на Минхо.
Он дружески ударил Минхо по плечу, правда не рассчитал силу и Минхо потер ушибленное место.
– Ничего, – фыркнул Минхо и двинулся из прихожей вглубь дома.
Хан и Феликс проводили его фигуру недоуменными взглядами. Когда тот исчез из виду Феликс посмотрел на Хана в ожидании объяснения, но тот только пожал плечами.
Минхо шел на шум голосов и оказался в просторной гостиной. Внутри были только Сынмин и Хенджин. Первый сидел в кресле, положив ногу на ногу, а второй растянулся во весь рост на диване. Они о чем-то громко спорили, но затихли когда увидели вошедшего. Минхо не слышал их разговора, но лицо Сынмина залилось краской, а Хенджин довольно улыбался.
– Наконец-то кто-то пришел, я больше не вынесу этого чудика, – сказал Сынмин, холодно взглянув на Хенджина.
– Привет, – сказал Минхо садясь в дальнее кресло, – Как твой папа?
– Заливает горе соджу с пивом, – сказал Сынмин как-то обыденно, – Человеку скоро пятьдесят, из которых тридцать он работает спасателем, но так происходит каждый раз.
– Результаты вскрытия неизвестны?
– Родственники не хотят их оглашать, хоть это могло бы пролить свет на исчезновения.
– Мда, ничего нового.
В комнату вошли Хан и Феликс, неся подносы с чаем и закусками. Убедившись, что все собравшиеся удобно устроились и получили чашку чая, они сели на диван. Минхо посмотрел на печенье на подносе и через секунду отвел взгляд, он почувствовал, что его стошнит от одного его вида.
Феликс не спешил оглашать причину сбора. Они с Ханом сидели на диване и вполголоса о чем-то щебетали.
– Так, что мы тут делаем? – прервал их Минхо.
– Ну, – неловко улыбнулся Феликс, вставая, – Пожалуйста, помогите мне с уборкой на чердаке, мне страшно туда одному идти.
«Все-таки мы для него уборщики.»
– И зачем? – спросил Сынмин, – Просто не ходи туда.
– Да ладно тебе, – сказал Феликс жалобным тоном, – Представь какого мне жить в таком доме одному и по ночам постоянно думать о том, что там на чердаке в закрытой комнате. Мне обязательно нужно знать. Что если там обитают злые духи и я буду навеки проклят? – он опустил голову и грустно вздохнул. В его игру не поверил никто, кроме Хана.
– Все нормально, я помогу, – он сочувственно положил руку Феликсу на плечо.
– Я тоже иду, – Минхо выпил чай в один глоток и тут же встал.
Хан, услышав слова Минхо, улыбнулся. Минхо показалось, что комната посветлела на мгновение.
– Пошли уже, у меня еще полно дел, – сказал Сынмин.
– Знаете какие у него дела? – подал признаки жизни Хенджин на диване.
– Заткнись, – процедил сквозь зубы Сынмин.
– Ладно, – просто согласился Хенджин и перевернулся на другой бок.
– А где остальные? – спросил Хан.
«Они оказались умнее.»
– Они заняты, так жаль, – сказал Феликс.
Хенджин так и остался лежать на диване, когда ребята вышли из гостиной и зашагали по широкой лестнице на второй этаж, а затем по узеньким коридорам второго этажа, пака не оказались перед люком в потолке.
– Кажется, этот дом очень старый, – сказал Хан.
– Так и есть, он принадлежит моей семье уже пол тысячелетия и пережил все, что только можно, – сказал Феликс.
Минхо снова увидел на лице Хана это выражение любопытства, которое видел в прошлый раз, когда тот расспрашивал его о городской легенде. Минхо мог ясно видеть, как его глаза горят пламенем и сжигают все препятствия на пути раскрытия тайны. Он инстинктивно отошел немного дальше, чтобы не стать жертвой этого огненной любопытности.
Они по очереди поднялись по крутым деревянным ступенькам, первым на чердаке оказался Сынмин.
– Черт возьми! – тот встал как вкопанный у люка с открытым ртом.
Следующим наверху оказался Хан и тот наоборот сразу же прошел вглубь, мотая головой в поисках того, на чем остановить взгляд в первую очередь.
Когда же Минхо оказался на чердаке, то сразу понял, что удивление Сынмина и Хана значили совершенно разное. В то время, как Хан восхищался старинным убранством помещения, Сынмин был раздосадован количеством работы, которая им предстояла. Эмоции Минхо в этот момент были ближе к последнему варианту.
Потолок метра три, от которого расходились деревянные опорные балки, был увешан паутиной. Мебель, какие-то статуи, покрытые тканью, еще ящики, расставленные вдоль стен. Все было покрыто сантиметровым слоем пыли и освещалось только двумя маленькими окнами в передней и задней части чердака.
– Что там? – Феликс залез последним и выглянул из-за спин Минхо и Сынмина.
– Тут работы на неделю, не меньше, – сказал Сынмин.
– Ого, такой красивый шкаф, – сказал Феликс, снимая ткань, – Как его смогли затащить сюда?
Минхо подошёл к Хану, который, сидя на полу, рассматривал содержимое ящиков.
– Смотри, это все старые газеты, – сказал Хан, когда заметил Минхо над собой, – В этом ящике семидесятые года.
– Они неплохо сохранились, – сказал Минхо, садясь рядом в облако пыли, которое тут же разлетелось по сторонам, заставляя Хана несколько раз чихнуть.
– Феликс, ты не против, если я заберу газеты себе? – крикнул Хан через весь чердак.
– Пожалуйста, я собирался выбросить все, что не имеет исторической или семейной ценности.
– Зачем? – спросил Минхо, обращаясь к Хану.
– Ну, – Хан замялся, но все таки продолжил почти шепотом, – В библиотечных архивах не сохранилось газет с пятидесятых до девяностых.
– А тебе они зачем?
– Городская легенда, – сказал Хан почему-то на ухо Минхо.
– Городская легенда? – переспросил Минхо.
– Именно.
– И как это взаимосвязано?
– Кажется, в середине прошлого века здесь существовала какая-то религиозная секта, но информации о ней нигде нет. Известно одно – они поклонялись богу на горе.
– Ого, впервые слышу, – Минхо был в самом деле удивлен, – Я тебе помогу.
– Правда?! – Хан почти закричал ему в ухо, после чего сам же смутился собственной эмоциональности.
Минхо мысленно ударил себя по лбу, он обещал не интересоваться Ханом, но из раза в раз он снова оказывается рядом и проявляет инициативу. Конечно, отказываться от своих слов он не собирался, но его посетило странное чувство, что он попал в ловушку, из которой нескоро выберется.
– Я буду благодарен, – смущённо добавил Хан.
– Можно ещё ребят позвать.
– Извини, не мог бы ты никому не рассказывать?
Минхо вопросительно посмотрел на него.
– Мне не хотелось бы впутывать в это других, в конце нас может ждать разочарование.
– Разочарование – это если мы ничего не узнаем? – спросил Минхо, но Хан ничего не ответил.
– Что вы делаете? Я что, тут один работаю? – возмутился подошедший к ним Сынмин.
Он был в медицинской маске и с метлой в руке.
– Идём, – сказал Хан, быстро вставая и вытягивая Минхо вверх за руку.
Все вооружились швабрами и рассредоточились по помещению. Через час пол и потолок избавились от слоя пыли и паутины. Чердак приобретал более благородный вид. Ткань сняли и изысканная мебель явила себя миру.
Парни сели на большую резную скамью довольные своей работой. Минхо физическая нагрузка далась довольно тяжело и он лежал, запрокинув голову на подлокотник.
– Может, это будет наше логово? – предложил Феликс.
– У тебя целый пустой дом, – напомнил Сынмин.
– Пф, это совсем другое, – сказал Феликс, потягиваясь, – Пока на этом все, идем есть. Я правда благодарен, что вы пришли.
Ребята поднялись и направились к лестнице, все устало молчали, только Феликс продолжал распаляться в благодарностях.
Минхо не сразу принял сидячее положение и немного раскачавшись все таки встал, правда сразу понял, что это была ошибка. Картинка перед его глазами наклонилась и пол приблизился к его лицу с невероятной скоростью. В следующую секунду он уже ничего не видел, не слышал и не чувствовал.
***
Маленький господин стоял у черного входа в поместье, отряхивая безнадежно перепачканные брюки. Если няня его так увидит, не видать ему десерта. Спустя минуту он сдался: проще проскочить в комнату незаметно, чем очистить брюки. Он тихонько приоткрыл дверь, на кухне никого не было. Он не придал этому особого значения, обрадовавшись возможности, и побежал в коридор первого этажа. После прогулки на свежем воздухе он чувствовал, что может даже летать, крепкие ноги несли его по проходу, он ничего не видел, кроме открытой двери в конце коридора. Родители устраивали какой-то деловой прием, молодой господин понятия не имел, зачем ему присутствовать там, но его каждый раз наряжали и представляли всем гостям. Он никогда бы не сказал этого никому, но ему это было приятно. Родители были заняты только им, когда представляли гостям и рассказывали о нем, как о своем величайшем сокровище. Жаль, это было просто пустой оболочкой. Он был еще совсем ребенком, но чувствовал, что родители оставляли его на няню при любой возможности, будто он был для них помехой в их идеальной жизни. Длинный коридор первого этажа также был пустым и мальчик оказался на парадной лестнице. Странно, прием уже должен был начаться, но где гости и работники поместья, мальчик не мог понять. Он начал сомневаться, что сейчас шесть, тогда дом должен был наполниться гостями и звуками, а в такой тишине, как сейчас можно отчетливо услышать даже ход часов. Точно, часы. Он должен был догадаться, что друзья опять над ним подшучивают. Он вбежал по лестнице, перепрыгивая по три ступеньки на каждый шаг, и остановился напротив больших напольных часов. Циферблат с выгравированным щеглом показывал пол седьмого. Молодой господин очень любил няню, как и она его, но он хотел, чтобы родители его тоже любили. У него был план. Молодой господин прочитал много комиксов и посмотрел много мультфильмов, из всего этого он вынес одно: все любят героев. Он видел, что мама с папой часто бывали грустными или злыми и он хотел им помочь, но они только ругали его, когда он пытался их развеселить или помочь по делам. Тогда он решил, что станет настоящим героем и все будут радостно выкрикивать его имя, как только увидят, он будет всем нужен. Молодой господин почувствовал нарастающую тревогу и вбежал по лестнице на второй этаж. Кажется, где-то слышны звуки. Конечно, как он мог забыть, сегодня гости в синем зале, не о чем волноваться. Он шел на звуки, но никак не мог разобрать их, они не похожи на музыку или голоса. Может, опять какие-нибудь торги, иногда родители собирали гостей и продавали картины, сплошь состоящие из размазанной краски, или там ложки, из которых нельзя есть. Мальчик не мог понять, почему все эти люди приходят, чтобы купить малюсенькую чашечку за баснословные деньги. Хотя кому уж зарекаться о деньгах, молодой господин и сам был невероятно избалован, ему покупали все, на чем он останавливал взгляд дольше, чем на пять секунд. Конечно, ему было приятно, но было бы приятнее, если бы родители просто спрашивали иногда как прошел его день, ну хотя бы раз в неделю. Свернув за угол, он рухнул на пол от резкого звука, похожего на хлопок. В конце коридора из под высоких двустворчатых дверей валил черный густой дым, постепенно приближаясь к мальчику. Он так и не достиг ног молодого господина, окна в коридоре лопнули, издав ужасный звук. Черные щупальца дыма вылетали наружу, молодой господин не мог отделаться от мысли, что это огромный осьминог и вот вот появится его туловище, но его не было. Он хотел быть героем, он должен помочь. Мальчик хотел встать и побежать к двери, но не мог сдвинуться с места. До него доносились голоса, они звали его.***
На все той же резной скамье лежал парень, лицо которого выделялось белым пятном, среди тускло освещенной комнаты. Его окружала суета, создаваемая тремя ни на шутку перепугавшимися парнями, но разум его был слишком далеко, чтобы услышать хоть что-нибудь. – Минхо! – Феликс хлопал его по щекам уже минуту, но на лице Минхо не дрогнул ни один мускул. – Я принес воду, – на чердак забежал Хенджин с бутылкой воды, по его лицу можно было сказать, что он на самом деле бежал со всех ног. Хан взял бутылку и набрал полный рот воды. Он опустился на колени рядом со скамейкой и прыснул воду на лицо Минхо. Брови парня тут же нахмурились и он зашелся в приступе кашля, закрывая лицо ладонями. Феликс помог ему сесть, но жуткий кашель не прекратился. Минхо выглядел еще бледнее, чем обычно. По его волосам стекала вода, заставляя того трястись от холода. От этой картины у всех присутствующих кольнуло сердце. – Я принесу чай, – сказал Хан и в ту же секунду испарился. Когда он появился на чердаке через минуту, Минхо перестал кашлять, но все еще закрывал лицо руками. – Держи, я тебе чай принес, – Хан отнял руку Минхо от лица и вложил в нее чашку, но своей руки не отнял и помогал ему поддерживать чашку, обхватив его руку своей, – Пей, он сладкий. Минхо пытался собрать все мысли в кучу, чтобы понять хотя бы где он находится. Он не понимал, сколько времени произошло, сон был таким длинным. Он сделал пару глотков и снова закашлялся. Хенджин снял худи на молнии и накинул на плечи Минхо, видя как тот трясется. – У тебя есть водоросли? – серьезно спросил Минхо хриплым голосом, пристально смотря на Хана. Хан уставился на него, пытаясь понять, в чем шутка, но спустя мгновение он не нашел в лице Минхо ни намека на озорство. – Нет, я их терпеть не могу, – признался Хан. – Вот как. Пока Хан и Хенджин были заняты уходом за Минхо, никто не обратил внимания на немой разговор, состоявшийся между Феликсом и Сынмином. Тяжелый взгляд Феликса встретился с холодным взглядом Сынмина. Со стороны это сложно было понять, но они точно обсудили что-то и сошлись во мнении. Минхо осматривал окружение рассеянным взглядом, сейчас весь мир казался ему таким простым, все чувства ушли, он даже подумал о том, что был бы не против навсегда остаться в таком состоянии. Из этих мыслей его вырвала мелодия телефона. Взглянув на экран, он тут же пришел в себя. «Мама?!»
