Поднимается, значит, пьяница на борт, а ему берут и говорят: «Одноногий умер»

      Надежд Александр не питал, а после вступления на борт судна и вовсе захлопнул крышку их гроба.       Он надеялся, что нанятый капитан (заметьте, рекомендованный самим адмиралтейством!) окажется толковым — частично не прогадал.       За показной наставнической мягкостью капитана — Ливси — что-то определенно скрывалось, иначе весь скоро собранный сброд не стал бы так ровно ходить под ним.       Особенно Бонс.       — Что вы ему сказали? — поинтересовался Смоллетт, когда побледневший Билли скрылся за дверью «гостиной» каюты.       — То, — широкая грудь капитана дрогнула от мягкого смешка, — То, что на своём судне я не потерплю пьянства — ром для таких бедных душ равен смерти.       — Вы совершенно правы, капитан, — согласно кивнул Александр.       — Теперь они в ваших руках, доктор.       — Вы можете смело довериться его опыту, — в разговор вступил Трелони.       — Благодарю, — Ливси прищурился, — Надеюсь понадобится только опыт доктора, а не судьи.       — Тогда, к вашим услугам солдат и доктор, — запоздало представил Джон.       Смоллетту такое не понравилось.       — И трактирщик с очень длинным языком, — заметил капитан, — Остальное предпочту увидеть на практике.       — Уверяю, я нем, как могила, — заверил Трелони, но отступил.       — Поверю вам на слово, — едва заметная тень скользнула по лицу Ливси.       Если здесь был намёк то он был упущен.       — Я не дам вам повода сомневаться! Клянусь «Бенбоу»!       — Считайте, трактир уже ваш, капитан, — выдохнул Александр.       — Грубо, — подшагнув Джон ткнул его в бок.       — Джентльмены, — начал капитан.       — Первое впечатление может быть… — ровно прервал Смоллетт.       — Джентльмены, — повторил Ливси, — Если вы хотите его исправить, то вам нужно вспомнить о кое-ком, — перехватив объяснение, он подсказал.       — Кое-ком?       — Мальчишка! — Джим был единственным «доверенным» лицом, которого не было в комнате.       (Первый помощник Флинт совершенно не пришёлся по вкусу Александру, а о Бонсе говорить нечего)       — Верно, юный Хокинс, — капитан не был удивлён, — Мне бы хотелось, чтобы он проводил время в вашей компании.       — Вы оставили его на пьяницу! — Смоллетт повернулся к Трелони.       — Мы, — поправил Джон.       — Без владельца корабля мы не можем принимать дальнейшие решения, — прояснил Ливси.       — Он будет здесь через минуту! — так Трелони и видели.       — Присмотрите за ним, доктор? — Ливси фыркнул в кулак, — Ними.       — Обязательно, — буркнул Александр.       Путешествие обещало был занимательным.