То, что никогда не меняется

Янь Фэй вернулась домой лишь поздним вечером. В обычное время она не прочь была бы задержаться, поскольку свою работу по сей день страстно любила, и порой сама забывала о времени, зачитываясь обновлённым изданием конституции Ли Юэ. Однако морозный январь никак не попадал под категорию «обычного времени». Зимой Янь Фэй становилась особенно уязвима к холоду, и всё, чего ей хотелось после окончания рабочего дня — как можно скорее оказаться дома, особенно если там её ждали объятия Ху Тао, согревающие даже лучше, чем горячий суп с тофу. Преодолев метель, бушующую на улице, Янь Фэй наконец-то добралась до дома. Она тут же принялась стряхивать снег с обуви, одежды и рогов, которые невозможно было спрятать под шапкой, и попутно отметила, что в квартире царит кромешная темнота. Поначалу это показалось ей странным — Ху Тао, как правило, любила засиживаться допоздна, — однако вскоре Янь Фэй пришла к выводу, что та тоже могла утомиться на работе, и потому усталость сморила её. Думая об этом, Янь Фэй не сумела сдержать нежной улыбки. Она прошла вглубь квартиры, и тут же ею завладели сомнения в верности собственных выводов. На кухне горел свет. Что ж, возможно, Ху Тао чем-то слишком увлеклась, и потому не услышала, как Янь Фэй вошла? Решив докопаться до истины, как делала это всегда, Янь Фэй направилась к свету. Только она переступила порог кухни, как тут же замерла на месте, в изумлении уставившись на представшую перед ней сцену. Янь Фэй оказалась права — Ху Тао в самом деле уснула. Её руки были сложены на столе, а на них, в свою очередь, покоилась голова. Рядом с Ху Тао стоял ночной светильник, каким-то образом перекочевавший из спальни на кухню, и хотя Янь Фэй было интересно узнать причины этой внезапной миграции, сейчас её больше занимал вопрос, почему Ху Тао уснула именно здесь. Янь Фэй не видела перед ней никаких «скучных бумажек», которые могли бы одолеть непоседливую натуру её девушки, а других причин, почему бы та уснула прямо за столом, Янь Фэй попросту не находила. Янь Фэй ласково усмехнулась, покачав головой. И что же с ней делать? Совсем не хотелось будить Ху Тао, но и оставить её здесь Янь Фэй тоже не могла.  Пока она искала оптимальное решение для своей дилеммы, Ху Тао проборматала что-то сквозь сон и зашевелилась. — Ммм… — протянула Ху Тао, поднимая голову с рук — наверняка затёкших — и пытаясь разлепить веки. — Янь Фэй, ты уже дома?.. — прищурилась она, чтобы убедиться — перед ней действительно её девушка, а не какой-нибудь докучливый призрак, например. — Ты не голодна? — Признаться, от чего-нибудь горячего не отказалась бы, — улыбнулась Янь Фэй, ощущая смутное дежавю. — Ха! — победоносно воскликнула Ху Тао, словно только и ждала этого ответа. — Тогда ты наверняка будешь рада узнать, что я приготовила твой любимый крабовый тофу, — добавила она с широкой улыбкой. — О, — Янь Фэй округлила глаза, искренне удивлённая заявлением своей девушки. Готовкой, как правило, занималась Янь Фэй, поэтому она в самом деле не ожидала, что Ху Тао решит изменить их небольшой традиции. — Что значит это «о»? — Ху Тао слегка склонила голову вбок. — Если ты переживаешь о том, все ли необходимые процедуры я соблюла, то можешь не беспокоиться! Я помню, что, — Ху Тао подняла указательный палец вверх и прикрыла глаза, цитируя слово в слово: — всё, от размера кусочков до вкуса, должно быть выполнено в строгом соответствии с каждой буквой установленного рецептом «Закона о крабовом тофу», — продиктовав эту фразу, сказанную некогда самой Янь Фэй, Ху Тао вновь открыла глаза, выглядя при этом очень довольной собой. Янь Фэй, прикрыв рот ладонью, рассмеялась.  — Не могу поверить, что ты в самом деле это запомнила, — хихикнула Янь Фэй. На её лице сияла совершенно счастливая улыбка. — Не терпится отведать твой крабовый тофу! — Ну-ну, не спеши так, — Ху Тао поднялась из-за стола, прищёлкнув языком. — Сперва тебе нужно переодеться! А я пока подогрею тофу. Хлопнув в ладоши, Ху Тао подошла к плите и собиралась было поставить на неё крабовый тофу, однако её остановил вопрос Янь Фэй: — И всё же, зачем нужен был светильник?.. Неужели лампочки в люстре перегорели? — Янь Фэй подняла голову к потолку, однако трудно было определить, верна её догадка или ошибочна.  — Нет, с ними всё в порядке, — Ху Тао тоже невольно глянула на потолок. — Я просто… — она вздохнула. — Возможно, это покажется тебе странным, но я просто вспомнила те истории, что ты рассказывала о своём отце… о том, как он дожидался тебя, оставляя лампу зажжённой, а потом подогревал для тебя еду. И когда ты предупредила меня, что задержишься сегодня, я подумала: «почему бы и нет?» — Ху Тао пожала плечами. — Вспомнила, что мы давно не ели крабовый тофу, и решила воссоздать для тебя ту атмосферу… — она перевела взгляд на светильник, принесённый из спальни и служащий сейчас единственным источником света во всей квартире. — Это, конечно, не масляная лампа, но, надеюсь, общий дух передать всё равно удалось! Только вот дождаться тебя не получилось — кто же знал, что на кухне так хорошо спится, — усмехнулась Ху Тао.  Янь Фэй тихо выдохнула, растеряв все слова и запутавшись в пучине собственных мыслей и чувств. Внезапно нахлынувшие воспоминания перемешались с той безграничной, необъятной и всеобъемлющей любовью, которую способна была вызвать в ней одна лишь Ху Тао. Сколько бы веков ни прошло, сколько бы её перерождений Янь Фэй ни видела… Ху Тао никогда не переставала её удивлять.  Всего в пару шагов Янь Фэй преодолела разделявшее их расстояние. Её руки сомкнулись за спиной Ху Тао, и Янь Фэй крепко прижала к себе свою девушку, лицом уткнувшись ей в плечо. Янь Фэй хотелось ощутить тепло Ху Тао, её запах, её реальность. Порой ей самой не верилось, что эта чудесная, удивительная девушка из раза в раз продолжала выбирать её, Янь Фэй. Чем она заслужила Ху Тао?..  — Эй-я, что это с тобой? — удивилась Ху Тао, но на объятия ответила без промедлений. — Неужели так сильно успела соскучиться по мне за день? — добавила она с хитринкой. «Не только за день, — хотела ответить Янь Фэй, — а за все те годы и десятилетия, что провела в разлуке с тобой, пока разыскивала тебя». — Не представляешь, как сильно, — вместо этого ответила она и, улыбнувшись, с наслаждением потёрлась щекой о чужое плечо.  Ху Тао хихикнула в ответ. — Янь-Янь, я ничего не имею против этого внезапного приступа нежности, — начала Ху Тао, — но твои рога… Это щекотно! — Ой, — Янь Фэй мгновенно отпрянула, но, прежде чем окончательно разорвать объятия, оставила лёгкий поцелуй на кончике чужого носа. — Это в награду за стойкость перед щекоткой!  А лучшей наградой для неё самой стала широкая счастливая улыбка на губах возлюбленной. Теперь, наконец, Янь Фэй отправилась переодеваться, не забыв захватить с собой «сбежавший» из спальни светильник.

***

После ужина они устроились на диване за просмотром совершенно случайного сериала на «Нетфликс». Для Янь Фэй было не так уж значимо, что именно они собирались смотреть сегодня — куда важнее то, что она могла воплотить в реальность все свои мечты, которые не покидали её на протяжении этого долгого дня.  Во-первых, она тщательно укуталась в плед, чтобы позабыть о мерзком холоде, так и стремящемся забраться ей под кожу и кости. Во-вторых, что самое главное, она с удобством устроилась в объятиях Ху Тао, заботливо предоставленных для неё. От удовольствия Янь Фэй на секунду прикрыла глаза, но тут же её настиг недовольный возглас Ху Тао: — Эй! Неужели я одна собираюсь смотреть это? Впрочем, недовольства в её словах слышалось куда меньше, чем ласковой и беззлобной насмешки. — Ммм, нет, — не слишком убедительно промычала Янь Фэй, так и не открыв глаз. — Просто мне слишком уютно и тепло, всего-то секундная слабость. Ху Тао, не убеждённая её доводами, прищёлкнула языком. — Ну-ну, конечно, — произнесла она с усмешкой. — Готова поспорить, что такими темпами ты и до середины первой серии не дотянешь.  — Если ты так считаешь, то…. — Янь Фэй приоткрыла глаза, но лишь для того, чтобы заглянуть в чужие. — Погладить мои рога, пожалуйста? Может, это поможет мне продержаться подольше.  — Говоришь так, будто я не знаю, что это действует на тебя как снотворное, — фыркнула Ху Тао. Её ладонь вскоре легла на ближайший к ней рог, и нежными движениями Ху Тао начала поглаживать его.  Янь Фэй ничего не ответила, но в этот раз, когда она закрыла глаза, на её губах расцвела лёгкая улыбка. Не было на этом свете ничего более умиротворяющего, чем руки Ху Тао, гладящие её по рогам. И пусть та больше не являлась обладательницей Пиро стихии, поскольку люди давным-давно перестали получать Глаза Бога, Янь Фэй готова была поклясться, что прикосновения Ху Тао отдавали тем самым теплом, которое резонировало с её собственным. В подобные мгновения границы реальности и времени словно расплывались, и Янь Фэй казалось, что никогда не существовало ни мучительных разлук, ни радостных воссоединений, ведь то тепло, которым Ху Тао делилась с ней, никогда не покидало Янь Фэй по-настоящему. Янь Фэй всегда трепетно хранила его в своём сердце, а потому ей казалось, что так было всегда.  Как показывал её многовековой опыт, некоторые вещи никогда не меняются. Например, то, что солнце восходит на востоке, а заходит на западе. Или то, что Ху Тао всегда будет любить её, а Янь Фэй всегда будет любить и искать Ху Тао. Она убеждена, что таким фундаментальным вещам попросту не суждено меняться, и благодарна мирозданию за это.