У драконов нет сердца

      Среди каменных пещер Темного леса от посторонних глаз скрывается золотая клетка. О ее жительнице ходит множество разного рода сказок и легенд, которые читают детям перед сном, чтобы уложить спать, но на деле дети не спят до самого рассвета.       – Лас, а ты принесешь мне в следующий раз те краски из морских ракушек? – по пещерной комнате разлился ласковый женский голос.       – Да, Азалия, – дал ответ ей мужчина. – Все, что пожелаешь.       В свое время волшебник Лас начал коллекционировать самую знаменательную коллекцию необыкновенных вещей. Проходили слухи, что у него есть бабочки, которые сияют дневным светом во мраке, ящерка, говорящая на людском языке, книга, гуляющая по полкам, и ещё целое множество невероятного. Некоторые люди отправлялись на поиски его коллекции, но никому до сих пор не удалось ее отыскать.       – Расскажи, что привлекло тебя в этот раз? – маленькая девушка сидела на золотой поверхности за прутьями и любовалась книгами, которые ей принес волшебник из еще одного путешествия. Красные волосы спутались, но никто не обращал внимания.       – Я видел зеленые крыши, – его черные одежды еле слышно шуршали по земле. – Зеленые крыши на самом высоком холме, который украшен бусами розового кружева.       – Ты можешь взять меня с собой в следующий раз? – в ее глазах мелькала надежда, которую Лас заметил и нежно ей улыбнулся.       – Не уверен, что в следующий, но когда-нибудь, – сказал он, следя за тем, как Азалия перелистывает страницы, немного шурша ими.

* * *

      – Я пошел, Азалия, – он подошел к золотой клетке, спустившись на уровень девушки.       – Ты ведь вернешься? Правда-правда вернешься? – жалобно спросила она. Мужчина кивнул, – Мне без тебя будет очень одиноко, – тихо проговорила она.       – Я ведь обещал, – его ладонь полностью покрывала ее щеку. Казалось, была бы Азалия в состоянии, она могла бы укутаться в эти мягкие ладони. Лас улыбнулся и подарил последний поцелуй в лоб.       Мужчина подхватил свою сумку и быстро пошел прочь. Уже через несколько секунд его силуэт скрылся за поворотом. Азалия сжала руки в кулачки. Ее глаза наполнились слезами. Сколько бы раз и как часто он не уходил, ей всегда становилось больно от осознания, что следующие несколько недель она будет одна в этой каменной «клетке», дожидаясь его возвращения. И в эти мгновения она не могла даже молиться потому, что мысль о том, что он может не вернуться, каждый раз причиняла ей боль. Но она и догадаться не могла, что, сколько бы она не ждала его, в этот раз он не вернется. И впервые она придала гораздо большее значение их последнему поцелую.