Каждое утро

Эмма аккуратно, чтобы не издать лишних звуков, приоткрыла дверь и заглянула в комнату. Как она и думала, Рэй всё ещё спал. Он лежал на своей стороне кровати, повернувшись лицом к окну, и тихонько сопел. Солнечные лучики, пробивающиеся сквозь полупрозрачные занавески, попадали ему на лицо, из-за чего он неприятно морщился и ворчал. У Эммы такая картина вызвала лёгкую улыбку. Сейчас Рэй напоминал ей котёнка, такого маленького, хрупкого и милого. Ей нравилось видеть его настолько умиротворённым и беззаботным, поэтому она даже задержалась в дверном проёме, чтобы просто полюбоваться им. Обычно он выглядел хмурым и серьёзным, и потому ей доставляло особенное удовольствие наблюдать за ним сейчас. Больше всего её умиляло то, как он жмурился, когда ему в глаза попадали солнечные лучи. Тогда он даже закрывался руками или одеялом, будто прятался в домик. Это казалось ей невероятно забавным, поэтому она совсем не могла сдержать смех. Сложно было не засмеяться, наблюдая за ним, тщетно пытающимся спрятаться от назойливого солнца. Жаль только, что он редко бывал таким. Но именно поэтому Эмма и ценила эти редкие моменты как сейчас, когда Рэй вёл себя открыто и непринуждённо. Вдоволь налюбовавшись им, она наконец подошла к кровати. Всё-таки она пришла сюда в первую очередь для того, чтобы разбудить его и пойти вместе с ним завтракать. Именно этим она и занялась. Осторожно склонившись над ним, она ласково провела по его плечу, чмокнула его в макушку. Он поморщился, недовольно заворчал, но всё же приоткрыл один глаз. Однако ненадолго, в следующую же секунду он его закрыл. Таким образом он всегда показывал, что не хочет вставать, и Эмма прекрасно об этом знала. Однако сдаваться она была не намерена. Склонившись ещё ниже, она провела пальцами по его руке, затем спустилась ниже, к груди и рёбрам. Он тихо выдохнул, но глаз всё же не открыл. Вредничал. Ну ничего, она знала, как заставить его проснуться. — Просыпайся, лучик, уже давно утро, — мягким шёпотом сказала она, продолжая ласково гладить его. Рэй демонстративно фыркнул и закрылся одеялом. — Не хочу, — буркнул он. — Между прочим, я приготовила твои любимые блинчики. — Я хочу блинчики, но ещё больше я хочу спать. — А если я тебя поцелую? — в тот момент, когда Эмма это спросила, она заметила, как Рэй дёрнулся под одеялом. Она беззлобно усмехнулась. Она даже не сомневалась, что это сработает. — Можешь попробовать, — Рэй слабо усмехнулся и стянул с себя одеяло. По выражению его лица было видно, что он только этого и ждал. Растянув губы в довольной улыбке, Эмма приблизилась к его лицу и поставила руки по обе стороны от его головы. Несколько рыжих прядей упали ему на щёки, слегка щекоча их, из-за чего он скривился. Она тихо хихикнула, убрала мешающиеся волосы и наконец мягко накрыла его губы своими. В этот момент он наконец открыл глаза, а после ответил на поцелуй. Мягко обхватил её талию руками, прижал к себе. Она погладила его по плечам, нависла сверху. Одной рукой он медленно, словно растягивая момент, провёл по её спине, другую же запустил в рыжие кудри. Всё это время он не сводил с неё взгляд, собственно, как и она с него. Было особенно приятно в такие моменты, как сейчас, смотреть друг другу в глаза, видеть в них своё отражение. Ещё большее удовольствие доставлял сам поцелуй. Он был настолько сладким и упоительным, что у Эммы даже перехватило дыхание. Сердце забилось быстрее, разгоняя по венам разгорячившуюся кровь. По лицу Рэя она видела, что сейчас он испытывает то же, что и она, и ей это определённо нравилось. Нравилось ей и то положение, в котором они сейчас находились. Нравилось нависать над ним сверху, гладить его по плечам, нравилось целовать его и просто быть с ним рядом. И ей очень хотелось бы, чтобы момент их близости продлился как можно дольше, желательно целую вечность. Однако всё хорошее имело свойство быстро заканчиваться, вот и им в конце концов пришлось разорвать поцелуй. Когда Эмма отстранилась от него, Рэй сделал глубокий вдох, пытаясь перевести дыхание, и медленно провёл ладонью по её веснушчатой щеке. По его глазам она видела, что этого ему недостаточно. Впрочем, ей и самой не хватило только одного поцелуя. Хотелось большего, но она понимала, что нужно подождать. Тем более, у них ещё целый день впереди. Поэтому, лишь добродушно улыбнувшись, она заправила рыжую прядь за ухо и сказала: — Пойдём, твои блинчики тебя уже заждались. — Что, уже? — с неприкрытым разочарованием в голосе спросил Рэй. Очевидно, он рассчитывал на продолжение. — Сначала блинчики, потом десерт, — на слове «десерт» она сделала особый акцент. Таким образом она как бы намекала, что его ждёт после завтрака. Рэй её намёк понял почти сразу же. Сначала он недовольно и несколько раздосадовано нахмурился и даже заворчал, однако потом всё же встал с постели. Эмма тихо посмеялась и потянула его за собой на кухню.