Всегда рядом

      Ацуши не мог заняться работой, сидя в агентстве, озабоченный лишь состоянием Акутагавы. В тот день, он выглядел таким уставшим, вот только от чего было загадкой. — Ацуши! — Парень даже не заметил как Доппо оказался перед его столом. — Ты уже закончил? — Ацуши неловко улыбнулся, ведь кроме даты ничего на листе перед ним не виднелось. — Боже, почему вы такие, — Куникида поправил очки одной рукой, пододвинув оправу большим и средним пальцами. — Даю тебе еще время. О чем ты только думаешь. — проговорил он перед тем как выйти из офиса. — Да, Ацуши, расскажи! — Добавил Дазай, сидящий рядом. — Все в порядке! Правда! — нервозно ответил. — Доктор Йосано может тебя проконсультировать, — проговорил Дазай через некоторое время.       А ведь наставник прав, она точно знает, что происходит с Акутагавой. Ацуши решил зайти к ней перед концом рабочего дня, если он пойдет сейчас, то Дазай будет что-то подозревать. — Ну, раз Куникида ушел, то и я пойду, — Дазай встал, направившись к выходу, — Надеюсь, сейчас в кафе сидит какая-нибудь красотка, жаждущая двойного самоубийства, — Сложил рук замок и приложив к щеке проговорил Осаму — Удачки!       Все слишком хорошо складывалось, Ацуши не мог не воспользоваться такой возможностью, поэтому пошел в кабинет доктора Йосано. Он думал о том как же повезло прийти в момент, когда не было ни каких экспериментов, но менее жутко внутри от этого не становилось. Акико сидела за столом, запрокинув на него ноги, листала какой-то журнал. — Что-то произошло? — продолжая листать, спросила коллега. Ацуши прошел в кабинет, присев на край кушетки. — Я хотел поинтересоваться от чего могут быть проблемы со сном? — У тебя бессонница? — Нет, я спрашиваю не о себе. — Хм, о ком тогда? — Если бы только Накаджима понимал для себя кем является ему Рюноске. Врагом? Напарником? Другом? Он не знал как все это назвать. Ацуши замешкался. — Тогда знаешь ли ты как питается этот человек? — Продолжила Йосано, ясно понимая, что ответа не последует. Парень начал вспоминать как убирал столик из свой комнаты, Акутагава тогда съел все, оставив только горошек в одной стороне тарелки. Возможно, он давно не ел, либо у него хороший аппетит, но Ацуши сомневался, что Акутагава, имея хороший аппетит, стал бы есть у него. — Возможно. Единственное был жар, это все, что могу сказать наверняка. Акико поднялась со своего места, подойдя к Ацуши. Немного нагнувшись, начала смотреть ему в глаза, раскрыв пальцами зрачок. — Что вы делаете? — Доктор Йосано убрала руки, направившись обратно. — Хотела убедиться, что это точно не ты. Думаю, что человек, о котором ты говоришь переживает какой-то стресс. Не могу сказать точно, уточни сопровождают ли его головные боли. — А как можно избавиться от этого? — Знаешь, душевные заболевания не по моей части. Могу лишь сказать, что нет ничего лучше, как избавиться от причины возникшего стресса. Поговори с ним, возможно он сам не до конца понимает, что с ним происходит. — Спасибо вам! Я тогда пойду. — Хорошо, только один совет — будь мягче, люди слишком чувствительны в таком состоянии. — Еще раз спасибо. — Ацуши ушел, озадаченным тем, как поговорить с Акутагавой, если они не видятся, он узнал о его состоянии лишь по случайности. — О, и ты здесь! — Восторженно крикнул наставник. — Вы же спустились в кафе, разве нет? — Неестественно улыбнулся Ацуши. Дазай дошел до Ацуши, не сдвинувшегося с места, протянул ему сложенный листок. — Мне тут малышка Гин дала один адресок, думаю, он тебе понадобится. — сказав это, Осаму прошел дальше кабинета Йосано. — Как вы узнали? — Ацуши, ну, ты же детектив, подумай! — Дазай остановился, повернув немного голову, но он не смотрел на коллегу, его взгляд был опущен вниз, улыбка пропала с его лица. — В свое время я не мог позаботиться о нем, — Он говорил правду, ему не свойственны такие простые человеческие чувства, думая об этом Осаму вспоминал Оду с большим сердцем. Наставник отвернул голову, продолжив движение. — Один только вопрос, почему ты это делаешь?

***

      Ацуши пришел по указанному адресу, по которому располагалась одна из множества жилых высоток Йокогамы, пока он направлялся к ней, мысли заполняли голову, Накаджима волновался, вдруг ему даже не откроют дверь или еще хуже, если откроют. Можно ли считать этот день последним в его жизни? Зачем он все-таки пришел сюда? Чем дольше он стоял уже перед дверью квартиры, тем больше мыслей душили его изнутри, не давая вдохнуть, набравшись сил, все-таки постучал по злосчастной двери, но никаких звуков с противоположной стороны в ответ не возникло. Глупо было полагать, что портовая мафия с приходом темноты возвращается сразу домой. Он не понимал, что чувствовал с осознанием этого, но все еще стоял напротив, в надежде постучав еще раз. После первого же стука, дверь резко отворилась, клешни Расёмона вцепились в горло детективу, затягивая в квартиру, все это произошло со скоростью молнии. Спустя несколько секунд Ацуши уже был прижат к стене перед Акутагавой. На лице Рюноске виднелась злость, которая быстро изменилась на непонимание, когда он увидел лицо человека перед ним. Детектив держался за нити Расёмана, пытаясь освободить немного места, чтобы вдохнуть воздуха, пока Рюноске пытался понять, что происходит. Через время клешни вернулись обратно в одежду хозяина, отчего Ацуши упал на пол, прочувствовав боль в копчике. — Откуда у тебя мой адрес? — со строгостью в голосе спросил член портовой мафии. Накаджима чувствовал напряжение вокруг них и не только он. — Дазай дал мне его. — Ацуши все еще сидел неподвижно на полу, опершись на стену, не решавшись встань на ноги, от чего превосходство Рюноске увеличилось. Акутагава отвернулся от незваного гостя, направившись к выходу из комнаты. Он не знал как реагировать и не хотел, чтобы тигр это как-то почувствовал. В это время пока он приходил в себя, Ацуши поднялся на ноги. — Акутагава! Как давно тебя сопровождают головные боли? — Детектив не знал наверняка, но стоило попробовать. Ацуши снова почувствовал лишь воздух под ногами. Он искренне не понимал такой реакции. — Да, что ты знаешь обо мне? — Акутагава хоть и был зол, но клешни Расёмона по сравнению с первым нападением значительно слабже. — Ответь мне! — Ацуши перешел на крик, наплевав на совет Йосано, что заставило Рюноске убрать Расёмона. Отчего Ацуши снова жестко приземлился. — Почти сразу после лечения. — Накаджима понимал о каком именно лечении идет речь, но не понимал источник переживания. Неужели это все из-за вампиризма? Если так, то он не понимал Акутагаву еще больше. — Теперь уходи! — Нет! Разве не ты говорил мне на Моби Дике, что прошлое никак не влияет на настоящее? Разве не ты называл меня глупцом! тогда почему ты позволяешь себе переживать из-за него! Отвечай! — Ты действительно глупец! Я должен был умереть тогда в бою, то что я стою перед тобой является ошибкой! Я должен был умереть! — крики Акутагавы переходили от гнева к боли от сказанного. После прозвучавших слов в комнате возникла тишина. — Я рад, что ты жив, — прервал молчание Ацуши тихим высказыванием, он поднял мокрые глаза на Рюноске, у которого был отведен взгляд в кромешную темноту за окном. — Правда. Рад. — В тот момент, когда я лежал на палубе, я почувствовал. что хоть кому-то нужен, — Акутагава подошел к окну и увидел на небе звезды, которые так редко расстилаются большим полотном над городом. — Но у меня отобрали это, сделав марионеткой, когда мной управляли, мой разум хоть и подчинялся полностью, но был в сознании. Я стал жалкой пешкой в их руках. Не такого ухода я желал, но даже так… После всего происходящего вы смогли меня спасти, только я вас просил? — Рюноске ударил по стеклу. По телу Ацуши пробежала дрожь от его слов. — Я проживал столько боли и у меня появился шанс уйти с этого мира достойно, Дазай такого точно не ожидал. — «Почему он сказал его имя?» именно это прокрутилось в голове у Накаджимы. — Ты все еще ищешь одобрения от Дазай-сана? — Накаджима вдруг решил следовать совету Акико. — Нет, — Его ответ был сказан так искренне, что Ацуши не мог не поверить ему. — Тогда почему ты сказал его имя? — Вспомнил уход Одасаку-сана. Он ведь тоже погиб выполняя миссию. Над его смертью проливали слезы, а что я? Я не был нужен кому-то тогда, так и не нужен сейчас. — Это ложь! Как же Гин? Она твоя сестра! Ты не можешь так с ней поступать! — Ты прав, я как брат обязан оберегать ее, но и она как мой самый близкий человек должна принимать мой выбор, — Акутагава наконец-таки повернулся к собеседнику. В его глазах читались только грусть и отчаяние. — Почему ты здесь?       «Почему ты здесь?», «Один вопрос, почему ты ему помогаешь?» Ацуши не знал как ответить ни тогда днем перед наставником, ни сейчас перед Акутагавой. Он не знал ответа, он не осознавал, что делает, лишь следуя внутреннему голосу, который твердил, что нужно помочь, от этого он понял, что не лучше Рюноске, ведь сам не понимал, что с ним.