Красавчик

— Значит, три сотни? — попытался Дженсен перекричать рев мотора. Парень солнечно ему улыбнулся, закладывая опасный вираж и лихо обгоняя сразу три кричаще-ярких спорткара. Влажный теплый ветер, задувая в салон через открытые окна, мгновенно сбивал испарину, выступившую на шее, лбу и висках. — За три сотни я буду твоим личным гидом, пупсик, — он подмигнул, опять показывая те самые ямочки и бросая машину в едва наметившийся слабый просвет на забитой тачками трассе. Прибавил скорость. — Спасибо, не надо. Дом Пэрис Хилтон я уже видел, — пробормотал Дженсен и перевел дух, борясь с детским желанием зажмуриться или вообще прижать ладони к глазам. Все же он — не какой-то слабак. Экстремальная манера вождения незнакомца вызывала оторопь лишь поначалу, а вообще, если честно, порядочно так заводила. Уже прилично стемнело, и в свете заливающих бульвар разноцветных огней Дженсену показалось, что улыбка его попутчика на секунду стала темной и мрачной. Все дело в освещении, конечно. Потому что уже в следующий миг тот снова простодушно и обезоруживающе улыбался, легко лавируя в плотном потоке авто и игнорируя возмущенные визги клаксонов всех тех машин, которые он, играючи, подрезал. — Прикольная у тебя детка. Своенравная, видно. Твоя? — Не совсем… — Дженс замялся, думая, что бы такого сказать, не пускаясь при этом в нудные и путаные объяснения про Криса, компанию, бизнес. — Да ладно, угнал?! — непритворно восхитился его новый знакомый и даже оторвал взгляд от дороги, во все глаза уставился на него. Дженсен в ответ на это лишь поднял бровь. Его нежданный водитель весело фыркнул, соглашаясь с абсурдностью предположения. — Ну да, я загнул. Ты вообще не похож на угонщика. За те четыре секунды, в которые их взгляды пересеклись, Эклс успел рассмотреть, что зрачок, расширившись, практически перекрыл радужку. И почему-то от этого во рту пересохло. Но внимание незнакомца уже вернулось к дороге, стрелой устремляющейся вперед. Мимо них — и справа, и слева — проносились машины самых разных оттенков. Или это они летели мимо них — неожиданно разница в этих понятиях потеряла значение. Визжали шинами байки, а ближе к тротуарам гудели мопеды. На тротуаре, кажется, кто-то орал. Они притормозили на светофоре, уже собирающемся переключиться на зеленый. Свет от одной из неоновых вывесок бара, перед которым собралась большая толпа, так красиво высветил лицо парня — немного заостренное вниз, какое-то хищное. Чего стоили только эти прищуренные рысьи глаза. Дженсен понял, что опять засмотрелся. — Как зовут? — А как ты предпочитаешь? — ехидно выдали рядом. Эклс даже завис. Всмотрелся внимательно в сосредоточенный профиль, то четко — до каждой поры — видный в искусственном свете, то исчезающий в полосках глубокой тени. Затянувшуюся паузу разрушил новый — в этот раз смущенный — смешок. Захотелось потрогать эти ямочки, которые делали его сущим мальчишкой. Очаровательным и страшно юным. Поверить, что это все — наяву. Не мираж, не игра воображения. Реальность. Дженсен гулко сглотнул, когда тот ответил: — Джаред. Меня зовут Джаред. — Джар-р-ред, — повторил Эклс со вкусом, перекатывая имя на языке, пытаясь распробовать. — Джа-а-аред. Мальчишка быстро на него покосился, но тут же отвел взгляд. Потёр шею широкой ладонью и взялся опять за рычаг. Дженсен уставился на виднеющиеся в дырках джинсов острые колени, когда Джаред решил сменить тему. Или, скорее, уточнить их маршрут: — Значит, в Beverly Wilshire? Тогда проедем квартал, и направо. Если не встанем в пробке, домчим за четверть часа. Ну, плюс-минус. Максимум — тридцать минут, — он помолчал пару секунд, дернул рычаг, и опять прибавил газу. Машина взревела. Дженсен подумал: "Вот сейчас мы, блять, взлетим прямо в воздух". — Блеск, ты смотри, летит, как по рельсам! Потрясающе, у нее целых восемь цилиндров, а еще мощность в 275 лошадиных сил и четырёхкамерный карбюратор! — мальчишка как-то любовно провел своими длинными пальцами по рулю. — Разбираешься, — присвистнул Дженс с уважением. Кажется, парень немного смутился. Как-то ссутулился даже и повел в сторону правым плечом. — Все детство пропадал у отца в мастерской. Он скупал разбитые в хлам мустанги, корветы и восстанавливал. Я рядом крутился, глазел. Потом, как подрос, помогал на подхвате, учился… А ты, кажется, совершенно не в теме? — Моей первой машиной был лимузин, — развел руками Эклс. А для чего скрываться, если все и так очевидно? Да, он из тех, кто родился с серебряной ложкой в заду и как-то совсем о том не жалеет. — Поня-ятно, — протянул Джаред и вдруг замолчал. Сосредоточился и ушел куда-то в себя. Дженсен пытался найти тему для разговора, но в голову ничего не приходило. И совсем нелогично и, наверное, грубо он ляпнул: — А что, правда три сотни за час? — Не люблю шутить, особенно с деньгами, — сказал Джаред очень ровно и сухо, перестраиваясь на соседнюю полосу и снова едва-едва вписываясь в просвет. — Я тоже не люблю. Триста долларов. Крепко… — пробормотал Эклс, скорее обдумывая не до конца сформировавшуюся мысль, чем поддерживая диалог. А Джаред просто протянул руку и сжал его член через брюки. Дернул краешком рта. — Нет, пока что не крепко. Но, определенно, потенциал есть, — все это — не отрывая взгляд от дороги. Дженс поперхнулся и выхватил из дверцы бутылку воды. Сдернул крышечку и сделал несколько шумных глотков. Джаред уже давно убрал руку, а он все чувствовал, как горят его щеки от прилившей к ним крови. Не только к ним, если честно. Минут через десять Джаред, как ни в чем не бывало, плавно свернул на парковку к отелю и заглушил мотор. — Вот мы и на месте, — хлопнул себя по коленям. — Спасибо, я бы не справился сам, — признал честно Эклс и отсчитал мальчишке три сотни. Тот, не глядя, небрежно засунул деньги в задний карман. Эклс выбрался из машины, кивнул торопящемуся в их направлении портье. Бросил в его сторону ключи от машины, тот подхватил на лету. — Доберешься? — окликнул он Джареда, что, засунув руки в карманы джинсов, отошел на обочину и стоял там, перекатываясь с пятки на носок и обратно. Ветер шевелил его русые волосы, рассыпавшиеся по плечам. И Дженсен подумал, что хотел бы проверить — правда ли те мягкие, словно шелк, какими кажутся в искусственном уличном свете. — Без проблем. Ну, пока. — Прощай, что ли? Не расслышав в его фразе вопрос или забив на ответ, Джаред махнул на прощание и пошел вдоль бордюра прочь, беспечно насвистывая мелодию. Дженсен оглянулся на любопытно тянущего в их сторону шею портье. Нахмурился, и того сразу же как ветром сдуло. Пойти в номер, забыть весь сегодняшний вечер и завалиться спать? Или догнать эту длинноногую каланчу, пока не поймал такси или не запрыгнул в автобус? Дженсен даже психанул про себя: "Эклс, что за нахрен? Это действительно ты? Стоишь и мямлишь тут, как девственница перед первым свиданием! Ты — Дженсен Росс Эклс! Ты всегда, в любой ситуации идешь и берешь все, что хочешь. Того, кого хочешь!" Джаред на автобусной остановке тем временем уселся на лавку, сложив по-турецки ноги и снова выставив колени на всеобщее обозрение. Эклс мотнул головой. "Серьезно что ли? Это просто колени! Давай уже, соберись!" — Нет такси? — Скоро должен приехать автобус. — Я тут подумал… Действительно триста за час? Дались ему эти три сотни. Господи боже! Джаред кивнул, забрасывая в рот подушечку жвачки. Дженсен прокашлялся. Да сколько можно икать и тушеваться?! — Если твой вечер еще не занят, буду рад, если ты составишь мне компанию. — Ну, если ты просишь, — Джаред поднял на него внимательный взгляд. Какой-то отчаянно-потерянный и очень темный. — Может быть, наконец представишься? — Дженсен. — Ну, пойдем в твой отель, Дженс. Ты же не против, если я буду так тебя называть? — Как тебе будет угодно, — неожиданно для себя ответил Эклс. И с удивлением понял, что сказал сейчас чистую правду.