Красавчик

Дженсен зажал его руки над головой, распластав пацана по ковру. Тот дышал рвано, не сводя с него внимательного потемневшего взгляда. Грудь вздымалась тяжело. Он облизнулся и дернул бедрами — то ли пытаясь освободиться от тяжести придавившего к полу тела, то ли скинуть до конца узкие джинсы. Дженсен успел их почти полностью расстегнуть и даже чуть сдвинуть ниже на бедрах. Но мальчишка, наверное, чувствовал себя стреноженной лошадью. — Погоди. Я сейчас помогу, — с усилием выдохнул он, отрываясь от смуглого гибкого тела. Провел с наслаждением по рукам от запястий к плечам и наклонился к губам — приоткрытым, так маняще блестевшим. Вот только Джаред в последний момент отвернул резко голову, и смазанный поцелуй пришелся на скулу. Дженсен слизнул вкус соли и лайма, немного клубники. — Я не целуюсь в губы, прости, — прошептал виновато, кусая себя за нижнюю. Дженс тихо хмыкнул. Не целуется в губы. Да, это странно. Почти как в том старом и, признаться честно, достаточно глупом фильме про случайную встречу и про любовь. Обычные сопливые бредни. У мальчишки должна быть причина. Но касается она лишь его. Ну, не целуется — так и быть. — Как скажешь, малыш. Уверен, мы найдем много других способов этой ночью получить удовольствие. Языком скользнул от горла по шее, к груди, собирая терпкий вкус его кожи. Дернул молнию на джинсах, не глядя, расстегивая до конца и стаскивая узкую тряпку сразу вместе с бельем. Джаред чуть приподнялся, помогая стянуть следом футболку. И замер – ну точно дикий заяц в электрическом свете фар. — Безумно красивый, — сообщил хрипло Дженс, подхватывая под колени и придвигая к себе, раздвигая в стороны длинные ноги. — Само совершенство. Джаред попытался было что-то сказать, но задохнулся, когда горячие губы прижались к колену, когда юркий язык, щекоча, обвел выступающую косточку и скользнул в ямку. — Я несколько часов мечтал это сделать, — прошептал сипло Эклс, продолжая ласкать и одновременно поглаживая второе колено — как будто обещая безмолвно, что вскоре он и сюда доберется. — Ох… такой вкусный. Провел пальцами по выступающим ребрам, слушая тихие стоны и наблюдая, как Джаред с готовностью гнется навстречу. Такой отзывчивый, такой безумно желанный. Дженсен за всю свою жизнь не видел подобного совершенства. Хотя, скорее всего, это все, включая и то, как его крыло — последствия недотраха и только. — Хочешь чего-то особенного? Или, может быть, есть ограничения? — спросил он, уже целуя второе колено и совершенно дурея от того, что Джаред так близко, что прямо сейчас — весь его. Губами провел вверх к бедру, оставил яркую метку на тазовой косточке. Джаред дернулся, когда Дженсен кончиком носа скользнул по лобку, вдохнул глубоко мускусный запах. Потрясающий. Нет, даже лучше. — Что ты?.. — Тс-с-с-с-с, ничего. Джей, все хорошо. Разреши… — и, не дожидаясь ответа, поймал губами головку, по кругу обвел языком. Джаред охнул, заёрзал, и Дженсен прижал его к полу, насадился ртом до конца и принялся медленно, со вкусом сосать, придерживая член за основание, проходясь по всей длине языком, обводил по краю головки, задевая уздечку. Кажется, Джаред сбивчиво что-то шептал, поглядывая на него из-под ресниц и не останавливаясь ни на секунду, Дженсен видел, как мечется, бьется мальчишка, как вскидывает бедра к нему, чтобы глубже и больше. Ух, ненасытный… Джаред выгнулся, еще пару секунд, и он кончит, понял Дженс, пережимая основание члена. — Нет-нет-нет, не так. Не сейчас… — приподнялся, проезжаясь по горячему телу, прижимая твердый член к животу. Потянулся к губам. Джаред замер, моргая. И Дженс чертыхнулся, почти с тоской глядя на искусанные красные губы. "Дай мне свой рот, эти губы. Хочу… боги… хочу, как ненормальный…" Дженсен протянул руку, обводя пальцем влажные губы, добавляя второй. Джей вскинулся и приоткрыл рот, лизнул подушечки, разрешая, впуская. Эклс застонал, когда Джаред чуть-чуть прикусил самые кончики, а после — с присвистом втянул. Потемнело в глазах. — Мне кажется, я вот-вот кончу, не успев даже начать, — признался он. — Ты сам сказал — вся ночь впереди, — ответил хрипло мальчишка, выпустив изо рта пальцы с пошлым хлюпающим звуком. Дженсен опустил руку вниз, погладил член и яички, коснулся пальцем тугого входа, чуть надавил. — Я осторожно, расслабься, — шептал, сцеловывая капли пота с висков и со лба, шепча еще какие-то глупости, боясь сделать больно. Хотелось, чтобы Джареду здесь и сейчас было лучше, чем с кем-то и когда-то еще. Разумеется, всему виной — непомерное эго Дженсена. Быть лучшим, быть первым всегда и во всем. Незабываемым, неотразимым. Блять, идеальным. Для него — идеальным. Что за дурость? Все равно утром мальчишка уйдет, и их пути не пересекутся больше ни разу. — Расслабься. Пожалуйста, Джей… — откуда взялась эта коротко-ласковая версия имени, он так и не понял. Сполз медленно вниз, покрывая короткими поцелуями шею, возвращаясь к горошинам твердых сосков, сжал один между зубов, вызывая яростный отклик. Палец протиснулся глубже еще на фалангу. "Разве мальчишка должен быть настолько тугим? Впрочем, если ему никак не удается отвлечься…" — Давай, — просипел глухо Джаред. — Я готов, все нормально, — голос сорвался на выдохе, когда палец вошел до конца. Через пару секунд Дженсен добавил второй, отвлекая партнера от неприятных ощущений губами. — Погоди, здесь была где-то смазка. Нельзя же так, почти насухую. Ты и так очень тесный. — Не нравится? — Охуенный, — признался Дженс и умудрился извернуться, дотягиваясь до тумбочки с заветным тюбиком и резинками. Упаковка недвусмысленно зашуршала. Джаред вздрогнул от прикосновения прохладных пальцев, но сам уже подался навстречу, когда они — скользкие — протиснулись внутрь, растягивая и готовя. Буквально через пару секунд головка прижалась к растянутому входу, и Дженсен, сдерживая рычащий, яростный стон, толкнулся в него. В глазах потемнело от жара, пульсации и тесноты. Он остановился на полпути, позволяя привыкнуть. — Давай, не рассыплюсь, — простонал под ним Джей, срывая все тормоза и барьеры. И Дженсен рванул вперед, отпуская себя и его, не понимая уже, где кончается он, а где начинается Джаред, кто держит кого под колени, разводя шире в стороны ноги, кто входит в кого и на выдохе стонет рвано, по слогам его имя, кто смахивает пот, катящийся по лицу и спине, кто стискивает чьи бедра, оставляя на них синяки, и кто кого просит сильнее и больше. Через минуты, что растянулись в гулкую вечность и одновременно сжались в ничто, пространство вокруг взорвалось. Горел даже воздух, и туман, смешавшийся с искрами перед глазами, стал по чуть-чуть отступать. Даже звон в голове почти прекратился. Джаред выгнулся дугою навстречу, кончая. И Дженсен гладил горячее тело, вжимаясь в него, не пытаясь отстраниться. Целовал его скулы, все время порываясь наклониться к губам и тормозя сам себя за секунду до соприкосновения. Перебирал шелковистые мокрые пряди. — Дай мне чуть отдышаться, — просипел Джей под ним. Дженсен почувствовал, как мокро и горячо между ними. Скатился с него, выходя осторожно. Лег рядом. Шампанского бы сейчас ледяного — прямо из горла. И в душ. И в кровать. — Не самое удобное место, — покосился на Джея. Тот лежал на спине и глядел в потолок, не пытаясь прикрыться. — Хочешь в душ? Или, может, джакузи? — Могу вообще сейчас быстро свалить, — ответил тот подозрительно ровно и безэмоционально. Как робот. Пугающе странный контраст. — Вообще-то я плачу до утра, не забыл? У нас еще полно времени. — И правда, — не особо радостно откликнулся тот и быстро поднялся, протопал в сторону ванной. Дженс засмотрелся. Очнулся лишь когда хлопнула дверь, а внутри включилась вода, обрушилась мощным потоком, как Ниагара. Эклс подавил порыв присоединиться к мальчишке и трахнуть его еще раз — теперь в душе, держа у стены на весу. От одной только мысли у него встал. Да ладно? Так быстро? От неожиданности он хохотнул, поднимаясь. Бросил взгляд на телефон, укоризненно чернеющий на подставке у входа. Надо бы мобилу, наверное, зарядить. Там от Криса, наверное, пятьдесят пять тысяч пропущенных и в три раза больше сообщений с проклятиями. Хорошо бы его успокоить. Хотя, Алона на первое время вполне способна справиться с напором взбесившегося Кристиана Кейна. Смышленая девочка. Правда, иногда чересчур уж борзая. Дженсен разливал по бокалам остатки брюта из первой бутылки, когда на пороге возник Джаред — мокрый и соблазнительный, как смертный грех, в одном только полотенце на бедрах. Поджал губы смущенно. — Там был халат, но только один. Я подумал, что тебе он нужнее. — Где-то там есть запасной. Мы после найдем. Хотя, знаешь, так мне нравится больше, — мурлыкнул Дженсен, обхватывая своего гостя за пояс и привлекая к себе, не придавая значения тому, что сам все еще голый, и что у него совсем недвусмысленно встал и теперь упирается в ногу Джареда. — Еще шампанского? Или все-таки кисло? — Пожалуй, я выпью, — кивнул смущенно, но решительно Джаред, забирая тонкий бокал и опять выхлебывая содержимое залпом. Эклс засмотрелся на яркие губы, прижимающиеся к краю бокала, на дергающий при каждом глотке острый кадык. И понял, что снова плывет. Отсутствие одежды нисколько ему не мешало, а вот пацан нет-нет, да и косился на вполне однозначно реагирующий член. — Почему ты не целуешься в губы? — вдруг выпалил Дженсен и едва в голос не застонал. Ну правило у мальчишки такое, к чему лезть к нему в душу? — В губы… — Джаред замешкался, подыскивая подходящее слово. Или подходящую причину. Сгреб пальцами назад копну спутанных мокрых волос. — Да. Не целую. Это… слишком личное. — Личное… ясно, — он честно постарался, чтобы разочарование не прозвучало слишком уж явно, но по перехваченному взгляду понял, что прогадал. — Это проблема? — спросил шепотом Джаред. — Нет, детка. Нисколько. Мне, конечно, хотелось бы распробовать тебя целиком, но так останется место воображению. — Ладно, как скажешь, — согласился покорно его ночной гость и опять покосился… ниже пояса, легонько краснея. — Ничего не могу поделать с собой. Снова хочу, — проворковал доверительно Эклс и шагнул ближе. Джей машинально отступил и уперся задницей в стол, на котором, к счастью, кроме пары чудовищных ваз с тошнотворными лилиями других помех не оказалось. — Ты будешь охренительно смотреться на этом столе из красного дерева, — сообщил Дженсен, впиваясь губами Джареду в шею, которая уже без того напоминала набор разномастных клякс или полотно постмодернизма. Подхватил под бедра, подсаживая на стол и легко толкнул в грудь, побуждая опуститься на спину. — Кажется, ты говорил про кровать, — выгнул бровь Джей, но с готовностью развел ноги, когда Дженсен ступил ближе, ловко раскатал презерватив по стволу и плавно толкнулся вперед, без проблем входя в подготовленное предыдущим раундом тело. — Поверь, мы с тобой еще не только в кровати успеем, — хмыкнул Дженс, насаживая его на себя. И почти сразу же потерялся в нахлынувших ощущениях. Очнулся (или вернулся в реальность?) когда небо на востоке понемногу стало бледнеть, а веки отяжелели, каждую секунду угрожая закрыться. Джаред уже вырубился на кровати в ворохе одеял, среди которых они немногим ранее устроили настоящую схватку. Эклс улыбнулся, вспомнив, как слаженно двигался Джей вместе с ним, стоя напротив огромного зеркала на коленях, самозабвенно откидывая голову ему на плечо и позволяя сильным пальцам гладить по твердому прессу, обхватывать член и ласкать… Он такой одухотворенный, когда кончает. — Жаль, что мы не добрались до душа, малыш. Но ничего, у нас еще будет утро. И возможно, не только оно, — шепнул Эклс, наклоняясь над ним и легонько целуя в закрытые веки, в висок. Завис напротив губ — манящих так жарко. Смазано клюнул в самый краешек рта. — Я подожду, пока ты сам сделаешь это, — добавил он и отправился в душ. Не заметил пристальный взгляд рысьих глаз из-под приоткрывшихся век.