Försöker få lite pengar

Когда Питер, муж Йорна, пропал, супруг просто ждал его. «У него вечные долги, не хватает денег, он работает. Может быть в командировке, занят, поэтому не отвечает» — так успокаивал себя Йорн, ожидая Питера. Часто он вспоминал, как они познакомились в университете, как они гуляли вместе, стали жить вдвоём, о предложении руки и сердца, свадьбе и… И том, как изменилась их жизнь, когда в стране начался кризис… Экономика рухнула, бизнес пришёл в упадок, половина населения города, в котором жили эти мужчины, совсем обеднела. Расставаться с хорошей жизнью совсем не хотелось. Было больно осознавать, что Питер больше не сможет играть на электрогитаре, они больше не посмотрят фильмы на большом телевизоре, не поедят вкусной дорогой еды. Всё, что можно было и нельзя они продали. Живя в коммуналке, они каждый день искали деньги. В один из вечеров Питер вдруг забежал домой, протягивая мужу коробку шоколада — невиданной роскоши той «эпохи». — Милый, с годовщиной! — весело сказал Питер, обнимая супруга, целуя его в губы. — Боже, где ты это достал?! — Залез в долг, — смутился он, — всё будет хорошо, не думай об этом! Это была очень весёлая ночь. Ведь если нет возможности купить что-то дорогое любимому человеку, можно попытаться сделать приятно по-другому. И вот Йорн остался один… Уже который день нет никаких новостей от Питера. Становится страшно, ведь вокруг все так и обсуждают убийства. На каждом углу кого-то убивают, мракобесье да и только… Каждый раз, ложась спать, Йорн невольно плакал. Он не хотел этого делать, но было так страшно… В одно утро ему под дверь подкинули пухлый конверт. «Что это?..» — думал напуганный мужчина. В конверте были фото его мужа… …Привязанного к столу, изуродованного, окровавленного с вспоротым животом… …С разных ракурсов, при разном освещении… Убийца устроил целую фотосессию своей жертве. В конверте ещё было небольшое письмо, в котором было написано: «Думаю, ты Йорн. Твой дорогой много рассказывал о тебе, пока я привязывал его к столу. Как он тебе? Ладно, мне плевать. Это, «милый», наглядный пример того, что взрослым дядям нужно отдавать долги другим взрослым дядям. Можешь теперь не отдавать долг «дорогого», который и впрямь мог стать для тебя дорогим. Слишком. Слишком. Ты даже не представляешь, сколько раз я бы написал тебе «слишком», мне нравится это слово. Хм. Долго не отдавай, но помни о долгах. Доброго вам дня, «милый», всего хорошего». Йорн упал на колени, пронзительно закричав. Было больно. Так больно, что хотелось умереть. За что они? За что он? Йорн. Что он сделал? Чем заслужил эти страдания? Сложности. Почему не могло быть всё просто хорошо. Как в других странах. Нет же… Всё было плохо. «Плохо… Плохо, плохо! Плохо! Плохо!!! Чертовски плохо!» Можно было и умереть в тот же момент. Но нет. Йорн был намерен мстить. Он не стал рассматривать фото, просто взял всё свои деньги, потом, ночью, обворовал кассу магазина и, собрав всю наличку, пошёл к детективу. — Надо узнать, кто это сделал и всё, — сказал он высокому мужчине с белыми волосами. — Хорошо. Я знаю эту стройку. Там был взрыв, здание не подлежит восстановлению, его не используют по назначению, но для убийц — рай, — он поднял глаза на клиента, надеясь, что вызвал улыбку на этом милом, но убитом горем лице. Йорн сразу понравился детективу. Очень. Было у мужчины желание сделать ему приятно. Хотя бы найти убийцу. И он сделал это. Нашёл отпечатки пальцев и волосы преступников на территории заброшенного здания. Провёл несколько анализов, чтобы узнать личности. Нашёл самих убийц, их было трое. При допросе двое никак не могли расколоться. Делу очень помог третий наёмник. Он выдал всё, только их схватили. Он знал, что дело пропащее. Но когда его напарники поняли, что их предали, один кинулся на сообщника и попытался его задушить. Их пытались разнять, но в последний момент нападающий сильно ударил предателя головой о стену, убив его. «Отлично… Вашу мать, это отлично» — тяжело вздохнул про себя детектив Ричард. Конечно же, он не был рад, что единственный источник информации убили. В любом случае данных, которые преподнёс убитый хватило, чтобы выйти на главного злодея. Как же легко его сдали… Как же легко было его найти! А ведь злобный Удо даже не придумал себе псевдоним и не зашифровал никаких данных. Он даже сообщения киллеров о выполнении задания и уточнении каких-то тонкостей дела не удалил. «Такая тупость…» Но, тем не менее, Ричард был рад, что смог так быстро закрыть дело. Ведь это обрадовало бы его клиента. …Которому он очень хотел нравиться… «Так, соберись, Рике. Позови его на свидание. Скажи, что богат и в безопасности. Что сможешь покупать ему его любимый шоколад хоть каждый день. Что будешь с ним и не умрëшь, как его бывший муж». Ничего сложного, но Ричард боялся ранить Йорна. Напомнить о страданиях. Конечно же, мужчина пил успокоительные, проходил терапию за счёт детектива, но всё равно… В любой момент мог сорваться. В таких раздумьях, ничего не сообщая о деле, Ричард проводил свою жизнь. День за днём, ночь за ночью. В одиночестве и мечтах засыпать с мужчиной, который больше не искал любви. Но она была ему нужна. И Ричард это понимал как никто другой! И вот однажды ему позвонил предмет его обожания с уличного телефона. — Можешь сходить со мной кое-куда. Думаю, это поможет делу. Дело было уже закрыто, но кто сказал об этом Йорну? Полиция была уверена, что мужчина знает, ведь с ним держал связь детектив, сообщивший о преступлении. — Хорошо, заеду за тобой! Ричард мчался к нему на всех скоростях. И вот он видит того, кого уже успел действительно полюбить. -На кладбище, — скомандовал Йорн. Ричард не понял, для чего, но спорить не стал. Жаль только, что когда Йорн оказался на месте, его взгляд помутнел. Он поднял лицо подставляя его лунному свету и сказал тихо: — Нет, ничего не могу понять. Это не поможет. А я почему-то думал, что мы тут что-нибудь найдём… Прости меня, Ричард. Прости, пожалуйста. — Нет, что ты! Йорн, не стоит извиняться! Тем более, у меня для тебя есть хорошая новость! Я закончил расследование и все, кто причастен к смерти твоего мужа — в тюрьме! Йорн повернулся к детективу: — Что мне это даёт? Я ищу успокоение для себя… Мне плевать на то, что кто-то там в тюрьме. Они живы, они не любят, они не страдают. Они… Им всё равно… Они выйдут и будут убивать. Но мне всё равно плевать на то, что они будут делать! Они убили моего милого… Милого Питера… Я не могу спать, я не могу жить, я расколот, разбит. Он обратил полные слëз, но всё равно пустые, глаза к Ричарду. — Я мёртв внутри. — Йорн… Нужно пережить это… Всё не так плохо, как ты думаешь, ты справишься с этим. Ты хранишь память о нём. Пока жив ты — жив и он. Мужчина вытер слëзы. — Ты прав. Ты как всегда прав. Ричард был намерен пригласить любимого мужчину к себе на ночь, признаваться в любви на кладбище — совсем не в стиле Ричарда, подобного, как один раз заметил Йорн, ангелу. — Как смотришь на то, чтобы побыть у меня сегодня? Йорн улыбнулся. — Так быстро лечишь мои душевные раны?.. — Конечно, — шёпотом сказал детектив, притягивая к себе когда-то совсем чужого человека. Они уехали с кладбища, выезжая к городу. — Заедем в магазин. Я куплю вкусной еды и ко мне. Покушаешь хоть хорошо, а то совсем плохо выглядишь, — мечтательно бурчал под нос Ричард. Они вдвоём зашли в магазин, купили вино и много всего съестного. Как же давно Йорн не пил вина… Он был почти спокоен, поднимаясь к квартире детектива, который дал ему ключи и сказал подниматься. «Всё было так хорошо, а стало так плохо» — подумал он, закрывая за собой дверь.

***

На следующий день, вытирая слëзы с бледных щёк, Ричард писал заметку в газету об очередной смерти. «Поднимался в квартиру с бутылками вина в пакете. Вошёл в квартиру, споткнулся, упал, разбив бутылки, на стекло. Умер с осколком в горле. Йорн Циммерман. 29 лет».