Загадочное дело 91

На дворе 5 мая. Весна уже во всю готовилась к жарким объятиям скорого лета и под звон самых разнообразных птиц, с каждым днем все чаще капала остатками острых сосулек на беззащитные головешки людей и их вычурные шляпы. Ручейки, как и страны спешили к одному устью. Новый повод для собрания не заставил себя ждать и объявив о скором саммите, ООН принялся подготавливать необходимый материал. Другие же готовили себя морально. Особенно волнительно было Англии. Ох, как же ему не хотелось туда идти! Спохватился было сообщить о якобы прогрессирующей болезни, да только удостоили честью речь заключительную провозгласить именно ему. Вон этот текст. Лежит себе спокойно на столике и пылится неразобранный. Как выдали только макулатуру в руки его, так и побелел он весь целиком, подобно бумагам этим. Да так и остался стоять на месте непонимающе взирая на нацию, который расхваливал его красноречие и прекрасную энергетику, способную замотивировать каждого присутствовавшего. Хотя сам королевство в своих способностях и не сомневался, вот только не в этом дело было. Он уже не раз выступал вот так перед народом, что уж там, сам эти собрания не раз проводил. Но тогда все мысли были в полном порядке и аккурате. А что теперь? Кабинет его некогда опрятный и уютный, весь перевернут, передвинут в хаосе, что домохозяйка и входить побаивалась. Да и Великобритания в эти жуткие недели было совсем не узнать. Ел через силу, на людях почти не появлялся, все за работой сидел. Перерывы только на чай делал, что бы в конец измученный разум свой не прибить. Делал в общем все, лишь бы не думать о нем. С их последней встречи прошло около недели и ни одна из сторон так и не решилась заговорить первой, что ужасно расстраивало англичанина. Обычно союз разрешал их конфликты, Брит был и не против, однако теперь он виноват больше чем когда-либо до этого, что и в глаза смотреть не хотел. А теперь мужчина будет выступать перед этой толпой в которой будет и он. Конечно, королевство догадывался о том, что рано или поздно они бы столкнулись и по-хорошему поговорить стоило бы прямо там где придется и желательно быстрее, но он еще не был к этому готов. Совсем. Той ночью перед собранием Великобритания все никак не мог сомкнуть глаз. Все думал, как русский на него посмотрит, скажет, будет ли злиться? Сложив руки под головой, британец выжигал в потолке дыру и постоянно вздыхал, то ли от безысходности, то ли от усталости. Однако появившийся в последний дни недосып оказался сильнее бушующей внутри бури. "Интересно, союз тоже не может уснуть?" — было его последней мыслью перед провалом в бесконечное небытие. Что ж, в этот раз он спал на удивление хорошо, даже слишком. Ни один будильник не смог поднять его и заботливая домохозяйка с некоторым опасением пошла будить господина всеми возможными методами. На третьей попытке, Англия наконец медленно открыл глаза, и недоумевающе всматривался в лицо старушки. Лишь заслышав время, вскочил и как не в себе принялся метаться по комнате, тараторя что может оно и к лучшему, может идти никуда и не надо. Но ответственность возложенная на его плечи заставила нехотя начать сборы. К слову день не задался еще с утра. То кофе на себя прольет, то не тот портфель схватит и уже с улицы обратно в дом возвращаться будет. — Да что же это за чертовщина сегодня такая?! — восклицал он посреди улицы, выбираясь из очередной, любезно предоставленной матушкой весной, лужи. Хорошо, что добрался хоть без особенных приключений. Да и все эти небылицы были сущими пустяками по сравнению с тем, что ожидало его впереди. Туфли стучали по до блеска начищенному паркету и немного скользили на поворотах. На ватных ногах королевство продвигался к залу заседаний и сердце его стучало с каждым шагом все сильнее. ООН уже ожидал внутри и одарил аристократа теплой улыбкой. Обсуждая план саммита мужчина даже ненадолго забылся, ненадолго, ведь как только стрелка достигла получаса, страны одна за другой наводнили просторное помещение, рассаживаясь по своим местам. Время шло, а ни СССР ни Испании видно не было. Но вскоре у дверей показался испанец. Он спокойным, ровным шагом вошел в помещение и, приветствуя коллег, уселся на свой стул-кресло. Следом зашел русский и без конца теребил непонятную бумажку в руке. Он поймал взгляд аристократа и бросил укоризненный в ответ. Англичанина передернуло и он спешно покинул комнату. Прислонившись к стене долго не мог унять частое дыхание. Прикрыл глаза ледяными пальцами и судорожно выдохнул. С этим все же нужно, что то сделать, нельзя оставить все как есть. Но почему он так и не подошёл? Даже когда они встретились взглядом, мужчина будто бы помрачнел пуще прежнего. Как бы там ни было все наконец были в сборе и королевству пришлось вернуться. — Всем доброе утро, спасибо, что пришли. —озарил стран радушной улыбкой нация. — Цель сегодняшнего заседания определить уровень недвижимости на северо-востоке континента, а так же обсудить события ближайших дат. Итак, собрание началось. ООН вещал громко, что бы услышал каждый. Но Британия даже краем уха на эти речи не повел. Все внимание было приковано к русскому. Он не мог оторвать взгляд и продолжал мучить себя вопросами прошлой ночи. Но из омута его выдернул организация. — Подробнее об инциденте нам расскажет Великобритания. — указал он рукой на всполошившегося мужчину. Тот молча встал и медленно направился на место вещавшего. Нехотя перебирая ногами он таки добрался до трибуны. Скучающие взгляды впились в Англию и терпеливо выжидали, пока тот начнет речь. Но ждать пришлось дольше обычного, ведь сегодня (как, впрочем, и всю неделю) он к пристальному вниманию готов не был. Однако он не мог не быть готов, ведь такую ответственность возложили именно на него и никого другого. Нельзя портить репутацию, ни в коем случае. Так что вдохнув побольше воздуха, аристократ наконец собрался с духом и, шелестя листами, начал монолог. Все проходило достаточно гладко, пока из множества глаз не попались два малахита. Англичанин запнулся и негромко прокашлялся, стараясь не думать о том, что он тоже смотрит и слушает все о чем говорит Брит. Долгожданный перерыв был глотком свежего воздуха. Множество стран ринулись в сторону выхода, в их числе был и союз. Королевство понимал, что дальше так продолжаться не может и ему срочно нужно разрешить конфликт. Проследовав в коридор со всеми, он принялся искать СССР. На разговор у него было всего минут 10. Грозную фигуру из толпы найти было не сложно, гораздо сложнее до нее добраться. Поток прошел еще немного дальше и начал расходиться. Но мужчина коммуниста уже не видел. Вдруг где-то совсем рядом промелькнула бежевая ушанка. Аристократ решил идти напролом, и неважно кого он мог бы задеть или наступить на начищенные туфли. Тогда цель была одна: всеми возможными способами добраться до Советского Союза. Итак, обходя и маневрируя между людьми он наконец добрался русского. Ну как сказать добрался, скорее влетел в него на всех скоростях. Соприкосновение пришлось на массивную грудь мужчины. Британия почти упал от внезапного столкновения, как сильные руки совета вовремя подхватили того за талию. Вмиг, аристократ был сконфужен и немедленно отстранился, лишь встал на ноги. Но тут же вцепился во всю ту же руку и пристально смотрел товарищу в глаза. — Мы можем поговорить? — настойчиво спросил он. В ответ последовал удовлетворительный кивок, на совершенно безэмоциональном лице. Они зашли в какой-то кабинет, которой не принадлежал ни одной стране и честно признать, был похож больше на кладовую, чем на какую то комнату. Плевать. Для разговора подойдет и такая. Оказавшись внутри обе страны сконфуженно водили взором по сторонам и убедились в том, что они одни, хоть союз знал, что это не так. На пару секунд воцарилась неловкая тишина. Все что хотел сказать Великобритания совсем вылетело из головы. Теперь когда они вот так стоят лицом друг к другу это ужасно смущает. — Ну? — нетерпеливо произнес русский и шарил по потолку внимательным взглядом. Брит встрепенулся и закрыв глаза глубоко вдохнул. — Что... — запнулся. — что происходит, союз? СССР изогнул бровь в недоумении. — Почему мы вот так избегаем друг друга? Неужели это все из-за того случая? Да, я знаю, я оплошал, допустил ужасную ошибку, мне правда очень жаль, что так вышло, прост- — Нет. Я хочу закончить наше общение. — холодно выдал русский и вернул холодный взгляд обратно на королевство. Сам Англия был поражен. Нет, он был в шоке. Как же так? Они ведь всегда решали проблемы обговаривая их и еще никогда они не приводили к такому исходу, даже самые серьёзные. А тут вот такой поворот. Мужчина задохнулся в собственном удивлении и несильно закашлялся. — Что...? — Ты все правильно понял. Между нами больше ничего нет и не будет. Аристократ по привычке закусил нижнюю губу. Раскусив недавнюю царапину на ней, во рту блуждал металлический привкус. Глаза неконтролируемые заполнились горькой жидкостью. Разум зашелся безумными вопросами и мыслями. — Н-но почему? Мы же можем все исправить, можем обсудить, мы ведь всегда так делали! — вскинул голову мужчина и вцепился обеими руками в предплечья союза. На щеке блеснула первая незваная слеза. В след за ней готова была из очей синих вырваться и вторая, но Великобритания из последних сих ее сдерживал. У социалиста сжалось сердце. Он так просто каждый раз доводит его до слез. Каждый раз делает больно и оставляет одного, ничего не сказав и не объяснив. Но как он может рассказать о происходящем сейчас? Не может, поэтому придерживается плану. Русский мягко убрал руки Вела и через чур успокаивающе, но все так же жестко ответил. — Нет, Англия, в этот раз ситуация другая. Я не могу принять твои извинения, потому и ты меня прости. Больше сил оставаться в этом закрытом помещении под натиском очередной камеры совет не мог. Он быстрым шагом вышел из подсобки и направился в зал, пока Великобритания оставался там в одиночестве. Слезы одна за другой горечью разбивались о потресканный кафель и душили англичанина в своей никчемности. Он знал, что гладко ничего не пройдет, но и ТАКОГО он никак предугадать не мог. А время все шло и перерыв заканчивался. Нельзя, что бы его нашли в таком виде. Шатаясь он дошёл до зала и рухнул в свое кресло. Вид был совершенно убитым, взор пустым. Красноватые глаза, поджатые губы. Он сидел и надеялся, что сможет с этим справиться, найти какое-то решение. Но пока он не видел ничего. Только пустоту и смирение. Незаметно помещение заполнялось. Галдёж и перешептывания звучали где-то вдали. Кто-то сел в кресло рядом. И хоть Брит был в прострации, периферийным зрением уловил краешек ушанки. О боже, зачем? СССР сел с ним рядом. На сколько нужно быть безбашенным, чтобы как ни в чем не бывало после всего того, что он сказал, просто ошиваться рядышком и чувствовать себя превосходно. Англии было невдомёк. Он сидел словно каменный и не мог поднять глаз. Да и не хотелось ему. Все снова приняли позиции, что бы дослушать указания нации и пойти по своим делам. Тягостные минуты шли. Великобритания хотелось выскочить из-за своего места и ринуться куда угодно, хоть в окно, лишь бы не находиться с русским так близко. К очам снова подступала жгучая пелена и подгоняла ее безысходность. Вдруг до колена, что то аккуратно дотронулось. Англия вздрогнул и посмотрел под стол. Рядом с его ногой, союз протягивал ту самую бумажку с которой пришел. Настойчиво так, не шелохнувшись, ни одним мусколом не дрогнув он просто-напросто держал ее и иногда помахивал, что бы уж точно обратить на нее внимание. Но Британия все так же непонимающе опасливо оглядывал бумажку. Переводил взгляд то под стол, то на совета. Но социалист так ни разу взгляда от ООН не оторвал. Тогда, сквозь всю боль и обиду, аристократ все же принял бумагу из рук мужчины. Принялся внимательно рассматривать и понял, внутри что-то написано. Как можно тише развернул жёсткую бумагу и принялся всматриваться в текст дрожащими руками. Глаза на лоб полезли, и невзрачно вскинутые брови резко опустились нахмурившись. В еле разборчивом почерке было выведено лишь два предложения: "Достань флешку с доказательствами. Она в пиджаке Испании." Королевство перевернул комок, и какое же было еще большее удивление, когда бумажка оказалось фотографией. У мужчины дрогнуло сердце. Это ведь он сам вместе с союзом. А точнее, их поцелуй. Изображение окунуло его в глубины воспоминаний о том самом зимнем дне, когда русский решил проводить аристократа до остановки в ботаническом саду. Ах, что это были за воспоминания. Тогда они были совсем другие, да и время тоже. Однако британцу невдомек, что хотел донести ему коммунист. Еще раз перечитав небольшое послание Англия уставился на профиль социалиста. В этот раз мужчина все же на него взглянул. Кивнул на фото, потом в сторону испанца и снова многозначительно на самого Вела. Тут, взгляд просиял. Рот открылся сам собой, но из уст не вырвалось ни слова. Русский еле заметно и резко замотал головой и так же резко от него отвернулся. Брит отвернулся так же и все рассматривал запечатлённый момент. В голове развился очевидный вопрос. Кто же мог их сфотографировать? Ведь он точно помнил, никто из них этого не делал, да и снято это под каким то странным углом, будто исподтишка. Взгляд обвел всю комнату целиком. Неужели это и вправду мог быть... Испания? Мужчина сидел как ни в чем не бывало и совершенно не вызывал никаких подозрений. В отличие от Великобритании взирающего на него в упор. Испанец, почувствовав чей то пристальный взгляд обернулся в сторону аристократа. Тот резко отвел глаза в противоположную сторону. "Черт. Если это и вправду был он, ситуацию это совсем не объясняет. Какого черта произошло между этими двумя? Какие ещё к черту доказательства и как их достать?" Вопросы съедали живьем и донимали уставший разум.