Save me from the nightmare.

      Темные шорты, доходящие до колен, белоснежная, видно, что только купленная рубашка, с рукавами в три четверти, сдвинутый вправо клетчатый берет, идеально подходящий квадратному узору на штанишках, такие же чистые, как у шаблонной куклы Кена кроссовки, атласная ленточка, свободно завязанная на тонкой шее — таким был сегодняшний наряд Николаса в школу.       Добираться на учебу парни собирались на автобусе. Вернее, Джозеф собирался, а Ролланд в это время лишь шел за ним по пятам, утвердительно кивая каждый раз, когда тот озвучивал их дальнейшие действия для блондина. И, что удивило его больше всего, так это количество людей в такое, блин, ранее время. Ехать в связи с этим приходилось стоя, от чего юноша из-за своей неопытности в передвижении на общественных транспортах во время каждой остановки отшатывался в сторону, сталкиваясь с находящимися рядом людьми, неловко улыбаясь и шепча извинения, однако даже подобные неудобства были не в силах погубить любопытство принца, связанное с вопросом: куда же направляются все эти люди? Ведь в замке Ник точно знал, кто и зачем идёт в ту или иную сторону, но здесь все было по-другому. Каждый человек оставался для него тайной и мальчику оставалось лишь гадать, для чего был совершен такой ранний подъем его сегодняшних попутчиков.       Чёрная толстовка, которая была на размер больше, скрывала все тело брюнета, а на голову был накинут капюшон, прячущий истинную длину волос юноши. Очки находились чуть ниже положенного, чтобы было удобнее что-то читать в телефоне. Само нахождение с принцем его раздражало, поэтому лицо изображало недовольную гримасу.       Ехать на общественном автобусе приходилось тогда, когда школьный автобус уже уезжал с направления, где находился дом Джозефа. Однако разницы особо Питерс не замечал. Для него даже привычнее было ехать с незнакомыми людьми, которым нет дела до него, это лучше, чем видеть неприятные лица школьников, которые оценивают тебя по статусу. Иногда Джо их сравнивал с зоопарком, ведь выглядели они, как животные. А так же был ещё один плюс в том, что они поехали на общественном транспорте – было забавно наблюдать за лицом Николаса, которому все это было впервые. Стало интересно, он правда так уважительно ко всем относиться или это лицемерие, чтобы всем понравиться. Разумеется Адам больше склонялся ко второму варианту, хотя бы потому что у него уже сложилось своё первое впечатление о блондине. Так и ещё придётся всем говорить, что этот зазнайка его кузен. Бред какой-то.       Ожидания зеленоглазого школа оправдала. И даже превзошла. Скорее всего, это было от того, что он, в целом, никогда и не видел мест, где учились обычные подростки, но, несмотря на это, от чего-то ему казалось, будто это училище действительно здорово выглядит для своего уровня.       Внутри обустроено все было совсем не так, как Николас представлял, но это, как он посчитал, оказалось даже к лучшему. И хотя вид самого здания был довольно необычным для принца, самым интересным здесь, как ни странно, оказались ученики. Каждый из них был по-своему одет, у всех на лицах красовались совершенно разные эмоции, кто-то из ребят рассекал по просторным коридорам, а кто-то молча копался в своем шкафчике, демонстративно изображая усталость. Однако самой запоминающейся персоной оказалась светловолосая девушка в черной блузке, что, стоило Ролланду встретиться с ней взглядом, застенчиво пошевелила пальчиками в качестве приветствия.       Питерс давно положил в рюкзак все необходимое, а лишнее убрал в шкафчик. — Кто она такая? — незаметно задал вопрос принц, в ответ на жест согнув руку в локте и, приподняв ладонь, скромно махнув ею незнакомке. — Выглядит дружелюбной. В каком классе она учится?       На вопрос Ролланда Джо все таки поднял усталый взгляд светлых глаз, уставившись в ту сторону, куда глядел блондин. Неудивительно было увидеть там Мэдисон. Она всегда там стояла, болтала со своими подружками и улыбалась всем, кто с ней здоровался. В ней все было идеально, начиная со внешности, походки и заканчивая прекрасными оценками. Сколько бы Джо на неё не смотрел, он никогда не мог в ней разглядеть хоть какого изъяна и все тоже это понимали, возможно поэтому каждый хотел с ней дружить. Но сам Питер никогда не решался с ней открыто заговорить, он знал, что это совсем не его уровень. — Мэдисон Уилс, — коротко ответил юноша, но заметил ожидающий взгляд принца, которой ждал ещё каких-то подробностей. Слишком любопытный. — Она самая популярная девушка в школе. Все парни бегают за ней, а девушки хотят быть такой. Не удивительно, она идеальна, — выдыхает брюнет, смотря в сторону Мэдисон. Он нажал на кнопку блокировки телефона и облокотился головой о шкафчик, — такие девушки считаются у вас принцессами? — поинтересовался голубоглазый, коротким взглядом посмотрев на Николаса. Его внешний вид его раздражал, выпендривается, словно явился на показ мод.       По мнению наследника Джо был одет весьма специфично, однако отрицать уют, сочащийся от его образа, было невозможно. Его широкая кофта, хоть и не выделялась внешне, наверняка была очень удобной и принц бы даже попросил парня дать примерить столь любопытную в собственных глазах вещицу, только вот их взаимоотношения оставляли желать лучшего, посему и обсуждать с темноволосым его внешний вид юноша не стремился. И все же один вопрос его беспокоил: почему свои длинные, красивые и пусть не совсем ухоженные, но привлекательные волосы Питерс скрывал? Ведь не может быть так, что он просто ленился сходить в парикмахерскую. А значит крылось в этом что-то, чего Ролланд пока не понимал. Может быть Питерс и не гонялся за какими-то изысканными вещами, ведь по его мнению в первую очередь нужно быть в том, в чем тебе удобно. Ему удобно ходить в мешковатых вещах, в которых поместиться еще один он, ну или даже Николас. Однако, иногда отец заставлял его надевать что-то, что совсем не подходит его стилю и образу. Он понимал, что выглядит хорошо, но это не то, в чем ему будет комфортно. Что касается волос, то эта тема довольно глубокая и затрагивать Джо её совсем не любит. Наверняка, он их отрежет, когда пойдёт учиться в какой-нибудь университет, а может даже раньше. Но сейчас ему так лучше, но это не для лишних глаз, а то начнётся еще на этом делаться акцент и Джо уже не сможет уйти от внимания. А как всем давно известно, внимание юноша совсем не любит и предпочитает находится в тени.       Вопрос Джозефа блондин не понял. Ведь принцессой девушку делала не внешность и даже не кровь, а ее манеры и, безусловно, склад ума, позволявший править королевством в том случае, если король, королева или же принц по какой-либо причине были на то неспособны. — Да, наверное.. — подал неуверенный голос зеленоглазый, а после, ошибочно или нет, но убедившись в том, что подробностей о том, какие они — девушки благородных кровей, не ждут, вновь задал интересующий его вопрос: — Ты сказал, что все парни бегают за ней. — как бы издалека начал Ник, вставая в такую же позу, что и Джо напротив него самого. — А ты? Ты тоже бегаешь?       Пока Николас в открытую глазел на Мэдисон и всех её подружек, Джо смотрел по сторонам и понимал, что все смотрят именно на Ролланда. Все таки он выделялся, не удивительно, что на него обратили внимание, в большей степени девушки, которые о чем-то шептались и хихикали, что раздражало Питерса. Как раз таки этого он не хотел. Но взгляд снова вернулся на Ника, который затронул тему, которую не стоило затрагивать, от чего лоб Адама моментально нахмурился, а в глазах сверкнул не добрый огонёк. — Ты принципиально суёшь нос не в своё дело? — спрашивает Джозеф, выражаясь довольно грубо, — если ты такой любопытный, то лучше спрячь это чувство куда подальше, пока ты находишься здесь. А иначе за такое и твой королевский нос могут оторвать, — фыркнул юноша, с грохотом закрывая дверь шкафчика. Питерс через какое-то время выдыхает и теперь уже не так сильно злиться, но спокойным он уже точно не будет. — Пойдём, у нас уроки, — бросил брюнет, хватая Ролланда за рукав и потащив его к нужному кабинету.       Но даже самая крепкая хватка была неспособна остановить Николаса, если тот что-то затеял. А он, очевидно, затеял, ведь как можно проигнорировать неуважение к себе любимому?       Бархатные руки в один миг резко ухватились за края капюшона, тем самым останавливая и разворачивая к себе спешащего в кабинет парня, эластичная подошва кроссовок изогнулась, когда пятки вынужденно оторвались от пола, дабы лицо принца оказалось напротив брюнета, а после пальцы сильнее сжали черную ткань, оттягивая ее на себя и направляя анфас голубоглазого вперёд — ближе, чтобы накидка скрыла малую часть лица Ролланда. Его глаза на данный момент выражали коварство, что совсем не сочеталось с ангельской внешностью. Ровное дыхание отдавало мятой после недавно съеденной жвачки — которой майор угостил принца ещё во время перелета — и ударялось об Питерса, разгоняя падающие на лицо пряди, но он не спешил переходить к действиям, словно пытаясь уловить реакцию на столь неожиданный поворот, однако вскоре блондину это, по всей видимости, надоело и он наконец раскрыл губы, вновь выдыхая в сторону Джозефа. — Если ты такой грубый, то лучше спрячь это чувство, пока я не оторвал твой язык. — шепнул зеленоглазый звонко клацая зубами перед губами юноши, а затем усмехаясь. Всё-таки свою угрозу он считал гениальной. Вряд-ли его сожителю понравится, если вдруг Ник все же соберётся откусить ему язык.       По своему характеру и по своим каким-то личностным качествам, которые, как считал сам Питерс, делали его жизнь проще, он не влезал в какие-то перепалки и не желал быть в центре внимания из-за какого очередного скандала. Но были некие причины, которые заставляли пыл Джозефа кипеть, словно чайник на плите. Первое – то, что кто-то трогал его личные вещи, тем более книги, он никогда не позволял прикасаться то того, что он читает, книга была его отдельным миром, где он мог пропадать часами напролёт. Второе – когда кто-то спрашивает или затрагивает в плохом свете о его семье, которая была у него максимально маленькой. И третье – когда кто-то нарушает его личное пространство и трогает его дольше одной секунды.       Одно из этих правил было нарушено Ролландом, когда оно находились дома и он затронул тему отца. Тогда Питерс был вне себя и даже не смог находится с блондином в одной комнате, поэтому пришлось спать на улице. Но сейчас принц решил перейти ещё одну черту, которая по-своему злила брюнета.       Изначально юноша даже не понял что произошло, он резко останавливается, потому что его тянут за капюшон, который чуть не слетел, в бок, а затем он видит перед собой лицо Николаса, который в этот раз смотрит на него каким-то другим взглядом, к которому Адам ещё не успел привыкнуть. Он молчал смотрел своими голубыми глазами на блондина, пока тот что-то говорил, но в голове был лишь странный звон. В мыслях промелькнуло воспоминание сна, которое приснилось юноше совсем недавно. От этого длинные ресницы Питерса часто моргали, пытаясь уловить реальность среди всех тех картинок, которые были во сне.       Наконец Джо находит в себе силы и отшатывается назад. Благо придти в себя помог пряный запах мятной жвачки. Это тот запах, который он любил, но в данном случае это мало чем поможет. Юноша ещё несколько секунд смотрит на принца, одновременно поправляя капюшон. Ему так хотелось высказать ему все, что он о нем думает, просто унизить его перед всеми и поставить на место, но все, на что его хватает, это развернуться и следовать обратно к кабинету, при этом сжимая руки в кулаке, чтобы хоть как-то сохранить контроль. Нужно всего лишь подождать. Пройдёт время и он уедет обратно к себе, а жизнь Питерса вернётся в своё русло.