Невозможно

      Драконикус Люциус Малфой. Именно такая надпись гласила на двери, ведущей в кабинет одного из лучших детективов Великобритании. Он был прославлен многими великими делами, в числе которых была известная поимка Кровавых близнецов-маньяков и Мясника-педофила.       Всегда собран и холоден, он великолепно и непревзойдённо выходил из ловушек-смерти, которые были подкиданы распутницей судьбой. Многие девушки, да и чего греха таить, парни штабелями стелились перед ним. Да и право слово, кто бы отказался от столь экстравагантного мужчины с большим влиянием и огромным банковским счетом.       В газетах то и дело писали о его новых раскрытых делах, интересуясь когда же какая-нибудь роковая красотка сможет окрутить такого жениха. Знали бы они... Впрочем, неважно... Драко давно зарёкся не вспоминать об этой истории, стараясь забыться в ночных кошмарах.        Сероглазый мужчина, сидящий за прямоугольным столом, тихо выругался, что-то чиркая в своём блокноте. Возможно, его кабинет выглядел немного бедным, но это было лишь на первый взгляд. Да, тут было пустынно, однако каждый стул, каждая ручка и любая вещь, находящаяся в пределах досягаемости блондина, разила новизной и приличной ценой.       Мужчина был замкнут и консервативен в каком-то роде, однако, это не значит, что у него отсутствовал вкус. Черные брюки и рубашка изумрудного цвета гармонично сочетались, выставляя напоказ в меру подкаченное тело и узкую талию.       На самом деле слава к Малфою пришла не сразу. Сам он родился в традиционной семье, в которой почитали все праздники, а главное чистоту крови. Поэтому когда он решил податься в детективы, то скандал в родительском гнезде был ничем иным, как изгнанием из семейного рода.       Видите ли, не пристало наследнику столь древнего аристократического рода заниматься столь плебейским дельцем, ладно бы, использовать подобное как хобби. Однако, связать полностью свою жизнь с этим? Ни за что.        Что ж, раз родители были против, то ему ничего не оставалось, как просто кинуть все банковские карточки на стол разъяренного отца и, громко хлопнув дверью, исчезнуть с глаз долой. Пожалел ли он об этом позже? Возможно, но если бы кто-то спросил его о попытке повернуть всё вспять, то он бы отказался. Конечно, ему было больно и неприятно, но это был его выбор, его опыт и его ноша, с которой он и по сей день живёт.

***

      Когда он был на конференции во Флориде один писака спросил у него очень заковыристый вопрос. Пожалуй, сначала он даже растерялся, не зная, что ответить. Но сноровка за годы жизни не подвела его и тут, взяв бразды правления в свои руки. — Детектив Малфой, вы когда-нибудь жалели, что смогли поймать одного из преступников? — Нет, — твердый и холодный ответ, поднявший шквал визгов обожания его фанатов.        И никто не усомнился в его стальном ответе. Никто так и не понял, что великий детектив солгал. Бездушно соврал, пытаясь как можно быстрее исчезнуть со сцены. Ведь подобный вопрос смог задеть его прямо в душу, уже как одиннадцать лет разбитую вдребезги.        Знали бы его фанаты, что он, как мальчишка, рыдает каждую ночь субботы, стараясь заглушить плачь в теплом одеяле. Знали бы они, что он готов всё отдать, чтобы вернуть тот день, случившийся одиннадцать лет назад. Знали бы они, как он... устал. Просто и безбожно устал.

***

       Это случилось в самом начале его карьеры. Он, тогда ещё несмышлёный любитель-детектив, решил поймать Наследника самого Тёмного Лорда. Темный Лорд или Лорд Волдеморт - знаменитый маньяк, убивавший людей из-за чистоты крови.       Право слово, звучит как бред. В конце концов на дворе начало двадцать первого века, а маньяк помешанный на чистоте крови звучит, как страшилка семнадцатого или восемнадцатого века.       Звучало странно, пока не начались массовые убийства "полукровок". Вот тогда-то забили тревогу. Ведь подобные полукровки являлись основной рабочей силой, которую нельзя было терять из-за сумасшедшего идиота.       Его поймали, что смешно, тоже через одиннадцать лет, мать одного ребёнка пожертвовала собой, но набросилась на бездушную тварь, пронзая того насквозь отравленным ножом.       Если бы они только знали, что мальчика, которого так самоотверженно защищала женщина, отдадут нелюбимым родственникам, что в последствии приведет к постоянным побоям... Лучше бы они этого не делали.        Знаменитый Наследник Темного Лорда, до этого единственный Мальчик-который-выжил после нападения Лорда Воландеморта, был намного хуже своего предшественника. Он был виртуозен и умен. Придумывал такие пытки, что сама Пила бы позавидовала.       Его ловили недолго. Хотя, возможно, если бы не вмешался Драко, то и никогда бы не поймали. Но вот в чём проблема, пока Малфой в смешанных чувствах пытался рационально убедить себя, что его любимый Гарри не может быть маньяком, Наследник всё убивал и убивал.       Число его жертв уже перешло за сотню и медлить было нельзя. Поэтому с горем пополам установив ловушку в их общем доме, перед этим предупредив Поттера, что его отправили в командировку, Драко с содроганием услышал приближающиеся шаги, шаги с каждым разом вгрызавшиеся в его сердце.       Сердце гулко, загнанно стучало в висках. Дыхание перехватывало, создавалось ощущение, что Поттер слышит его аж на первом этаже. Горло судорожно сжималось, глаза щипали, он до последнего молился всем известным богам, чтобы это был не его Гарри.       Но его молитвы никто не услышал. Послышалось чертыханье и звук, сработавшегося механизма. С дрожащими руками и со слезами на глазах детектив Малфой вышел из укрытия, утверждаясь в своих ужасных подозрениях.       В обычной из верёвок ловушки сидел его Поттер, тот самый который ласкал его жаркой ночью, а утром шептал нежные слова на ушко. Драко не мог в это поверить, сознание мутнелось.       Сердце пронзило болью, беспощадный разум бил по нервам, показывая ему, что вот, какой он — идиот. Как он вообще смог так ошибиться в человеке? И ведь до последнего его оправдывал, все эти дурацкие отговорки и задержки, иногда сумасшедший блеск проскальзывающий в глазах. Однако вот он сейчас стоит перед блондином весь в крови и смотрит так болезненно знакомо. — Почему? — хриплый звук, похожий на его голос, вырвался из его горла. — Я знал, что ты догадываешься, Драко, не мог не догадываться, ты ведь умный мальчик, — усмехнулся жестоко Поттер. — Почему? Почему почти из восьми миллиардов людей на планете убийцем-маньяком оказался ты? — Малфой, будто не слыша слова Гарри, продолжал всё еще невидимым взором смотреть будто сквозь Поттера, чувствуя как его щёки обжигают горькие слезы. — Ну, что ты, зайчонок, не стоит так плакать, — раздался всхлип, — в конце концов, жизнь — суровая штука. — Суровая? — повысил голос Драко, — Зачем, Ри? За что ты так со мной? Разве я подобного заслужил? — А разве я заслужил такого свинского детства? — в ответ зло проговорил Поттер, — моя мать отдала свою жизнь, чтобы защитить меня. Она избавила страну от маньяка, которого подобные тебе и полиция не могла поймать! А меня отправили к тетке, муж которой не только бил меня, но и насиловал! — Что? — шокированно произнес Малфой, делая шаг назад, — ты...ты не говорил мне о подобном... — А ты хоть раз спрашивал? — Я не хотел затрагивать тему твоего детства, я ведь прекрасно понимал, что тебе было больно об этих воспоминаниях. — Ни черта ты ничего не понимал, — воскликнул Поттер, зло прищуривая глаза. — Возможно, — согласно кивнул блондин, стараясь совладать со слезами, — но, — жалобно продолжил, — я хотя бы пытался, в отличие от тебя.       Прозвучавшие вдалеке сирены отвлекли их от разговора. Гарри вздрогнул, напрягаясь и, о боже мой, Малфой как-то не подумал, что Поттеру хватит сил разорвать веревку. Она растянулась от недюжинной силой мужчиной и лопнула с треском, пугая Драко. — Я не буду убивать тебя, Драко, — произнес брюнет, — медленно поднимаясь с пола, — пока что.       Возможно, ему нужно было бежать в свой кабинет и взять пистолет. Однако, он этого не делал, как впрочем и не вызывал саму полицию. Просто соседка, живущая напротив их дома, видела, как окровавленный Поттер заходил в их когда-то общий дом.

***

      Следующая их встреча произошла спустя пять месяцев. Он кинул все свои силы на то, чтобы найти и остановить парня. Постараться уговорить прекратить его убивать ни в чём неповинных людей.       Однако встретив снова Поттера, он понял непростую истину. Нет, его Гарри больше не было. Этот брюнет, стоящий перед ним над обрывом скалы, жил этими убийствами. И если его сейчас не ликвидировать, то жертвы множащиеся в геометрической прогрессии лягут на его, мать вашу, Малфоя душу.       Поднятый пистолет дрожал, как дрожал и сам блондин, стараясь взять себя в руки. Да и что с него взять то, с зеленого влюбленного мальчишки, полюбившего убийцу? Глаза застилала слезная дымка, но он мужественно уговаривал себя держаться до последнего. — Ну что, Драко, ты, наверное, уже позабыл меня, правда? — глумливо улыбнулся мужчина, с каким-то хищным взором оглядывая детектива, — в прочем, неважно, что ты сейчас хочешь сделать. Я и так довольно хорошо очистил этот мир от скверны. Мой вклад будет не оценим, а мои последователи продолжат моё дело. Ну что ты плачешь, зайчик, иди ко мне, я тебя утешу, — и сделав шаг, мужчина застыл, услышав голос блондина. — Это было с самого начала невозможно, — горько усмехнулся Драко, направляя пистолет в сторону Поттера, — невозможно было забыть тебя, Ри, — прозвучавший выстрел выпустил наружу смертоносную пулю, поразившую одно сердце и одну жалкую душу.       Раздавшийся немой крик Драко над рухнувшим телом был унесен ветром. Да, он сделал всё правильно, но от чего же так глупому сердцу больно? Ведь нельзя же так, легко и просто убить того, кого любишь. — Знаешь, солнышко моё, я всё ещё надеюсь на любовь твою- На эту нежную, прекрасную тигрицу... Я всё ещё надеюсь на тебя, зайчонок, Мой главный лжец и вор души, мой Драко Малфой. — Я не отпущу тебя никогда, Драко, запомни, солнце, рано или поздно, ты тоже попадёшь туда же, куда и я, — рука упала наземь, а потухшие изумрудные глаза больше не светились маниакальным огоньком.        Но ведь это значит, что и той трепетно странной нежностью они тоже больше никогда не смогут сверкать. Раздавшийся вой над скалой, проходящие путник списали на койота или заплутавшего волка. Одинокого и потерявшего свою пару, а возможно, просто голодного и безумного.        И вот, сегодня, был как раз тот самый день, ровно одиннадцать лет одиночества и боли. Ну что ж, значит такова его судьба. Кинув на стол надоевший ему блокнот, мужчина всё же решил плюнуть на новое дело и отправиться домой в объятия кошмара. Каков смысл убегать от очевидного?       Однако, в этот раз кошмар был каким-то слишком реалистичным. Вот он поднимается по лестнице в их дом, а на кровати сидит его Гарри с пистолетом в руках. Только, сейчас он был каким-то странным. Слишком молодым что ли? — Гарри? — неверующе прошептал блондин, подходя ближе. — Вы ошибаетесь, детектив Малфой, — и поднявшийся в воздухе пистолет, ловко выстрелил прямо в сердце сероглазого.       Остекленевшие глаза уже не видели горькую усмешку пацана, похожего на самого Поттера. Он быстро исчез с места преступления, оставив лишь на полу бумажку с перечеркнутой молнией. Ужасные новости! Один из лучших детективов Великобритании был найден мертвым в своем доме. На месте был найден листок с перечёркнутой молнией, неужели объявился новый последователь Темного Лорда?       Сам же упомянутый наследник мастерил новую ловушку, горько усмехаясь. Что ж, главную помеху на пути своей карьеры он уничтожил. Откуда же он знал, что Малфой сможет ему помешать? Возможно, он и плохо, но помнил своего отца, который попросил его открыть на восемнадцатилетие одну непримечательную коробочку на чердаке.       Как же он был удивлен, когда увидел там огромную книгу со схемами разных видов пыточных машин и подробными инструкциями. Право слово, шок, который поразил его, был огромен. Однако, сейчас, сделав себе безопасную подушку на время, он — Джеймс Гарольд Поттер, был спокоен.       И совсем неважно, что через несколько лет спустя с ним произойдет та же ситуация, что и с его отцом. Убийца, окажется не таким уж бездушным, как сам Темный Лорд. Только стрелять будет не детектив Малфой, а сержант Лонгботтом, так не вовремя попавшийся ему на очередном убийстве и запавший ему в сердце столь непоколебимым характером и невероятно холодным взглядом.