Должен всё помнить

      После обеда Вэй Ин позвал Лань Чжаня к водопаду, сказав, что что-то хочет тому рассказать. Он послушал супруга и последовал за ним, попросив Цзян Чена незаметно проследовать за ними. Всю дорогу они шли молча, Вэй Ин вëл любимого за руку, в какой-то момент Лань Чжаню стало тревожно.       – Вэй Ин, – с настойчивостью попросил сказать что-нибудь уже сейчас.       Тот тут же повернулся к нему и ярко как солнышко улыбнулся. Потом осторожно посмотрел по сторонам, мягко покачал головой, развернулся и пошëл дальше. На удивление, Вэй У Сянь всю дорогу не проронил ни слова.       Цзян Чен, что следовал за ними не вдалеке, ломал голову над поведением брата. У него крутились в голове вопросы: Что же произошло с Вэй Ином? Почему тот так себя вëл? И многие другие. Лань Чжань же старался не думать о плохом.       Вот уже виднелся водопад. Подойдя к реке, Вэй Ин заглянул в неë, чего-то ожидая. Лань Чжаню оставалось только стоять рядом и ждать, что скажет его супруг. Он всё же решил на него не давить. Разговор начался с окликанием призрачного генерала.       – Вэнь Нин! – он тут же появился по зову старейшины.       Лань Чжань хотел сделать шаг вперëд, потянувшись к мечу, но его остановил рукой Вэй Ин.       – Этот разговор должны услышать вы втроëм, – на этом слове его брат вздрогнул от неожиданности, – да-да, Цзян Чен, я знаю что ты здесь, выходи давай.       Теперь возле водопада стояло три человека. Точнее один уже сидел на одном из огромных валунов, другой стоял по правую руку от первого возле реки и был ходячим мертвецом, третий с переплетëнными руками на груди и лицом неудовольствия стоял по левую руку, прислонившись к стволу дерева неподалёку, и четвëртый стоял ровно и правильно напротив, завершая их импровизированный неровный круг.       – Вэй Ин, что ты хотел рассказать? – нотки беспокойства были уже не только в глазах у супруга.       Старейшина Илинь лишь неловко улыбнулся, взглянув в любимые очи напротив, потом посмотрел ещё на двух слушателей и оставил свой взгляд на плывущих медленно облаках, сегодня было немного облачно.       – Ну-с, начну с не очень хорошей новости, я могу скоро умереть, – он ещё ярче улыбнулся, эти слова он сказал очень легко и не решался посмотреть на людей рядом с ним, поэтому только мог представлять в каком состоянии духа все пребывали.       – Вэй Ин, – из-за этого настойчивого тона супруга, он вздрогнул.       – Ну что сразу 'Вэй Ин'? Я же сказал, что только 'могу умереть'. Я ведь не сказал, что точно умру, – он прокашлялся, взгляд опустился в землю перед валуном, его руки стали потными, по телу прошëлся мороз, поэтому он запахнулся получше в супружеские одежды, немного вдыхая их запах от рукавов и воротника (они были ближе всего), а потом немного чему-то своему хихикнул, что сразу сменилось хмурым выражением лица, – могу сказать хорошую новость. Но она не такая, на самом деле и хорошая.       – Говори, – выплюнул со злостью Цзян Чен.       Конечно, здесь все понимают то, что он злится больше от беспокойства, в чëм никому не признается. Его никто и не осуждает за гнев, ведь все трое, приглашëнные на разговор, были злы на Вэй Ина, что так легко говорил о своей смерти. Он уже умирал один раз, все от этого настрадались. Также здесь каждый понимал, что после второго такого раза тот больше не вернëтся.       – Я наконец нашëл способ как это предотвратить. Я другого просто не знаю. Столько всего перепробовал - ничего не помогало. Надеюсь, вы меня поймëте, почему именно это я выбрал. Никто ведь не хочет моей смерти? – тут он глазами полными боли посмотрел каждому в их с бушующими эмоциями, меняющихся с гнева на шок, потом на облегчение и обратно по кругу.       – Господин Вэй, как вы вообще могли об этом подумать...       У двоих других даже слов не нашлось, что сказать, они только и смогли произнести тихо его имя.       – Ну конечно же вы не хотите моей смерти, в этом я и так был уверен. Просто сказал к слову, – тут он сделал паузу и, смотря себе на руки, которые для успокоения перебирали налобную ленту Лань Чжаня (он с самого начала разговора был с распущенными волосами, они развевались на ветру), продолжил более тихо и с горечью говорить, – чтобы я выжил, мне нужно всë забыть. Обо всём и всех. Чтобы я не знал даже кем являюсь. А также я должен забыть о том, чтобы продолжать быть заклинателем. Я должен стать обычным человеком и жить обычной жизнью.       Теперь все точно были в крайнем шоке. Вэй Ин ни на кого не смотрел, он перебирал пальцами ленту, потом легко и продолжительно прислонился к ней губами, вкладывая в это огромный смысл. Была тишина. Только шум воды и ветра нарушали еë. Вэй У Сянь тихо спрыгнул с валуна, подошëл к супругу-истукану (тому надо было придти в себя) и надел на того его налобную ленту. Он заглянул Лань Чжаню в глаза, мягко провëл ладонью по его щеке, немного наклонил его голову к себе (он не сопротивлялся совсем) и поцеловал в лоб прямо под лентой. Потом Вэй Ин обернулся и посмотрел на остальных двоих истуканов, тепло им улыбнулся, после этого он развернулся к тропинке и медленно пошëл оттуда, на прощание кинув: "Подумайте об этом как следует, а после вновь поговорим", и скрылся.