Кеды, лучше туфель

      Утро второго дня в новой школе. Каспилея проснулась рано утром. Остальные её соседки ещё спали. Вчера девочки разговаривали до полуночи, сформировавшаяся еще на первом курсе компания сразу же приняла нового участника. И это радовало девушку несказанно. Алиса Стоун, Марлин МакКиннон и Лили Эванс обещали ей помогать первое время.       В общем, девушке в Хогвартсе очень понравилось. Она всё детство мечтала о лучшей подруге, кто была бы рядом в любой ситуации, но наверное это проклятье. Все девочки избегали её, боясь, что та превратит их в жаб. Лея искала поддержку в брате, ведь тот всегда поддерживал и понимал её, но конец этому наступил скоро. С восьми лет Люпин научилась не доверять людям, носить маску. Даже если её сердце скоро разорвёт, то она будет смеяться из последних сил. Ей больше не нужен человек, который всегда подставит плечо помощи. Хоть ребёнок внутри надеялся что эта особа появится, ничего не происходило.       Выполнив утренние процедуры, Каспилея отправилась одеваться. Надев широкие штаны, рубашку, и сверху свитер, девушка долго думала что же надеть на ноги. Выбор был большой, кеды всех цветов радуги. «Гриффиндор в красных тонах, а значит и кеды красные» - Лея сделала свой выбор, покрутившись перед зеркалом. Волосы заплела в высокий хвост и вышла из комнаты.       В гостиной факультета никого не было. Комната была большая, в золотых и красных тонах. В углу стоял камин, огонь там уже не горел. Вдоль стен стояли диваны и кресла. Возле окон столы и стулья. Над выходом из гостиной висят часы, время 06:43. Скорее всего, сейчас все только разлепляют глаза.       В планах у Люпин было сходить на завтрак, но он начинается в восемь, а это через час. По коридорам плутать тоже желание отсутствует. «Может почитать? Точно, я же роман брала!» Каспилея полезла в сумку ища нужную книгу. Учебники, снова учебники, тетради, перо, и наконец нашла. В руке девушки оказалась маленькая книга, Лея навела на неё палочку, произнеся заклинание. Роман тут же увеличился. Подняв взгляд, Люпин прошлась взглядом по гостиной, остановившись на большом мягком кресле. Сев, девушка с первых строк утонула в историю написанную на страницах.       Время пролетело незаметно. Ученики начали вываливаться со своих комнат. Кто-то кидал взгляды на читающею, кто-то даже не заметил. Через несколько минут из мужской спальни пятого курса вышли четверо парней. Хогвартс прозвал их Мародёрами, ведь они главные шутники и проказники школы. Вчера друзья были не в полном составе, но сегодня всё хорошо и вместе с ними Лунатик. В первую минуту они, как и многие, не заметили Каспилею, а потом Джеймс присмотрелся и увидел силуэт с книгой. В голову сразу пришла Эванс, та тоже любила читать.       Поттер, кивнул друзьям и те остановились. Джеймс на носочках подкрался к Люпин, и потянулся что бы чмокнуть ту в нос.       — Поттер!!! Мерлин! — завизжала Лея, подпрыгнув на кресле.       — Эванс?! – Джеймс явно такого не ожидал и быстро отпрянул от девушки.       — Я что, рыжая? Зачем так пугать, а? Лили наверное уже в зале, а я зачиталась, – Люпин начала жестикулировать руками, а потом, чуть подвинувшись в бок, и заглянула за спину Поттера. Там стоял её брат, по его лицу было видно, что он всё еще не понимает, что происходит.       Да, Римус знал, что избегать свою сестру он долго не сможет. Каспилея Люпин это просто нечто. Она конфета, которая сначала сладкая, а если настроение у неё плохое, сладость станет горькой и начнёт пузырится как шипучка у маглов. И ладно, если бы он продержался дней пять, или дня два, но нет – жизнь настолько жестока, что поставила подножку утром, когда он даже не ожидал этого.       По началу Гриффиндорец её узнал. На него смотрела девушка с карие-серыми глазами, в зрачках которых читалось удивление, да и что таить, капелька страха. Нос картошкой, как и был. Губы, не сильно, но пухлые. Щёк нет, а в детстве были большими, особенно когда она стеснялась. В такие моменты они начинали краснеть и были похожими на спелые помидоры. Волосы коричневые, заплетены в хвост, но проглядывает рыжина. Как отметил Люпин, точно не природная. «Она покрасилась?» – пролетела мысль в его голове. «Кас очень изменилась, она уже не маленькая, было глупо отворачивается от неё».       Девушка тоже рассматривала брата. Тот стал высокий, словно его отец. Лицо взрослое, на нем появились шрамы. «Сколько же он пережил?» спросил голос в голове, а ответ последовал сразу: «Много сложного». Каспилея долго смотрела в голубые глаза, уловив в них плохо скрытую боль. Как же ей хотелось просто подойти и обнять его, без слов, без оправданий. Просто почувствовать его, поговорить, рассказать как ей было тяжело, спросить как у него дела, а потом поесть вместе печеньки. Вот он, ребёнок внутри её. Но это лишь мечты. Люпин сразу тряхнула головой, надев на лицо непроницаемую маску. Эмоции все под замок.       Джеймс, Сириус и Питер стояли не в праве сказать слово. Поттер отходил от шока, Блэк пытался понять, о чем думает Лея, а Петтигрю просто стоял и уже хотел пойти на завтрак. Каспилея ещё несколько секунд смотрела на брата, а потом развернулась, положила книгу в сумку и встала. Медленным, но уверенным шагом подошла к Римусу и уголки её губ поднялись в нерешительной улыбке.       — Привет, братец, позволишь? — девушка кивнула на него. Парень стоял в непонимании о чём она.       — Э... Привет, да, — сам себе усмехнулся он. Девушка за пару секунд преодолела расстояние и обняла брата. Так сильно. Она хотела показать что до сих пор осталась верна своему мнению, но также не отступит от разговора. Римус наверное прочитал её мысли, кивнув. Даже скорее больше себе чем ей. Он скучал, хоть не хотел признать в этого.       Через несколько минут девушка отстранилась от брата и улыбнулась.       — Мальчики, не поможете мне найти дорогу до Большого зала? А то я в коридорах ещё плохо ориентируюсь. Как вы вообще живёте в этом лабиринте? — Лея повернулась к остальным и фыркнула. — Представление окончено, пойдём есть, а то на первый урок опоздаем.       Люпин первая пошла к выходу, за ней второй Люпин, а после и все остальные.       — С тобой мы вечером поговорим, хорошо? — обернулась девушка. Римус утвердительно кивнул и улыбнулся.       На завтрак Люпин съела овсянку, запивая апельсиновым соком. Сидела Гриффиндорка дальше от всех, в конце стола. Соседки по комнате сидели рядом с Мародерами. Они о чем-то общались, весело смеясь. Но Люпин сразу почувствовала барьер между ними. Она не из компании. «Не жалей себя, ты всегда была одна».       Римус видел как сестра не решилась сесть с ними. «Видимо не хочет. Или чувствует себя не комфортно. Вечером спрошу».       — Рем, какой у нас урок? — Марлин жевала хлеб.       — Зелья с Когтевраном, —отчеканил парень, после кинув последний взгляд на Кас и вздохнул. – Девочки, — те сразу перевели взгляд на друга. Алиса закончила разговор с Фрэнком, Лили перестала изучать расписание, а Марлин оторвалась от бутерброда.       — М? — в унисон спросили девушки, рассмеявшись, поняв ситуацию.       — Вы подружились с Кэс? — это сокращение вылетело само по себе, раньше он называл её так только когда переживал.       — Да. Она милая и с ней интересно, но что-то душит её, поэтому она не может полностью открыть себя. Только мы так и не поняли что, — первая начала Лили, говоря абсолютную правду. Марлин и Алиса кивнули в подтверждение слов лучшей подруги.       — Мы вчера долго разговаривали, Лея сказала, что ей было сложно первое время, но потом случился щелчок, а какой именно не сказала, — выдохнула Алиса.       — Мне кажется, ей нужна опора. Она носит маску радости, а что скрывается под ней нам не известно, — пожала плечами МакКиннон.       — Ладно, спасибо, я понял. А теперь пойдёмте, — Римус дал себе обещание, что вечером наконец поговорит с сестрой. И больше не будет бегать от неё, от прошлого не убежишь.       — А... Эм... Я с Леей пойду, мне надо показать ей дорогу до подземелий.       — Эванс, давай я, —впервые подал голос Сириус.       Он очень долго думал. Мысли налетели на него неуправляемым ураганом. «Сестра Лунатика носит маску? Зачем? Что за щелчок? Нужна ли ей помощь? Или человек которому можно всё рассказать? Или... стоп, с каких пор меня волнует незнакомая девчонка? Мы с ней виделись один раз. У неё есть подруги и брат. Но с братом похоже туго. Интересно, также, как и у меня с Регом? Окей, просто нужно с ней поговорить. Но... Мерлин, ладно! Нужно делать первые шаги».       Компания удивлённо посмотрела на друга. Такого можно было ожидать от Римуса, но не от Блэка. Да, тот был ловеласом, красивые всегда были его, но Люпин? Или он просто хотел проявить доброжелательность?       — Ладно, но если ты её не устроишь, я тебя сменю, — усмехнулась Лили.       Блэк кивнул и направился в сторону Каспилеи. Та уже выходила из-за стола, прихватив сумку.       — Люпин! — крикнул Блэк, а та повернулась моментально. Глаза задавали немой вопрос. Сириус быстро дошёл до цели, и улыбнулся. — Эванс просила довести тебя до кабинета Слизнорта. Мы с тобой уже знакомы, так ведь?       — Да, ты Сириус Блэк. Если я отниму твоё время, то ступай, я сама смогу добраться.       — Ну не брошу же я даму в беде, —фыркнул Сириус.       Девушка вздохнула, кивнув в знак согласия. Блэк победил, и они уже вместе выходили с Большого зала. Всю дорогу двое шли молча, и казалось бы они поменялись местами: в голове у парня мельтешили мысли, а у Леи было пусто. Она просто смотрела себе под ноги, даже не напевая песни.       — А почему тебя так зовут, м? — Блэк поборол свой страх, и задал вопрос.       Люпин удивлённо посмотрела на Сириуса. Её никто не спрашивал о таком, даже брат. На душе стало теплее. Или нет? Нет, бред какой-то.       — Вообще меня должны были назвать Кассиопея, в честь звезды, как и тебя. Но потом мама подумала что мне не подойдёт. Что я буду с ужасным характером, а потому и выбрала такое имя, к слову, оно мне намного больше нравится чем звёздное, —хмыкнула Люпин.       Её мать была мракоборцем, и в магической Франции её все знали и уважали. В детстве Эрика даже подумать не могла что будет известна по всей стране. Маглорожденая девочка поступила в Шарбатон, выучилась, получила по всем предметам «превосходно», и пошла работать во Французское Министерство Магии. Там она и повстречала Люпина. Саймон Люпин. У них было всё как в сказке, и казалось, что этой любви не помешает ничто, но как же они ошибались... Когда Эрика родила девочку, то заболела магловской болезнью раком. И сколько бы не боролись врачи и её муж, сердце хрупкой женщины не выдержало. Она умерла через четыре года после рождения дочери. Каспилея помнит её лицо, мягкие руки, улыбку, такую светлую и родную. Сердце хранит звук её смеха. Всё было бы по другому если бы…       Лицо сразу помрачнело после мыслях о маме. Блэк это заметил и понял, что тема не самая лучшая.       — Извини, зря затронул тему, — извинился парень.       — Ничего, потом как-нибудь может расскажу продолжение, но точно не сейчас, прости, —грустно улыбнулась Кас.       Сириус кивнул, и произнёс:       — Мы пришли.       Люпин даже не заметила как они оказались в мрачном коридоре. Поблагодарив Сириуса, девушка зашла в класс, Мародёр же остался ждать друзей. Мысли опять наполнили голову. «Она довольно милая». Девушка села за третью парту рядом с окном. С кем сидеть ей было абсолютно всё равно, хоть с самим Мерлином. И что с её настроением? Утром было всё нормально, а сейчас… наверное осколок прошлого вошёл в глотку.

***

      Уроки прошли быстро. На первый урок к Лее подсела девушка по имени Доркас Медоуз. Вроде разговор завязался, но подругами их назвать было сложно. Потом была Травология, Заклинания и последним ЗоТИ. Наконец-то этот тяжёлый день кончился. Он выжал все соки из Каспилеи, к такому она не готовилась. Её сегодня позвали на вечеринку в честь день рождения какого-то парня, но та отказалась. Вместо этого после ЗоТИ она пошла к озеру. Сейчас здесь пусто и тихо. Кто-то сидит в библиотеке, кто-то с друзьями, кто-то кушает в Большом зале. Одна Люпин сумасшедшая. Гриффиндорка подошла к большому дереву и села под ним. Листва уже опала. Дул осенний ветерок, холодный, но приятный. Хвост за весь день растрепался, и пряди развивались на ветру.       Казалось, что идиллию никто не посмеет испортить, но по лестнице замка кто-то торопливо спускался. Фигура быстрым шагом направлялась к девушке. Уже ближе Лея поняла, что это её брат. «Что ему надо?»       — Ты что тут делаешь, Кэс?! — подойдя практически вплотную к ней нарушил тишину Рем. Волна беспокойство накрыла его с головой, когда Фабиан Пруэтт сообщил ему о том, что сестра отказалась от праздника. Тогда он хотел у неё спросить, почему, её как ветром сдуло. Славу Мерлину, он её нашёл.       — Не ори и не беспокойся, всё нормально, — хмыкнула она. Если честно, её удивила ситуация, но маска хорошо держится.       — Во-первых почему ты отказалась, а во-вторых почему ты тут?       — Не хочу, не люблю тусовки. А тут потому что тихо, а мне грустно, вот и всё.       — Грустно? — переспросил парень. Каспилея кивнула. Хотелось спросить почему, но Люпин его опередила.       — О маме думала, и как было бы если она была бы жива, — пожала плечами Лея.       «О тёте» Римус знал тётю с рассказов мамы и папы. В детстве он видел её, ему тогда было три года, и он особо не помнит её. Для Кас эта тема была очень тяжёлой. Нож разрезал воспоминания о тёте Эрики. По рассказам, та была весёлая и жизнерадостная, умная и серьёзная. Но заболела какой-то заразой и умерла в возрасте 26-ти лет. Это было всё, что знал Римус.       — Ты не против начать наш серьёзный разговор, м?       — Да, конечно, давай, — выдавил парень, — что с тобой случилось за все эти годы?       — О, что случилось? Да много чего. Но ничего интересного. Я даже свою любовь не встретила, и подруг тоже не нашла. Только в книгах себя увидела. Отец купил мне квартирку в Париже, а сам приезжал раз в месяц, дать денег и проверить всё ли нормально. А у тебя как? Расскажи как ты справляешься, знают ли друзья?       — Очень жаль тебя. Дамблдор на свой страх и риск взял меня в эту школу. Тут я и нашёл себе друзей. На втором курсе всё им рассказал, но они не отошли от меня, а наоборот стали… — Римус осекся, стоит ли рассказывать сестре об анимагии? «Но она же рассказала мне всё? Она моя сестра, значит она имеет право знать». — Анимагами. Джеймс оленем, Сириусом псом, а Питер крысой.       — Классно, что сказать, — усмехнулась девушка. Повернув голову, Люпин улыбнулась и протянула мизинчик. — Римус Джон Люпин, поклянитесь что между мной, Каспилеей Люпин, и вами, больше не будет ссор.       Римус помешкал, но протянул в ответ свой мизинчик в ответ.       — Обещаю!       — Навсегда! —последнее слово выкрикнула Каспилея, и маска лопнула на её лице и с глаз потекли слезы. Слезы о маме, о папе, о брате, о тёти и дяди, о всех. Она устала, но брат поможет. Ребёнок внутри радуется, он добился своего. Теперь брат и сестра вновь будут вместе.       Люпин сразу же обнял сестру, а та рыдала ему на мантию. Всё хорошо. Теперь всё будет хорошо. Он найдёт ей друзей, найдёт любовь, теперь он старший брат.       Выплакав все слезы, Кас вытерла лицо, и шмыгнула носом.       — Вставай, пойдём в замок, я тебе ещё столько не рассказал, — улыбнулся парень, Лея кивнула и поднялась вместе с братом. До замка дошли в тишине, а потом девушка начала рассказывать всякую ерунду, а Рем слушал и смеялся. Так они и дошли до Гриффиндорской башни. Так как в гостиной был праздник, а в комнаты девочек нельзя, они остановили свой выбор на комнате мальчиков. Поттер, Блэк и Питер всё равно веселятся со всеми, и вернуться поздно, так что они им не помешают.       Зайдя в комнату, Лея увидела беспорядок. Одна кровать была чистой. К той она и направилась. Над кроватью висели колдографии с друзьями, с семьёй и прочее. Люпин надула губы, и предъявила:       — А со мной нет!       — Скоро будет, сестренка Кас, — улыбнулся ей Римус.       —Ла-адно.       До двух ночи, брат и сестра сидели на полу и рассказывали истории. Рем предложил на ночь остаться у него, та дала свое согласие. Под утро Каспилея проснулась и ушла к себе в комнату, девочки спали. Люпин сходила в душ, плюхнулась на кровать и задремала.