горький крик любви

Плыть по течению, отдавшись на растерзание собственной судьбы было слишком. Слишком пафосно и слишком легко. Шигараки недовольно фыркнул, одергивая рукав бежевого плаща, и раздраженно закатил глаза, заметив очередного студента ЮЭЙ. Что происходило в данный момент он категорически не понимал, хотя стоит признать, что эта тупая шутка небес немного скрасила его безумно «веселые» злодейские будни, да и выходные тоже. Было ли это действием чьей-то причуды или Тога опять рассыпала по новому убежищу свои отходы от разнообразнейших экспериментов с чужой кровью, он не знает. Но в одном уверен на все сто процентов. Это красиво. До одури, сука, красиво. Набережная Йокогамы залита теплым рыжим светом. Поволока облаков растекается по небу словно жженая медь, отливая горячими разводами вблизи моря. Шигараки по-кошачьи жмурится, втягивая соленый морской воздух и еще раз навскидку оглядывает свой необычный прикид. Руки, ключицы, плечи, шея — все обмотано бинтами. Темные брюки, светлая рубашка, длинный плащ теплого цвета кофе с молоком. Приятные на ощупь чистые вещи и отсутствие шрамов на лице. Он не уверен в том какой у него сейчас цвет волос, но то, что он чертовски похож на Дазая Осаму из бродячих псов — факт. Прочитанная на днях манга снова пронеслась перед глазами, мелькая старыми потрепанными страницами, завлекая своим невероятным сюжетом и яркими героями с тысячами переживаний и невнятных, но таких необходимых ему эмоций. Манга была ахуенная, спору нет. Но вот, что он делает здесь, да добрая половина его окружения и не только — это уже другой вопрос. Неспешно прогуливаясь на набережной, он раз за разом натыкался на знакомые картинки, внезапно ожившие. Теперь все дышало, искрило жизнью, восхищало своей простотой и мягкостью. Хотелось остаться здесь, желательно навсегда. Раствориться в потоке жгучей любви к этому невероятному месту. Начать, наконец-то жить, правда, и по-новой. — Шигараки-сан, — собственное имя здесь, почему-то пробирает до мурашек, и он смакует его необычное звучание, — у нас большие проблемы! На глаза попадается яркая вихрастая макушка, зеленые кудри пестрят безобразием на фоне рыжего спокойствия, и ему уже хочется отмахнутся от внезапного собеседника в этом мире, как он признает мальчишку перед ним. Изуку. Изуку Мидория, 1А класс. — Пфф, ты здесь, что вместо Ацуши? — недовольно тянет Томура, оглядывая пацана с ног до головы. Да точно, черные штаны, галстук, рубашка, глазки светятся двумя цветами. — Что-что, Шигараки-сан? Какого Ацуши? Это как-то относится к делу? Вы уже в курсе всего, да? — Стой! Остановись! Как тебя выключить то? — от такого потока странных и даже неуместных для него сейчас вопросов мозг выдал ошибку и завис. Изуку стоило заткнуть хотя бы на две минуты, но прямо сейчас, — дыши, Изуку-тян, просто, дыши. — А почему, тян? — начал было тот, но был остановлен Шигараки. — Я сказал, мать твою, дыши. — Но у меня нет матери, — Томура нервно втянул воздух через нос, сжимая кулаки в карманах плаща, и начал думать о том, что дышать пора бы начать самому. И как только этот Всемогущий с ним справляется.? Ах, да, он же все и могу и заверните два в одном флаконе. — Изуку! — Я дышу, — мальчишка шумно приступил к выполнению указания, а он смог прикрыть глаза на две секунды, и помассировать виски. От чужой гиперактивности начинала болеть голова. — А теперь, Изу-тян, давай по порядку. Кто, где и что? – Вообщем, Курогири, сказал, что у нас большие проблемы, — Мидория развел руками в стороны, видимо пытаясь показать масштабы очередной хуйни свалившейся на их головы. Шигараки же лишь вопросительно склонил голову набок, понимая, что все происходящее начинает его безумно напрягать. — А точнее можно? Только не нервничай, спокойно все расскажи, — к новым потокам нервных высказываний он пока точно не был готов. — Портовая Мафия нарушила пакт о перемирии, и заключила договор с Мертвым Домом, теперь идет охота на тебя, — хотелось рассмеяться прямо в эти испуганные глаза и по привычке почесать не раненую здесь шею. Но ни то ни другое явно не принесло бы желанного облегчения. Дожили. Даже здесь. А это, извините, непонятно где! Его хотят убить, свернуть шею, скинуть с моста, ну остальное придумайте сами или подчеркните нужное, потому что он это делать устал. — Откуда вы вообще это узнали? — нервозность удалось перебороть с большим трудом, ведь как обычно ситуация требовала больше информации. Кто владеет ей тот и царь, блять, и зверь, ну и снова нахуй длинный список. Шигараки все-таки касается пальцами шероховатых бинтов на шее, и неуверенно колупает их ногтями, пожалуй все не так плохо, успокаивает, самую малость. — Нам письмо пришло. — И? — Я не закончил, — обиженно протянул Мидория, — вместе с письмом прислали шляпу Даби, который отказался идти против тебя и вообще участвовать в происходящем, — чужой звонкий голос неестественно задрожал, кажется это не предвещало ничего хорошего, — они сказали, что если ты не придешь к восьми часам вечера в известное тебе место сбора, то уже завтра все газеты будут рассказывать о пирокинетике, который покончил собой из-за ужасной способности. — Даби.? Что же ты там забыл, Даби?! Нет, нет, нет, этого.. — Мне, правда, очень жаль, Шигараки-сан, но Курогири с остальными уже разрабатывают план действий. Скорей всего, многие находятся под действием чьей-то способности. Вряд ли кто-то из них по доброй воле захотел бы сотрудничать с Крысами. — Да плевать мне на это все! — в сердцах крикнул Томура, — я должен его найти. Где же? Где это глупое место, неизвестное мне? — Но, — Мидория хотел было возразить, реакция его наставника была слишком неожиданной, всегда такой веселый и улыбчивый, понятный, тут вдруг дерет на себе волосы и шепчет что-то неразборчивое. Ноги понесли сами. Совсем недалеко, на один из кораблей около порта. Все так логично, все так просто. Неужели? Даже думать страшно. Картинка никак не складывалась в единый пазл, механизм не сходился и шестеренок не хватало. Пирс. Доски. Ступеньки. Железки. Пробоины. Все бегом и с небывалой легкостью, с разрастающейся в груди паникой, с хрипящим голосом и вновь разодранным в кровь горлом. Но только быстрее и только успеть, хотя бы взглянуть в эти голубые, невероятно чистые глаза Тойи. — Оо, а вот и ты! Что-то ты рано, дорогой Шигараки. Или тебя лучше называть Те-енко? — самодовольно протянул Чисаки, – я думаю тебе не стоит пояснять все совсем как дурачку, но я попробую это сделать. Ты уже, наверное, понял, что весь этот «маленький» спектакль устроил я. Невероятная, восхитительная причуда у моей новой помощницы не находишь — Иллюзионист. С помощью ее влияния ты видишь классные вещи, я думаю, многие школьники тебе бы завидовали — побывать в манге, стать главным героем. Ох! Как пафосно и эпично.. А романтично забыл, ты уж извини, довольно рассмеялся он. — Чисаки, что тебе нужно теперь? — они только недавно свели все счеты друг с другом, и вот теперь опять эта бездушная кукла будет мешать двигаться ему к своей цели, но главное, что эта сволочь посмела забрать у него Тойю. — Хм, вообще-то, ты меня перебил и я мог бы тебе больше ничего не рассказывать, глупый-глупый самонадеянный придурок, но так и быть, я прощу тебе эту маленькую оплошность. Здесь нас трое — ты, я и Тодороки. А находимся мы сейчас в одном из моих подвальных помещений. Эффект от причуды развеется где-то минут через пять, наслаждайся самыми прекрасными видами в своей жизни, считай это подарком напоследок. От злости вновь чесалась шея и горели щеки, хотелось просто по банальному врезать по этому тупому лицу, которое здесь принадлежало Достоевскому, чтобы длинные патлы разметались по соседней стене и измазались в алой крови. — Ах, да, забыл, полюбуйся на свою чудесную принцессу. Голубоглазка мертва еще с утра. Звук чужого голоса разошелся волнами в пространстве, усиливая головную боль, и сдавил на грудь, словно бы сжатую чьими-то острыми пальцами. Шигараки пытается дышать, смотря в безжизненные глаза Даби. Пытается дышать, когда видит его изломанные ребра и густую липкую кровь под его белым телом. Пытается дышать даже тогда, когда собственные ноги не держат и из горла вырываются лишь надсадные крики. За этим всем и выстрела прямо в сердце, к слову, тоже собственное как-то не слышится. Оно и к лучшему.