Получается ты ещё та негодяйка?

Руки. У него очень красивые руки. Наверное это не то, о чем должна была сейчас думать Марьям, но ничего не поделаешь. — Я ни к тебе приезжала. Ты слишком льстишь своей гнусной персоне. — А чего тогда так кружилась в раздумьях на площадке? — Покажи мне статью. Рэнсом немного вышел из образа, сбившись с толку вопросом собеседницы. — О чем ты? Девушка наклонилась немного вперёд к нему и заговорила тише. — Покажи мне статью, в которой я должна тебе отчитывать о том, что думаю, где думаю и как думаю. — Ее нет. Парень облокотился о спинку стула. — Так же как и статьи, в которой я должен давать тебе показания. Марьям подавилась смешком. — Я скрашиваю твои обречённые будни. Можно сказать я твой личный психотерапевт. — Кто сказал, что он мне нужен? — Не знаю, наверное твои детские травмы или же - ужасные проблемы с родителями из за недостатка внимания. Возможно об этом шепнул твой эгоцентризм, который читается в каждом твоём рассказе с прошлого сеанса. В желании что-то кому-то доказать, но не зная как. Доказать что ты на что то способен и вылить злость на семью, но убить Харлана, как единственного человека, который уделял тебе время, оказалось не совсем тем, чего от тебя ожидали. А может быть это все зря и ты просто мразь? Не буду врать, этот вариант я тоже обдумываю. Марьям вела спич так, будто Рэнсом и вовсе здесь не находился. Можно было подумать, что она говорит сама с собой, если не считать того, что она смотрела четко в глаза собеседнику. — Туше, - Дрисдэйл улыбнулся, подняв руки вверх, но не отводя взгляда. — Сколько очков набрала? - девушка подперла щеки руками. — Сколько хочешь - все твои. — Значит прошлась по всем фронтам. Вопрос? Нет. Утверждение. С улыбкой на лице. Стоит ли улыбаться после того, как заживо „вскрыл” человека? Неверное нет, но то, что пять лет психологии были просижены не зря, радовали Фикствуд больше, нежели возможно задетое эго убийцы. — Как для дочери охранника? Да. Даже слишком. Улыбка девушки быстро сползла с ее лица: — Ты помнишь как меня зовут? — Да. — Странно. Мне кажется, что кроме информации о моем отце ты больше ничего не запомнил. — Тебе кажется. — Почему он так запал тебе в душу. Это что то по типу работы твоей мечты, если бы деньги были не важны? — Тогда кем работает твоя мама? Вопрос сбил девушку с толку. Она замялась, не ожидая поворота в данную стезю. — А? — Ну ты же слышала вопрос, Марьям. Девушка убрала ладони из под лица и упершись спиной в спинку стула, закинула левую ступню на правое колено. В процессе она понимала, что не желая того, отразила позу Дрисдэйла. — Зачем тебе это? — Ну просто если ты сказала о том, что охранники мало получают, то скорее всего твоя мама миллионер. Ты не выглядишь как та, кто живет с отцом на маленькую зарплату. — Может я работаю. Рэнсом замялся, словно забыл о том, что люди работают. Он вычеркнул этот пунктик из своего to do list похоже много лет назад, надеясь на постоянную помощь деда, а вскоре и его наследство. — Ну так что, будешь дальше сотрудничать с моим следственным процессом только ради моей же выгоды? Хью засмеялся, демонстрируя то, что особо у него нет выбора. Но взгляд в глазах не на поминал взгляд человека, которого к чему то принуждают. Он привстал и пододвинулся ближе к собеседнице. — Итак, мы остановились на том, что..., - девушку перебили. — Poivre? — Что прости? - Марьям подняла взгляд на парня. — Poivre Caron. Твои духи. Угадал? Только после того, как Рэнсом заговорил о духах, Фикствуд заметила то, что он чуть склонил на бок, рассматривая ее. — Эм, да. Хороший нюх. — Возможно, но именно этот случай - просто совпадение. Стрип бар, где я постоянно тусил отличался элитными проститутками. Одна из них пользовалась этим ароматом. Изначально он бьёт в нос, но когда развеивается шлейф, пахнет хорошо. Рэнсом кивнул себе, словно согласился с те, что только что сказал. — Там специи, гвоздика и дуб в базовых нотах. Парень перевёл взгляд в стол, но продолжал слушать. — А в верхних что? — Красныц перец, жасмин и герань. Он передернул носом, словно один из компонентов вызывал у него аллергию просто при упоминании. Пауза. Диалог прекратился. Марьям ловила себя на мысли, что не отводит взгляд от Дрисдэйла. Через пару секунд он поднял глаза на неё в ответ и какое то время пара просто смотрела друг на друга. Это было похоже на игру в гляделки, но оба моргали. Первой зрительный контакт прервала Марьям. — Хорошо, давай к делу. Она открыла блокнот. На записях с прошлого раза кое где виднелись рисунки. Даже не рисунки, скорее наброски. Это не ушло от внимания парня. — А зачем это? — Это? - девушка тыкнула пальцем на один из набросков, — Для создания общей картинки. Помогает лучше погрузиться в дело. Здесь я пишу основную информацию, которую хотела бы потом разобрать, а сюда выношу что то по типу метафор, но в рисунках. — Интересно... — Мне папа подсказал. Марьям запнулась. Она ожидала каких то встречных наводящих вопросов, но их не последовало. Дрисдэйл внимательно водил взглядом по ее рукописям и рисункам. Иногда он склонял голову, чтобы лучше прочитать. Он что то обдумывал. Девушка знала, что он сто процентов услышал все, что она сказала, но то, что ей не придётся выдумывать ещё какую то легенду про отца охранника радовало ее больше, нежели интерес о незаданном вопрос. — Итак, и вот ты отправляешься с Харланом в его кабинет. У тебя уже были подозрения о том, кому он перепишет завещание. — Пятьдесят на пятьдесят. Я знал, что отдаст кому то убогому. — Он раньше занимался благотворительностью? — Вроде нет, это на старость ему крышу снесло. — Тоесть подрастая, ты не видел, чтобы кто то из твоей семьи делал взносы в благотворительные фонды? Дрисдэйл покачал головой. Чем дальше шёл диалог, тем больше Марьям улавливала то, как он следит за ее рукописями. Как только она начинала что то писать, он высматривал каждую буковку и каждую закарлючку на бумажке. Она старалась на это не реагировать, но нельзя сказать, что ее это не бесило. — А что бы сделала твоя мать в этом случае? — Я думаю тоже самое. У нас у всех была бы одинаковая цель, но мы по разному ее бы несли. Ты бы видела то, как она чуть не выдрала глаза этой нелегалке на зачитывании наследства. Если бы не Харлана, она бы убила Марту. — Мг. Ещё одна запись и четкий взгляд парня. — Хорошо. — Что прости? - девушка подняла взгляд от блокнота на собеседника. — Я говорю такие вещи от которых многие неженки бы поморщились. А ты нет. Это делает диалог с тобой менее надоедливым. Фикствуд не знала считать это за комплимент или же принять как констатацию факта. — Это моя работа. Дрисдэйл дернул щекой, словно ответ его не устроил. — Спрашивай дальше. Где-то ещё около часа они говорили. Когда девушка поняла, что уже не может анализировать информацию по протоколу, она решила что пора идти. — Окей, на сегодня все. — Все? — Да. Нам осталось не так много. Я сегодня хорошо поработала. Нужно приехать домой и все это разобрать, так что закончим в следующий раз. Она поднялась собирать документы и вещи. Дрисдэйл все это время продолжал сидеть на стуле. — Всё. Пока. Фикствуд направилась к дверям, но ее окликнули. — Это было интересно. Девушка обернулась. — ...Я думала убийцы не делают комплиментов. — Я сделал сегодня как минимум три. Он встал со стула и улёгся на диван лицом в потолок. Не зная, что сказать, Марьям еще чуть постояла, а после развернулась и пошла на выход. После стука, офицер отворил дверь и она вышла. — Ну что? Все хорошо? — А? - от неожиданности девушка подскочила и обернувшись на звук, увидела за столом перед выходом Фридриха. — Все нормально? — Фридрих, ты меня напугал. Да, все хорошо. Спасибо. Но мне понадобится ещё один сеанс. — Без проблем. До суда он весь ваш. Суд. Марьям совершенно забыла про суд. Как это могло произойти. — А когда суд? — Спросите у отца, я не владею данной информацией. — Ну да...вы не владеете. Фикствуд ещё раз обернулась на камеру Дрисдэйла и увидела, что офицер зашёл внутрь. Он что то сказал, но что, она не услышала. Через пару секунд он вышел и закрыл дверь. Марьям улыбнулась Фридриху и пошла на выход. — Черт, я не хочу узнавать у отца за него опять. Хотя, можно же не уведомлять его об этом...